145. 89

С раннего утра окно будто залили туманом. В советские времена если в магазине делали ремонт, то большие витринные стекла замазывали побелкой, и строители изнутри процарапывали ножом надписи, иногда рисунки; и только сквозь эти черные линии можно было хоть что-то разглядеть. За моим окном слабо прочерчены лишь несколько черных деревьев и кривая тропинка. А еще сплошное белое пространство царапало карканье ворон и где-то вдали злой собачий лай.
У соседей снизу тонко и противно завывал пылесос, как старая, допотопная бормашина из школьного кабинета стоматолога. (В моей школе оказывается был кабинет зубного врача. Вот сейчас вспомнил. Надо же…) Прямо внизу под окном нервно, но бессмысленно и потому тупо, газовал редкий на моей улице одинокий автомобиль. Привычный, потому что постоянный, почти круглосуточный, звук лифта сегодня обращал на себя внимание и раздражал. Даже был слышен, обычно не замечаемый, мягкий шум вентилятора ноутбука. И вся эта какофония создавала какавонию свалки звуков, будто не «согласное гуденье насекомых» в голове.
Причиной этой досадной и придирчивой раздражительности было всего лишь высокое давление. 145/89