Подушечка

В одной уютной, чудесной комнате на кроватке с кружевами и оборочками жила… подушечка.

Она лежала и мечтала: «Вот вернётся моя маленькая хозяйка, дом наполнится смехом и радостью! Будет шумно и весело, а потом…» Подушечка зажмурилась от удовольствия... «Нежная щёчка прижмётся ко мне, погасят свет, и в тишине я буду прислушиваться к детскому дыханию, желая самых прекрасных и светлых снов!»

Подушечка блаженно потянулась...

Как забавно меня щекочут во сне ресницы хозяйки! Интересно, чему она тогда улыбается? Иногда мне так хочется заглянуть в её сны! «И почему это подушки не спят?» — неожиданно для себя подушечка спросила об этом вслух.

«Мурр, — негромко послышалось из-за двери, — потому что заняты делом». Рыжий кот Степан важно вошёл в комнату, зевнул и распахнул лапой дверь пошире: «Сама посмотри». Он тряхнул огненным хвостом и величественно удалился.

У окна прилежно трудилась мама маленькой хозяйки. Иголка ловко сновала в проворных пальцах. На столе среди россыпей разноцветных пуговиц и катушек красовалась изящная игольница. «Ах, какая красавица!» — зачарованно прошептала наша подушечка, любуясь атласными бантиками, украшавшими важную особу. Игольница украдкой покосилась на неё и замерла, выпятив тугой бархатный животик, утыканный булавочками, весело блестящими на солнце. Она старательно подставляла свой бочок под иголки и очень этим гордилась. «Ах, если бы я могла оказаться на её месте», — вздохнула наша подушечка, — да где уж мне... В моих пухлых боках все иголки пропадут! Я такая неуклюжая…»

«Милая, дай мне подушку», — послышался негромкий старческий голос. «Возьмите меня!» — решилась было подушечка, но женщина уже поспешно поднялась, подошла к старушке, мирно вязавшей в кресле у камина, и помогла устроиться поудобнее. Бабушка, вглядываясь в недовязанный носок, назидательно произнесла: «Подушка должна быть побольше да помягче, а то что в ней и толку? Маленькие кому нужны? Только место занимают».

Наша подушечка поспешно прикрыла дверь и задумалась: «Вот если бы можно было послужить нашей бабушке! Но я не такая уж и большая… Только место занимаю». Она печально посмотрела на кроватку с кружевами и… не посмела вернуться. Смущённо попятившись в угол, подушечка, сама не зная как, оказалась в конце концов в тёмном шкафу. «Тут мне самое место!» — решила она и затихла.

Наступил вечер с долгожданным детским смехом, шумом и гомоном. Подушечка вынуждена была наблюдать за всем через узенькую щёлку. Степан, проходя мимо, заметил её, но только безразлично прищурил зелёный глаз. Он величественно прошествовал дальше, унося свой роскошный, пламенеющий хвост, всем видом говоря: «Каждый должен сидеть там, где заслуживает!»

Долгий вечер наконец закончился, но в шкафу и раньше было темно. «Я никогда уже не решусь выйти отсюда», — вздохнула наша подушечка. — Никто не заставит меня показаться на белый свет!»

Вдруг ей почудилось, что кто-то плачет горько-горько, тихо-тихо. Наша подушечка была доброй и просто не могла выдержать такого. «Что ж… Пусть я никому не нужна… Пусть надо мною даже посмеются… Но нельзя оставаться в стороне!» — подумала она и робко выглянула за дверцу. Неуклюже выбравшись из своего убежища, подушечка увидела… свою маленькую хозяйку, сидевшую у мамы на коленях и всхлипывающую: «Где моя маленькая подушечка с сердечками? Мне не нужна другая. Она — любимая!»

«Я здесь!» — хотела сказать подушечка, но от восторга почему-то чихнула. «Да вот же она! — удивилась мама. — Как она здесь оказалась?» Подушечку заботливо отряхнули и положили на её место. Только сейчас она поняла, как соскучилась! Всё стало как раньше… Нет, стало лучше, потому что наша подушечка поняла, что…
Юлия Родионова