Небальзаковский век

1. О современных классиках

Кто из ныне живущих, станет классиком? Я такого, например, назвать не могу.
Когда-то советским классиком был Николай Островский, автор романа «Как закалялась сталь».
Потом мы знали, что автор «Тихого Дона» и «Поднятой целины» Михаил Шолохов тоже классик.

Но пришло новое время. И большими тиражами стали издавать повести Дарьи Донцовой, Бориса Акунина и, кажется, Дины Рубиной.
Однако, кто об их опусах сегодня помнит?

Назвать современного классика, наверно, не может даже Игорь Леонидович Волгин.
Волгин - современный российского литературовед, историк, писатель и поэт, он же заслуженный профессор Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова, доктор филологических наук, кандидат исторических наук, профессор факультета журналистики МГУ им. М. В. Ломоносова, Литературного института им. А. М. Горького. и действительный член (академик) РАЕН.
 
Не путайте, однако, РАЕН с настоящей Академией наук.
Что такое РАЕН, наверно, не знают и сами носители почётного звания академик, этого учреждения.

Тем не менее, Игоря Волгин, как это ему и положено по статусу, наверно, прочитал всё.
Потому этого компетентного эксперта телезрители часто видят в передачах на телеканале Культура.

В свою студию Игорь Леонидович обычно приглашает гостей, которые называют себя поэтами, писателями и критиками.
Эксперты обсуждают то, что давно уже было написано.

При этом и сам Игорь Волгин и эксперты, которых он приглашает, избегают рассказов о чём-то стоящем, написанном современными авторами.

2. Писатель Игорь Волгин

Игорю Леонидовичу Волгину уже 84 года.
Он много чего написал, но стал известен, благодаря своему циклу работ о Достоевском.

Хотя о Достоевском уже столько было писано-переписано.
И непонятно, что о нём можно написать нового?

И без Волгин всем известна главная идея этого писателя, который обосновывал необходимость верить в Бога.

Достоевский полагал, что если бы герой его романа Раскольников верил бы, что за убийство Старушки, его ждут на том свете вечные муки в огне, то он бы остановил свой топор.
Хотя почему-то и сам Фёдор Михайлович не думал о том, что попадёт в Ад, играя в карты на деньги.

Правда, эту наивную доктрину Достоевского современные школьники могут сопоставить с тем, что они изучают в школе по физике, химии и биологии.

И профессор Волгин, в отличие от классика, которому посвятил свои труды, тоже учился в советской школе.
И мог бы сопоставить религиозную концепцию Достоевского со своими школьными знаниями из области естественных наук.

Однако он же гуманитарий, да ещё и верующий.
А верующим, как известно, нельзя заниматься крамольными рассуждениями и задавать лишних вопросов, так как уже за сомнения, они тоже могут оказаться в Аду, как нарушители христианской заповеди «не поминай имя Господа в суе».

3. О классиках прошлого

Современные авторы могут позаимствовать структуру современной эпопеи у классиков прошлого.
Что объединяет романы Оноре де Бальзака, Эмиля Золя, Ромена Ролана, Джона Голсуорси и Томаса Манна?

Как правило, это повествования об истории какой-то семьи.
Кто-то из основателей упорным трудом и, благодаря удачному стечению обстоятельств, добивался своего возвышения.
Но потомки, на которых свалилось нежданное богатство, потом в течение нескольких поколений теряют нажитое и заканчивают на дне.
Ещё, оказавшись в жестокое время, герои романа могут погибнуть.

В некотором роде по такому принципу создавались повествования отечественных классиков.
Вспомним историю Григория Мелихова в «Тихом Доне». Роман заканчивается трагической гибелью всех членов семьи Мелиховых в огне революции.

4. «Охота на изюбря» Юлии Латыниной

Однако со времён Войны и Мира и Тихого Дона мир изменился и люди стали другими.

О драматических событиях в социальных и экономических отношениях 1990-х годов, в своём романе «Охота на изюрба» написала журналистка Юлия Латынина.
Там автор рассказывает о владельце и директоре вымышленного ею «Ахтарского металлургического комбината» Вячеславе Извольском.

Её роман стал продолжением других романов журналистки «Развод с подставой» («Стальной король») и «Промзона».

Книга была издана тиражом 82 тыс. экземпляров, однако повествование о выдуманных героях, не стало значимым событием в литературной жизни.
По крайней мере, профессор Волгин со своими экспертами в студии его не обсуждали.
А читатели - прочитали и забыли. Тем более, что каждый день на нескольких телеканалах показывают новые остросюжетные телесериалы.

5. Юлия Латынина - эмигрантка, дочь поэта и прозаика и журналистки и литературного критика

Трудно сказать, что заставило дочь поэта и прозаика распрощаться с Россией и обосноваться за границей.
Своего отца до сих пор здравствующего Леонида Александровича Латынина называет единственным стоящим современным поэтом.

Хотя трудно сказать, как могла повлиять на его литературное творчество странная однобокость его интересов.
Первыми книгами, прочитанными Латыниным-отцом, были Библия и несколько сотен томов теологической литературы из домашней библиотеки, как рукописных, так и изданных в XVIII—XIX веках».

Далее Леонид Александрович посещал курсы С. И. Радцига, которые повлияли на его привязанность к теме русского дохристианского пантеона, которая реализовалась как в исследованиях, так и в последующих его романах.

После 1974 года Латынин много времени провёл на русском Севере. Таи он занимался изучением иконографии и промыслов народного искусства.

Леонид Александрович издал несколько малотиражных стихотворных сборников. Среди них с заумными названиями «Патриаршие пруды», «Обряд», «Черты и резы», «Дом врат», «Недуг небытия», «Химерия».

Создаётся впечатление, что Леонид Александрович сам создал для себя некий колпак, в который с удовольствием погрузился.

Дочь его Юлия Леонидовна. работая над бандитскими романами, напротив, сама настолько погрузилась в атмосферу, описанных в романе бандитских разборок, что стала опасаться за свою безопасность в Москве.

В 2017 г., спасаясь якобы, от угроз, она эмигрировала из России в Эстонию.
Теперь оттуда романистка рассказывает нам о преступлениях, которые наша армия, якобы, совершает на Украине.
Сама она на фронте, конечно, никогда не была и того, что рассказывает не видела.
Ведь там по-настоящему опасно, если она испугалась даже жить в Москве.

Впрочем, ей никуда ехать и не надо. Она получает гривны или евро за тиражирование вранья, которое появляется в отношении наших солдат в украинских медиа.

Поэтому Латынина рассказывает, что, якобы, Российская армия не умеет воевать, и что ей разрешено убивать мирных жителей.
Отовсюду она бежала, забирая пылесосы!

«Российское высокоточное оружие денацифицировало уже сотню детей в Мариуполе.
На самом деле надо завидовать [Украине], потому что это и есть демократия. Демократия — это всегда ревности, рейтинги, апелляции к чувствам и хотелкам избирателей!
Говорим: "Леопард", подразумеваем: "наступление". Всё! Сухопутный коридор до Крыма обречён. Кикец сухопутному коридору!»

6. Репортажи корреспондентов

Пока будущие классики собирают материал для будущих фолиантов, представление о происходящем сегодня мы получаем из репортажей корреспондентов.
Хотя у автора романа больше возможности связать и показать контраст в жизни людей в прошлом и в настоящем.

7. Время через сериалы

Сегодня немало талантливых авторов заняты написанием сценариев для кинофильмов и сериалов.

Современный зритель на экране хочет видеть действие. Поэтому задача сценариста до предела обострить сюжет.
Как правило, очередная серия начинается с показа какого-то преступления, чаще всего, убийства.

А далее умный следователь, а чаще следователем является дама. Рассматривает, а потом, по разным причинам, отметает всякие версии, пока в конце не появляется бесспорная улика и преступник, который как будто бы, всё предусмотрел, изобличён и арестован.

Кроме рассказов о торжестве закона, телезрителю показывают то, что ему, возможно, будет интересно посмотреть - столичную больницу, морг, тюрьму, подозрительный склад, увеселительное заведение, где развлекается молодёжь, особняки с прислугой и нянями, в которых проживают люди с возможностями.

Сценарист, наверняка, имеет возможность прочитать реальные уголовные дела. а также возможность общения с сотрудниками Министерства внутренних дел, Следственного комитета, судьями, адвокатами и потерпевшими.

Потом ксе драматические намётки вставляются в сценарий.
В нём расследование поручают персонажу, которого играет актёр или актриса, телезритель которому доверяет и уже привык видеть в сериале.
Также описываются действия родственников и знакомых потерпевшего, работающих вместе со следователем оперативников, экспертов и врача-патологоанатома.

Одновременно от серии к серии разворачивается личная драма героев, которые распутывают преступления.
Они влюбляются, женщины рожают детей, потом разводятся и т.д.

При этом сериалы снятые в 90-х отличаются от тех, что снимали в нулевых, а те, что снимаются в последнее время.

Если в первых сериях эксперт выезжал на место преступления на велосипеде, то позже уже все борцы с криминалом ездили на собственных современных автомобилях.