55 гл. Богатенькие Буратины

Сегодня нам выбраться на плато возле горы Северный Иов не светило, день был солнечный и на горах всё просматривалось. И тогда мы придумали, чем заняться. Нам нужен был стол,  как сказала Таня рассматривать будущие сокровища, да и вообще обедать на брёвнах уже надоело. Хотелось цивилизованного состояния.
- Если солдаты после нас откроют это место, вот они офигеют! – сказал я.
 - Для стола и скамеек гвозди нужны или снова здорово - попой на горбыль, - сказал Толя.
После полудня, когда мы собрались подниматься на разведку к Северному Иову, где-то рядом прокричал филин, потом ещё и ещё.
- Наши ребята возвращаются, - сказал Толя.
Мы отошли на всякий случай за ёлки и затаились. Скоро к штольне подошли Виктор и Саня, и устало уселись на брёвна возле кострища.
- Странно, а где Олег? – спросила меня тихо Таня.
Я показал ей, чтобы она помалкивала. Спустя, минуты две подошёл Олег и спросил о нас.
- Никого нет, - сказал Саня.

Олег тихо посвистел, я отозвался и вышел им на встречу.
- Чего вернулись? - спросил я.
- У нас в пещере Дюпарка есть двухметровые трубы для прослушки пустот под полом штольни, - сказал Виктор.
- Я о них тоже подумал да поздно, вы ушли далеко и если вас догонять, то пришлось бы светиться на Иовском провале. А на Конжаковке мы могли разминуться на тропах, а куда бы вы отправились, даже бурундукам  не известно, - ответил я.
Подошли Таня и Толя.
- Предлагаю рискнуть и поискать короткие трубы геологов на плато, чтобы не ходить к пещере Дюпарка, - сказал я.
- Мы так же подумали, ну чего гробить целый день на бродяжничество до посёлка, да ещё давать такой круголяк по связкам рек, - сказал Олег.
- А по каким связкам рек вы собирались добираться до посёлка, вам что мало одной Конжаковки? – спросил я, услышав новость о связках рек.
- Ну, так Саня предложил, дойти до правого притока Полудневной - Иова, потом подняться в верховья к связке третьей Серебрянки.
- А как вы там нашли бы, где взять за хвост третью Серебрянку, там такой жуткий каменный курум, мама не горюй, да ещё  бурелом, что до ночи не выберетесь. Вы что за самодеятельность устраиваете? – спросил я.
- Так люди как-то ходят, - сказал Саня.
- Какие там люди ходят, я раз клюнул на описание прохода, так с меня семь потов сошло, пока я вывел группу из тех дебрей. Но вначале честно предупредив товарищей, что раньше там никогда не ходил и мы полезли туда очертя голову, ну и нарвались! А Саня, наверное, вам сказал, что он там был и чего вы обратно вернулись.
- Да там начались такие буреломы, что он и сам решил пойти  от коряг, - ухмыльнулся Олег.

- Ну, Саня ты и авантюрист! Ведь сказано было, что лучше идти через Конжаковку,  так же ближе чем ломать ноги окружным путём, а ты опять всё сделал по-своему. А если бы начался ветродув, вас бы там так ушатало как на краю Иовского провала.
Сане нечего было сказать, и он лишь виновато улыбался.
- А как может ушатать на краю провала, такое симпатичное место, среди цветов текут красивые ручьи, - сказала Таня.
- Понимаешь в провале очень опасный склон протяжённостью до трёхсот пятидесяти метров да ещё вон, какой уклон местами в сорок  градусов, ну ты же сама видела. Если там находится в сильный ветер, то может запросто затянуть, а зимой так и подавно, - сказал я.

В общем, было решено искать трубы приемлемой длины на плато ну и за одно, посмотреть возможные места под шахту.
Виктор заняв место главного картографа показал на то место где находилась гора Северный Иов.
- От штольни до широкой террасы под горой Северный Иов порядка километра, это намного меньше, чем подъём от Поляны Художников на Конжаковке. Так что думаю, особых трудностей нам это не доставит, но на всякий случай нужно нарядиться в ёлки, чтобы нас не застукали с вертолёта.
- А если мы не успеем спрятаться? – спросила Таня.
- Ну тогда мыть тебе полы в казарме, - сказал Виктор, рассматривая карту.
- А сколько километров от Поляны Художников до Северного Иова? – спросила Таня.
- Почти пять километров, часть пути наверх по тропе из курума, потом частью по заболоченному плато и там где по суше к террасе Северного Иова, - сказал я, тоже рассматривая карту.
- А можно соорудить каменную землянку, чтобы в случае шухера спрятаться там, чем лежать глистами на камнях,  - предложил Саня.
- Есть там такие блиндажи, их строили туристы он непогоды. Но нам как тебя понимаю, нужен свой, чтобы о нём не знали патрули, - сказал я.
- Конечно свой, - сказал Толя.
- Ну, тогда нужно нести туда ёлки с ветками. Там их раздеть, жерди для перекрытия. Сверху положить тонкие плоские плиты, а между ними воткнуть моховые кочки с болота и папоротники. Снятые ветки на пол, чтобы не околеть на холодных камнях, а вдруг придётся там ночевать, - сказал Олег.
- Так что же опять что-то строить? – спросила обиженно Таня.
- А ты как хотела, гостиниц сама видишь, нам никто не подготовил, где находимся там и спим, - сказал я.  – Ничего, потерпи, ещё немного осталось, найдём клад, а там хоть куда – Австралия, Ново Зеландия, а то хоть в деревне живи!

Вдруг лицо Олега засияло, и он взялся мастерить  какую-то хитрую приспособу из ёлочной жерди. Он вставил шомпол от немецкого карабина в расщеп жерди и взялся простукивать пол у входа в штольню.
- Пробить скалу шомполом тухлое дело, - сказал Толя так же пробуя простукивать каменный пол штольни.
- Но ведь знак, верно, показывает,  что клад находится в штольне, - сказал Виктор.
И тут Таня и говорит, что знак выбит наверху, что означает, что кладу не обязательно быть внизу и именно в штольне.  Тогда все кроме Олега поднялись по разломам в скале наверх, где было возможно, и где оказалась большая площадка. Осмотрев сверху ближние подходы к нашей штольне, мы ничего подозрительного не обнаружили, чтобы указывало на какой-то рукотворный завал из валунов, какие-то мегалитические плиты, разломы и трещины. Ничего такого чтобы нас подтолкнуло в правильном направлении, мы не обнаружили. И кроме одного единственного выбитого знака на камне над штольней замечено не было.
А между тем Олег продолжал простукивать скальный грунт у входа в штольню.

- А ну-ка вспоминайте, как мы нашли пирамиду, нам важно всё. Ведь те, кто прятал сокровища или клад могли действовать по клише, на что хватило ума. К чему все заморочки, когда можно устроить всё как можно проще,  - сказал Виктор.
- Виктор посмотри, что делает Олег, у тебя на счёт этого никаких мыслей не возникает? – спросил я.
- Да нет, а что, - Виктор непонимающе смотрит на меня.
– Ты только представь, лютая зима, офицеры отогревают  костром скальный грунт, как это делают рабочие на кладбищах или настройке. Ну что доходит. Зима, грунт мёрзлый… ну, - сказал я.
Лицо Виктора посветлело от догадки, и он стал проворно спускаться к Олегу.
- Я тоже понял, они закопали золото у входа, это же проще простого! - сказал Толя.
- Жалко кирки нет, - наконец сказал Олег, вытирая грязные руки о траву.
- Ничего мы и сапёрными лопатами всё разгребём. Всё ребята, перекур, - сказал Саня.

Саня сказал, что видел в гроте сапёрные лопаты и всякий другой инструмент.
- Немцы были бы дураками, если бы засылая свой десант в уральскую тайгу без вспомогательного инструмента. Ведь даже Северный морской путь они ещё до войны отстраивали для баз своих кораблей под видом научных изысканий. А Сталин оказался шляпой, доверившись Гитлеру и просрал Русский Север в начале войны! – сказал я.
- Немцы даже скрытые на болотах аэродромы построили на вечной мерзлоте. Сталину докладывали  о них, а этот усатый дуралей отмахивался - какие такие аэродромы на болотах, мол, самолёты там утонут. Просидел всю жизнь, в Кремле боясь высунуть носа из-за каменных стен и всю страну прозевал, - дополнил моё негодование Виктор.
- Они и сюда забросили своё имущество, пока наши вояки пили водку. Мешать немцам, было запрещено сверху, табу, иначе лагеря или расстрел тут же на лесосеке, сейчас столько рассекречено, что я не удивляюсь, откуда здесь взялся немецкий десант. Если их самолёты бомбили уральские марганцевые шахты в 1942 году, - сказал Саня.
- Для чего построили бомбардировщик Уралбомбер Hee-177, но не случилось, люфтваффе дало слабину и всё пошло кувырком, правда, были попытки бомбёжки ближнего Урала, часть самолётов размотали ещё на подлёте, а часть бесследно пропала в уральских лесах. Я читал, что по окончании войны в районе реки Северный Иов под Конжаком были найдены разбитые остатки двух самолётов Фокке-Вульф Fw 200, но без лётчиков, - сказал Олег.
- Ну, а что заметили площадку, сели да скатились в тайгу, а в границе леса кто их найдёт. Безлюдная тайга. Но если они знали про свой склад в пещере Дюпарка, то могли дожить до лета, а там тайга прокормит, - сказал я.

- Ну, всё докладчики сейчас отдохнём и сходим за инструментом, если в гроте что-то есть, - сказал нам Толя.
- Да куда тебе старый ходить, сиди тут с Таней мы сами управимся, - сказал я.
Идти решили ближе к вечеру, когда патрули уходили в места своих лагерей. Ужин по расписанию никто не отменял, а торчать в горах дольше положенного времени никому не доставляло радости, ведь патрулю до лагерей нужно было ещё дойти. И это играло нам на руку.
Посматривая на часы, мы приготовились к переходу к пещере Дюпарка сидя в своей засаде возле конечного ската Иовского провала. Как только стрелка часов Виктора отстучала шесть часов  вечера я, Виктор, Олег и Саня стали подниматься на Иовское плато.

Толе и Тане чтобы они не скучали было предложено спилить несколько молодых ёлок и посадить их на место раскопа для маскировки. Да и самим лишний раз там не мельтешить ведь за ними могли наблюдать с Серебрянского камня, чего мы не исключали. Могли же вояки поставить там свои наблюдательные пункты,  как поставили один такой над правым ручьём реки Серебрянка 1. О нём нам сказал по дружбе сам капитан Ерема, а сколько ещё в горах таких скрытых пунктов нам было неизвестно и были они там вообще. То, что такой пункт устроили над распадком Серебрянки 1, обуславливалось тем, что там можно было осматривать часть Западного Серебрянского перевала, сам Серебрянский камень, его южный отрог и всю долину реки

Если кто показался из леса, и уже на мушке бинокля, и  значит, туда будет направлен патруль на проверку.
В пещере Дюпарка мы нашли то, что нам было нужно. Складные кирки, лопаты, ломы, кувалды с бирками – символики Аненербе. Мы взяли самое необходимое и отправились обратно. Как мы не торопились, но к Иовскому провалу добрались только к вечеру, когда солнце уже готовилось сесть за горизонт. Нам и этого хватило времени, чтобы благополучно добраться до штольни Волчье логово. Самое неприятное было то, что нас сопровождали волки, подвывая с разных сторон, от чего Олег грозился в их адрес.
- Подождите, щас я только дойду до штольни, и вы у меня узнаете, как тут гнусить!
- Обиделись, что мы их выгнали, - сказал Виктор.
И только на подходе к штольне волки рассеялись, испугавшись выстрела из ружья.
- Кто стрелял? - спросил я, выходя к штольне.
- Ну, ты прямо как Чапаев – Кто стрелял! Да волки нас совсем одолели, - сказал Толя. - Стоят поодаль, светятся глазами того и гляди что кинутся учинять расправу,  ну вот я и пальнул вверх.
Я взял у Толи ружьё и разрядил, вынув пустой патрон.
- На этом всё, они больше не подойдут, запах пороха не даст.

Мы занесли все, что принесли с собой внутрь штольни и, разминая затёкшие мышцы, улеглись на отдых.
- Ну, вы пока отдыхайте, а я разогрею рожки да чай, а то мы вас к десяти ждали, а вы только вот к полуночи добрались.
- А я вообще думала, что вы там остались ночевать, а тут волки к нам лезут ну мы к штольне бегом, а они за нами, но не нападают. Вот страху-то было, - сказала Таня.
- А волки как акулы сначала кругами ходят, присматриваются и как только найдут слабое место, тут же начинают резать, - сказал Толя.
- Я на ночь ещё выстрелю, - сказал Олег.
- А если патруль услышит? - спросила Таня.
- А для местных база открыта, так что никаких проблем, - сказал Олег. – Как только волки поймут, что ловить здесь нечего, так и уйдут, а лучше подстрелить парочку  и подвесить  для устрашения.
- Какой ты всё-таки браконьер! – сказала Таня.
- Ну ладно уговорила, пусть они тебя зарежут, меньше будет бабских стонов, - отмахнулся Олег.
Я не стал вступать в их перепалку, сами разберутся, чтобы мужики не подумали, что я сюсюкаю перед Таней. А она и сама этого не ждала, знала, как за себя постоять, погрозив Олегу кулаком.
- Как щас дам по голове браконьер несчастный!
- Ой, пожалейте меня несчастного! – засмеялся Олег.

Толя сказал, что завтра он попотчует нас необычным блюдом чего мы раньше не ели, но условие завалится на лежбище раньше, чем туманом заволочёт распадок с чёртовыми волками.
- Завтра, то есть уже сегодня начнём копать яму, чтобы проверить гипотезу о зимнем раскопе офицеров, - сказал Толя. – Если они не нашли куда можно было спрятать в штольне золото значит понимали что у входа можно устроить захоронение до чего не додумаются их преследователи. Снег кроет все свидетельства, ну, а летом грунт осядет и образует твёрдый панцирь, затвердевая с каждым годом. Сотни ног пройдут, принеся на себе земляной слой, а там и травка со мхами всё укроет. 

Раскоп устроили поутру под дымкой белесого тумана. Толя успел приготовить омлет из сухого яичного порошка производства Монголии и залить в термосы горячий чай на обеденный перекус, чтобы не палить зря костёр до вечера.
- А в обед борща разве не будет? - спросил Олег, догадавшись, для чего залито столько чая.
- А патрулям оно и надо чтобы изловить нас по дымкам, - сказал ему Толя.
- Эти жуки только и ждут нашего прокола, - подтвердил  Виктор. 

Отставив срубленные накануне, ёлки для маскировки раскопа, мы устроили тренировку по их установлению на случай пролёта патрульного вертолёта. Отработав несколько раз свои действия, тот час приступили к рытью продольной траншеи, отступив от входа в штольню на полтора метра. Таню определили в наблюдатели, приготовив для неё укрытие над штольней. Толя вручил ей свисток на верёвочке на шею.
- Как только услышишь стрекот стрекозы или увидишь, Летающую тарелку свисти да не переусердствуй. Два раза по три свистка и прячься да головой не крути из укрытия, а то я знаю тебя, начнёшь маячить, словно тебя не видели, - сказал я Тане.
Олег примерился киркой и стал зарубаться в утоптанный ногами щебень перед штольней. Сначала шёл мелкий щебень, что уже указывало, что это место крупным камнем не закладывали, чтобы потом не мучится. После мелкого щебня пошёл чуть крупнее, но не настолько, чтобы упираться до кровавых мозолей. Копалось ломами и кирками легко, словно это место засыпали совсем недавно.
- Хорошо, что крупного камня нет,  а то бы все жилы вытянули, - сказал Виктор. 
Я собирал камень в ведро и котлы, а Саня с Толей относили его и насыпали под решетчатый забор штольни для защиты подкопа от волков и его укрепления.
За час мы углубились на полметра при длине траншеи до трёх метров. Но это мы были отдохнувшие за ночь и со свежими сытыми силами. Скоро пошли блочные камни, что было уже неприятно, но делать нечего и мы стали вытаскивать их, чем только ускорили углубление. Внезапно Виктор ударил ломом в дерево с его характерным звуком.
- Лиственница, - определил Толя. – Это дерево с другими, не спутать, оно выдаёт свой особый звук, даже пролежав сто лет.
Под валунами показались уложенные стволы брёвен длиной до двух метров. Далее мы стали делать расширение в обе стороны. Каменные блоки 400Х300 мм вытаскивали на верёвках, определяя им, место перед забором. Для чего пришлось отгрести скальный щебень от края заборной решётки и им же подбить сами блоки от шатания. 
Ширина ямы расширялась до полутора метров, что говорило, что мы на правильном пути и каждый в душе, наверное, молился лишь бы все наши труды были не напрасны.

Когда площадка с лежащими брёвнами была расчищена, Толя предложил отложить снятие брёвен и устроить обеденный перерыв, мол, хватит упираться пора и насытится. Мы составили ёлки на место раскопа и позвали Таню спуститься вниз.
- Толя ты обещал, что приготовишь что-то необычное, - сказал Саня.
- Здравствуйте! А кто монгольский омлет уминал за завтраком, если хотите так я ещё сделаю, только вот если нас засекут, то ни видать нам золотых кренделей! Вон лепёшки с сыром есть, я уж как мог его холодил, чтобы он не поплыл.
- Толя мы согласны на лепёшки! – сказал Виктор.
- Ребята, а за нами следят, - вдруг сказал Олег и показал на дальние низкие пихты, где стояло несколько волков.
- Может их лепёшками угостить? – спросила Таня.
- Таня я вообще-то думал, что ты умнее иди, угости их только потом не говори, что тебя волки одолели, - сказал Виктор.
- Ну, ты и курица! – сказал в сердцах Олег.
Таня посмотрела на меня, а я только покачал головой, как бы говоря, что ты такое несёшь.

Олег раскроил бумажный патрон и высыпал порох на камень. После поджога пороха дым потянулся в сторону хищников и они, учуяв недоброе, помчались прочь.
- Ну, вот что следовало доказать, и руки Тани целы и волков нет.
- Ладно, Олег я признаю, что я была дурой, - сказала Таня, но было видно, что она упрямится, не признавая правоту Олега.
А что касается самого Олега, то её признание его не убедило, на что он только ухмыльнулся, как бы говоря, дура она в Африке дура!
После обеденного перекуса мы стали вытаскивать брёвна лиственницы из ямы, а Толя только пощёлкивал я, зыком ощупывая брёвна.
- Вы видели, на дереве даже плесени нет, лиственница даже не подверглась гниению!
 - А что ты хочешь здесь лето короткое, когда дереву гнить тем более лиственнице, - сказал Виктор.
Когда мы сняли последнее бревно, мы переглянулись. Ничего кроме щебня под брёвнами не оказалось.
Виктор взял в руки лом и осторожно ткнул в щебень. Потом ещё и его лицо озарила сладчайшая улыбка.
- Ну, всё там что-то есть.

Минуту спустя мы выгребали мелкий щебень с плоских плиток, прикрывавших то, что находилось под ними.
- Серж снимай плитки, - сказал Виктор.
Я взял одну плитку и передал её Олегу, следующую передал Сане.
- Ну, сейчас он будет кормить нас камнями, - сказал Толя, спускаясь ко мне.
По мере того как мы начали разобрать плитняк перед нами стал открываться схрон с перегородками прикрытый перегнивший лесной мусор чем вероятно был присыпан офицерский клад.

Мы извлекли всё, что было в схроне, и занесли в штольню. Там мы расстелили тент на постели и принялись выкладывать содержимое из мешков. От увиденного у нас дух захватило.
- Господи мы богаты, - прослезился Толя.
- Толя ты это не расслабляйся, ещё не хватало ещё  остальным поехать кукушкой, - сказал ему Виктор.
- Золотые монеты кладите сюда, а драгоценности на этот край. Нужно составить каталог. Офицерская бумага в тубе истлела так что прочитать её невозможно. И боже упаси вас ребята что-то себе прикарманить, предупреждаю, и сами засыплитесь, и другим срок намотаете. Все всё поняли или кому-то не ясно? – спросил я.
- Твоя, правда, начальник, ясен месяц, - сказал Толя.
- Саня я знаю у тебя разборчивый почерк, возьмись за список, - сказал я Сане.
Для начала мы пересчитали все золотые монеты Николая II

1897 г золото 15 руб. - 3785 монет
1898 г золото 10 руб. – 9563 монет
1897 г золото 7.5 руб. - 6496 монет
1897 г золото 5 руб. - 8375 монет
1895 г золото Империал 10 руб. – 2794 монет

Драгоценности в изделиях с драгоценными камнями с отдельным каталогом. Без описания каждого изделия, а просто, сколько в штуках.

Бусы камнями и жемчугом – 157 шт. и так далее… цепочки, серьги, диадемы, броши, перстни, кольца, эгреты, булавки, браслеты, парюры, ожерелья, тиары, кулдоны и прочие другие изделия.

Переписав всё содержимое на шести листах в копиях по числу участников экспедиции, мы скрепили их своими подписями. Далее мы упаковали монеты и драгоценные изделия в новые п/пакеты и капроновые мешки, так как старая тряпичная упаковка вся достаточно сильно пришла в негодность.

- Значит, так друзья мои предлагаю всё найденное вынести до осени, как бы это сложно не оказалось, а остальной частью сокровищ займёмся в следующем году. Будет время подготовить лодки и вообще подготовится на профессиональном уровне, - сказал я.
- Ну, мы это ещё обсудим в городе когда смоем все наши грехи, - сказал Толя.
- А ну-ка давайте организуем переноску этого добра в Волчье логово, там оно будет сохраннее, пока не перенесём в более надёжное место, чтобы здесь не светится, - предложил Саня.
- В Треугольную пещеру, - поднял руку Толя.
- Лучше в пирамиду там надёжнее, - сказала Таня.
Ещё последовали предложения в пользу пещеру Дюпарка с её гротами.
- А ты что предлагаешь? - спросил у меня Виктор.
- Я думаю оставить это всё здесь, но так чтобы не копать такую глубокую яму, а слегка присыпать брёвна щебнем. А между делом выносить всё поближе к реке, чтобы сплавится с территории военной базы. Как вам такой план? – спросил я.
- Искали золото, не было проблем нашли, появились проблемы, - сказал Олег.
- А по какой реке свозить золото? – спросил Саня.
- Стоп, давайте называть золото как-то иначе, а то в тайге такие большие уши, - сказал я.
- Грибами, а что насушили грибы и везём домой, - сказала Таня.
- А что твоя половинка говорит дело, я только за, - сказал Олег.
- Запоздалое признание моих умственных способностей, ну что же я благодарю вас сударь, - сказала с улыбкой Таня.
- О не стоит благодарить у нас всё ещё впереди и ваши будущие советы нам ещё пригодятся, - сказал Олег.
- Так по какой реке свозить золото, ой блин грибы? – спросил Саня.
- А по той, что поближе и корячится через горы, не надо, допустим это Лобва, - сказал я.
- Слушайте, так мы же в шахту ещё не спускались, - сказал Толя.
- Слушай родственник рыбы пилы, дай нам хоть найденное вытащить отсюда, а то мы тут будем гнить до самой зимы, - сказал Олег.
- А я чего, а я ничего, как большинство решит, так и я за то, сказал, - Толя.
- А большинство уже решило, что надо рвать когти, - сказал я Олег.

Виктор принёс карту и мы стали смотреть водный маршрут.
- А вы чего смотрите, у нас разве есть лодка на такую ораву? - спросила Таня.
- Лодок пока нет, но надо посмотреть, как сваливать, - сказал Виктор. – Можно сплавиться до федеральной трассы 65К-103000, там затырить зол…пардон, грибы и ехать на поезде до ЕКБ. Там взять тачку и ехать за грибами. Ну, мало нам грибов хочется ещё!
- Ещё раз, где взять лодки? – спросила Таня.
- Одолжить, у вояк или у местных рыбаков, - сказал Олег.
- А старик Басманов на что? – спросила Таня.
- Про Басманова-то мы и забыли, - сказал я. - Вот кто нас выручит и конечно не бесплатно. Сначала мы зашлём гонцов в посёлок, к Басманову посулив ему приличное вознаграждение. Перенёсём грибы к Лобве или даже дальше, чтобы у нас не было проблем с патрулями. Там мы грузимся  и оправляемся в путь. Главное всё рассчитать как по нотам. У меня вот какой план. Переход с грибами можно разделить на неделю, одна ходка до реки на один день и в тот же день обратно к штольне ночевать. Как управимся, так и по реке домой. Но нужно выбрать тропу без патрулей.

После тяжёлого перехода к дороге Карпинск – Кытлым мы
устроились на отдых в кустах тальника.
- Всё-таки непонятно чего праздновали вояки в Кытлыме, - сказал Виктор.
- Да может звание обмывали своего начальника, - сказал Толя.
- А мы свой праздник по-другому отметили, - сказала Таня, показывая жемчужные бусы. – Да ещё грибов насушили на зиму.
- Таня если те, кто нам встретится, не поймут, откуда у тебя эти жемчужные бусы то любой барыга на Вайнера увидев их, подошлёт к тебе своего человека, а там пика в бок и в дамки. Зачем ты светишь тем чего показывать нельзя. Тебя же предупреждали ничего в личное пользование не брать… - сказал я.
- Я же говорил, курица, - сказал презрительно Олег.
Таня отвернулась и брызнула слезами. Я не стал её утешать, предоставив ей самой решать на кого ей обижаться в первую очередь.
- Ну ладно я дура, а что после таких трудов мне и жемчуг поносить нельзя? – спросила она.
- Так ты иди прямо в полицию и там ещё похвастайся! – сказал Толя. – Соображалку-то включай, это ведь не из рядового магазина вещь. Понаберут тут по объявлению!

Вдруг до нас донеслись какие-то певучие звуки, мы выглянули из кустов на дорогу и увидели идущую в нашу сторону группу туристов.
- Вот идиоты! – сказал Виктор.
Туристы больше орали, чем пели песню - Выходила на берег Катюша. От такой наглости мы остолбенели.
- Смотрите, идут и не бояться, что их задержит военный патруль. Мы позвали их из кустов и сказали что они сумасшедшие и что в лесах полно патрулей. И тогда один из парней протянул мне бумажку, в которой мы прочитали следующее.

«Политика узурпирования военными властью над территорией Конжаковского камня указом президента России Путилиным признана ошибочной.  Отныне и навсегда сняты все ограничения  для посещения окрестностей Конжаковского камня и всего Кытлымского горного кольца».

- Так вот оказывается, с какого счастья в Кытлыме стреляли цветными ракетницами, праздновали, - сказал Саня.
- А что разве ещё много грибов? – спросили туристы.
- Полно, еле ноги передвигаем, - сказал Олег с полным рюкзаком сушёных грибов.
Туристы попрощались с нами и отправились дальше, а мы прибитые каким-то своим общим горем уселись на обочине дороги и только и делали, что повторяли любимое слово всех россиян - дурдом!

.
Окончание романа. 437 стр.
.
Продолжение следует в следующем рОмане...