Моральная цена победителя

«Мне всегда это казалось странным… То, что мы ценим в людях — доброту и щедрость, открытость, честность, понимание и сочувствие — в нашей системе является следствием неудач.

А те черты, которые мы ненавидим — проницательность, жадность, стяжательность, подлость, эгоизм и корысть — являются чертами успеха. И хотя люди восхищаются первым качеством, они любят плоды второго». — Джон Стейнбек

Эта цитата взята из романа Джона Стейнбека «Консервный ряд» (1945). В романе Стейнбек исследует ключевое противоречие современной жизни: добродетели, которые люди публично восхваляют, редко приводят к успеху.

Доброта, честность, щедрость и сочувствие восхваляются в принципе, но в конкурентных экономических системах они часто препятствуют продвижению по службе.

Напротив, такие качества, как жадность, проницательность и эгоизм, как правило, приносят материальные выгоды, даже подвергаясь моральной критике.

Стейнбек не осуждает сам успех. Скорее, он указывает на культурный парадокс: общество восхваляет добродетель, но часто извлекает выгоду из её противоположности.

Последняя строка подчёркивает это противоречие: доброта вызывает восхищение, но именно амбиции и эгоизм порождают богатство и производительность, которыми в конечном итоге наслаждаются люди.

Возможно, это противоречие просто является частью мира, в котором мы живём.

Джон Стейнбек рассматривал интуицию как жизненно важный, естественный проводник, связывающий человека с миром природы и помогающий ему выживать в опасностях, которые разум или логика не всегда могут объяснить.

В его произведениях часто изображаются персонажи, которые полагаются на инстинкт и страдают, когда игнорируют его.

В философии Стейнбека, на которую сильно повлиял его друг, морской биолог Эд Рикеттс, люди глубоко связаны с миром природы, и эта связь отчасти инстинктивна и мистическа.

Интуиция служит формой «естественного языка» или «древнего осознания», которое дает
предупреждения и указания.

Мышление «Есть»: Эта концепция, также известная как нетелеологическое мышление, предполагает видение мира таким, какой он есть, а не сосредоточение на том, «почему» происходят те или иные события.

Это целостный подход, который охватывает более глубокое, всеобъемлющее видение реальности и признает, что некоторые «знания» могут исходить из сверхрациональных источников, таких как интуиция.

Стейнбек считал, что человек интуитивно осознает свою связь с остальной природной жизнью.

Персонажи, живущие в гармонии с природой и своими инстинктами, такие как «пайзанос» в произведениях вроде «Тортилья-Флэт» и «Консервный ряд», часто изображаются более подлинными, в то время как те, кто подчиняется ограничительным социальным условностям, могут быть подавлены или побеждены.


Его «теория фаланги» исследовала групповое мышление, предполагая, что отдельные люди в группе действуют подобно клеткам в организме, и новая цель возникает из коллектива.

Эта идея согласуется с интуитивным, коллективным чувством общности и выживания, которое побуждает группы объединяться в его романах.

Тема интуиции особенно ярко выражена в «Жемчужине», где она является центральной силой, движущей повествованием, и ключом к благополучию персонажей.

В рассказе исследуется борьба между разумом/амбициями и тихим, внутренним знанием собственных инстинктов.

«Песни» Кино: Кино познаёт свою интуицию через «песни» в своём уме, такие как «Песнь семьи» (сигнализирующая о равновесии) и «Песнь зла» (предупреждение об опасности).

Его падение происходит, когда он игнорирует эти интуитивные предупреждения, ослеплённый амбициями, которые символизирует жемчужина.

Хуана полностью воплощает интуицию. С самого начала она чувствует тёмную силу жемчужины, призывая Кино отбросить её. Её связь с «мудростью природы» представлена как надёжный проводник, который видит за пределами видимости и логики.

В таких рассказах, как «Туларесито» и «Юниус Малтби», интуитивные, инстинктивные персонажи вынуждены покидать свою естественную среду и попадать в психиатрические лечебницы или изгнание, демонстрируя, как социальная стабильность часто препятствует интуиции и естественной жизни.

Стейнбек верил в «трансцендентную истину» и «интуицию незапятнанной человеческой доброты», которая сохраняется, несмотря на убогость мира, — вера, которая наполняет его произведения искупительным оптимизмом.

Стейбек не просто любил поесть — он считал еду и процесс её приготовления важным актом человеческой связи и интуитивного творчества.

Для него Шоколад был как утешение: В своих письмах и дневниках (например, в «Рабочих тетрадях к "Гроздьям гнева"») Стейнбек часто упоминал, что во время изнурительной работы над рукописями он поддерживал силы шоколадом.

Шоколад был для него быстрым источником  усиления жизненной энергии и интуиции. Своего рода «наградой» за тяжелый интеллектуальный труд.

* Еда как инстинкт: В его произведениях (например, в «Жемчужине» или «О мышах и людях») персонажи часто мечтают о простой еде. Для них это не просто калории, а интуитивное стремление к безопасности и стабильности.

Интересно, что в «Гроздьях гнева» маленькое лакомство (кусочек шоколада) становится символом высшей человечности и самопожертвования в условиях голода.

Стейнбек верил, что писательство — это процесс, управляемый интуицией и подсознанием.

Чтобы «отключить» логику и войти в это состояние, он создавал себе строгие ритуалы. Шоколад(вместе с литрами чая и горами заточенных карандашей) служил ему тем самым «сенсорным якорем», который помогал удерживать фокус и давал энергию, когда интуиция вела его через сложные повороты сюжета.

Символ «тихой радости» и предчувствия: В его книгах (например, в «О мышах и людях») шоколад  часто символизирует  интуитивную надежду на лучшее будущее.

Когда герои Стейнбека сталкиваются с жестокостью мира, маленькая плитка шоколада становится маркером того, что в человеке ещё жива душа и способность чувствовать.

Детская интуиция: Стейнбек часто связывал шоколад  с чистотой детского восприятия.

Для него ребенок обладает самой сильной, неиспорченной логикой и интуицией, и шоколад в этом контексте — символ того простого счастья, которое человек инстинктивно ищет всю жизнь. 

Для самого автора шоколад был «легальным допингом» для мозга: он помогал поддерживать то тонкое состояние, когда интуиция берет верх над холодным расчетом и слова сами ложатся на бумагу.