Глава 73

К юбилею Вики Нина готовилась очень тщательно. С вечера приготовила то, что собиралась брать с собой и то, что собиралась надеть сразу и не только для себя, но и для Саши.

 Она пригласила мать заночевать у неё, чему несказанно была рада Саша и по утру все поднялись очень рано.

 Рассвет только-только набирал силу, а они были уже все на ногах. С задумчивой улыбкой на губах, Нина не спеша собиралась, а сердце её взволнованно билось.

 Все эти дни прошли в нетерпеливом ожидании, что вот-вот приедет Вадим, как обещал её маме, но увы, опять разочарование, Вадим так и не приехал.
 И теперь её сборы проходили в волнительном ожидании дальнейшей непредсказуемости.

 Сразу с пастели Нина приняла тёплый душ, натёрлась ароматизированным кремом и только затем, одеваясь, натянула облегающие белые трусики с узорчатой каёмочкой по краям.
 Надела такой же лифчик и присела у зеркала разглядывая себя – не плохо! И тут же обнаружила первые морщины у глаз, поджав капризно губы непрошенным нитям, слегка дотронулась ещё до высокой и крепкой груди, удовлетворённо улыбнулась своему отражению, тихо произнесла – вот так!..

Со смертью мужа, у неё почти не было мужчин – так, два-три опыта и то фантазируй и вертись, чтобы не влететь с беременностью, да и на селе заниматься любовью, было крайне невозможно, не позволял статус.

 Оставался большой город и то не всегда, а когда чувствовала острую необходимость...
 И не правда – пишут в романах, что женщины способны ждать – враки!
 Такого в природе не существует, жизнь коротка и её надо прожить с пользой для своего здоровья.

 Даже холодные тётки и те хоть раз, да покрывали себя мужчиной. И не стоит упрекать ни тех, ни этих, как равно и на оборот.
 Сейчас, это мысленно, Нина говорила себе наверно от того, что оправдывалась перед человеком которого уже нет, а может и перед другим, которого очень хотела любить...

 Она никогда не задумывалась над возрастом мужчин и в свои тридцать лет, сорока летний, даже пятидесяти летний мужчина для неё оставался нормальным мужчиной как вроде бы её лет. Хотя раньше была в сомнении...

 А Вадим, это влекомая тайна, ещё с далёких детских лет – заноза, которую вытащить жаль и ходить с нею уже сильно больно.

Нина оторвалась от зеркала и увидела мать, внимательно наблюдавшую за ней, она улыбнулась и в новь стала одеваться, а Валентине Семёновне действия дочери показались через чур вульгарными, слишком откровенны...

 Нина надела коротенькую комбинацию, с трудом влезла в тёмно-вишнёвое платье до пят, сунула ноги в туфли на высоком каблуке и, повернулась к матери, словно куколка-Барби, изящно взмахнув ресницами.

 Её платье, с высоким разрезом по бёдрам, высвечивали лёгкий загар ног и красиво подчёркивало её фигуру.
Собирая волос в косу и закрепляя его в тугой узел на затылке, украсила его брошью в виде короны, спросила, обращаясь к матери:
-  Ну как?..
-  Ты королева! – Не сдерживая восторга, воскликнула Саша.

Нина довольная рассмеялась и ласково обращаясь к дочери, сказала:
-  И ты иди собирайся, но с начала прими душ.
Саша убежала в ванную, а Валентина Семёновна, с лёгким порицанием произнесла:

-  Ты не находишь, что это платье слишком броское и, этот вырез на груди...
-  Ну что ты мама! Это приличное вечернее платье. В городе все так ходят, на фуршеты, в рестораны, на свадьбы и дни рождения...

-  А ты как на смотрины. – Перебила мысль Нины, Валентина Семёновна.
Нина примирительно обняла мать, она никогда не посвящала её в свою личную жизнь и сейчас, целуя, негромко произнесла:

-  Мам, сегодня решится моя судьба. Или я буду счастлива до конца дней своих или зачахну в безбрачном трауре... Но пока не хочу загадывать, боюсь вспугнуть... - И Нина прижалась щекой к щеке матери.

-  У тебя есть мужчина?.. – Спросила Валентина Семёновна отстраняясь.
Нина, не отворачивая взора, ответила:
-  Пока не знаю...
Валентина Семёновна вздохнула – красивая дочка! Как бы не нанесла себе вред там в городе, этим неотразимым блеском... - Она в новь вздохнула и произнесла:
-  Может тебе лучше оставить Сашу дома?..

-  Никогда! Он должен видеть и знать всё сразу и ещё, не суди ты меня слишком строго, не заслужила я и если случиться так как мечталось всю жизнь, то Саше будет в двое лучше, чем мне.

-  Дай то бог!.. – Опять вздохнула Валентина Семёновна и в свою очередь спросила, - а он кто, чем занимается?
-  Не спрашивай. Я сама многого не знаю, но могу лишь добавить, что вы с папкой, его хорошо знаете и выбор мой одобрите.
-  ?!.
-  Не смотри удивлённо, - и Нина снова обняла мать, - вы очень хорошо его знаете, очень! – Она поцеловала её и присев у зеркала, открыла шкатулку.
 Впервые, задумавшись, медленно сняла с пальца Мишино обручальное кольцо, бережно опустив в шкатулку.

 Чуть призадумавшись, извлекла из него перстень, с крупным бриллиантом и надела на палец.
 Отставила руку переворачивая ладонь и так, и эдак, любуясь резным, красивым перстнем.
 Удовлетворённая, с не тающей улыбкой на устах, снова опустила руку в шкатулку извлекая простой, овальный камешек в медной оправе и в полоску серебристых жил; державшийся на такой же цепочке из меди.

 Нина поцеловала его и надела на шею, он красиво вписался в ложбинку груди. За всеми действиями дочери наблюдала Валентина Семёновна и, у неё промелькнула догадка:
 "чёрная волга, инструктор райкома и это надо же – Вадим! Как же я старая, не догадалась сразу?.." - Она хотела задать было вопрос Нине, но в комнату вернулась Саша.
 Нина, обернувшись к дочери, сказала:
-  Просуши волосы феном и давайте завтракать.

... Завтрак был коротким, по сосиске с жаренной картошкой-фри и крынкой молока на троих.
Нина уже поторапливалась и торопила домашних, боясь опоздать на утренний автобус. Дневной уже не успевал в Целиноград, к дню рождения Вики.

-  Не нервничай. Успеешь, а то дороги не будет. – Успокаивала Нину, Валентина
-Семёновна.
-  Сплюнь мама! – Улыбнулась Нина.
-  Уже сплюнула. – Ответила Валентина Семёновна и тайно, уже в дверях, перекрестила дочь.