1570. Хуторская чертовщина. В пылу обмана и надежд

        Не спеша и не торопясь, прогуливаясь под тёплыми лучами февральского солнца, а сама погода больше походила на поздне-апрельские дни, Злотазан оказался перед выбором, напроситься ему, постучавшись в двери с чёрного входа или зайти с парадных дверей буфета.
           Выбор сам по себе не значительный, но довольно сложный по определению, что в данном случае окажется выгодней, то или другое, перевесив довольно убедительным фактом.
        Немного по размыслив, пришёл к выводу, что для начала ему не плохо было бы справиться у извозчика Франца на счёт странных посетителей буфета, прибывающих с проходящих поездов.
        Выйдя на перронную площадь к большому сожалению не обнаружил здесь Франца, особо не расстроившись, ещё успеет того расспросить, чем здесь промышляют  заезжие коммерсанты, прошёлся к дверям буфета и войдя внутрь не мог не отвесить буфетчице, несколько приятных закамуфлированных колкостью комплиментов.
-Доброго здоровьица Валюшенька, всё цветёшь и пахнешь голуба.
-Уж не заскучала ли в моё отсутствие? 
-Вижу не особо богат у тебя выбор, с таким скудным набором многого не наторгуешь.
-А где его набраться Пал Андреевич, коль государство о нас не проявляет заботы,
                ответила буфетчица,
-раньше хоть что-то из выделяемого доходила до нас, а теперь и этого нет.
-А чего Борис Ефимович не расстарается?
-У него же имеются связи, чего зря ему кормить своих дармоедов, коль не желают побеспокоиться по государственным закупкам?
- Да кто ж его знает Пал Андреевич, колдует там чего-то у себя, меня к этому не подпускает, да мне особо и не надо, хорошо что платить и на том спасибо.
-Интересно, как это у него получается?
-А вы пройдите и сами спросите.
-А чего не пройти и пройду, проведаю старого товарища, к тому же на днях обещался к нему заглянуть.
             Злотазан осторожненько одним указательным пальцем приоткрыл занавес, просунул свою голову и сотворив на своей роже умилительное притворство, с милейшей выразительностью произнёс.
-Боренька, разреши пройти в твои не слыханных щедрот хоромы.
-Разреши ступить в твои безбрежные закрома и насладиться усладой запахов осевших и пропитавших эти стены и потолок.
-Заходи Павлуша раз пришёл,
                ответил ему Борис Ефимыч,
- ну не прогонять же мне тебя.
-Иной раз бы сделал это с большим удовольствием, да видишь приходиться идти на уступки.
-С твоего позволения Боренька, только с твоего позволение позволю себе переступить через этот порог.
         Кривляясь и иронизируя своей походкой прошёл внутрь, где усевшись на стул у стола и поставив сбоку свой портфель не понятно чему улыбаясь, уставился в заведующего.
         Борис Ефимыч оторвавшись от своих бумаг взглянул на шаловливого гостя, высказал своё предположительное мнение.
-Вижу Павлик по твоей довольной роже, что твоя поездка во Владикавказ имела большой успех.
-Скажу больше, сумел урвать грандиозный куш и не говори мне, что это не так, меня не так уж просто обмануть, имею особый нюх.
-Ну это ты Боренька уж слишком загнул, твоя правда, имел некую не значительную прибыль.
-Но не в этом главная суть, сумел познакомиться с одним очень пронырливым господином, скользким, что тот змей барахтающийся в масле.
-Невероятно пробивной, имеет множество знакомств с нужными людьми, есть у него один не достаток, жаден до золота и денег, да кто из нас не болеет этим пороком.
-Я ведь к тебе не просто так заглянул, хотел бы на время взять у тебя свой кубок.
-Да ты не омрачайся особо, он мне нужен для одного важного дельца, поставить печать, дел-то на пятнадцать минут.
-Да я не омрачаюсь, с чего это ты взял, вещь твоя, когда хочешь, тогда и забирай, только хотел спросить, собрался унести с собой или у меня им воспользоваться?
- Таскаться с такой дорогой вещью по нашим улицам довольно опасно, всякого отрепья понаехало в наши края, как бы того, не ограбили, с виду ты не богатырь, так чего бы не обидеть представителя гнилой интеллигенции.
-Ну ты Боря нашёл с чем сравнивать, я хоть с виду и не атлет, но могу за себя постоять.
                Злотазан привёл ещё кучу убедительных доводов, а сам подумал, а чего бы этому Бориске не подговорить своих подлецов, нападут скопом и только он видел свой кубок, получив по башке увесистой дубиной, потом попробуй найди, кто это был, ведь и концов не сыщешь.
          А этот подлец и негодяй Борис Ефимыч только и сделает вид, что проявляет сочувствие, насылая лживые проклятия тем, кто посмел совершить это наглое, среди бела дня, ограбление, а сам прохвост будет рад радёшенек, тихо посмеиваясь в тряпочку, считая с момента нападения этот кубок своей личной собственностью.
         Да не бывать такому, в его браунинге на всех хватит патронов, каждого кто осмелиться его ограбить, положит на месте и глазом не моргнёт.
-В твоих словах Боря есть разумное предостережение,
                сказал хитрец и проныра,
-но видишь ли, мне необходимо взять с собой кубок, понимаю, как не понять, есть риск и не малый, а куда деваться, когда обстоятельства требуют немедленной исполнительности.
-Да что там за такие обстоятельства, когда приходиться так рисковать?
-Ты Пал Андреевич объяснил бы мне сию необходимость.
-А чего здесь изъясняться Боря, нужно поставить печать на один важный для меня документ.
-У тебя случайно не найдётся большого размера конверт?
-Ну почему же случайно Павлуша, у меня всё найдётся, предоставлю с большим удовольствием.
-А если эти документы при тебе, так чего устраивать ненужные хождения, прямо здесь и поставь печать, у меня для этого всё уже приготовлено.
-Разогреем сургуч, накапаем на конверт, приложим печать и готово, а за одно отметим этот исторический момент хорошей бутылочкой коньяка.
-Понимаешь Боренька, есть одна большая закавыка, бумаги довольно секретного содержания, даже не желательно твоё присутствие, конверт с тайным донесением должен оставаться в тайне.
-Ну ты меня Пал Андреевич огорошил своим признанием, давай сделаем так, я принесу кубок и конверт, выйду в зал, а ты здесь орудуй сам.
-Не пойдёт Борис Ефимыч твой вариант, сам же знаешь в самый ответственный момент обязательно кто-то заявится, а мне этого как раз и не хотелось бы.
-Тайна должна оставаться тайной, да к тому же имею опасения, как бы ты подавшись соблазну не стал подглядывать из-за занавеси.
-Пойми меня правильно Боря и без всяких обид, то что я собираюсь положить в конверт никто, даже ты,  не должен  видеть.
-Ну и напустил ты пал Андреевич таинственности, что я начинаю путаться в догадках.
-Ну не хочешь это сделать за моим столом, то прошу пройти в мою потайную комнатку, уж там поверь мне, никто тебе не помешает, занимайся без всякого опасения.
-А вот это Боря уже дельный совет с твоей стороны, раз предложил, так чего нам откладывать, веди меня в свою потайную каморку.

              Ловко же я этого Борюсика облапошил, наговорив ему всякой непотребной ерунды, подумал Злотазан, продолжая нагнетать напряжённую обстановку, всё ж таки вынудил его пройти вместе, теперь ему не извернуться, всё придётся показать, чего он всё это время пытался от него скрывать.
              Заведующий встал из-за стола, выкрикнул в зал.
-Валька!
-Никого ко мне не пускай.
-Слышала?!
-Никого не впускай в подсобку, если кто станет настаивать, скажешь, что меня здесь нет!
          А затем любезно предложил пройти к ничем не примечательной дверце, на ходу извлёк связку ключей, найдя нужный ключ, подойдя к двери сунул прорезь провернул несколько раз, отворил двери и прошёл сам, говоря.
-Минуточку терпения Пал Андреич, минуточку терпения, сейчас зажгу свечку и станет здесь светлее.
         Чиркнув спичкой и дав ей разгореться прошёл к столу, подпалил фитилёк свечи стоявшей в подсвечнике с чашей для сбора стекающего воска.
         Разгораясь свеча вскоре осветило это не большое помещение, как бы приглашая Злотазана пройти внутр.
        На правах гостя он прошёл к столу, сказав заведующему.
-Ты бы Боренька прикрыл двери, никому ныне нет доверия, а у тебя здесь хранится мой драгоценный кубок, да и твои честно заработанные сокровища.
-Верное замечание Павлик, осторожность она ещё никому не помешала.
             Борис Ефимыч прошёл к двери, да что тут было ходить, сделал четыре шага и уже у двери, которую он не только прикрыл, но и закрыл на мощную задвижку, а обернувшись к Злотазану, сказал ему.
-Павлуша, ну что ты как ни родной, пролезай и садись за стол, я тебе сейчас всё выдам.
          Вот же хитрец этот Бориска, ловок и изворотлив, не желает, чтоб в его бронированном шкафу рыскали чужие глаза, прикрывает содержимое внутри своей широкой спиной.
         Так и вышло и в этом нет ничего удивительного, зачем кому-то знать, что у него здесь лежит, своё личное спокойствие прежде всего.
           В четыре поворота ключа Борис Ефимович вскрывает замок, открывает дверцу, как в таком невероятно удачном разе не взглянуть внутрь, но что это?
        Этот проныра предварительно набросил тряпицу на хранившиеся здесь сбережения, вот и гадай после этого, сколько и чего он прячет в этом шкафу.
         Возможно это подстроено для отвода глаз, хитрая задумка, желая пощекотать нервы подлым обманом, сложив там обычные бумажки.
          А Борис Ефимыч закрывая обзор своим тучным телом, отыскал конверт и не оборачиваясь бросил его на стол, говоря.
-Можешь Пал Андреевич складывать в него свои тайные документы, я оглядываться не стану.
-Э нет Боренька, не могу себе позволить подобной вольности, мало ли чего, а загубить на корню тайное донесение не имею ни какого желания.
-Ну как знаешь, так и поступай, сейчас открою внутренний отдел и выдам тебе твой кубок.
       Поддавшись соблазну и проявляя любопытство Злотазан осторожно приподнялся, пытаясь поверх плеч заведующего заглянуть в само нутро бронированного шкафа, где без всякого сомнения Борис Ефимыч хранил и своё золото.
          Но он будто прочувствовал своей спиной хитрую задумку Пал Андреича, так ловко двигался, закрывая своей головой всякие потуги выведать хотя бы малейшие подробности, тут же вынув кубок завернутый в тряпицу, закрыл дверцу.
            Сделав пол шага назад затворил основную дверцу и замкнул на ключ, а вынув его из скважину, в общей связке ключей сунул в карман и только после этого позволил себе повернуться и положить кубок на стол.
-Вот Павлик принимай свою драгоценность,
                сказал заведующий не собираясь никуда не выходить,
-всё в целости и сохранности, разверни и посмотри, чтоб потом ко мне не возникало претензий.
-Посмотрим Боря, а чего не посмотреть, приятную вещицу приятно подержать в  своих руках.
          Злотазан взял завёрнутый в тряпицу кубок и сразу отметил, что он завёрнут совсем не так, как он всегда это делает, из чего делается лёгкий вывод, что Борис Ефимович доставал из своего шкафа это драгоценное изделие и возможно перед кем-то хвастал, что довольно опрометчиво с его стороны, это как дразнить голодную собаку куском мяса, раздразнив ней необычайные аппетиты.
           А уж на что способны голодные псы, так это запросто покусать своего хозяина, выхватив из его рук то самое мясо.
         
           Но все эти мрачные мысли улетучились подобно утреннему эфиру в лучах взошедшего солнца, наблюдая невероятной по красоте изделие искусного мастера.
          Повертев его в руках и осмотрев со всех сторон, убедившись в полной целостности и сохранности кубка, сказал заведующему.
-Боренька, ну ты то чего стоишь, чего дожидаешься?
-Будь любезен разогреть мне сургуч, а потом можешь отправляться к себе в подсобку и организовать скромный столик, подав коньяку и сытной закуски.
-Только чур за мной не поглядывать, а то я тебя знаю хитреца, изловчишься через какую нибудь дыру подсматривать, а это мне может стоить предстоящей карьеры.
-Сам понимаешь я уже не молод, года берут своё, вот и подыскиваю для себя тёпленькое и доходное местечко.
-Ну что там, разогрелся сургуч?
-Больно ты скор Павлик, подожди маленько.
-Ну тогда попрошу освободить эту каморку и с твоего позволения закрою дверь на запор.
-Минуток через десять позову обратно, так что постарайся не отлучаться.
           Закрыв двери за вышедшим Борис Ефимычем, а обслюнявленную бумажку приложил к замочной скважине, чтоб не подглядывали за ним, не стал торопиться усаживаться за стол, а подошёл к бронированному шкафу и попытался его встряхнуть, желая услышать звон золотых монет.
       Но не тут-то было шкаф прочно был установлен и надёжно закреплён, так что любые воздействия на него были бесполезны, ну разве если ударить по нему увесистой кувалдой.
          Лукавый пройдоха не стал расстраиваться, для обнаружения спрятанного золота у него имелось ещё несколько надёжных способов.
        Приложившись носом к замочной скважине бронированного шкафа втянул через одну ноздрю в себя воздух и тут же его пронял такой чих, будто он имел место крепко простудиться.
          Была ли это скопившаяся бумажная пыль или же проделка того же Бориски, подсыпав какого нибудь чихательного порошка.
       Отказавшись от дальнейших изысканий спрятанного в шкафу золота, присел за стол и принялся заниматься тем, для чего сюда и пришёл.
           Вынув из портфеля бумаги купленного им поместья и наброски будущей усадьбы, положил в конверт, заклеил и приступил к пробному оттиску печати на горячем сургуче.
          Проворачивая подставку кубка, выдвигая саму печать с ревущей головой льва, то отметил одно важное обстоятельство, этот прохиндей Бориска, уже использовал её и не единожды по своему личному назначению.
           Уж если берёшь чужие вещи без разрешения, то будь добр позаботиться, чтоб они оставались в надлежащем виде, без всяких последствий и едва заметных остатков сургуча.
        Несколько раз дохнув на печать и протерев её тряпицей, доведя до идеального состояния, накапал горячего сургуча на конверт, немного подождал, когда он при остынет и растечётся ровной гладью, дохнул ещё раз  на печать, примерился и приложился слегка надавив, а затем приподнял кубок и был доволен своим результатом, чёткий оттиск печати попросту радовал его своим великолепием.
         
             Ну что, можно себя поздравить, с письмом разобрались, пусть полежит, а сургуч окончательно застынет, пора было заняться и «колбаской», да только вышло небольшое недоразумение, где ставит печать.
         Ведь у него сразу возникло сомнение, даже наложив печать у самого узла, есть вероятность, пусть и малая, осторожно ослабить узел, сдвинуть всего чуть-чуть и через небольшое отверстие сдавленное с двух сторон пытаться выдавить монету, а далее войдя в азарт, таскай себе помаленьку.
        Какие могут возникнут претензии, коль печать цела, скажите, а как же доверие?
         А доверять никому нельзя, даже самому себе, ибо бывают такие безвыходные ситуации, что приходиться идти на гнусную подлость, предавая собственные клятвы скреплённые кровью.
         Вот тебе и ситуация, времечко бежит неумолимо, надо бы поторопиться, да возникшие сомнения ставят в полнейший ступор.
     Изворотливый ум на то и изворотлив, позволяя выкручиваться казалось из самого безвыходного положения.
       Чего проще, взять и  навязать тугих узлов, залить их сургучом и поставить печать.
      Вполне разумная задумка, чего бы ей не воспользоваться, навязав крепких и замысловатых узлов, да только вот вышла очередная не задача, как разместить «колбаску» с монетами, чтоб в последствии не сломать саму печать.
         Злотазан вертел ей так и эдак, но всё это было не то, наконец он сообразил, расположить её вертикально, прислонив к краю стола, после того как он поставить печать, её легко будет загнуть к самой «колбаске».
         И так, фронт работ обозначен пора действовать, оторвав клочок бумаги, ну не на стол же проливать сургуч, придерживая в левой ладони зажатый кожаный чехол, а косичку положив на бумажку.
          Правой рукой взяв посудину с расплавленным сургучом и тонкой струйкой пролил на косичку, немного подождал, обхватил сверху кубок своей пятернёй, дыхнул на печать и плотно приложился.
         Через пару секунд  приподнял кубок и взглянул на оттиск, отменная работа, будто он только и делал, что все прошедшие годы ставил печати.
           Осталось немного подождать, когда сургуч остынет, а саму «колбаску» с империалами спрятать в карман, по дальше от завидущих глаз Борис Ефимыча, если он ему и покажет, то только запечатанный перед этим свой конверт с бумагами на приобретённое им поместье Мамкиных.
          Желая быстрее остудить сургуч дул на него сложенными в трубочку губами, неимоверно надувая свои щёки подобием болотной лягушки в период брачного периода.
         Убедившись, что оттиск застыл, приложил сургучную печать к кожаному чехлу и сунул в боковой внутренний карман, намереваясь ощущать его постоянное присутствие у своей груди.
          Дело сделано, былая задумка исполнена, чего бы теперь не выпить коньячку, да сытно откушать, коль к этому имеется достойный повод.
         Протерев и закрутив обратно в подставку печать, затем сам кубок подверг тщательной полировке, из любопытства заглянув внутрь, найдя на дне своё искажённое отображение, высунул и показал язык, совершил только ему понятный магический обряд, соизволил на свой манер завернуть в тряпицу кубок и поставить на стол.
         Затем встал из-за стола прошёл к двери, сдернул присохшую бумажку, сдвинул задвижку, приоткрыл дверь и высунув свою голову позвал заведующего.
-Боря! Ну я готов, можешь заходить.
        Колдовавший над столом Борис Ефимыч, расставляя бокалы и закуску, одобрительно кивнул головой, придвинул тарелку, чтоб придать сервировке элегантный вид, поспешил в свою каморку.

           Зайдя внутрь, где Пал Андреич с видом не винного агнца помахивал конвертом, изображая будто он только что поставил печать, имея намерения по быстрее остудить горячий сургуч, говоря заведующему.
-Ну всё Боренька, можешь убирать в свой шкаф мой кубок.
-Ты только взгляни, какой добротный оттиск у меня получился, голова рычащего льва сама застывшая огненная страсть, а эти надписи, это же шедевр искусства, ты только послушай, как это звучит.
-«Omne publikum commune es”
                всё общественное является общим, как тебе такой подход к материальным ценностям?   
-Но вот это мне больше нравится:
                “Ipse mini solum pertinet ad me”
-лично моё принадлежит только мне.
-Как по нашему, так это более понятней будет, если сказать так: на чужой каравай свой рот не разевай.
              Злотазан конечно же решил схитрить и своими познаниями латыни собрался сбить с толку Борис Ефимыча, желая из чувства переполнившегося любопытства заглянуть хотя бы одним глазком в этот бронированный шкаф и выведать, чего же там ценного хранит этот занудный тип.
        А заведующий и не торопился, будто сонная муха после утреннего заморозка вынул из кармана связку ключей, потряхивая ими выбрал ключ от шкафа, что не оказалось без внимания ушлого прохиндея, успев запечатлеть в своём мозгу разно парные бородки ключа, вставил в замочную скважину, провернул в четыре оборота, а затем обернувшись и взял в свои руки завёрнутый в тряпицу кубок, говоря.
-Павлуша, ты бы прошёл к столу, а мне здесь нужно немного прибраться.
-Ты иди, а я быстренько всё устрою.
                Ты посмотри на него, какой подлец, подумал Злотазан, на всякую хитрость у него найдётся своя.
- Обязательно Боренька пойду, не буду мозолить тебе глаза своим присутствием, но это сделаю после того, как удостоверюсь, что ты мой кубок спрятал во внутреннее отделение и закрыл на ключ.
- Так для меня будет спокойнее, а то знаешь, буду потом переживать, сомневаться, плохо спать, уж давай ублажи мои сомнения, положи при  мне кубок и я пойду.
           Кто мог подумать в ту минуту, Борис Ефимыч проявил невероятную прыть, одной рукой приоткрыл дверцу шкафа, второй сунул кубок во внутренний отдел, закрыл его на ключ.
          Тут же ключ продемонстрировал Злотазану и сунул под кипу бумаг, всё это он проделал на столько шустро, что вызвал некое удивление своей расторопностью, в одно мгновение выполнив просьбу своего назойливого просителя.
             Тут же закрывается дверца бронированного шкафа и запирается на ключ, ключ вынимается и всей связкой кладётся в карман.
             Только и остаётся, что бросить конверт в свой портфель да с чувством возникшего разочарования топать к столу, оставив убираться в каморке Борис Ефимыча.

                14-15 февраль 2026г.