Путешествие к мечте.. Сбылось!

Шенгенская карусель

С ещё не улёгшимся волнением мы тронулись в путь. И в Вадуце, столице крошечного княжества Лихтенштейн, я всё ещё переживала случившееся и даже не очень осознала, что мы пересекли границу Швейцарии. Пейзаж почти не изменился, только селения стали совсем маленькими, подстать княжеству, а столица Вадуц оказалась размером с Грюйер или Мюррен, но уж точно меньше Интерлакена. И замок у князя Ханса-Адама II такой маленький, простенький, серенький – особенно, если глядеть снизу на скалу, где он примостился. Наверное, поэтому лихтенштейнцы изготовили макет замка в 1/20 его величины и поставили рядом с паркингом, чтобы гости не обознались.

Славится Лихтенштейн своими замечательными швейными иглами, ножницами и другими швейными принадлежностями, но я, пребывая ещё в некотором ошеломлении, не сообразила купить такие хорошие сувениры. Я бродила по главной (и единственной) улице столицы, но Таня всё-таки обратила моё внимание на странную конную скульптурную группу, подаренную наследному принцу Алоизу, большому любителю и знатоку лошадей. У этих металлических лошадок были шарообразные крупы и странные, нелошадиные позы. Потом нам приглянулась цветущая глициния в кадках посреди улицы. Вместе с замком это и была моя главная фотодобыча в Лихтенштейне за час, проведенный там.

Что за чудо эта шенгенская зона! По пути в Баварию мы проехали ещё и кусочек Австрии и тоже без всяких пограничных процедур, и вот, наконец, Баварские Альпы. Я читала, что эта часть Австрии входила в Баварское королевство, там жил единый народ, но потом могущественные Габсбурги оттяпали себе кусок Баварии с Зальцбургом. В середине XIX века карта Европы перекраивалась много раз.

Горы поднялись выше, между хребтами в долинах заголубели озёра. В 15.25 подъехали к баварскому городку Фюссен и увидели замок Хоэшвангау (переводится как Лебединое место), владение баварских королей. Здесь родился несчастный король Баварии Людвиг II, одинокий мечтатель, поклонник германской мифологии и опер Вагнера, особенно – «Лоэнгрина». Он и выстроил недалеко от Фюссена на высокой скале сказочный замок Нойшванштайн (Новый лебединый утёс), воплотив в нём свои мечты. Я прочла, что Дисней, поражённый красотой замка, поселил свою Белоснежку в точно таком замке, срисовав его с натуры.

В ожидании экскурсии мы «помыли ручки» и пристроились к очереди в харчевне под открытым небом, откуда доносились дразнящие запахи жареного мяса. Молодой баварец на наших глазах поджарил нам по куску свиного стейка (это такая толстая отбивная), навалил горку капустного салата и прибавил свежую булку, а мы к этому добавили по кружечке баварского пива «Октоберфест» – получилось знаменито!

Снизу, из Фюссена, замок не виден. Мы подъехали к нему по серпантину на местном бесплатном автобусе. Ещё прошли метров двести по лесной дороге, и с мостика над ущельем нам открылся светлый замок со всеми своими башенками и зубчиками. Перед воротами туристов встречал большой портрет молодого красивого Людвига. Вокруг замка и во внешнем дворе толпились сотни туристов, разноязычная публика с преобладанием японцев и китайцев.

В убежище мечтателя

хНаша группа получила билеты с номером очереди, Ирина оставила нас, пообещав, что у нас будет аудиогид, и мы в свой черёд прошли турникет с нашим номером и вошли во внутренний дворик замка. Нас повела по залам молчаливая служащая, останавливая нас и включая запись с пояснениями на русском языке, но, увы, акустика в залах была плохая, запись некачественная, и если бы я заранее не прочитала в Интернете статью об этом замке, я бы не поняла ни слова. Зато мы заметили, что другие группы получили наушники и коробочки с записью рассказа о замке.

Конечно, залы дворца были прекрасны, лебеди трогательны, портреты королей и королев, картины с сюжетами из «Парсифаля», «Золота Рейна»», «Лоэнгрина» и других опер Вагнера были написаны превосходно, полы, потолки и люстры – шедевры художников и резчиков, перед ними можно было долго простаивать. Но нас буквально протащили почти бегом через пять залов, минуя много других, не менее красивых залов. Зато выделили едва ли не больше времени на посещение зала с сувенирами. Что делать, коммерция! Не сговариваясь, мы с Таней купили по книжечке с рассказом о замке и по хрустальному лебедю в красивой коробочке.

Оставшееся время наша троица провела на балконе замка, как и Людвиг когда-то, любуясь открывающимися видами: панорамой Альп, озером Альпзее, долиной далеко внизу с селениями, лугами и лесами. Грустно было думать, что Людвиг умер здесь, среди этой красоты, загадочной смертью в сорок лет. Но он оставил замечательный памятник себе.

Наша группа была последней, мы долго ждали и не дождались автобуса, поэтому решили спускаться в Фюссен пешком, но не по серпантину, а по крутой пешеходной тропе. Запыхались, но успели как раз вовремя: пора было отправляться в Мюнхен.

Снова в  Мюнхен и Баутцен? С удовольствием!

Разнеженные и мечтательные, мы в тот же вечер 21 апреля были доставлены в Мюнхен, который стал нам  мил и приятен, почти как Берн.  Правда, поселили нас не в «Риволи», а в «Кармен», чуть подальше от центра, но тоже вполне приличный отель. Спала я, к своему удивлению, крепко, несмотря на треволнения накануне, и завтракала тоже с удовольствием.

Если в первый свой день в Мюнхене мы ходили самостоятельно, но бессистемно, то свой второй день в Мюнхене мы начали с экскурсии в Нимфенбург, летнюю резиденцию Виттельсбахов. Это дворцово-парковый комплекс, построенный для жены и дочерей императора Максимилиана, отчего он носит такой идиллический характер: невысокие уютные дворцы, купы роскошной сирени, фонтаны и водоёмы с лебедями – словом, ничего воинственного, заносчивого, что свойственно мужчинам.

Из Нимфенбурга мы поехали к центру города через ту его часть, которую отстроили при нацистах. Это огромные площади, общественные здания, театры, музеи – все в помпезном, неоклассическом стиле, украшенные фигурами безукоризненных арийцев. Мы проехали через ворота Sendlingertor и остановились недалеко от необыкновенной красоты церкви Asamkirche, встроенной между двумя домами знатных горожан братьев Асамов, перебравшихся в Мюнхен из Богемии. Они хотели построить частную домовую церковь, но мюнхенцы, восхищённые её красотой, попросили братьев сделать её общедоступной.

В Асамкирхе можно было провести немало времени, любуясь её скульптурой, серебряными и золотыми украшениями и картинами, но экскурсовод Наталья, любезно, но твёрдо повела нас дальше. Довольно скоро мы оказались в совсем старой части Мюнхена с лавками, харчевнями, в витринах которых заманчиво румянились настоящие свиные ножки на настоящих вертелах над настоящими очагами, и пивными с императорской короной на вензелях.

 Конечно, Наталья сводила нас во двор старинного дома, где когда-то жили члены семьи баварского курфюрста. Двор знаменит тем, что жившая там в качестве игрушки коварная обезьяна однажды выкрала маленького наследника, спустилась с ним по водосточной трубе и удрала в город. Конца этой занимательной истории я уже не помню, к сожалению. Ну, и конечно, вскоре мы оказались на Мариенплац, где в полдень должна была состояться мистерия на знаменитых часах, но полдень наступил, а представления так и не было, и толпа туристов разочарованно разошлась.

Непосильная рулька и сокровища баварских королей

 Наша группа отправилась осматривать Фрауэнкирхе и другие  церкви вокруг Мариенплац, а мы пошли искать, где бы пообедать. Наш прославленный штурман Таня уверенно вывела нас по запутанным переулкам старого города к той самой демократической харчевне, где в витрине жарились рульки.

Мы сели за столик и осмотрелись. Харчевня была простая, без изысков, но с охотничьим уклоном: на стенах – головы оленей и кабанов, на потолке – плафон с охотничьими сценами. Заказать по четвертушке огромной рульки не удалось, поэтому, как водится, мы с Аллочкой поделили порцию пополам, а бедная Таня убивалась над целой порцией жирной жареной свинины. Впрочем, в хладнокровии ей не откажешь, она справилась. Запивали, конечно, пивом, очень вкусным и уместным.  Обслуживала нас приветливая официантка Франя, знавшая русский. Она оказалась чешкой, что ещё больше расположило нас к ней, а оставленные чаевые – её к нам.

Подкрепившись, мы отправились к Резиденцпаласу, где, несмотря на реставрацию, были открыты музей гобеленов и королевская сокровищница. Мы как истинные женщины выбрали сокровищницу и часа полтора бродили по затемнённым залам от витрины к витрине. Там, ярко подсвеченные, красовались драгоценности, украшавшие головы, шеи и грудь королей, королев, и предметы их быта: столовые приборы, шкатулки, несессеры, туалетные и маникюрные наборы из сотен неведомых предметов, над которыми потрудились тысячи искусных ювелиров. Всё сверкало и переливалось, красота неописуемая! Удивительное дело: здесь хранятся баснословные ценности, а пройти сюда так просто, и охраны никакой не видно, и камеры наблюдения не лезут в глаза. Казалось, что мы совсем одни бродим по залам.

Трудности навигации в поисках Английского парка

После сокровищницы было решено посмотреть знаменитый английский парк. Сориентировались по карте и двинулись на северо-восток. До отъезда оставалось полтора часа. Вот показался симпатичный парк с эстрадной площадкой, где оркестр играл венскую музыку. Мы, как и многие, расположились прямо на газоне, раскинув усталые ноги и немного удивляясь, почему этот парк называют Английским. Слушать Штрауса и Крейслера, лёжа на газоне, очень приятно, чувствуешь себя римским патрицием, хотя и оказалось, что это всего лишь Odeonsplatz, а до Английского парка мы пока  не дошли.

У нас оставался  ещё час, и мы упрямо двинулись снова на северо-восток. Вышли из Одеона и долго шли вдоль летнего королевского дворца и грандиозных оранжерей, а парка всё не было. Встречные граждане на вопрос, где Английский парк, махали назад. Вскоре нам стало ясно, что Английского парка нам не видать, если мы хотим уехать из Мюнхена со всеми.

Бросив прощальный взгляд на заманчивый зелёный массив, показавшийся метрах в двухстах от нас, мы повернули обратно и стали гадать, как ам пройти к Изарским воротам, где нас ждёт автобус. Я предлагала просто идти на юг, авось выйдем в нужное место, но Таня, увидев табличку со словом Ring, категорически, со слезами в голосе  настояла следовать по стрелке указателя, а не по солнышку – и была, как всегда, права.

Мы пришли к Isartor за полчаса до отправления автобуса, нашли недалеко кафе и приготовились вкушать настоящий немецкий кофе. Красивый интерьер кафе позволял надеяться, поэтому представьте наше разочарование, когда мы отхлебнули из красивых чашек откровенную бурду!

Говорят, что неудачи группируются по закону слипания... Но, всё равно, Мюнхен – очень достойный город, а Бавария, её короли и её замки, её дивные ландшафты – это поэтический уголок Европы, о котором я буду не раз вспоминать. Так же, как вспоминаю сейчас Италию, Чехию, Эльзас...  Скоро мы снова мчались (впрочем, не быстрее 90 км/час - как положено) по роскошному автобану к Баутцену, который уже казался нам родным. Поселились в гостинице «Akcent», в мансарде с косым окном, накрыли шикарный стол и отлично поужинали с загадочным напитком «Chantrё». В ресторан совершенно не тянуло.

 Утром, уже как старожилы, мы втроём отправились на Ратушную площадь, на субботний базар. Цветов стало ещё больше, появился свежий мёд (весеннее цветение в разгаре!) и стали нестись страусы. По крайней мере, один толстый баварец (точно – не серб!) продавал именно их. Но нас влекли магазины. Таня и Аллочка массово скупали разные вещички для подарков бесчисленным родственникам и друзьям, а я старалась выполнить наказ мужа: «Жена моя милая, жена моя любезная, привези мне из-за моря только аленький цветочек в виде лавандового мыла!». А тут как раз один магазин выставил у своего входа витринку с разными заманчивыми мылами. Там были и нарядные сердечки, и яркие клубнички, и кудрявые барашки. Стоп, вот простые куски с лиловато-серыми разводами, похоже на лаванду! Беру, беру десять кусков!

 Моё торжество несколько померкло, когда я полуутвердительно спросила: «Lavanda?» и услышала в ответ: «Weintrauben!». Моих познаний хватило, чтобы догадаться, что мыло виноградное. Точно, неудачи слипаются: мало того, что не лавандовое, так ещё и невероятно тяжёлое, кило два будет! У Аллочки чемодан стал совсем неподъёмным. Жалея её, мы с Таней выволокли его вдвоём к автобусу, а дюжий Андрей с заметным усилием поставил его в багажный отсек. Наши с Таней чемоданы тоже разбухли и стали, как говорится, поперёк себя толще.

               Домой!

 До свидания, Баутцен, до свидания, Альпы с озёрами, сырами и замками, до свидания, цветущая южная Европа! Даже экономический кризис не в силах омрачить твоё приветливое лицо. Я не хочу говорить «прощай», я хочу ещё и ещё вернуться сюда. По задумчивым лицам видно, что Таня и Аллочка согласны со мной.

Поздно вечером, постояв часок-другой на границе, мы приехали в Брест. Неожиданно Ирина предложила нам пройти к Брестской крепости. Мы ещё не поняли, насколько в Бресте холоднее, чем в Баварии, и согласились. К крепости вела аллея, длиной метров в 500, обозначенная неоновыми звёздочками. Крепость была погружена во тьму, тревожным красным светом светились только некоторые казематы с невероятно толстыми стенами, исковырянными пулями и снарядами. Входы в них закрыты решётками, никого нет, очень холодно. Вспомнилась давняя экспромт-экскурсия с теплохода «Советская Конституция» в Шлиссельбургскую крепость тёплой белой ночью. Здесь – ничего похожего. Мрачно, холодно. А защитники Брестской крепости, говорят, страдали от жары и жажды. Продрогнув до костей и так ничего не увидев, мы вернулись в автобус.

Несмотря на такой  финал, эта поездка вспоминается, как беззаботные каникулы, наполненные радостным узнаванием мира, изумлением перед его красотой. Я восхищена тем, как швейцарцы, баварцы и сорбы дружат с природой, берегут её и по мере сил украшают. Там нет обшарпанных построек, заброшенных промзон, безобразных помоек, нигде не валяется мусор и всюду – цветы, цветы, цветы... Ну, и наконец, там можно забыть на улице сумку и через час найти её там, где оставила!