А любовь - она и есть только то, что кажется

Люба — училка начальной школы. Всю жизнь страдала и терпела, как завещали русские классики. Сгоняла замуж, родила сына Петю, влезла в ипотеку, развелась, по мужикам пошлялась. А годам к сорока вдруг преисполнилась и решила, что как-то не совсем по-дружески любит свою лучшую подругу Катю. Ну сами понимаете — там, где путь земной до середины, там кризис и переосмысление. В общем, живут они с тех пор втроём большой дружной семьёй: Катя, Люба и сын её Петя. Семь лет живут.

И вот недавно Любе прилетает сообщение:
– Мам, а можно мы с Алексеем сегодня переночуем у нас?
– Что ещё за Алексей? Друг?
– Незнаю… Не определился…

Опа. Но в свете кать и прочих переосмыслений «опа» вполне себе ожидаемое.

– НЕ ЗНАЮ пишется раздельно, — отвечает Люба.
– Ну мааам!!
– Ну что «мам». А Варя как же?
– А Варя всё.
– Так а с Алексеем-то? Дружба или всё-таки любовь?
– НЕ ЗНАЮ.
– Ну определяйся
– Легко тебе говорить. Вот у тебя после папы были влюблённости?

После папы — это лет так 10-15 назад.

– Ну конечно, всякие были — маленькие, большие, вот сейчас большая.
– Как это — сейчас?? С кем??
– В смысле — с кем? С Катей
– С Катей?????

Так и выяснилось, что сын Петя про большую Любину любовь и про семью их дружную не догадывался. Семь лет он, видимо, думал, что Катя зашла в гости, а уйти забыла. Или что она бездомная. Ну или не знаю, что он там думал.
Пете двадцать, и все эти двадцать он живёт динозаврами, насекомыми и точными науками. Бронтозавра от диплодока различит по прикусу, букашку от букашки — по шелесту лап, ну или что там у них. А любовь для Пети — территория новая, неизведанная. Как её различать — непонятно. Ни зубов у неё, ни лап. Одни ощущения. А ощущения — штука ненадёжная, потому как неизмеримая.

Я вот Пете даже немножко завидую. Столько говна сюрпризов ждёт его впереди.