Вывеска

        Трасса Тбилиси — Рустави в полуденный час гудела потоком машин. Среди придорожных мастерских выделялась одна — с аккуратным двором, в котором ряды покрышек лежали словно по линейке, инструменты были разложены как на витрине, а воздух пах резиной и терпким кофе. Здесь работал Резо.
        Резо Малидзе был из тех мастеров «к которым возвращаются». Не потому, что дешево — цены у него как у всех. Не потому, что быстро — он никогда не торопился, делая работу тяп-ляп. Возвращались потому, что когда Резо говорил, то говорил дело. Когда обещал «будет готово к шести» — значит будет к шести. Когда осматривал колесо и качал головой — значит проблема настоящая, а не выдуманная, чтобы «срубить денег».
        За двадцать лет Резо приобрел репутацию которой теперь гордился больше чем новым подъемником. Клиенты делали крюк лишь бы заехать к нему. Дальнобойщики знали его мастерскую как самую надежную точку. А в последний год прибавилось русских — много русских, которые переехали в Грузию и обживались здесь, покупали машины, ездили по делам.
        Резо относился к ним хорошо. Говорил по-русски свободно, еще со школы, шутил, расспрашивал про жизнь. Русские платили исправно, благодарили, рекомендовали друзьям. И вот однажды вечером, закрывая мастерскую, Резо подумал: а ведь можно сделать вывеску на двух языках. Чтобы русским сразу было понятно. Это ведь уважение, гостеприимство. И выгода, конечно (но не только).
        На следующий день он заказал новую вывеску. Написал текст на листочке, старательно, буква к букве — по-грузински, как обычно, и по-русски, «Шини монтаж». Проверил несколько раз — вроде все правильно. Мастер-изготовитель кивнул, ничего не сказал — ему все равно, ему надо сделать заказ.
        Через три дня вывеска висела над входом, яркая, сверкающая на солнце. Резо выходил на дорогу, задирал голову, улыбался. Соседи-конкуренты посматривали с завистью — у них вывески проще, только по-грузински. А у Резо теперь — для всех. Солидно.
        Через несколько дней подъехала знакомая «Тойота», из которой появился Андрей — программист, русский, давний клиент. Переехал в Грузию четыре года назад, работал из дома, машину любил, ухаживал за ней тщательно. Резо его уважал: человек молодой, но серьезный, без выпендрежа.
        — Резо, гамарджоба! — поздоровался Андрей. — О, вывеску поменял!
        — Да, — гордо ответил Резо, вытирая руки о ветошь. — Теперь и по-русски. Красиво?
        — Красиво, — Андрей кивнул. — Только, Резо, у тебя тут ошибка.
        — Ошибка?
        — «Шини монтаж» — это неправильно. Правильно «шиномонтаж», слитно. В одно слово.
        Резо посмотрел на вывеску, потом на Андрея, потом снова на вывеску. Ошибка. Двадцать лет он работал без брака, а теперь — висит над мастерской ошибка, и все видят.
        — Я переделаю. Сейчас сниму, закажу новую.
        — Погоди, — Андрей поднял ладонь. — Вывеска работает?
        — Как работает?
        — Ну, клиенты едут? Видят вывеску, понимают, что тут шиномонтаж, приезжают?
        — Да, конечно, едут. Даже больше стало.
        — Ну вот, — Андрей усмехнулся. — Работает — не трогай. У нас бывает так — что-то в коде криво, не по правилам, но работает. Все что надо — делает. Начинаешь исправлять, ведь не по правилам вроде, — глючит. Так что оставь. Серьезно.
        Резо хотел возразить, но Андрей уже сменил тему:
        — Сделай мне балансировку на передние. И давление проверь.
        Резо кивнул, взялся за работу. Руки делали привычные движения, а голова была занята вывеской. Висит там ошибка, он теперь знает, а все видят. Балансировка вышла идеально, давление выставил точно. Андрей расплатился, поблагодарил, уехал. Резо проводил его взглядом, снова посмотрел на вывеску.
        «Может он прав? Работает же...»
        День прошел как обычно. Клиенты приезжали, работа спорилась, никто на вывеску внимания не обращал. Вечером Резо закрыл мастерскую, поужинал с женой наверху. Жена спросила — что такой задумчивый, но он отмахнулся — мол, работа, устал. Лег спать рано.
        Но сон не шел.
        Резо лежал в темноте, глядя в потолок. Перед глазами стояла вывеска, с той ошибкой. «Шини монтаж». Два слова вместо одного. Он всю жизнь делал работу как надо. Если обещал к шести — значит к шести, ни минутой позже. Если балансировал колесо — до идеала. Если видел, что деталь может еще «потянуть» — честно сообщал. Репутация — это не вывеска над дверью. Это то как работаешь. Как держишь слово. Как не обманываешь — ни себя, ни людей...
        Часы высветили половину второго. Потом два. Потом половину третьего. Резо ворочался, вздыхал, пытался уговорить себя: ну подумаешь, ошибка, все равно понятно же. Программист сказал: работает — не трогай.
        Но программист — это программист, а он — Резо Малидзе, мастер шиномонтажа. И у него должно быть все правильно.
        В три часа он встал, тихо и аккуратно, чтобы не разбудить жену. Спустился в мастерскую. Включил свет. Достал краски, кисти, лист металла, который остался от старой вывески.
        Работал сосредоточенно, как работал всегда. Буквы выводил ровно, аккуратно. Сначала по-грузински — это легко. Потом по-русски, внимательно, сверяясь с тем что написал на листочке: «Ш-И-Н-О-М-О-Н-Т-А-Ж». Одно слово. Правильно.
        Краска высохла быстро. Резо снял старую вывеску, прикрутил новую. Отошел, посмотрел. В тусклом свете фонаря было хорошо видно — правильно.
        На душе стало легко и спокойно. Вытер руки, выключил свет, поднялся обратно в спальню. Лег и быстро уснул.
        Утром солнце поднялось над трассой и осветило фасад мастерской. Лучи скользнули по новой вывеске, где по-грузински и по-русски было написано правильно, без ошибок. Резо вышел на дорогу, посмотрел на свою работу, кивнул сам себе. Вернулся во двор, налил кофе в старую эмалированную кружку, присел на свой старый стул.
        Послышался шум мотора — первый сегодня клиент. Резо допил кофе, поставил кружку на полку, достал перчатки. Теперь все было в порядке. Теперь можно работать.