Нет хуже ничего обманутых надежд

У леса на опушке, у края деревушки жила в избушке…Хотя нет… То была не избушка, а настоящий теремок. Он был не низок, не высок, а в самый раз для дамы, прекрасной дамы, вселившейся в него. Там и тепло, и сухо. Хоть и зима в ту пору свирепая была.  И вьюги часто зло бесились, сугробы наметая. Сидели дома все, лишь выбегая дровами запастись, провизией опять же… Не тётка голод, говорят. А даме той, живущей в теремке, совсем обидно было. Не только голод мучил, но и досада. Досада искусала всю. Ведь шубой запаслась она. Шикарной шубой. А выгулять её не получалось. … И как вам такое невезенье?  Конечно, можно выйти, не замерзнет даже, но ведь обидно, право. Хотелось показать, чтоб видела округа обновку ту, чтобы увидели и зависть всех заела. А как покажешь, если по норкам все своим забились?

Сидела дама, скрипя зубами, сидела, да погулять решила все-таки, а заодно продуктами затариться. Не принесёт никто. Одна жила. А кушать очень уж хотелось. И вышла… Идет по снегу белому, пушистому, ну пава точно…, на нос снежинки падают. Сказать нам надо, что нос её был длинноват чуть-чуть. Нет! Он не портил, а даже шарм какой-то придавал и даже благородство. Она гордилась этим очень.
–А что? Я не простых кровей…Да…Дворянка я.
 И верно потому могла тем носом поймать не только прелестные снежинки кружевные, но даже запах свежий, морозный запах уловить. И тут вдруг поняла, почувствовала, что к свежести той примешивалось что-то. Почти неуловимый, дивный аромат. Такой был непривычен для этих мест, однако.  И вот увидела… Глаза ведь тоже зорки были, хоть, и скрывать тут нЕчего, не очень велики.  Увидела его…. И ах! Забилось сердце, замерла душа… Красавцем мужчина оказался. Большой, нарядный… Ну точно гусар какой. Такой, что не из этих скромных мест.
–Он мой! – глаза прикрыла дама, замечтавшись. И не заметила, как рядом с ним… какая-то особа оказалась, с которой ворковал он нежно.
–Так он женат! – мысли заметались. –Она ему не пара! Ведь не сравнить меня с какой-то серой, невзрачной замухрышкой. А он как раз подходит мне, – и дама наша замерла, потом к кустам подкралась осторожно, увидела, что он уже один и…цап-царап красавца фазана. И понесла...Хотела прямо тут, на снежной скатерти кусочек откусить. Но потерпеть решила, хоть голодна была безмерно. И слюнки капали. Крепилась. Не ведала она, что фазаны, хоть   и прекрасны, точно птицы-жар, но и смелы, находчивы, хитры. Несёт, а он… не трепыхнётся даже.
–Наверное, готов от страха, – удаче радуясь, объятия свои ослабила лисица.
А фазан… Он не был дураком. Он резвость проявил и…вмиг на воле оказался… И сразу в снег нырнул. Ищи-свищи его. Лисица злится. А как же? Обед сбежал…
И поплелась несолоно хлебавши. И грусть в глазах застыла, в печали ворчал желудок. Лиса страдала. Поверьте, нет хуже ничего несбывшихся мечтаний, обманутых надежд нет хуже ничего.