Третьего дня

- Дядя Лосев, - Верка только зашла. – Как землянин землянину. За что сняли украинского спортсмена на олимпиаде?
- За что сняли, мадмуазель, вы прекрасно знаете и без меня, - академик Лосев предпочитал точные формулировки. – Вы хотели спросить мое мнение на этот счет?
- Если вы знаете, что я имела в виду, даже, если я говорю кверх ногами, то не нужно мне об этом каждый раз напоминать, - Верка топнула ножкой. – И красоваться своей ученостью перед самим собой.
- Почему перед самим собой? – академик Лосев занедоумевал.
- Потому что я все равно не пойму, и не оценю, - логика в словах Верки присутствовала.
- Человек-украинец попал на олимпиаду. Мечта тысяч и тысяч. Но вместо того, чтобы выступать и радоваться сей чел потащил с собой какой-то шлем с размалеванными картинками.
- Это погибшие спортсмены, - Верка не возмутилась, потому что, с такими, как дядя Лосев и тетя Ира, ухо надо держать востро.
- То есть, он решил почтить их память? Белый и пушистый, а все остальные бяки и фуки? Время и место. Представь, что ты пришла в театр, и вдруг, посреди действа, туда врываются активисты с плакатами и лозунгами типа спасем леса Амазонки? Ты просишь удалить их из храма искусства, а тебя в ответ осуждают, как черствую, бессердечную, и так далее. А почему он паровозиком не притащил на олимпиаду всю Украину? Разве вся Украина не заслужила своим горем в полном составе присутствовать на олимпиаде? Кто против - тот агент кремля.

Если парень так переживает за погибших спортсменов, то надо было не на олимпиаду ехать, а в окопы. А дети, старики, женщины, солдаты, миллион погибших и искалеченных не достойны памяти на шлеме? Второй сорт? Если спортсмен, значит, трагедия, а если ребенок – такое случается? И почему на шлеме, а не на золотом шлеме? С золотыми буквами. Почему его сразу не объявили олимпийским чемпионом? Автоматически. Каждому украинцу по золотой медали.

На деле все проще. Спортсмен с Украины прекрасно понимал, что ему не светит медаль и решил зайти через задний проход. Если в сортире повесят фотографии погибших людей, теперь там и срать нельзя? Кощунство, оскорбление памяти?
- Дядя Лосев, от вас я такого не ожидала, - Верка была согласна, но не могла согласиться.
- Мы же третьего дня говорили про это, - академик Лосев достал записную книжку. – Дядя Евпатий спросил, тупые ли спортсмены? На что тетя Ира сказала – Да, без исключения, им только в думе место.
- Да, я слышала, - Верка вспомнила. – Потом  тетя Ира, как всегда, стала вспоминать случаи из своей жизни про тупых, спортсменов, байкеров, москвичей и так далее.
- Байкеров? – академик Лосев еще раз пересмотрел записную книжку. – Как я мог пропустить...
- Да там ничего интересного, - Верка была рада, что дядя Лосев оплошал. – Она вспоминала свою поездку в командировку с байкером-москвичом. Мало того, что он был полным дебилом, так он еще был патриотом, и они разругались на почве истории - он ей толкал про рюриков из книжки для детского сада.
- Девочка, а ты ничего не путаешь? – академик Лосев выразил сомнение. – Байкер-москвич, тетя Ира, рюрики, командировка, дебилы…. Это было не в доме Облонских?
- Вы же знаете нашу тетю Иру, - Верка положила руку на Библию. – Она все выдумывает, но никогда не врет. По ее словам, она работала лет пятнадцать назад в московской фирме, где директором был отставной полковник кгбе, типа в то время это была обычная практика – раздавать куски родины своим товарищам из органов, по совместительству…
- Нашел, - академик Лосев нашел это место в записной книжке. – "…Крупные куски родины будущий холодильник раздавал своим дружкам из спецслужб, а те, в свою очередь, подряды и суб-суб-суб подряды делили между своими, вплоть до лейтенантов… В силу профессии, у данных сотрудников полностью отсутствуют мозги, чтобы враг не мог даже с помощью пыток выудить нужную информацию, поэтому, попав в общество, открывая фирмы под патронажем, они набирали туда знакомых, байкеров, балерин, и прочих бездельников, коих в маскве пруд пруди, и парочку специалистов на десять своих дебилов, потому что там не нужно было работать, доля от пирога капала по состряпанным договорам… Было мерзко смотреть изнутри, а это был всего лишь десятый или двадцатый эшелон, судя по зарплате… лафа закончилась, когда отставного полковника перебил отставной генерал кгбе. Со своими байкерами и балеринами. Субординация…"  – закончил академик Лосев. – Дальше мелким шрифтом - непонятно.
- Зато для меня все понятно, - Верка сказала: "мда". – Наша тетя Ира скандалистка даже, когда сидит двадцатая в очереди у пирога. Дядя Лосев, если мы – молодые, умнее вас, то когда же это время наступит? Или оно уже прошло?
- Любопытно, - к чему относилось "любопытно" академик Лосев не пояснил. – А впрочем, согласен!
- Дядя Лосев, вы сейчас со мной разговариваете или с космическим разумом? – Верка была готова ко всему.
- Чтобы молодым стать умнее – надо учиться на знаниях, которые написали, открыли взрослые дяди и тети. Знания остаются прежними, но меняется взгляд на привычную формулу, теорему… Молодой ум может взглянуть на известную задачу иначе, на базе современности и ее потребностей. Спрос рождает науку и предложения. Для науки такой подход естественен, но он работает где угодно, ведь это принцип, носителем которого является человек, не важно, ученый он или нет. Другой взгляд на привычные факты, обычно присущ молодым. Когда это в химии, физике, математике – это приветствуется и ура, а когда в истории – это осуждается и…
- Дядя Лосев и вы про историю? Какой ужас!
- …подвергается обструкции, хотя…
- Дядя Лосев! – Верка хотела вернуть академика Лосева на землю.
- Не перебивай старших, - у Лосева была мертвая хватка. – Убирая диалектический подход к исторической науке, люди превращают ее в канонизированные абсолютно ненаучные и бесполезные знания, что сравнимо с религией, но не мешает истории пухнуть как на дрожжах.
- А вот мне интересно, - Верка продолжала рассуждать вслух. – Насколько персонажи, то есть, мы, литературных произведений отражают психологический портрет нашего автора? Как это узнать?
- Потребность рождает предложение, - академик Лосев еще не договорил. – Когда возникла потребность в круглой Земле – она стала круглой. Не потому что доказали математики или астрономы, а, в первую очередь, психически людям нужна была круглая планета. Часто научные открытия и изобретения выполняют психотерапевтическую задачу и это запрос общества. Наука и здоровье, как базис. Сейчас, спустя сотни канонических лет, снова возникла психотерапевтическая потребность в плоской Земле…
- Какая глупость, - буркнула Верка.
- И ваша задача не доказывать это фотками и формулами, не крутить пальцем у виска, а найти истинные причины психического, социального или механического характера, удовлетворив которые, проблема формы Земли снова сойдет на нет.
- Хотите сказать, что стереотип круглой Земли мешает каким-то важным открытиям человечества и поэтому он всплыл в психически неуравновешенных мозгах?
- Может быть. Для начала. Первая ласточка, - академик Лосев, как бы взмахнул крыльями.
- С вами, дядя Лосев, я чувствую себя глубокой старухой. Может, нам поменяться местами? – Верка сделала открытие. – Вы будете летать и щебетать, а я выйду на пенсию и отдохну?
- Конфликт поколений, - изрек академик Очевидность. – Представь многоэтажку, и ты поднимаешься по лестнице, а навстречу спускается пожилой красивый и солидный мужчина…
- Тетя Ира?
- Причем, тут тетя Ира?
- Только она так говорит про себя, но в женском роде. И тетя Галя.
- Я тоже могу быть красивым и солидным…
- И тетя Нина…
- Хорошо, - академик Лосев сдался. – А навстречу спускается обрюзгший старик.
- Теперь похоже на историческую правду, - согласилась Верка.
- И вот вы не можете разойтись по-хорошему. Ему надо вниз, а тебе вверх, он давит вниз, потому что у него жизненный опыт, потому что там, наверху, нет ничего особенного и интересного, а тебе надо вверх, и вы ссоритесь, кто из вас должен уступить. Это и есть конфликт поколений.
- А про персонажи и сходство их с автором?
- Люди читают книжки по-разному. Кому-то интересен сюжет, кому-то интересна форма изложения, кто-то изучает стиль, чтобы научиться писать, а кого-то интересует автор, который прячется за строчками. И так далее. Часто писатели винят читателей, что они "неправильно" читают ихние книги. Но читатель сам выбирает, как ему читать и что ему нужно, и как он для себя понимает. Это в школе, на уроках литературы, миллионы детей одинаково учат, что написано и что и как надо думать по этому поводу. Даже в театр люди приходят по разным причинам. Кто-то посидеть в мягком кресле, кому-то нравятся занавески, полумрак. Кому-то приятно, когда известные актеры скачут по сцене, а ты – простой работяга и такой почет, а в буфете водка.
Так что, претензии к читателям, что некоторые из них пытаются отскрести автора от его персонажей - это проблема самих авторов. Такое может возникать, если автор пишет муру и тогда, от скуки, ученики смотрят в окно или рассматривают учителя. Не обвиняйте читателей, они читают как умеют, а как надо читать, или, как их учили в школе – забыли.