Снайпер Пилюшин И. И. Глава. 10 Публицистика

Глава. 10                Служба после госпиталя.               


Счастье и несчастье человека в такой же степени зависит от его нрава, как и от судьбы.

Франсуа де Ларошфуко (1613–1680 годы)- Франсуа VI де Ларошфуко — французский писатель, автор сочинений философско-моралистического характера.
 

— Будем знакомы. Я командир хозяйственного взвода Владимир Еркин. Пойдёмте со мной.

Мы прошли в комнату, всю уставленную ящиками, бутылями — большими и малыми, увешанную хомутами, седелками, заваленную тюками летнего обмундирования. На окне развалился на солнце худой серый кот.
 
Еркин долго что-то искал, перекладывая вещи, наконец протянул мне совсем новенькую снайперскую винтовку:
— Осталось от нашей полковой школы. Надеюсь, что передаю ее в надежные руки.
Я с удивлением взглянул на младшего лейтенанта.

— Берите же, смелее! Или руки отвыкли?
Я осторожно взял винтовку и задумался: «Сумею ли приспособиться к стрельбе с левого глаза и упора в левое плечо?..».
 
Мое замешательство не ускользнуло от Еркина:
— А ты не волнуйся, дружок, попробуй... У тебя и с левой получится неплохо...

Все это было сказано так просто, дружески, что у меня появилась искорка надежды. Я хорошо знал, что нелегко будет восстановить искусство снайперского выстрела. Придется долго тренироваться. Да и получится ли еще...

Мы стояли молча. У Еркина было доброе сердце. Он понял мою тревогу. Положив мне руку на плечо, он снова стал убеждать меня:
— А ты все-таки попробуй. Не получится — об этом никто не узнает, даю тебе слово.

Я держал винтовку, разглядывая выбитый на ней № 838, стараясь скрыть волнение. Надо было успокоиться душевно и окрепнуть физически, прежде чем начать стрелковую тренировку. Полуголодный паёк давал о себе знать: дрожали руки, в глазу двоилось.

С этого дня я стал усиленно закаляться: таскал на передовую ящики с патронами и гранатами, бревна для постройки новых дзотов и жилых блиндажей. Каждое утро ползал по-пластунски, занимался прыжками.

В прыжке я не всегда умел точно рассчитать расстояние, нередко падал на дно канавы. Бывало и так: ударившись больно грудью о землю, обессиленный, я садился на кромку канавы и глотал соленую влагу, но все-таки тренировку не прекращал.

Однажды ещё до восхода солнца я взял свою винтовку и незаметно ушел на берег Финского залива. Установил мишень точно на сто метров, но как только взглянул на неё через оптический прицел — всё в глазу запрыгало.

Я опустил голову на руки. Так повторялось несколько раз. Наконец успокоившись, я дал раз за разом пять выстрелов.

Я настолько был уверен в своем провале, что, не взглянув на мишень, ушёл в расположение взвода. Но мысль — попал или не попал — не давала мне покоя.

Проверить не удалось: на следующее утро мишени на месте не оказалось. Прикрепил новую — головной профиль и, сидя на зеленом бугорке, стал тренироваться в перезаряжании левой рукой.

В этот день я стрелял много и успешно: пробоины от всех выстрелов были в мишени, хоть и легли не кучно. Несмотря на всю сложность выстрела с левого глаза, главное было достигнуто: я мог защитить себя в бою.

С каждым выстрелом пули ложились кучнее и кучнее. Но еще требовалось многое, чтобы отработать точность выстрела с любой дистанции» (Пилюшин И.И. У стен Ленинграда, первое издание, М.: Воениздат, 1958 г.).
 
03 сентября 1942 года помощник командира взвода 602-го стрелкового полка (109-я стрелковая дивизия, Ленинградский фронт) старший сержант И. И. Пилюшин представлен командованием части к первой награде за уничтожение 47 солдат и офицеров противника.

Приказом от 07 сентября 1942 года № 884 по войскам 42-й Армии награждён медалью «За отвагу».

Однажды в разведывательно – боевом выходе для уничтожения замаскированной пулемётной точки противника снайперская пара: Иосиф Пилюшин и Зина Строева нарвались на нейтралке на немецкую разведгруппу, шедшую в наш тыл за «языком».
 
Разведкой в Вермахте во фронтовом и оперативном тылу занимались разведывательные батальоны дивизионного уровня и войсковая разведывательная авиация.

На начало войны у вооруженных сил Германии имелась тактическая, оперативная и стратегическая воздушная разведка, а также радиоразведка и артиллерийская разведка, отличающиеся по возможностям, массовая и, главное, хорошо оснащенная агентура, а также взаимодействие между ними и воинскими частями.

На оперативном уровне всё это в совокупности давало значительное преимущество при ведении наступательных боевых действий.

Особо стоит остановиться на работе групп, отделов «С» (разведка) в составе немецких штабов, которые непосредственно взаимодействовали с армейской разведкой – абвером.

На переднем крае всегда велось круглосуточное наблюдение, и немцы знали всё – что, кто, где, сколько, и не собирались воевать наобум.

Во время войны полковник Сурин С.И. служил заместителем начальника разведотдела штаба Закавказского военного округа. В брошюре «Войсковая разведка в немецкой армии» он писал, что немцы шли в боевой дозор с минимальным снаряжением и в лёгком, не сковывающем движение обмундировании.

Он также привел несколько фактов, когда немецкие разведчики умышленно привлекали к себе внимание шумом – в частности, русской речью, если у них в подразделениях имелись солдаты или офицеры, хорошо говорящие по-русски: расчет был на то, что противник в темноте примет вражеского разведчика за своего, возвращающегося с задания, и тем самым немцам удастся ослабить бдительность неприятеля при захвате пленного.

«Однажды в 1943 году – на одном из участков фронта советская разведгруппа заметила нескольких «раненых» немцев, которые лежали и стонали (таким способом разведчики Вермахта, находившиеся в засаде, пытались приманить советскую группу).

Однако советский отряд разгадал намерения противника и расстрелял из укрытия «симулянтов», а остальные немцы спешно ретировались.

Кроме того, немцы часто в боевых дозорах использовали для обнаружения вражеских разведгрупп, засад и секретов сторожевых собак, посылаемых вперед при просачивании своих разведывательных отрядов в глубину советской обороны» (С. И Сурин. «Войсковая разведка в немецкой армии», Москва: Военное издательство, 1944 г.).

Продолжение следует …