Глава 6. Наш ответ хаосу

Повесть «Комитет СПВ: Пробуждение „Ключа“».
Глава 6. Наш ответ хаосу.

Ворота мастерской открылись с тихим скрипом. Двор СПВ выглядел знакомым, но в тот момент казался чужим: тени легли длиннее, звуки приглушились, а воздух пропитался ощущением неминуемого события.

Все вышли наружу. Человек в халате внимательно осмотрелся, словно оценивал крепость убежища.

— Здесь достаточно места, — произнёс он. — Начинайте.

— Начинать что? — резко спросил Лёха.

Но Кулак уже достал из кармана спичечный коробок.

Когда Кулак взял коробок, все замерли. Даже человек в халате слегка наклонил голову, будто не верил собственным глазам.

Кулак провёл пальцем по ребру — и коробка распахнулась. Изнутри хлынул свет, ослепительный, но не жгучий.

Сначала появились тонкие металлические нити, похожие на щупальца медузы. Они устремились вверх, разворачиваясь в каркас. Затем возникли панели, которые с тихими щелчками сцеплялись между собой, формируя цилиндрический корпус. После этого проявились стабилизаторы, сопла и антенны.

Каждый элемент словно возникал из пустоты, но Кулак знал: это не магия. Это были спасённые вещи. Осколки старых радиоприёмников, обрывки микросхем, фрагменты разбитых приборов — всё, что комитет годами собирал на свалках, чинил и бережно хранил.

Ракета росла, расширялась и наконец встала вертикально. Спустя десять секунд во дворе возвышалась конструкция высотой с трёхэтажный дом. Её поверхность переливалась металлом, а на борту мерцали те же символы, что украшали цилиндр.

Во дворе СПВ собрались все члены комитета — около десятка человек. Многие из них не участвовали в ночных вылазках. Теперь они смотрели на чудо, разинув рты.

— Это… что?! — выдохнул Макс, парень, отвечавший за сортировку металлолома. Его глаза расширились, как у ребёнка, увидевшего фокус.

— Ракета, — прошептал Игорь, мастер по электронике. — Но как… откуда?!

— Из кармана?! — воскликнула Лиза, которая вела архив. Она подошла ближе и провела рукой по металлу. — Кулак, ты что, тайный инженер?!

Остальные тоже приблизились, трогая корпус — холодный, но вибрирующий, словно живой. Кто;то пытался отыскать швы и стыки, но их не было. Всё выглядело цельным, будто выросло из семени.

— Это СПВ, — сказал Кулак, глядя на товарищей. — Всё, что мы спасли. Всё, что починили. Всё, что казалось мусором, но обрело смысл.

Он провёл ладонью по корпусу:

— Эта ракета — наш общий труд. Наш ответ хаосу.

— Но почему ты? — спросила Аня. Её голос дрожал, в глазах стояли слёзы, но она не отворачивалась. — Почему именно ты?

— Потому что я начал, — ответил Кулак. — И потому что я уже связан. Я чувствую его.

Лёха шагнул вперёд:

— А если это самоубийство? Ты хоть понимаешь, куда летишь?

— Туда, где кончается физика, — пояснил Архивариус. — В точку, где сломанные вещи находят покой.

— В «Пространство Неисправных», — добавил человек в халате. — Место, которое не существует в нашем мире. Туда, куда уходят все артефакты, когда их время истекает.


— И ты вернёшься? — прошептала Аня. Её рука потянулась к плечу Кулака, но замерла в воздухе.

— Не знаю, — честно ответил Кулак. — Но если нет — знайте: СПВ живёт. Вы — его сердце.

Лиза всхлипнула. Макс опустил голову, сжимая кулаки. Игорь молча вытер глаза рукавом.


— Почему не просто уничтожить «Ключ»? — спросил Игорь, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Его нельзя уничтожить, — ответил Архивариус. — Он — часть системы. Но его можно изолировать.

— Эта ракета, — продолжил Кулак, — собрана из аномальных материалов. Каждый элемент — сломанный, но с потенциалом. Как штанга. Как цилиндр. Как мы сами.

Он постучал по металлу:

— Её двигатели работают не на топливе. На энергии сломанных вещей. На том, что мы спасаем.

— То есть она… питается нашим трудом? — догадалась Лиза. Её голос звучал тихо, но в нём чувствовалась гордость.

— Да. И я стану её последним элементом.


Кулак поднялся по выдвижной лестнице к люку. Он обернулся:


— Заберите цилиндр. Храните его. Изучайте. И ждите.


— Чего ждать? — крикнул Макс. Его голос дрожал.


— Моего возвращения. Или вспышки в небе. Это будет знак: «Ключ» изолирован.


Лёха протянул ему гаечную рукоятку — ту, что нашли в подвале:


— Возьми. Чтобы помнил, откуда ты.


Кулак улыбнулся и сжал рукоятку в руке:


— Спасибо.

Аня подошла ближе. В её глазах стояли слёзы, но голос звучал твёрдо:


— Если ты не вернёшься… мы продолжим. СПВ не закончится.


— Знаю, — кивнул Кулак. — Именно поэтому я лечу.

Люк закрылся.

Ракета задрожала. Символы на её корпусе вспыхнули, озарив двор голубым светом. Земля задрожала.


И вдруг произошёл рывок вверх — без пламени, без дыма. Лишь тихий гул, постепенно перерастающий в звон.


Комитет стоял, задрав головы, пока ракета не превратилась в точку на фоне облаков. Потом — во вспышку. А затем исчезла.


— Он… улетел, — прошептала Аня. Она вытерла слёзы, но они снова потекли по щекам.


— Улетел, — повторил Лёха глухим голосом. Он сжал в руке гаечную рукоятку, которую не успел отдать Кулаку. — Но… куда?


Аня посмотрела на цилиндр:

— Туда, где сломанные вещи обретают смысл. Туда, где они перестают быть опасными.


— И где он станет этим смыслом, — добавил Лёха.

Они стояли молча, глядя в небо. Ветер трепал волосы, нёс запах дождя. Где;то вдалеке проехала машина, но этот звук казался чужим, ненужным.

Лиза тихо всхлипнула:

— Мы его больше не увидим?

Макс обнял её за плечи.

Во дворе СПВ повисла тяжёлая тишина — такая плотная, что её можно было резать ножом. Ветер шевелил обрывки бумаги, но этот звук лишь подчёркивал безмолвие людей.

Аня опустилась на старый ящик у стены. Её пальцы всё ещё сжимали цилиндр — холодный, безжизненный теперь, когда источник энергии унёсся ввысь.

— Он ведь вернётся, правда? — прошептала Лиза, глядя на Макса. В её глазах светилась отчаянная надежда, которую она сама не решалась назвать верой.

Макс промолчал, лишь крепче сжал её плечо.

Лёха медленно обошёл место, где стояла ракета. Остался лишь едва заметный след на асфальте — словно отпечаток невидимого существа. Он наклонился и провёл рукой по отметине.

— Здесь было тепло, — тихо произнёс он. — Даже после того, как она исчезла.

Человек в чёрном халате стоял в стороне, наблюдая. Его лицо оставалось непроницаемым, но в глазах мерцало странное свечение, будто он тоже переживал что;то личное.

Архивариус подошёл к Ане:

— Вы должны продолжать. Это важнее, чем кажется.

— Продолжать что? — резко спросил Лёха. — Искать способы вернуть его? Или смириться?

— И то, и другое, — ответил Архивариус. — Но прежде всего — понять. «Ключ» не исчез. Он просто… сменил форму.