Трещина

Из их окна виден огромный баннер. Мороженщики одной малоизвестной фирмы выпустили два новых вида мороженого, назвав их в честь классических фильмов «Унесённые ветром» и «Доктор Живаго». Рекламный ход! Представилось, вот так сидишь где-нибудь в летнем кинотеатре, смотришь фильм и ешь мороженое. Неплохо придумано. Лена перевела взгляд на захлёбывающуюся в слезах, маленькую, похожую на подломленную берёзу, женщину. Жиденькие, спадающие из-под ободка прядки волос. Поперечная бороздка, её ещё называют вдовьей, на переносице. Тонкие сухие губы с лучиками морщин. Глаз не видно, они размыты слезами, смотреть в них тяжело.

Измученная горем женщина уронила голову в сложенные на столе руки. Пора. Лена взяла со стола чашку, налила из фильтра воды, протянула женщине.

— Надежда Петровна, выпейте. Мне нужно с вами поговорить о Тоне. Пожалуйста, успокойтесь.

Получилось не очень сочувствующе, но женщина приподняла голову и взяла чашку из рук Лены.

— Это Юра, Юра её забрал, он так её любил. — Всхлипнула женщина и прильнула к чашке. Пила медленно, перебивая глотки всхлипами.

— Кто такой Юра? — Лена села напротив, придвинулась к столу, засунув ноги под узкую полоску углового диванчика.

— Юра… отец Тони. Мой первый муж.

— Значит, Виталий Леденёв…

— Отчим. — Надежда Леденёва утёрла платком глаза. — Юра погиб, когда Тоне было тринадцать.

— А что случилось?

— Упал в шахту лифта. Он был строителем. Тоня тяжело переживала гибель отца. Замкнулась, ушла в спорт. Спорт был её спасением.

— А как Тоня приняла ваше второе замужество?

— Тяжело. Нервно. У неё возраст такой был, понимаете, переходный. Между нами тогда образовалась трещина, которая так и не заросла. Мы перестали понимать друг друга. Я всё надеялась, что когда она подрастёт, когда сама влюбится, возможно… поймёт меня, как женщину. Мне ведь, когда Юра погиб, тридцать пять было всего, молодая ещё женщина.

— Скажите, Надежда Петровна, у Тони могли быть враги?

— Нет, — Надежда покачала головой. — Она в жизни добрая была.

— А в спорте?

— А в спорте, как в песне: есть соперники, в спорте нет врагов.

— Вот про соперников можете мне рассказать?

— Нет, — Надежда вздохнула. — Это вам лучше у тренера узнать — Максима Анатольевича. А почему вы спрашиваете про врагов, разве она не утонула?

— Утонула, — Лена опустила голову. — Но мы должны проверить все версии. - А можно мне осмотреть комнату вашей дочери? Это не обыск, просто взглянуть.

— Да, пожалуйста, — Надежда встала и направилась в коридор. Лена пошла за ней.

Комната Тони находилась в начале коридора. Надежда открыла дверь и пропустила Лену вперёд.

— Проходите. Мы ничего здесь не трогали. Всё так же, как было в тот день, когда она… — Надежда снова уткнулась в платок и завсхлипывала. Красный ободок сполз на лоб.

Лена прошла в комнату и огляделась. На полках кубки — золотые, серебряные. Настенный ковёр увешан значками. Над столом на гвоздиках медали, на столе вымпелы, стопкой грамоты, благодарности.

— Скажите, Надежда, вы знали, что Тоня берёт по ночам дополнительные тренировки?

— Не-ет, — размазала по щекам слёзы Леденёва. — Она ничего мне не рассказывала.

— И вас не пугали её поздние отлучки? Ведь он должна была возвращаться домой очень поздно.

— Не-ет. Мы привыкли. Виталик как-то сделал ей замечание, но она грубо ответила, что это не его дело. Что он ей никто. И пусть не лезет.

— А вы? Вы же должны были переживать, что на дворе ночь, а её нет дома.

— Ну, это не было чем-то из ряда вон выходящим, понимаете, она ведь и дома мало бывала, всё время то на сборах, то на соревнованиях, она самостоятельная очень. Я, конечно, спрашивала, что так поздно, она отмахивалась — всё нормально. У неё такой спортивный режим. Понимаете?

— Нет, — Лена отвернулась, Надежда Леденёва стала ей не интересна, уж лучше про мороженое думать, чем сочувствовать такой матери, которая просто когда-то родила девочку Тоню, а потом променяла её на нового мужа. Какая она мать? У них даже фамилии разные.

Она не стала ждать лифт, спустилась по лестнице, на выходе остановилась, чтобы включить звук в телефоне, и замерла, что-то неприятное царапало затылок. Лена резко обернулась. Злые чёрные глаза сверкнули и спрятались за тяжёлой железной дверью. Стало непосебе. Лена подошла к двери и надавила на звонок.

Вы прочли отрывок из детектива Елены Касаткиной "След на воде". Полностью книгу читайте на Литрес, Ридеро, Амазон.