Психоколлапс. Ноль

Психоколлапс. Ноль.

Я сидел на своей вилле в Шамони, созерцая вечерние заснеженные пики. Мне всегда нравились горы. Они были такими огромными и, казалось, такими одинокими и суровыми — чем-то напоминали мне меня самого.

Но не успел я погрузиться в мысли о возвышенном, как зазвонил телефон. Опять банк, подтверждение перевода. На этот раз сделка была еще крупнее, и это мне нравилось.

— Я хочу еще больше денег и власти! — сказал я вслух, словно подводя черту под своими мыслями.

*****

Казалось, я достиг всего в этой жизни, но ощущение, что я что-то упускаю, никогда не покидало меня. Ни деньги, ни женщины, ни дорогие автомобили больше не интересовали. Я хотел большего. Власти над умами людей! Чтобы одной мыслью управлять человеком или даже страной. Чтобы обладать полной властью над разумом и телом любого существа.

В моем арсенале были книги от Фрейда до квантовой физики, буддийские трактаты и шаманские практики — всё было изучено, переварено и отброшено. Я был одержим джокером в колоде мироздания. Стать богом! Стать властелином — вот моя суть! Я занимался йогой, был веганом и «просветленным» бизнесменом, играл роль Дон Жуана и аскета, проходил через все возможные практики ради одной цели — возвеличивания моего «Я». С каждым разом мне казалось, что я всё ближе к заветному титулу Повелителя.

День начался с утренней пробежки и йоги. Завтрак с кофе в ресторане, указания сотрудникам и дежурные комплименты дамам. Однако посреди этой суеты я заметил странного мужчину, который быстрым шагом ходил где-то рядом. Сначала я не придал значения, но когда увидел его в третий или четвертый раз, присмотрелся. Худощавый, лет шестидесяти, спортивного сложения. В нём было что-то чужеродное: этот резкий шаг и странный, колючий взгляд… Он явно напрашивался на контакт.

В какой-то момент, когда я разговаривал на улице с владельцем бутика, этот тип говорил по телефону, и я четко услышал обрывок фразы:

— …ты станешь просто нулем.

Внутри меня что-то ёкнуло. Я понял: вся власть и мощь — в нуле! Я должен стать нулем!

Вечером я решил медитировать в своей большой комнате, которую называл храмом. Там были красиво представлены символы всех основных религий мира: Иисус и Будда, Шива и статуя Зевса, шаманские бубны — это был храм единства всего сущего. Просидев в размышлениях о природе нуля, я решил, что на сегодня достаточно, и отправился поужинать в ресторан за углом. Дальше — провал.

***

Я очнулся в больнице от того, что у меня брали кровь. Болела голова, мучила жажда, а внутри пульсировало странное ощущение, которое я могу описать только как некое чувство древности. Спросив медсестру, как я здесь оказался, услышал, что меня нашли без сознания возле собственной машины, недалеко от дома. Долго я не задерживался: расписался, что претензий не имею, и пошел домой пешком, даже не став вызывать такси.

Проходя по дороге, я услышал приветственный гудок проезжающей машины и подумал: «Мир приветствует меня».

Но вскоре я начал замечать, что люди странно на меня смотрят. На мне не было следов аварии, я не был избит или испачкан, но прохожие смотрели на меня с каким-то пугающим узнаванием, словно знали всю жизнь. Я решил свернуть на другую улицу, чтобы проверить, работает ли ресторан, и вдруг снова услышал обрывок фразы, явно адресованной мне:

— …потому что вы ноль.

Слово эхом отдалось в голове. Постепенно я начал улавливать закономерность: люди произносили вслух то, о чем я думал. А что, если я скажу им, что делать… мысленно?

Я увидел двух рабочих, которые курили, отлынивая от работы. Я сосредоточился и рявкнул на них про себя: «А ну работать!». Парни вздрогнули, будто от удара током, бросили окурки и, нервно переглянувшись, схватились за лопаты, так и не поняв, кто и откуда им приказал.

Придя домой, я включил телевизор и, глядя на диктора в новостях, мысленно приказал ему запнуться. Диктор поперхнулся, закашлялся в эфире и извинившись продолжил. Меня захлестнуло ликование. Я постиг ноль! Я обрел мощь!

В последующие дни я экспериментировал. Люди не только озвучивали мои мысли, но и беспрекословно выполняли приказы. Сначала соседи, потом город, потом страна и правительства. Войны и бизнес-сделки стали моей игрой ума. Мое настроение — страх, радость, гнев — мгновенно отражалось на реальности. От страха люди кончали жизнь самоубийством, от радости пели песни, воспевая мои поступки и мысли. Актеры по всему миру играли сцены из моей жизни. От мыслей о сексе люди на улицах начинали совокупляться друг с другом. Даже животные и насекомые были подвластны моей воле! Я был на коне. Властелин бытия, достигший всего сущего.

***

Но время шло, и эйфория начала угасать. Я заметил, что мне не с кем поговорить. Потому что, когда я открывал рот, люди говорили то, что думал я. Они говорили обо мне и мной. Не было места во вселенной, где бы не было меня и моей мысли. Это начинало угнетать. Я был один. Совершенно один. Куда бы я ни взглянул, сквозь время и пространство, повсюду был только я. Я, жаждущий в этой вечности встретить кого-то другого, не похожегона меня. Но всех их создал я сам. Прикоснувшись к нулю, я стал всем и никем одновременно.

 Я не смог выдержать этого одиночества. Я пытался заглушить его вином, наркотиками, забыться в объятиях женщин, но страх и пустота были сильнее. Я не мог стать другим — я был всем, и всё было мною. Я не мог даже умереть, потому что был во всём. Я мог переселиться в тело мухи, в доску, в камень, но это был всё тот же я, запертый в бесконечной игре собственного сознания.

Спустя годы — или, может, тысячелетия, — я вошёл в пустыню, рождённую моей тоской, и сел в позу лотоса посреди безмолвия. Закрыл глаза и погрузился в самое дно — туда, где нет ни мыслей, ни образов, ни имени. Туда, где есть только ноль: чистая, безграничная пустота.

И в этой абсолютной тишине, когда уже не осталось ничего — даже самого «я» — я собрал последние остатки своей воли и мысленно провёл вертикальную черту рядом с ничто.

Единицу.