Весна-вектор жизни. 19

Зойка стояла в дверях, в ожидании какого-то приговора, в кабинете стояла тишина, присутствующие смотрели на нее, повернув головы, внимательно. Подойди поближе. Чтоб не травмировать Зойку, опять спокойно сказала-Тебя мама нашлась-и протянула ей две фотографии, где ей три годика, с мамой рядом, а на другой под ракитой дерева,в тени.в этот миг, как какой-то произошёл толчек, и открылась картина расставания на причал, с матерью. Словно ей, взрослой-шестнадцати лет небыло, и на краткое время, вернулась в далекое прошлое, когда Зойке было три года. Как тогда, в пору расставания, она закричала, голосом не терпящим возражения-Хочу к маме! Она кричала от боли, Потомучто с мамой разделяло большое расстояние, которое измерялось годами. Сколько она пробыла в таком состоянии не помнит, но это приняло неожиданный поворот. Директор детского дома решила отправить Зойку к матери, чтоб не травмировать и дальше Девочку. На следующий день, Зойку проводили в аэропорт и посадили в самолёт ИЛ 14,попросив женщину-пассажиру, присмотреть за ней и по возможности проводить к матери, ее. И радость и горечь душу не отпускали, как спутницы скакали на перегонки, кто кого опередить и ввергнет в то или иное состояние душу.
Первый полет, отвлек Зойку от предстоящего в ожидании. Главное она летит к матери. При встречи с ней, как она обнимет её и не будет больше отпускать. Словно плохое и хорошее оставляя за спиной. В аэропорту никто Зойку не встречал. И как-то Зойка сникшая, от беспомощности, не знала что ей делать, то ли плакать от боли, безысходности, то ли от одиночества, которое хватило её. Пассажирка, которая летела с ней, не отпускал Зойку от себя. Город большой-столица, мало ли что может произойти с девочкой. Продали целый час с Зойкой мать, так никто и не пришёл за ней. Она решительно пригласила её к себе домой, потому как вечерело. Адрес матери у неё был, попожет добраться до матери и снимет с себя всю ответственность за ребёнка. Радужный приём успокоил Зойку
Поужинав, она стала расспрашивать девочку, как пополам в детский дом, она.
Перед Зойкой одна картина, меняла другую. Рассказывая, как в какой-то сон погружалась, как будто это не с ней происходило, а с какой-то друг
ой Зойкой. Но главное она все больше прониклась сострадание, не к настоящей Зойке, а к той, которая была в прошлом. Её слушали внимательно, не проронив слова. Только во взгляде уловливала тревогу, за её будущее к  которой она не была голова. Утром вкусный завтрак-яичница с помидорами по Азербайджанский. Она ела и наслаждались вкусом этого блюда, что-то родное, далекое напоминало, может когда-то она её ела. Вот и дорога к матери, Зойки казалось долгой. На автобусе до метро и в метро минут сорок. Наконец-то нужная остановка. Они вышли. Оказалось, дом был не далеко от метро минут десять ходьбы. Наконец дверь, которая разделяло Зойку и мать, и годы за плечами, казалось их небыло.