граф Серёжа

«По тёмным коридорам гуляет спонтанный - из распахивающихся дверей, открытых окон и прочих жилых помещений - ветер. Он приносит запахи и отвердевание эпохи. Где-то в трахее и завалах памяти..

Пахнет едкой хлоркой. Ею моют полы и предметы пользования - в доме больной. Чуть тянет сухим тонким ароматом пенициллина. Его изобретут через годы, но уже теперь он присутствует в воображении. В надеждах родных, уверениях лекаря, заботах служанок. Угасающая в поту и кровавом кашле не думает о выздоровлении - поздно. Но и она чувствует этот бестелесный «мышиный» запах. Вот вплетается тёплый аромат камфоры, доктор прописал..

Проветривание - азы и норма гигиены! - сбивает «букет». Дополняет его другими составляющими - готовящийся ужин, из кухни. Так же, мужской парфюм - барин Серж поехал экипажем в сад Люксембургский. Пройтись, отвлечься, подумать. Ещё благоухает букет в большой вазе, в её спальне. Букет принесли с утра, она радовалась.

Мелкие флюиды возникают на мгновение - слишком сильно жизнь заполонила большую квартиру на Rue de.. Жизнь не весёлая.

Вот пробежала молоденькая француженка, её наняли с месяц как, на чёрный труд. Она пахнула дешёвым, но милым флёром фиалок. Духи она покупает здесь же, недалеко. На соседней улице, в лавке аптекаря. Неся в кармане передника недельное жалование, Аннет вполне справедливо полагает. Что тратится на себя и «для дела». Этим ароматом она пытается привлечь внимание русского барина. Опять таки, по своему французскому разумению считая - «зачем ему больная, когда я здоровая..» Повариха и поварята смеются над её наивностью. Они служат в доме давно, три года. И про альковные тайны знают всё, или почти всё.

Протопал, погромыхивая сапогами, денщик Савельич. Ноги он возносит высоко и мягко, «чтоб барыню не потревожить». С него слетает крепкий запашок махорки. И растворяется в извивах коридорных..

С нижних этажей по лестнице вьётся дымный угар топленных общих печей, свеже колотых дров и дворницкой. Стирки, глажки, простого прислужьего быта.

С улиц добирается выхлоп автомобилей - их в столице достаточно. Ещё пахнет - но так же невесомо, как нечаянным изобретение Флеминга - весной. До неё ещё рано, даже по местным меркам. Но она, навёрстывая долгую непроглядную, как ночь зиму. Спешит удивить и обнадёжить..

К вечеру, когда граф вернётся будут ужинать. Он пройдёт с ношей - сам - по пролётам лестничным. И принесёт в её комнату серебряный поднос с кушаньями. Она ест плохо, но есть надо, он проследит. Рядом сидя, станет отщипывать от дневной выпечки хлеба кусочки. Макать их в соусник с пикантным острым деликатесом. Одну корочку - себе в рот. Следующую - ей. Врач не велит подобный рацион, рекомендуя покой, сон и прогулки. Но гулять она уже не может. Спит неважно. А покоя скоро у неё будет достаточно. Так пусть хоть ест..

Она выпьет горячий бульон, поклюёт курочки. Заест фруктами и пригубит кофе. Потом махнёт рукой бессильно - «поди, устала..» И заснёт.

Он, спускаясь нехотя по крутым ступеням. Сунет в руки служанки опустевший серебристый с вензелями предмет барского быта. И пройдёт скоро в столовую. Также, будто сквозь силу поест. Посвятит остаток вечеру чему-то не важному. И к ночи отправится в соседнюю с супругой спальню. И до рассвета будет слушать, как она мечется в постели. Хрипит навек простуженными лёгкими.

Молча плакать, как свои чувствуя её страдания. И станет молиться, как всегда..

Она не умрёт от чахотки, не успеет. К марту ей станет легче. Забрезжит призрачная надежда. Летом они поедут отдыхать в пригород, ближе к морю. О котором она мечтает. Но до моря ей не добраться. И они просто снимут домик под Парижем, в ненавязчивом морском стиле. И портреты предков владельцев - все сплошь моряки и рыбаки. Будут напоминать ей Ялту..

Она умрёт в конце августа, покончив с собой. Устав от тоски по родине и ожидания смерти. Летняя утомительная жара оставит её в покое. Она не доживёт до сентября, с его хоть какой-то прохладой.

Граф Серёжа распустит всех слуг. Оставив одного Савельича. И проживёт ещё один одинокий год. Погибнув на исходе его от нелепого несчастного случая. Будучи счастлив им и благодарен ему..»