Пух

        Веста и Неля поднялись на лестничную площадку. Первое что увидела Веста — серый комок у батареи под окном.
        — Пух! — подбежала. — Опять!
        Кот сидел прижавшись к стене в углу за радиатором. Глаза смотрели с таким выражением будто весь мир предал его.
        — Это чей? — спросила Неля.
        — Соседский. Пух его зовут, — Веста присела, погладила. — Он несчастный. Аделина, дура эта, каждый раз его сюда выбрасывает. Что-то опять не так сделал.
        — Как можно? — Неля тоже погладила. Пух закрыл глаза, мяукнул. — Бедный...
        — Все, хватит, — сказала Веста решительно.
        Взяла кота на руки — тот обмяк тяжелым грузом. В квартире они сразу понесли Пуха на кухню. Веста поставила воды, нарезала колбасы.
        — Ну ешь!
        Но Пух не ел. Забился в угол между холодильником и стеной, стал тихо, протяжно, печально мяукать.
        — Может ему больно? — забеспокоилась Неля. — Может она его била?
        — Не знаю... Пух, котик, ну что случилось?
        Долго пытались его успокоить, гладили, разговаривали. Наконец Пух вылез из своего убежища, понюхал колбасу, осторожно съел пару кусочков. Попил воды.
        — Ну вот, уже лучше, — Веста поставила чайник. — Теперь можно чаю попить.
        Они сидели на кухне, пили чай с печеньем, а Пух лежал рядом на табуретке, на старом мягком полотенце, и дремал, иногда вздрагивая во сне. Неля рассказывала свою очередную историю. Веста слушала вполуха, поглядывая на кота.
        Раздался звонок в дверь. Веста прошла в коридор, открыла, увидела Аделину — женщину с крашеными волосами и недовольным лицом.
        — Где мой кот?
        — Какой кот?
        — Не валяй дурака! Я видела как ты его забрала! Верни сейчас же!
        — Вы его на площадку выбросили! Он там страдал!
        — Это мое дело как я воспитываю своего кота! — Аделина шагнула в квартиру. — Ты вообще понимаешь, что это кража? Я могу участковому позвонить. Вообще заявление в полицию напишу, знаешь!
        Из кухни донеслось мяуканье. Аделина протиснулась мимо Весты.
        — Пух! Иди сюда немедленно!
        Кот снова спрятался за холодильник.
        — Вот негодяй! — закричала Аделина. — Ты у меня дождешься! Разбил стакан, а теперь еще и сбежал!
        — Может он разбил потому, что вы на него кричите? — не выдержала Неля.
        Аделина метнула в нее злой взгляд, схватила Пуха. Кот повис, прижав уши.
        — Не лезь не в свое дело, — процедила Аделина. — А ты, паразит, дождись только — придем домой!..
        Дверь захлопнулась.
        — Вот курица, — Неля поморщилась.
        — Ты не представляешь, — Веста вернулась на кухню, опустилась на стул. — Она его прошлой зимой на балконе всю ночь держала, на кухне который. Минус пятнадцать было! Утром на работу выхожу, слышу — мяукает кто-то, ужас просто. Смотрю — он там сидит, трясется весь. Я ей тогда такое устроила, она даже полицию вызывала.
        — А в ветеринарную службу нельзя пожаловаться? Или куда там? Ведь должно быть куда пожаловаться.
        — Можно наверно. Только доказать что-то сложно. Она же не бьет его при свидетелях.
        — Ладно, мне пора, — Неля посмотрела на часы. — Ты как?
        — Нормально. Давай.
        Когда Неля ушла, Веста долго сидела на кухне, глядя на полотенце, на котором недавно лежал Пух. Сложила остатки колбасы в контейнер, убрала в холодильник, помыла миску и чашки.
        Потом долго лежала в постели, но заснуть не получалось. Полдвенадцатого за стеной послышался шум — кричала Аделина. Веста поднялась, прислушалась, разобрала:
        — Пух! Да что ж ты за зверь такой! Опять на диван залез грязными лапами!
        Веста сжала кулаки. Крик продолжался. Аделина ушла вглубь квартиры, но кричала так громко, что можно было по-прежнему разобрать: «паразит», «выброшу», «достал», «сволочь».
        Веста вскочила с кровати, стала одеваться. Все, хватит. Пойдет к этой дуре, отберет кота, пусть хоть в полицию звонит, снова, пусть что хочет делает. Нельзя так с живым существом.
        Почти оделась, когда услышала мяуканье. Жалобное, отчаянное — ужасно. Мяуканье доносилось с лоджии.
        Выскочила на лоджию и сразу увидела Пуха. Он протискивался в щель между оконной рамой и решеткой, которой были закрыты лоджии. Застрял и звал на помощь.
        — Пух! — Веста бросилась к нему. — Ты ко мне?
        Осторожно вытащила из ловушки — он протискивался с соседней лоджии, тоже спальня у Аделины. Прижала к себе; кот замолчал, замурлыкал.
        — Умница, — прошептала Веста, чуть не плача. Понесла на кухню. — Сам ко мне пришел, молодец... Дура тупая... Сейчас я тебя покормлю...
        Пух ел с аппетитом — после всех стрессов проголодался. Веста сидела рядом на корточках, гладила его по спине.
        — Все, живи теперь у меня. Не отдам тебя больше.
        Когда кот доел, Веста взяла его на руки, понесла в спальню.
        — Давай спать. Сплошной стресс сегодня какой-то.
        Но Пух, только она положила его на кровать, спрыгнул. Отбежал к двери, обернулся, мяукнул.
        — Ты что? — Веста удивилась. — Не хочешь тут спать?
        Пух пробежал в коридор, вернулся, мяукнул снова — настойчиво, требовательно.
        — Ну ты что? — Веста подошла, присела на корточки. Пух потерся о ноги, посмотрел на нее, мяукнул особенно громко.
        — Лапы! — воскликнула Веста. — Надо помыть лапы! Ты же по решетке лез, они у тебя грязные, так?
        Пух мяукнул, как будто в ответ.
        Веста взяла кота на руки, понесла в ванную. Включила теплую воду, намылила лапы, помыла, вытерла полотенцем.
        — Вот теперь порядок. Пойдем спать, чистюля ты мой.
        На этот раз Пух без возражений устроился на кровати рядом с подушкой. Веста накрылась одеялом, выключила свет. За окном шумел ночной город, где-то внизу сигналила машина. А здесь, в спальне, было тихо, спокойно, уютно. Пух тихонько мурчал, и казалось будто это урчание наполняет комнату теплом.
        Она погладила кота. Тот подвинулся ближе.
        — Спокойной ночи, Пух. Утром дам тебе рыбную котлету. Ты ведь ешь рыбные котлеты?
        Пух мурчал.