Зимние двери и летние врата

Моего кота Сэма совершенно не устраивает сложившееся положение дел. И это «положение дел» называется зима.

Он стоит у двери, ведущей на веранду. Пушистый хвост подрагивает от нетерпения, глаза умоляюще смотрят на меня. Взгляд предельно ясен: «Открой!»

Я вздыхаю. Этот танец я знаю наизусть.

— Сэм, снаружи холодно, — говорю я, будто он понимает смысл слова «температура». — Я не могу сделать минус двадцать меньше. Это физика, мой милый. А ещё календари. Сейчас сезон, который называется «зима».

Он издаёт короткое, возмущённое «мррряу!», которое явно переводится как: «Ты не прилагаешь достаточно усилий».

Наконец, чтобы прекратить его драматические представления, я подхожу и медленно открываю дверь. Холодный сухой воздух мгновенно врывается в тёплый дом, заставляя Сэма отпрянуть.

Он делает один осторожный шаг на порог. Маленькая подушечка лапы едва касается ледяного покрытия. Секунда. Две.

Затем он поворачивается ко мне.

Глаза суживаются. Морда приобретает выражение глубокого презрения. Он не шипит — нет. Это было бы слишком просто. Он просто смотрит на меня так, будто я только что продемонстрировала полную некомпетентность в области пространственно-временных порталов.

Этот взгляд говорит:

«Нет, Оля. Ты опять всё испортила. Не эту жалкую щель в белое, мокрое и неприятное ничто. Я имею в виду ТУ дверь. Дверь, через которую ты раньше выпускала меня на тёплую солнечную веранду, где поют птицы, а бабочки летают над цветами. Дверь, которая открывается в Лето и Веселье. Ты можешь это сделать! Я видел! Попытайся ещё раз, ты, бездарный валютный трейдер. Найди нужный ключ!»

Он садится посреди комнаты и начинает вылизываться с видом глубоко оскорблённого существа, словно пытается смыть с себя сам факт нашего разговора.

Я смотрю на его царственную мордочку и чувствую себя уже не трейдером и не писательницей, а провалившейся волшебницей, которая никак не может вспомнить заклинание для создания Вечных Майских Дней.

Как бы я объяснила ему, что у меня нет абонемента в другой сезон?