Часть вторая
Наследие Арктов
***
Луч света в море отразился
И передал суть знанья
Шепотом волны
Вступление.
…..«Человечество развивается по спирали, так же как строится его ДНК. Виток за витком идет движение, но неизменным остается сам принцип построения. Само золотое сечение. То есть суть этого закона неизменна. Если представить, что жизнь - и есть суть, то она неизменна. Пусть число Фибоначчи - есть жизнь. Если это так, то жизнь вечна.
Земля - то место, где этот принцип построения всего живого материального мира базируется и изучается. Земная жизнь - сансара - колесо - действительно вечна, ибо человечество никуда не исчезает. Все цивилизации возрождались вновь и вновь, оставляя на земле свои собственные артефакты. Мы - земляне, действительно возрождаемся здесь, в новых воплощениях, и можем наблюдать чудо творения своих же рук из прошлых своих воплощений.
И мы сами для себя оставили массу знаков и посланий, предупреждений о том, что нас ожидает. Осталось только научиться распознавать эти знаки и менять реальности.
Каждый виток спирали существует всегда. Он не является ни прошлым, ни будущим. Он просто есть. Определенный момент. И он реален. Поэтому, "время" - условность, общепризнанная в мире людей, для отображения реальности. Рождение, жизнь, завершение, рождение, жизнь завершение, рождение…. - очередной виток спирали, числовой последовательности.
Гибель предыдущих цивилизаций - есть гибель нашей же цивилизации в иной реальности. Это та самая математическая погрешность, иррациональное число, приближенное к значению золотого сечения. Мир стремится к совершенству. Однако есть определенные законы развития и выхода на новый уровень. Та же математика. Стремление человечества к познанию мира, создает рамки, из которых сложно найти выход и обрести свободу. Новые знания ведут человечество по пути еще большей материализации, что в итоге снова может привести к очередной гибели цивилизации. Собственно, все эти события действительно прописаны в «Книге Книг.» Но, поскольку, реальностей бесконечное множество, мы в состоянии научиться распознавать знаки и менять реальность.»
Из рукописей палеографа Милоша Петровича.
Глава первая.
-И как ты себе это представляешь? – Митрич прищурившись глядел за горизонт. В далеке уже темнели очертания леса на фоне ярко оранжевого неба. Нюта сидела рядышком, плечи ее бережно укрывала мужская ветровка. Вечером у воды все-таки прохладно.
- Что именно, Дима?- девушка конечно же знала, что ее друг имеет ввиду, но задала этот уточняющий вопрос, просто так. Просто, чтобы дать возможность Митричу точнее сформулировать свою мысль.
Он молчал. Задумчиво жевал сухую травинку.
-Волнуюсь я за них! Темыч-то, ясное дело, у него все в порядке. Он везде пройдет, проедет. Документик имеется правильный. А эти то как? Ну, Миха ладно, с его способностями. А вот, малец?! Иван! Ни языков не знает… Ни жизни…Не понимаю… Как они там. Хоть бы написали что ни будь.
Нюта поднялась, отряхнув платье от песка.
-Пойдем, Дима домой, а то что-то прохладно стало. Мама на чай, кстати, звала. Испекла пирожок с черникой. Пойдем? – она ласково потянула мужа за руку. Митрич смешно покряхтев поднялся, хрустнул костяшками, и они неспешно молча побрели по песчаному пляжику в сторону мерцающих огоньков вечернего провинциального городка.
- Арчи закопался в работе, - продолжил Митрич , -говорит, а вернее не говорит, а бурчит что-то невнятное, по поводу каких-то уникальных древних то ли рукописей, то ли камней с надписями, которые ему срочно нужно перевести на человеческий язык.
Они прошли мимо лодочной станции, и свернули на красивую пешеходную улочку ведущую в центр городка.
-Да, я знаю. Он рассказывал.
-Ах, тебе значит он рассказывал, а меня он за идиота держит, мол все равно ничего не пойму. Ну, да…. Ты ж ученая, а я так…
-Дима! – Анюта улыбнулась.
-Да, ладно. Шучу я, шучу. – он обхватил жену за плечи и звонко чмокнул в щеку. – Моя Нюта! Моя!
Стайка молодежи, облепившая скамейку неподалеку, притихла, с любопытством провожая взглядом влюбленную пару. Возможно, кто-то из ребят узнал в бородатом дяденьке того самого легендарного уже Митрича, который круто играет на гитаре в местном доме культуры и продюсирует молодые таланты для дальнейшего их продвижения на всяческие фестивали районного масштаба.
Но, Митрич этого не заметил, и продолжил спустя некоторое время.
-Понимаешь, Нют, я давно его таким не видел! Он из кабинета своего почти не вылезает. Раньше каждый день на клавесине играл, ноты какие-то разбирал, а теперь тишина. Разве только тихое шуршание. Думал мыши! Нет! Это Арчины извилины трутся друг о дружку, искру высекают. Что он там нарыл, а?
-Так посылку же ему из Самарканда прислали. Тогда еще! Помнишь? Урюк, чай и халат этот, который он теперь практически не снимает. Мы, тогда, как раз в охотничий домик поехали, а перед этим, незадолго, посылка пришла.
- Помню.
- В халат этот были, оказывается, рукописи завернуты. Он тогда им большого значения не придал. А позже… После того, как увидел это… - Нюта приложила руку к груди, где на веревочке, в холщовом мешочке помещался тот самый большущий мерцающий искорками красный камень, переданный ей Владимиром Яковлевичем от пустынника.
-И что?
-Ну, просто, Арчи спрашивал совета моего по поводу петроглифов, и…. В общем… Рукописи эти принадлежат одному ученому, который занимался расшифровкой петроглифов и этрусского письма еще в начале двадцатого века. Арчины коллеги нашли их в каком-то заброшенном архиве, сами не разобрались и отправили ему. Вот…
- Etruscan non legitur! – Митрич многозначительно поднял указательный палец и ткнул им в нарастающий месяц. - Погоди, Нют, ну, а какая связь этой красивой стекляшки, которую ты носишь не снимая, самаркандских геологов, петроглифов и этрусков? Нюта, я запутался!
-Понимаешь, скорее всего этот ученый лингвист - палеограф, был выслан из страны в начале прошлого века. Поэтому Самарканд. Ему удалось расшифровать несколько важных надписей, о чем он и написал в этом своем труде. Ой! Уж, не из-за этой ли его работы он и пострадал?! М-да… - Нюта приостановилась на мгновение, взглянув на молодую луну, вынула из-за воротника блузки тот самый, довольно тяжелый холщовый мешочек с камнем, так до сих пор и не вставленный в надежную оправу, и подержав его несколько секунд в ладони, обратила внимание, как из под плотного полотна разлетаются в ночное пространство сияющие красноватые искорки
-Так! Стоп! Ты говоришь, что Арчи обратился к тебе за помощью?! То есть, ты хочешь сказать, что он консультировался с тобой по поводу этрусского алфавита?! Я опять чего -то не знаю?
-Ну, я интересовалась, когда-то. Изучала. И петроглифы тоже. Видишь ли, этот ученый уже все расшифровал. Арчи просто хотел убедиться, что это правда. Ну, и… Да. Я подтвердила. Все верно.
-Да что верно-то?! Как ты подтвердила?! Ученый этот, наверное, жизнь целую потратил на расшифровку! А ты взяла вот так просто и подтвердила?! С ума вы меня сведете с этими тайнами.
- Пожалуйста, давай потом все обсудим, потому что я не хочу при маме, а мы уже пришли. Распереживается еще. И, все-таки, Дима, это не стекляшка, а бриллиант! Самый настоящий! - Нюта рассмеялась. - Даже Арчи сказал!
-Ну, хорошо, хорошо. Раз Арчи сказал, то пусть будет бриллиант. Ладно. Ты мой бриллиант! Самый настоящий!
Митрич крепко обнял умную жену и поцеловал в губы.
Глава вторая.
Аркадий впервые за долгое время подошел к старинному инструменту, задумчиво приоткрыл крышку клавесина, и нажал на клавишу. Молоточек остро стукнул по струне. Он дождался, когда стихнет вибрация, и резко развернувшись отправился на кухню. Через минуту вернулся с тряпочкой, принялся тщательно стирать пыль с клавиатуры. Молоточки ударяли по струнам резкими созвучиями, изобилующими малыми секундами и уменьшенными квинтами. Причудливая какофония вовсе не раздражала, напротив, устремляла мысль ученого к новой чистой гармонии, собранной из хаоса и забвения.
-Итак, что же это получается?! - Арчи заговорил вслух сам с собой, отбросив тряпку в сторону, и усевшись на круглый стул перед инструментом, взял несколько торжественных чистых аккордов, -Точного указания места у нас нет, но с такими данными составить карту не сложно, м-да… Или сложно? Как же ты Арчи, разучился соображать-то? А? Думал, все?! Не пригодятся тебе твои мозги? Ан, нет! Ан -нет… Аннет… Ну вот… - он улыбнулся. - Опять я пришел к тому, чтобы с Анной советоваться. С нашей девочкой. Кто бы мог подумать?! Тихоня, читающая по-этрусски! - Арчи почесал кудрявый затылок, на который тут же съехала его любимая тюбетейка. – Стыдно. Сам не могу своим умом дойти. Но тут, без вариантов. Командная работа. Да уж. Задачка.
Вдруг, услышав свой голос, понял, что думает вслух, покачал головой досадуя на свою безтолковость. Оглянулся, словно кто-то мог его подслушать. Вспомнил, что он в доме совершенно один, и аккуратно закрыл крышку клавесина. Встал. Походил по комнате. Подошел к столу, и собрав разбросанные тетради и папки с бумагами, аккуратно сложил их в стопочку, потом засунул в большой оранжевый кожаный портфель.
Портфель щелкнул замочками, Арчи поправил сползшие на нос очки и уж было собрался выходить из дома, как вдруг услышал, что хлопнула во дворе калитка.
Выглянув во внутреннее окошечко, увидел Митрича и Нюту.
-Друзья мои! Как кстати! – быстро спустившись вниз и встретив уже в дверях друзей, воскликнул растрепанный ученый. – А я, вот, к вам собирался как раз. А то, вы все у Василисы больше. Ну, мама есть мама….Вот, и я, думаю, дай зайду, проведаю. Ох! Забыл только переодеться. Так бы и пошел по ночным улицам, в халате, дурья моя башка. Хорошо, что вы меня опередили.
-Арчи, мама передала тебе кусочек черничного пирога. Правда он уже остыл, но все равно очень вкусный.
-Пирог – это чудесно, это прям хорошо! Ээээ…Сейчас чайник поставлю.
- Исхудал ты со своими изысканиями. – хмыкнул Митрич. – Не ешь поди ничего. Жениться вам надо, барин!
- Ну -да, ну -да… – суетился Аркадий, спеша поставить чайник. Внезапно, наткнувшись взглядом на забытые в умывальнике грязные чашки, с досадой принялся, весьма нервно, и тщательно их споласкивать.
-Давай помогу, - Нюта мягко отодвинула ученого от раковины, вымыла чашки, и аккуратно протерла их белым чистым полотенчиком. В этом ее простом действии было столько уверенности, заботы и тепла, что Арчи обмяк, и немного расслабился.
Друзья уселись на кухне за широкий дубовый стол.
- Ну-тес! Итак! С чего бы начать? - уставившись в одну точку пробормотал Аркадий.
-А, с начала и начинай! Вы меня уж введите в курс дела, а то мало ли что!
-Так, понимаешь ли, не мог я сразу тебе рассказать, пока не убедился в… верности своих предположений. Вот, и Нюту мучил вопросами. Не знал я с какого боку подойти к этому, ко всему. А теперь, вроде бы, понял. Но сам не справлюсь. Вместе сподручнее. Коллективный разум, так сказать:
«О сколько нам открытий чудных
Готовят просвещения дух, и опыт,
сын ошибок трудных, и гений,
парадоксов друг»- по старой привычке процитировал Арчи.
-Темнишь ты что то, братец. -Митрич громко отхлебнул из чашки горячий чай, и поморщился.
Аркадий поднялся с лавки, подошел к входной двери, плотно закрыл ее на засов.
- Сейчас! Я портфель наверху оставил. Там все ответы, на все вопросы. Сейчас… я сейчас. – и он отправился к себе наверх по скрипучей лестнице.
- Да-а-а… Давно я его таким не видел. А точнее сказать, никогда. – поглаживая бороду сказал Митрич. Имел он такую манеру, как задумается, так все бороду поглаживает. Нюта, однажды, мысленно, себя спросила: «Интересно, а если б Дима сбрил бороду, что бы он тогда поглаживал?» И, каждый раз, становилось ей смешно, от этих глупых своих мыслей, что она еле сдерживаясь тихонечко похихикивала сама над собой. Митрич-же, думая, что жена над ним смеется, дулся как пятилетний ребенок. Вот и теперь, он опасливо покосился на жену. Нюта уютно сидела на стуле, скрестив ноги, и подперев щеку ладошкой. Взгляд ее больших глаз был устремлен куда-то настолько далеко, что Митрич даже поежился.
Арчи уже спустился, и поспешно раскладывал на столе свои драгоценные бумаги.
Выделив из всего изобилия папку с пожелтевшими от времени листами, ученый склонился над ней, и начал свое повествование медленно и очень-очень тихо:
- Это, рукописи профессора Петровича. Вообще-то он серб по происхождению. Там длинная история. Скорее всего он из тех сербов, что осели на Руси, еще с царских времен. Вполне возможно, что род его идет еще от Карагеоргия Петровича. Это уже мои личные домыслы, и это весьма интересно, но об этом после.
Его скорее всего выслали из страны в двадцатых годах прошлого века. Так он оказался в Самарканде. Милош Петрович всю жизнь свою посвятил изучение древних языков. В своих исследованиях он нашел то, что сильно кому-то не понравилось. За то и сослали, вероятно. Рукописи эти нашли мои приятели, совершенно случайно, в заброшенном архиве, в здании, которое шло под снос. Ей Богу, чудо какое-то. Сожгли бы, ироды, если бы не… Ну, да ладно. Вот они! Перед нами.
Арчи замолчал. Ему, наверное, трудно было подбирать правильные слова, что бы продолжать.
-Ну?! – торопил Митрич. - Дальше! Давай старик, не тяни.
-Дальше. Я когда получил эту посылку, подумал, что шуточки моих приятелей. Ну, мол ерунда, все это. Внимания даже не обратил. Так, пробежал глазами, подумал, что фантазии какие-то, и забросил.
-Да, какие фантазии-то? Про что?!
-Ты погоди, Митрич. – Арчи мягко оперся о стол ладонями и сделал многозначительную паузу. - Не фантазии это оказались, в том то все и дело! Вот, когда увидел камушек этот самый, - Аркадий почтительно посмотрел на кофточку Нюты, под которой прятался на уровне солнечного сплетения, в плотном холщовом мешочке искрящийся красный камень. – Я немедленно вернулся к более внимательному уже изучению этих рукописей. Дело в том… - Аркадий снова остановился. Лоб его вспотел, он вынул из кармана халата носовой платок, вытер пот, отхлебнул из кружки уже остывший чай, и продолжил, - Дело в том, что…Этому камню много тысяч лет. Я же геолог, все-таки. Кое-что в камушках понимаю. Так вот… Профессор Петрович расшифровал несколько петроглифов в сочетании с рунами и этрусским письмом, указывающих на то, что где-то в наших краях, - он сделал многозначительную паузу охватив взором всех присутствующих, и даже серую кошечку, мирно спящую на подоконнике, - Хранится наследие Арктов!
Нюта, как ни в чем ни-бывало, продолжала спокойно сидеть на стуле. Ей была присуща этакая удивительная кошачья способность, выглядеть комфортно в любой обстановке. Митрич же заерзал, брови его вздернулись, губы вытянулись в трубочку отчего лицо его стало таким наивным и детским, что девушка улыбнулась.
-А, чего ты улыбаешься?! - покосился он на жену. - И чем нам это грозит? Погоди, Арчи! Может «фейк» все это. Кто-то подшутил жестко. Ну, какие аркты? Аркты, это типа «прото цивилизация»? Бред!
- Гиперборейцы. Да. Митрич! Именно! В том-то и дело! Я тоже думал, что бред. Но, доказательство то, вот оно! – и он уже безцеремонно указал пальцем на то, что скрывалось под блузкой у девушки.
-Э, брат! Поосторожней! Это жена моя!
-Нюта! Прости пожалуйста! Ты не могла бы снять, э-э-э, свой амулет и положить его сюда, что бы я смог объяснить более доходчиво? – поправив очки, сказал Арчи.
-Да, конечно! – Нюта охотно сняла через голову тесемку с привязанным к ней мешочком с камнем, и положила на стол перед ученым.
-Ты позволишь? - и не дожидаясь разрешения, он, нервничая стал пытаться развязать тугие узлы. – Как ты это носишь, он же тяжелый!
-Давай, я сама. Мне сподручнее. – Аня аккуратно подцепила ноготком узелок, и на стол выкатился большой, красноватый камень овальной формы, размером чуть больше перепелиного яйца, и тут же вся кухня заиграла разноцветными искорками.
-Ну, и что? – с противным сомнением в голосе спросил Митрич.
-А то, дорогой, что этот алмаз не имеет цены. Сначала я думал, что это очень хорошая подделка.
-Вот, именно! Подделка и есть! – Митрич скептически поглядел на друга.
Арчи застонал, и продолжил.
- Потом, однажды я попросил твою жену дать мне этот камень для более подробного анализа. Тогда я понял, что это и правда, редчайший, драгоценнейший алмаз! - он сделал акцент на слове «драгоценнейший» прошипев его в ухо Митричу.
А теперь… Разобравшись в послании профессора Петровича, мы с Нютой знаем, что этот камушек не просто «дорогущий алмаз». Это… Это - одно из доказательств наследия Арктов, послание нашей цивилизации от Гипербореи. – у Аркадия задергался глаз. Он снял очки, потер глаз кулаком, и продолжил, - И никакой цены ему нет и не может быть! Он безценен! Без-це-нен! Теперь и ты это знаешь, Митрич!
Аркадий устало плюхнулся на лавку и отер пот со лба.
-А где доказательства? – упорствовал неверующий гитарист.
-Анна Григорьенва! Я Вас умоляю, урезоньте уже вашего мужа. Ему нужны доказательства! – кипятился ученый, - Вот, доказательства! Вот! И вот! – он снова вскочил и принялся вынимать из папки листы с причудливыми рисунками, фотокопиями каких-то каракулей, вероятно являющимися руническими надписями на камнях, или петроглифами.
-Вот, на это посмотри! – Арчи аккуратно положил перед другом лист, где был символически изображен человечек, то ли в космическом скафандре, то ли с нимбом над головой, а на груди его красовался амулет, действительно напоминающий тот самый камень, что лежал сейчас на столе
Глава третья.
Василиса устало убрала со стола, остатки пирога завернула в фольгу, достала из холодильника кусок сыра, свежих огурцов, пучок зеленого лука, отрезала половину буханки хлеба, сложила все это в пакет, наскоро накинула кофту, переобулась из тапочек в босоножки, и выскочила из дому.
Идти ей было недалеко. Два квартала, потом напрямик через парк и дом, что на углу Парковой улицы.
Поднялась на второй этаж, позвонила в дверной звонок. Молчание. Еще раз нажала кнопку.
-Кто там? – слабо донеслось из глубины жилища.
-Владимир Яковлевич! Это я, Василиса. Откроешь?
Последовало минутное молчание, потом шорохи и возня сообщили о том, что хозяин квартиры медленно, но, все же двигается в сторону двери.
Наконец дверной замок щелкнул, дверь приоткрылась и перед Василисой предстал грустный худощавый человек, с грязными безцветными волосами, заросший колючей щетиной. Он близоруко щурился на гостью.
- Володя! Ну, ты чего? – она попросту отодвинула хозяина, деловито прошла на кухню и стала наводить там порядок.
-Ох, Володя! Ну, что ж такое?! Ты ж… Ты же разумный человек. – приговаривала она, разглядывая ополовиненную бутылку коньяка. – Хоть бы меня позвал в гости, я б тебе компанию составила. А ты тут сидишь один как сыч, грусть тоску заливаешь. Стыдобища!
-Вася! Перестань! – Владимир Яковлевич лишь в далекой ранней юности называл Васей свою однокурсницу Василису.
-Вася?! Вот те раз. Вспомнил! Вот что, Вова! Ну-ка! Быстро собрался, умылся, причесался и давай поговорим. Я ведь так и знала, что ты расклеишься. Вот, я тут тебе немного всякого принесла. Давай-ка, умойся, переоденься, перекусим с тобой, и поболтаем.
Спустя некоторое время, коллеги сидели за столом, на крохотной холостяцкой кухоньке. Василиса Андреевна густо намазала хлеб маслом, отрезала сыру и вручила бутерброд другу.
-Ешь! Давай, давай, Владимир Яковлевич! Надо было закусывать. Лучше поздно, чем никогда.
Ее грустный друг хмыкнул:
-Никогда, Вася! Василисонька! Никогда я не думал, что вот так все повернется.
-Никто не думал. И я не думала. Ну, это же не повод так убиваться. Надо думать, что нам дальше делать.
-Мы с тобой, всю жизнь… Мы столько… А эти… Бездари! Они же… Разве не понимают они?! Вот, ты врач! Настоящий! Ты талант! Сколько ты жизней спасла! И я тоже ведь, хорош!
-Ты то, хорош! Особенно теперь вот. Володя! Ты ешь, ешь!
-И что, этот, твой Игорь Леонидович? Что?! Как у него язык только повернулся?
-Ничего у него не повернулось. Я сама ушла. Написала заявление и ушла. Аннушка меня предупредила, кстати, что так будет. А я и не поверила. Думала, она это так просто сказала. Для красного словца.
-Да? Она знала?! Что этого бездаря на твое место метят?
-Ну, почти! Еще тогда, помнишь, перед отъездом ребят в охотничий домик. Ну, когда в «чудотворицы» меня записали, после случая с Иваном. Вот тогда-то Нюта мне и сказала, что молодого доктора этого, протеже Игоря Леонидовича, замом моим сделают. Но, вот что бы главным врачом, это даже Анюте в голову не пришло. А может и пришло, да расстраивать меня не захотела.
-Дааа… Твоя Нюта интересная девочка. С ней бы поговорить. А есть ли вести от Михаила?
- Нет пока что вестей. Но, я вот что подумала.
Василиса, подперев щеку, заглянула в самые зрачки своему приятелю и коллеге.
-Что? – Владимир Яковлевич вмиг протрезвел и приосанился. -Ну, что ты так смотришь? Я все! Я в порядке. Прости. Расслабился. Ну, что ты хочешь сказать?
-Просто так сидеть и печалиться резону нет. Идти против этой машины мы не сможем. Доказывать что-то безполезно. Весь мир теперь, после «Светопредставления» этого, перестраивается на новый лад. Мы не поспеваем, да и вовсе не хотим в этом участвовать. Верно же? Вот… Центр наш все равно перепрофилировали. Всех же несогласных уволили! Всех! А мы с тобой, Володя, такие древние, что клятву Гиппократа еще давали. Только кто ее теперь помнит? И, даже, останься я простым врачом в подчинении у этого молодого «проныры», не смогу же я пойти против своих убеждений. Ну, ты же понимаешь!
-Да уж… Понимаю! – взор трезвеющего психолога был устремлен куда-то в глубь молекулярной решетки дверцы настенного кухонного шкафчика. Это его «Понимаю» будто бы, относилось не к ситуации, о которой говорила Василиса, но как бы ко всему в целом. Словно бы Владимир Яковлевич, понял вот прямо сейчас, в данное это мгновение, все мироустройство, как оно есть.
Василиса помолчала секунд десять, внимательно посмотрев на приятеля и четко проговорила:
- Бояна!
-Что?! – встрепенулся Владимир Яковлевич, пригладил к лысине свою непослушную прядь, и приосанился.
-Бояна! Она звала тебя к себе, ты же помнишь!
-Глупости. – Владимир Яковлевич покраснел.
-Ну, Вова, ты же хороший психолог. Ты же сам видел, что понравился ей. Что за комплексы, коллега?! А ей там помощь мужская нужна! Остались мы с тобой без работы на старости лет. И куда податься? Ну, не идти же тебе охранником в торговый центр, в самом деле? При всем уважении... – Василиса тепло улыбнулась.
- Ну, какой из меня помошник?! Я только слушать, анализировать, и думать умею. Гипноз, конечно, еще. Статьи писать….
- Научишься! И дрова рубить, и сыр варить. Велика наука. Бояна сама тебя всему научит. А мы к вам в гости будем приезжать. Давай Володя! Решайся! Я вдруг четко поняла, что это то, что сейчас совершенно тебе необходимо. Осталось твое решение. А Бояна будет рада! Это я тебе как женщина говорю.
Василиса Андреевна поднялась с табуретки, включила конфорку под остывшим чайником, и положила на тарелочку перед приятелем кусок черничного пирога.
-Вот, как съешь моего пирожка, так и придет решение. А это я тебе уже как ведунья на пенсии говорю. – она заливисто рассмеялась. – Ну, а что?!
- «Чудотворица», а не ведунья! Что ты на себя наговариваешь. Зачем?
-А что плохого в ведунье? Я бы, вот, тоже погостила у Бояны. Травы бы научилась собирать, разобралась бы в этой древней науке. Надо к земле, к природе поближе, тем более теперь. Перед нами новый путь открыт! Володя! Понимаешь ты? Тем более, что, знаний у нас много, мы и в деревне сможем пригодиться. Да, и к сестре поближе будешь! Там же монастырь ее, недалеко.
Владимир Яковлевич в задумчивости надкусил Василисиного пирога. Откусил еще и еще.
-Чаю, чаю! Запей чайком-то! Вот! – она подлила ему в чашку кипятку.
-Вкусно-то как! Дааа…. Черника пошла. Вот бы в лес, да насобирать целое лукошко. – Психолог глядел мечтательно в даль. Он уже мысленно бродил по лесу, и привиделась ему бабка Бояна, которая вовсе и не бабка оказалась, а дивная южанка, хоть и с проседью в густых черных волосах. Вот уж она и скинула свой вечный платок, и косы ее расплескались по оголенным, смуглым плечам.
-Ну? Поехали? – перебила его фантазии Василиса.
- Вот, так вот? Сразу? Без предупреждения? – изумился Владимир Яковлевич.
-А что, разве у нас варианты есть?
-Нет. То есть, да. Вариант есть. Один. Поехали. – он совершенно уже трезво взглянул на Василису.
- Вот, и славно! Я в тебе и не сомневалась! Приводи себя в порядок. Собирайся. Я с Анечкой договорюсь, чтобы они за нашим домом поприглядывали, да за твоей квартиркой. Твои ключи, наверное, им же и оставим, да?
-Да. Хорошо. Это правильно.
-Вот и славно, Володенька! Поедем!
Через мгновение оба вздрогнули от резкого внезапного звонка Василисиного телефона.
-Василиса Андреевна! Приветствую! Это Игорь Леонидович. Слушай! Есть предложение. Приезжай завтра в центр. Обсудим.
-Здравствуйте, Игорь Леонидович! Простите пожалуйста, но, разве вы не в курсе? Я уволилась. Я больше не работаю в вашем центре.
- Я тебе говорю про другой Центр, в смысле, в наш головной, научный центр. А про то, что ты уволилась, разумеется, знаю. Я ж и подписывал твое заявление. Обижаешься… А ты не обижайся! У меня к тебе другое предложение. Предложение, от которого ты не сможешь отказаться.
-Игорь Леонидович. Спасибо. А можно вкратце, по телефону. Ну, просто, что бы было понятнее.
- По телефону не получится. При личной встрече.
- Вообще то, у меня вряд ли получится приехать. Уже есть кое какие планы.
- Василиса! Это в твоих интересах! Ты как жить дальше собираешься? Или ты решила чудесами своими промышлять? Альтернативной медициной? Биоэнергетикой?
-…………
-Чего молчишь? Или…. Так, ладно. У меня звонок параллельный. Перезвоню.
Василиса небрежно бросила телефон в сумку и поднялась из-за стола.
-Чего он звонил? Чего ему надо? – психолог выпучил и без того большие глаза всем видом своим сигнализируя о том, что совершенно уже пришел в форму, то ли с бодрящего черничного пирога, то ли от грядущей перспективы деревенской жизни под боком у бабки Бояны.
-Говорит, есть предложение, от которого я не смогу отказаться.
-Да уж, звучит пугающе.
- Да, не то слово. Никуда я не поеду. Вот еще!
-А куда надо ехать?
-В головной научный центр.
-А может, х-м-м…, все-таки, стоит съездить? Может что-то дельное предложит? – засомневался вдруг психолог, и лицо его при этом вопросе стало таким детским и наивным, что Василисе захотелось нежно погладить старого приятеля по наметившейся лысине.
-Володя! Ну мы же с тобой только что это обсудили. А он будто бы подслушивал! Вот ведь чуйка! Профессиональная!
-Это не чуйка. Тут что-то другое.
-Думаешь, и правда, прослушивают нас?
-Ээээ….. Совсем не хочется в это верить. Но, уж очень похоже.
-Тогда тем более, чем скорее мы уедем, тем лучше. Володя, я, пожалуй, пойду домой. Поздно уже. Ты сейчас выспись, а утром сборы. Думаю, одного дня, чтобы собраться нам хватит. А, послезавтра, уже и поедем.
Василиса Андревна чмокнула приятеля в небритую щеку, и поспешила на улицу. Фонари на Парковой светили приятным желтым светом, длинные тени сплетались в загадочные узоры, ажурная листва шелестела приветливо, вселяя надежду. На душе стало легко, словно сбросила тяжелую, надоевшую ношу.
-Все будет у нас хорошо! -улыбнувшись проговорила она вслух.
Глава четвертая.
Старик лежал на кровати. Был он бледен, черты лица заострились. Верная лохматая Чанга лежала тут же рядом, на полосатом коврике, уложив морду на передние лапы. Вадик Рыжий хлопотал у печки, срывая листья и соцветия с разлапистых пучков лечебных трав, развешанных на веревочках, и складывал их в кипящий котелок.
-Рыжик! Не суетись ты так. Спокойно. Я, тебя как учил? – прошептал старик, еле шевеля губами.
-Щас, щас. Не суечусь я, нормально все, отец. Ты главное отдыхай! Ох, в больницу бы тебе!
-Встану, встану! Бывало по всякому. Отлежусь. Ты главное травы те, что я сказал положи, и хорошо будет.
-Так вот же они, все тут. Закипает уже. Вот бы Миху сюда, он бы тебя враз на ноги поставил.
Старик слабо улыбнулся.
-Где-то они сейчас с Иваном, да с Темычем? – продолжал Рыжий, помешивая деревянной ложкой варево.
-Где надо, там и есть. – наставительно сказал больной.
-Хоть бы весточку какую что ли отправили.
-Зашто тебе то надобно? Неужто сам то не видишь?
-Чего не вижу?
-Того! Эх, Рыжик, Рыжик! Ну, давай отвар уже, и иди.
-Да куда ж мне идти-то? Я тебя как такого оставлю.
-Иди, на берег. Лодку снаряжай и иди на середину воды. Поймай-ка нам рыбы свежей. Ухи хочу. А мне кружку оставь, я сам уж. Сам. – Дед слабо приподнялся на локте. - Вон, Чанга тут со мной. Если что, она к тебе прибежит, сообщит.
Рыжий налил отвар в большую чашку и подошел к кровати.
-Ну, вот. На. Пей! Аккуратно только, горячий! А, если ухи хочешь, то это хорошо. Поправишься значит. – Рыжий подул в чашку и поднес старику.
-Оставь тут вон, на табурете, я попью отвару, как немного остынет. А сам иди, иди.
Вадим поджал губы, покачал головой, махнул рукой и вышел из избушки.
«Сам же и напросился, - думал он, - романтики захотелось. Пожить в свое удовольствие, порыбачить. Вот сижу тут с дедом, а он еще и заболел, старый. У меня ни машины, ни связи никакой! А если помрет?! Эти там катаются, путешествуют, а я тут прозябаю. Надо было с Михой ехать, а Темыч бы тут пусть оставался. Он и так весь свет объездил, чего ему не сидится? Ванька то ладно, он молодой, ему мир повидать надо.»
С этими мыслями добрел Рыжий до берега: «Рыбы свежей! У нас рыбы этой, уже девать некуда. И копченая, и соленая… А теперь вот свежей опять понадобилось. Ухи хочет. Ох, ну да ладно. Болеет дед. Сварю ему ухи. Главное, что б поднялся.»
Столкнул лодку на воду, закинул снасти, и поплыл к середине озера, как и наказал Старик.
Солнце, зацепившись за верхушки сосен, остановилось, словно любуясь своим отражением в озерной глади.
«Странно как-то, - подумал Рыжий, - я пока в огороде копался, солнце вроде бы уже садилось, потом с дедом возился, отвар варил, времени то уж сколько прошло. А солнце все там же. Быть не может. Что-то я напутал видать»
Рассуждая таким образом, Вадик дошел на лодочке до середины озера, закинул удочку и приготовился сразу же поймать рыбу. Лесное озеро разбаловало азартного рыбака.
Но к недоумению Рыжего, время и вправду будто бы остановилось. Ни поплавок, ни солнце над лесом не двигались.
-Ишь ты, тишина какая… Штиль… Полный. - он зевнул, и прикрыл глаза. Солнечные блики на воде сверкали с некоей причудливой последовательностью, напомнившей Вадиму азбуку Морзе. В юности увлекался Рыжий радиотехникой, мечтал о море, о том, как станет он судовым радистом, перечитал много книжек на эту тему. Но, не сложилось. А тут, вдруг, вспомнил. Блики на воде передавали информацию. Рыжий тряхнул головой, словно отгоняя наваждение. Но, наваждение никуда не делось. Напротив, солнечные лучи соприкасаясь с водой преломлялись, и рикошетом направлялись ровно в сознание рыбака:
«Отец. Отец здесь. Отец видит.»
Рыжий поежился.
-Отца своего я не знал и не видел никогда. Безотцовщина я. – ответил вслух Вадик солнечным бликам. Снова поежился.
- Вот… уже вслух, сам с собой разговариваю. Приехали. Отца вспомнил чего-то. Сколько бы ему было сейчас? Может такой же, как старик наш? Дряхлый совсем. Или нет?! Мать говорила, будто бы он без вести пропал на войне, когда она еще только под сердцем меня носила. Моряк… Подводник… И, я верил. Может и так. А может и не так. Кто ж знает теперь. И спросить-то не у кого.
И вновь солнечные блики сложились в символы:
«Отец помнит. Отец видит. Отец здесь»
-Да где здесь-то? – вспылил Рыжий.
«Сын. Отец здесь. Любовь»
-Папа?! – прошептал Вадик.
Маленький рыженький пацаненок бросился с разбегу на шею крепкому поджарому человеку в темно синей форме, и белой фуражке. Запах табака, шершавая теплая отцовская скула, твердые погоны на плечах, и синие как море глаза.
«Ты такой у меня молодец! Сын! Вон, крепкий какой вырос! Большой совсем!»
И тут брызнули слезы. Сами по себе. Рыжий сидел в лодке посредине озера, и плакал, впервые за многие прожитые годы.
Из груди его рвалось наружу что-то горячее и сильное, с чем он не мог совладать. Это было намного больше него самого. Он вдруг подумал, что умирает.
Когда Вадим осмелился открыть мокрые от слез глаза, над водой он увидел солнце. Вернее, огромный светящийся шар. Одно привычное светило так и продолжало висеть над лесом, а второе, почти такое же, было рядом с ним, только протяни руку.
И, он протянул руку.
_________
-Ну, принес рыбы? – Старик уже стоял посреди избы, опираясь на свой березовый посох. Седые его космы, освещаемые вечерним солнцем будто бы позолотились. Глаза хитрые, стоит еле-еле, а улыбается.
-Ты чего встал-то? – удивился Рыжий. – Лежать тебе надо, отец!
-Тебя вот встречаю! Радуюсь вместе с тобой. А лежать надоело. Давай, сынок, показывай улов, да рассказывай.
Вадик выложил на стол из ведерка пойманную им рыбу: три плотвички, да два окунька.
- Вот, всего-то. Но, на уху хватит нам с тобой.
-Вижу! И то верно. Али, еще вижу, что намного больше ты приобрел, чем этот улов, сынок. Ты теперь береги этот дар.
Рыжий исподлобья покосился на Старика.
-Да, видать заснул я там, посреди озера. Сон видел. Будто я малой, и отца своего встретил. А я в жизни то отца своего не видел никогда. Только мать рассказывала. Что, мол моряк, подводник. Так пропал же он без вести. А тут, прям отчетливо так увидел. Вот, а, после… Уж, и вовсе, странное. Шар огромный над водой будто бы. Сияет как солнце. А я руку то протянул, ну, что б потрогать. И как только прикоснулся я, значит, к шару этому, так тут же и очнулся. Гляжу, рыба клюет. Вот, такая рыбалка получилась. Проспал все.
-Эх, Рыжик ты, Рыжик! – Старик медленно опустился на лавку опираясь на посох, -
Все у тебя как нужно получилось. Ты, главное, верь. В силы свои верь. Ты способный очень! Ну, сейчас, вот, ухи с тобой сварим, и совсем хорошо все будет. А потом, пойду я к себе, на заимку. А ты, вот что! Собирай рюкзак свой, да иди в город.
-Да, как же я тебя оставлю, такого?!
-Все хорошо уже со мной. Видишь? Вона как скакать могу! – и Старик в доказательство вскочил с лавки, обернулся вокруг своей оси, пристукнув посохом. – Отвар знатный получился. Помогло мне! И, тебе знания эти теперь пригодятся. Все травы ты запомнил, выучился. Будешь людям помогать.
И снова захотелось рыжему заплакать, разрыдаться на плече у Старика. Глаза набухли, и скула сжалась.
-Ну, ну! – Старик, ковыляя подошел к Вадиму, и похлопал его по плечу. – Отец видит тебя и любит. Это я точно знаю. Гордится тобой! А ехать тебе надо. Свидимся еще, Рыжик! Обязательно свидимся.
Глава пятая.
-Теперь, нужно ваше решение. – Аркадий серьезно смотрел на приятелей поверх очков, сползших на кончик носа.
-По поводу?
-Митрич, мы имеем перед собой уникальные документы и доказательства! Теперь, мы можем составить карту, на основе имеющихся данных, и снарядить, теперь уже настоящую экспедицию! В общем…
-В общем, в тебе научный азарт, проснулся.
-Да, как угодно. Но это же открытие! Это же просто невероятно, то, что мы обнаружили! Там, откуда этот камень, наверняка мы найдем такие артефакты, о которых можно было только мечтать!
-А ты отдаешь себе отчет в том, что, если все это, действительно, окажется правдой, как ты тут утверждаешь, что это … мягко говоря… опасно! – Митрич очень строго исподлобья взглянул на старого друга.
Аркадий заерзал на стуле, резко встал, заложив руки за спину, нервно зашагал из угла в угол, покусывая свои густые, давно не стриженые усы.
-Особенно теперь. -добавил, уже чуть мягче, Митрич.
Нюта, молчавшая до сих пор, с пониманием, и участием взглянула на мужа, затем перевела взгляд на ученого.
- А скажи пожалуйста, какова цель этих поисков? -тихо спросила она.
-Нюта! Ты ли это спрашиваешь?! Ты, как никто другой, должна понимать важность этой находки.
-Мне интересно твое мнение. Дима прав. Эта экспедиция действительно будет связана с некоторыми трудностями, и да, возможно и с опасностями. Э-э-э… Если мы сами составим карту, сами отправимся туда… Но, этот камень мне передал пустынник, как вам известно.
-Да, нам известно! Как же мне сразу это в голову-то не пришло! Пустынник! Почему я не подумал про это. Хмм…- Он остановился перед окном и, по привычке процитировал:
«Отцы пустынники и жены непорочны,
Чтоб сердцем возлетать во области заочны»….
Нюта продолжила:
- Итак, я понимаю, что тебе, как ученому, самому хочется сделать это открытие. Ты чувствуешь правильно, этот камень действительно несет в себе знание предков. Думаю, что было бы честнее, отправиться к пустыннику, и…. Если он согласится, то поговорить с ним об этом. Все-таки, это его дар.
Арчи решительно вернулся к столу:
-Когда едем?
-Ну, для начала нужно поговорить с Владимиром Яковлевичем, и с мамой. Они были там и знают куда ехать.
-Нюта! – Митрич грыз заусенец на большом пальце. -Теперь, когда вы меня огорошили всем этим, я дико извиняюсь, конечно, ибо я не такой умный как вы. Не читаю по -этрусски, и ни хрена не соображаю в петроглифах, и древних языках. Но, елки палки! Это уже не просто прогулка или паломничество получается! Я-то думал, ну красивое стеклышко, баловство, амулет. Если б я знал, что Нютка носит на шее вот это вот, – он покосился на камень, лежащий на деревянном столе, - э-э-э…богатство, я бы… Слушай, Нют! Давай выкинем его, а?
Нюта рассмеялась легко и заливисто.
-Дима! Я понимаю твое безпокойство. Но, нельзя. Мне доверили. И… в общем, не волнуйся. Ты же знаешь, что некоторые камни обладают специальными свойствами. Их и правда носят как обереги. Ну, вот… Это тоже, своего рода, оберег.
-Доверили?! Кто доверил?! Гиперборейцы?! Аркты?! - Митрич резко вскочил, подбежал к раковине отвернул кран, и сунул сгрызенный до крови палец под струю ледяной воды.
-Я простой человек! Понимаете? Простой! Мне, вот эти ваши фантазии, вот уже где! – он похлопал себя по затылку свободной рукой. Чего не живется вам спокойно?! Почему нужно куда-то ломиться и что-то искать, выяснять? После того как Миха появился, все вверх тормашками пошло!
Нюта и Арчи смиренно глядели на внезапную истерику дорогого им человека. Они не вмешивались, и не перечили.
-Еще и «светопредставление» это, что б его! Новый мир! А мне старый мир ближе и понятнее! Думаете легко мне терпеть всю это галиматью на работе. Ни о каком творчестве даже и речи нет! Да! Я хотел иметь признание! Да, я меркантильный, может быть. Да! И чувство собственной важности имеется! Потому что я талантливый! Может быть, я гений даже! Жили мы тихо, никого не трогали. Песни играли, разговоры разговаривали. А, теперь, что?! Чем я занимаюсь теперь? А-а-а-а! Вам наплевать! У вас наука! А у меня начальство, отчетность, слежка какая-то ежедневная за мной и моими подопечными. Наушничество, сплетни! Службы всякие новомодные, технологии эти новейшие, за которыми я не поспеваю! И тут жена моя, оказывается, доверенное лицо протоцивилизации какой-то. Бред, бред, бред!
И в этот момент из кармана Арчиного халата раздались чарующие звуки «Вальса цветов». Митрич вскинул брови. Он, сгоряча, уж было подумал, что приятель его так изощренно издевается, но, это оказался просто новый звонок мобильного телефона. Арчи частенько менял звонки, по настроению.
-Алло! Да! – лицо Аркадия расплылось в широкой улыбке. Он прикрыл трубку рукой и радостно прошипел. – Темыч! Это Темыч!
Митрич вяло опустился на лавку и обмяк.
-Наконец-то. – хрипло прошептал он.
-Да! Угу…Да! Да - а?... Где -где? Ах, вот даже как?! Прекрасно! Это замечательно! Митрич тут да, и Нюта! Да. А, Вадим в лесу, рыбу ловит. Что?! Ах, вот как? Понятно. Хорошо! Конечно. Да, сейчас.
-ЭЭэээ.. Митрич, тебя!
И Арчи передал трубку.
-Привет. Старина. Как вы? Мы уж тут испереживались, где вы, что вы. – уже с улыбкой мирно говорил в трубку Митрич. – Что? А… Жена? Вот она! Сидит улыбается. Да. Хорошо. Нормально все. Я… э-э-э…. Темыч, ну ты чего? Ладно… Я в норме. Да понял я, понял. Так вас когда ждать? А…. Ну, ясно. Давай, старина. Давай, ага. Пока, пока.
Аркадий с интересом, выжидательно смотрел на Митрича, когда тот вернул ему телефон.
-Телепат он что ли, ей Богу… Вот ведь. – гитарист задумчиво глядел сквозь пространство.
-А, может и телепат. А что тут такого? Главное, что весточка от них есть. Все у них хорошо. Темыч говорит, всю Европу проехали. Потом паромом из Испании в Марокко. Сейчас в южной Африке где-то вроде бы они.
-Ничего себе, маршрутец! Обалдеть. Вот, Темыч дает! А как же они без доков?
-Мне то неведомо. Но, я так понял, что вообще проблем нет никаких. После разъяснят, наверное. Прям мировое турне! Я не понял только, почему Темыч сказал: «Мы всей толпой в Африке». Какой такой толпой?
-Толпой?! Похоже у Михи фанаты появились. – Митрич снова принялся за свой заусенец. Нюта крепко взяла его за руку и сказала.
-Вот что, дорогие мои! Давайте-ка спать ложиться. Утро вечера мудренее, как говорится.
-«Сегодня вихорь парус рвет;
И вал на отмель лодку бьет;
И гром над безднами ревет;
И молния пловцу в глазах ресницы жжет...
А завтра - ни грозы, ни бури:
Погода... мир... и тишина,
Под круглым куполом небесныя лазури
Светлеет моря глубина...
Для нашей жизни нет картины сей вернее,
И - утро вечера бывает мудренее.» - снова процитировал Аркадий, кладезь поэзии на любую тему.
-И то, верно. – Нюта встала, и потянула за руку погрузившегося в раздумья Митрича.
Арчи собрал со стола все свои важные бумаги, аккуратно вложил драгоценный камень, до сих пор буднично лежащий на деревянном столе, в холщевый мешочек, и передал девушке.
-Нюта! Ты хранитель, так что держи.
-Ах, да! Спасибо! – просто ответила она, нацепив тесемку с безценным наследием Арктов на шею.
-Да, кстати! Темыч сказал, что Вадик скоро приедет. – подмигнул Арчи Митричу.
-Ну, раз Темыч сказал! Ему ж оттуда виднее!
-Да, может пошутил он.
-Что-то я не помню, когда Темыч последний раз шутил. Он вообще, тот еще шутник.
-А я вот, на всякий случай калиточку-то оставлю открытой. – добавил Аркадий, засобиравшись во двор.
-Если и приедет, то, думается мне, что сразу сюда и заявится.
-Да, оставь пожалуйста калитку открытой. Вадик уже близко. Пешком идет, от станции автобусной.- сказала Нюта сладко зевая, и снова потянула мужа за руку..- Идем, Дима! Спать очень хочется.
Митрич в недоумении поглядел на жену, и послушно проследовал за ней, в ту половину дома, где он еще недавно коротал свои холостяцкие будни.
_________
Арчи все ворочался, не мог уснуть, как услышал, что калитка скрипнула, и кто-то вошел во двор. Он вскочил, наскоро накинул халат и босиком поспешил вниз.
Во дворе тускло горела ночная лампа, в свете которой он разглядел сидящего у поленницы приятеля.
-Вадим! Ты?
-Я это. Разбудил что ли?
-Нет, нет. Я еще не спал. А вернее сказать, тебя ждал. Тут слух прошел, будто ты скоро приедешь. И, вот… Слух этот подтвердился. Удивительно!
-А, я уже, и не удивляюсь! Такие дела…
Аркадий приметил некоторые нехарактерные для Рыжего интонации. Был Вадим необычайно серьезен, и тих.
-Ты, чего, брат, соскучился? Ты как? На чем ехал-то?
-Пешком сначала, через лес, потом попутку поймал, довезли меня до ближайшего рай центра, оттуда на автобусе уже.
-Ты молодец, что приехал. Правильно. А то уж в отшельника бы скоро превратился. Как рыбалка?
-Хорошо. Вот, привез. – и Вадик принялся выкладывать из рюкзака завернутую в бумагу рыбу: копченая, вяленая, сушеная. Вот, ягоды еще, грибы. А это, чаи всякие травяные. Сам собирал.
От разнообразия лесных и озерных ароматов у Арчи потекла слюна.
-Боже мой, какие запахи. Ты голоден? А может рыбки на ночь глядя? А?
-Да, можно. Чего ж не перекусить.
Арчи выбрал внушительную копченую рыбину, и с азартом принялся ее разделывать.
-И вот, что удивительно, - приговаривал он, - Темыч сказал, что ты скоро приедешь. Ну, ему-то откуда знать?
-Наконец-то! Объявились? - осветился улыбкой Рыжий.
-Звонил, да! И можешь ли себе представить? Они «всей толпой в Южной Африке» Всю Европу проехали, и теперь вот, изволите ли, в Африке! В Африке, друг мой!
-Темыч прям так и сказал «всей толпой»?
-Именно! Митрич предположил, что «толпа» - это некие фанаты Михаила. А что? Я вполне допускаю, что некоторые способности Миши могли поразить воображение простых людей. Ну, или непростых людей. Вероятно, появились «последователи». М-да…
-Причем, в прямом смысле. - Рыжий уже давно задумчиво держал в руке кусочек рыбы, так и не надкусив. Аркадий же, перенасытившись высокими научными изысканиями, и испытывая простой человеческий голод, налегал на озерный копченый деликатес.
-Знаешь, старик, а я отца видел. -тихо сказал Рыжий. - Я же и не знал его никогда. Мать только рассказывала. А тут, вдруг увидел, как живого.
- Неужели?! Как это приятно, должно быть. Ты рад?
-Тут другое! Рад-то, я рад. Просто, это… Да, как сказать-то.. Не знаю я даже. Я потом еще шар видел огромный.
-Какой шар? Воздушный?
-Да, нет! Понимаешь, я рыбачить пошел. Вернее, Старик меня отправил.
-Какой еще старик?
-Ну, тот, что с заимки. Тот, что нас тогда в охотничьем домике то встречал. Ждал он нас тогда. Ну, понял, теперь?! Так он, со мной был почти все это время. Я как туда, значит, приехал один, так он вскоре явился, со своей собакой, и давай меня учить всему. Травы какие надо собирать, отвары варить, ну и все такое.
-Так, так….
-Ну. А тут заболел он шибко. Я даже думал, помрет. Отпаивал я его травяными сборами всякими. А он говорит, мол: «Ухи хочу! Иди поймай рыбы». Ну, я и пошел. И там, на воде, то ли заснул, то ли что…. Так вот, шар этот… Прям над водой солнце огромное, понимаешь ты? Протяни руку и дотронешься. Ну, я и протянул.
-И, что?
-Дотронулся.
-И?
-Ну, что «И»?! Не знаю. Странное что-то со мной теперь происходит.
-А старик, что?
-Вернулся я с рыбалки, а ему уже полегчало. Так он то меня и отправил сюда. Говорит, пора, мол. Иди уже. Вот я и пришел.
-А что странное происходит с тобой?
-Да ты смеяться станешь, или стихи читать.
-Не стану. Честное слово не стану.
-Наверное мне к Василисе надо. Она психиатр все-таки. Ненормально это как-то… Вижу я то, чего в реальности нет. А может и есть, но не здесь.
-То есть, как это? Загадками говоришь ты, Вадик.
-Ну, вот с отца все началось. Он прям как живой был, понимаешь? Я и запах его учуял, и голос его слышал. Потом, шар этот. Был ли он на самом деле? Или нет? Я вот прям реально, как бы, видел... и чувствовал. И, как только до него дотронулся, меня аж пробрало насквозь! Не могу я это описать, Арчи! Словно бы я прошел через него, понимаешь? Все вокруг меня стало белое-белое. Теперь мне понятно выражение «Прошел весь белый свет». И пока я там был, в этом свете, будто бы вечность пролетела. А теперь я вижу.
-Да что видишь-то?
-Ну, я так не могу тебе сразу объяснить. Сейчас нет необходимости «видеть». А вот, к примеру, когда шел по лесу, знал какую траву, или, какой гриб где искать. И, так и выходило. Я проверил. Потом, когда ехал уже в автобусе, видел я как вы тут втроем сидели, и о чем-то важном трындели. Было так?
-Ну, было, верно. Так-то в реальности ведь было. А ты, говоришь, видишь то, чего в реальности нет.
-И это тоже. Стыдно сказать… Бабку еще свою видел. Она до последнего дня на рынке семками торговала. Ее еще Семишной прозывали. А она Семеновна была. Ее уж лет тридцать как на свете нет. А тут, еду я в автобусе, гляжу в окно, а на обочине бабка моя сидит, Семишна, с мешком семечек. Торгует, типа. Я гляжу, а она мне стакан семечек протягивает, и по губам понимаю, говорит: «Внучек, сколько в этом стакане семечек, столько у тебя подарков»,
Вадик наконец вспомнил, что держит в руке кусок рыбы, и положив его в рот стал медленно. сосредоточенно жевать.
-Ну, что ж. Родственники – это, прекрасно! -Заключил Аркадий. Он аккуратно завернул остатки рыбы в бумагу, встал, подошел к рукомойнику, и, намылив руки, принялся их тщательно мыть. Приступив к омовению усов и бороды, пофыркивая изрек:
-Я обещал стихов не читать, но с твоего позволения, - Затем снял с гвоздика полотенчико, отер лицо, и продолжил торжественно:
Все-таки позволю себе:
-«Любили тебя без особых причин
За то, что ты — внук,
За то, что ты — сын,
За то, что малыш,
За то, что растёшь,
За то, что на папу и маму похож.
И эта любовь до конца твоих дней
Останется тайной опорой твоей.»
-Факт. – тихо сказал Рыжий глядя на свои крепкие загорелые руки. - Слушай Арчи, я там у тебя на сундуке переночую, ладно?
-На Михином-то? Легендарный сундук. Смотри, аккуратно только. А, то, вон…. Тебе уже всякое мерещится. Шучу, шучу. А у нас для тебя тоже есть кое-что интересное. Но это уже до завтра подождет.
Глава шестая.
Аккуратные, кругленькие сырники уютно шкворчали на широкой чугунной сковороде. Нюта уже накрыла на стол и варила кофе. Утренние пробуждающие ароматы разносились по всему старинному дому.
-О! Нютка! Шуршишь по хозяйству уже? Молодец!
Вадим бодро спустился со второго этажа на кухню сладко позевывая.
-Вадик! Ты приехал! Садись кушать! Сейчас кофе будет готов.
-А где все?
-Тут. Просыпаются потихонечку. Сейчас прибегут на запах.
- Ага, я сейчас. Ополоснусь только.
Он выскочил наружу и стало слышно, как Рыжий фыркая и порыкивая от удовольствия, льет на себя холодную, дождевую воду, черпая ее ковшом из большой бочки.
-Вадик! Возьми полотенце! – Нюта не глядя, высунула за дверь руку с вафельным белым полотенчиком.
- Вот, спасибо, внимательная ты наша!
- В нашем доме хозяйка! Ах! Какое блаженство! Анюта! – Арчи вальяжно спускался с лестницы, принюхиваясь к ароматам.
-Да, да! Садитесь завтракать. А то, кофе остынет!
-Уже, уже! Спешу! – и тут же процитировал:
«Смотрится утро лазурное, чистое,
Милая, в окна твои,
Блещет алмазами поле росистое,
В роще поют соловьи.»
-Милая! Блещет алмазами! Я все слышу, старичок! Жениться вам пора, барин! Будете и вы сырники вкушать по утрам. А то, ишь…– ревнивый Митрич шумно ввалился на кухню, схватил жену в охапку и поцеловал в шею безцеремонно, даже как-то нарочито показательно, так, что Нюта покраснела, и застеснялась.
-«Сознание – это бриллиант, его чистота определяет ценность человеческой жизни, а чем наполнена Ваша чаша сознания»? - пробормотал себе под нос Арчи.
Нюта благодарно взмахнула ресницами в сторону умника.
-Ой, ну вот только не надо… Прямо с утра! Оставь ты старика Лао Цзы в покое. -парировал назидание Митрич.
С улицы ворвался румяный шумный Вадим, голый по пояс с полотенцем на шее.
- Пардоньте!
- Совсем ты одичал Вадик, отвык от приличного общества. Оденься, тут, все-таки, дама.
-Так! А, ну-ка, перестаньте дурачится! – уже строго сказала Нюта, и все разом присмирели.
-И то, верно. Вадик! Надень майку и сядь. Есть разговор серьезный. В общем, всем нам доброго утра, и давайте-ка думать, что будем делать.
Они уселись за стол, Пока Нюта разливала кофе по чашкам, сырники, лежавшие еще минуту назад аппетитной горкой в глубокой тарелке посреди стола, таинственным образом исчезли. Девушке чудом достался самый последний.
-Итак, Вадик, ты уже в курсе, что мы вчера тут активно совещались. Тебя то нам и не хватало, как говорится. - пробормотал Арчи вытирая салфеткой усы и медленно поднимаясь из-за стола.
-Откуда это он в курсе? – Митрич подозрительно покосился сначала на Рыжего, затем на Аркадия.
Вадик застенчиво потупился.
-Э-э-э… Старичок! У Вадима есть талант. Он теперь умеет видеть то, что…, как бы это сказать? Ну, то, что ему нужно увидеть, или… Вадик? Может быть, ты сам расскажешь?
-Да, что тут рассказывать -то? Ну, видел, как вы тут сидите и обсуждаете что-то важное. На столе бумаги разложены, Арчи нервный весь был, а ты, Митрич, грустный. А там, в лесу, на озере, я отца видел своего, которого и не знал, прежде, никогда. Только он как живой прям был. Потом шар этот светящийся еще, прям над водой. Я до него дотронулся и вот, с тех пор вижу.
Митрич, выпучив глаза, и вздернув брови глядел на Рыжего. Когда тот стеснительно шмыгнув носом замолчал, гитарист глубоко и шумно вздохнул.
- М-да-а… Ну, знаете ли. Я ничего не понял из вышесказанного. Но, талант определенно имеется. Это факт.
-Ладно. Это все лирика. – поправив очки на носу продолжил Арчи. - К делу. Мы имеем: Анютин алмаз, документы подтверждающие, что этот алмаз наследие Арктов, петроглифы, и этрусские тексты, по которым мы можем попытаться составить карту.
Рыжий присвистнул.
-Да, да… Такие дела, Вадик. Разумеется, вся эта информация, сугубо, между нами. Видишь ли, долго объяснять, но эти документы, о которых идет речь, мне прислали мои друзья геологи. Я с начала не придал значения этим рукописям, а потом, когда стал более подробно изучать, пришел к выводу, что у нас в руках удивительный, фантастический просто, путеводитель к наследию Арктов. И все «Это» спрятано где-то в наших краях. Осталось найти. И… – Аркадий протянул руки, словно в его ладони уже сыпались сокровища.
- Нют! А ты то, что думаешь? – Рыжий с надеждой поглядел на девушку.
-Я?! Я, думаю, что если все так складывается, то, наверное, следует поехать к пустыннику и спросить у него. Это же его подарок! – она сняла через голову тесемочку с холщовым мешочком, в котором лежал заветный камень и положила на стол. - Если бы не этот его подарок, мы так ничего бы и не поняли.
-А можно посмотреть? – разулыбался Рыжий.
-Старичок! Аккуртнее! Этот алмаз - безценен! – серьезно заметил Арчи.
-Конечно можно, Вадик! – девушка вынула из мешочка артефакт и протянула Вадиму. -Держи!
Рыжий принял в свои руки красноватый, сверкающий камень, и внимательно уставившись на него, подошел к окну.
-Ты смотри, какой, а! Переливается весь! Нют, а он теплый. Нют… а, ты…ты… Эээ…
Рыжий, пристально разглядывая камень, вдруг изменился в лице. Он медленно перевел удивленный взгляд на девушку. Та понимающе улыбнулась.
-Что?! – Аркадий подбежал к Рыжему и тоже уставился на камень. – Что тебя так удивило, друг? Ну? Объясни же, наконец!
-Я не знаю, как это объяснить. Понятия не имею, как это объяснить. Наверное, нет таких слов. – бормотал Рыжий. Он аккуратно вернул камень девушке, и уселся на прежнее место. Лицо, и все существо его выражало крайнюю степень озадаченности.
-Так! Хорошо. Ладно. Теперь, раз Вадик что-то почувствовал, я скажу. – решительно проговорила девушка.
-Этот камень, вероятно, имеет свойство, усиливать энергетический потенциал человека. Я сама не сразу это поняла. Мне потребовалось время, чтобы убедиться. Теперь же, когда и Вадим почувствовал тоже самое, я могу с уверенностью об этом говорить.
-Что?! Ты хочешь сказать, что? – Аркадий вздернув брови чуть не уронил очки. -Нют! Ну, мы же с тобой все-таки образованные люди. – он вдруг смутился, покосившись на Митрича и Рыжего. – Прошу прощения, я имел ввиду, что…
-Да поняли мы с Вадиком, что ты имел ввиду. «Кто имея знания, делает вид, что не знает, тот выше всех», как сказал бы старик Лао Цзы. – Митрич, то-ли шутливо, то-ли назидательно поднял вверх указательный палец.
- Куда уж нам до вас ученых! « Etruscan non legitur!»! Да, Вадик? Так, ладно! Мне на работу пора. – хлопнул он себя по коленкам. - Спасибо за вкусный завтрак.
-На какую работу? Сегодня воскресенье? – всплеснул руками Аркадий. – Митрич, старичок, ну перестань. Ну, ляпнул я по глупости. Прости ты меня дурака.
-Угу, чего уж там. Куда уж нам. Да, делайте вы что хотите! В экспедицию собирайтесь, открытия делайте. Бриллианты ищите, или Гиперборею, а меня в покое только оставьте. Вон, Михе еще позвоните, с ним посоветуйтесь. Он уж побольше вашего знает, в любом случае. Вот, вы его все так полюбили, а что-то мне кажется, не поняли, чего он вам говорил.
-В каком смысле?
- Да, в таком смысле! – кипятился Митрич. Он полез куда-то во внутренний карман, достал оттуда туго свернутую бумажку, развернул ее и выразительно зачитал:
«Знайте меру в желаниях своих! Используйте силу и познания свои без корысти, ибо только тогда дело ваше будет во благо и Вам, и Миру. Держитесь друг друга и советуйтесь друг с другом! Ваша сила велика, и никто не одолеет ее, если будете вместе! Не кичитесь знаниями своими и умениями. Берегите друг друга, и храните свет, который в Вас есть!»
Митрич сделал паузу, свернул аккуратно бумажку и вернул за пазуху.
- Это мне Вадик передал. Он слова эти на бумажку записал, а потом мне отдал, на хранение. Меня, так сказать, приобщил.
- Слыш, Митрич, только это ж Старик сказал, а не Миха. – смущенно поправил Рыжий, и покраснел. – Я слова эти запомнил, да и записал. Понравилось мне это изречение его. – пояснил он еще раз, и вовсе сконфузился.
-А какая разница? А? Разве Миха иное что сказал бы?
Нюта так спокойно смотрела на мужа, с такой нежностью и любовью, что он заметил ее взгляд.
-Ну, что жена? Разве я не прав? Что бы Миха сейчас сказал? Вы тут алмаз драгоценный обсуждаете, энергетические потенциалы, петроглифы какие-то, а главное то, что? Главное!
- Ты прав, Дима. Верно. Миша сказал мне тогда, что у нас всех есть одна цель. Помочь вспомнить людям то, что они позабыли. «Нужно указать им дорогу и вывести их на свет!» Вот что он сказал. Дословно. И еще: «Страсти человеческие мешают идти к осознанию своей миссии. Научить человека справляться со своими страстями, вот что важно».
-Вот именно! – Митрич немного успокоился и снова ткнув указательным пальцем вверх, назидательно добавил. – А мы тут, вместо всего этого, страстишками своими меряемся. У кого круче.
-И то верно… - приуныл Аркадий. - Но, друзья мои, я хотел как лучше. Согласен, что, возможно, переволновался, да. Грешен! Это такое важное открытие! Для всего человечества же! Ох, хо-хо… Кстати, Нют, я когда камень у тебя просил, для исследования, вот тогда-то меня и осенило же! Я чуть с ума не сошел! Но, кто бы мог подумать! Хмм… Энергетический потенциал… М-да-а… Но, ты прав Митрич! Прав!
- Если Анютка утверждает, что артефакт этот ваш такой волшебной силой обладает, то реально, аккуратнее же с ним надо. Как ты носишь его вообще?! А? Если он действительно, «усиливает»?! Ты ж и так, умная у меня. – гитарист подошел к жене и обнял ее за плечи. - Вон, Вадика аж повело, а он в ладошках только минуту подержал камушек этот.
Все поглядели на Вадима. Тот, сидел задумчиво уставившись в окно.
-Эй, приятель, что скажешь? – обратился Митрич к Рыжему.
-Чет по Михе я соскучился, братцы. – тихо проговорил Вадик и, помолчав немного продолжил:
-Вот, вы тут вспоминали сейчас, что он сказал. А я, в лесу со Стариком нашим, все это время возился. Мы ж, когда были там, с Темычем, Михой и Анютой, меня так Белый Дед этот поразил, что я его слова аж наизусть запомнил, записал, и вот Митричу бумажку на хранение сдал. А как вернулся я туда, в избушку нашу, то Старик наш почти каждый день со мной был. Учил меня и травы собирать, и отвары всякие варить, и болел он, и возился я там с ним, и даже бурчал, бывало, на него. А вот сейчас только, я понял….
-Что понял-то?
-Понял я, что в лесу университет я закончил. Экзамен сдал. Такие дела, братцы. – непривычно серьезный Вадик, сидел, опершись локтями о стол, обхватив руками свою лохматую голову.
Аня рассмеялась заливисто:
-Ну, уж, прям-таки, закончил! Первокурсник!
Вадим с надеждой поглядел на Аню.
-Что?! – продолжала веселиться девушка.
-А что же дальше-то? Зачем мне, вот это все? Куда применить то мне это? – Вадим поглядел на свои руки, словно видел их впервые. Думаешь легко все это видеть и знать?
Да я, чуть с ума не сошел, когда бабку свою Семишну увидал в окошко из автобуса! Так, она ж, померла давно! Вон, я Арчику рассказал вчера, да он видно не поверил. А отца, как живого видел! Запах его чуял! Это как?! А? - Вадик, выпучив глаза поглядел на всех, и снова обхватил голову руками.
Стало слышно, как из крана подкапывает вода, за окном шумит листва, а по улице, где-то вдалеке проехал автомобиль.
Скрипнула калитка.
- Это мама пришла. – сказала Анюта.
Глава седьмая.
-Василиса Андреевна! Как мы рады Вас видеть!
-Доброе утро, или день уже?! – с порога поприветствовала Василиса честную компанию.
-Это, как Вам больше нравится. У нас утро затянулось, так что, вполне себе, утро. Сейчас мы кофейку сообразим. – суетился Арчи.
-А я вот, немного тут принесла, к кофе. - Василиса принялась выкладывать на стол из своей обширной сумки бумажные пакеты. – Тут вот слоеные булочки, с лимоном, и с яблоком. Творожники еще есть. Разбирайте, пока теплые.
-Ох, как это кстати! А то, мы за нашей горячей беседой успели проголодаться.
-Мама! И правда, спасибо! А, кстати, как там дядя Володя?
-Ох! Я вот как раз по этому поводу. Ребятки! В общем… Что-то, наверное, пора менять. Ну, вы теперь уж знаете, что работы у нас с Владимиром Яковлевичем больше нет. Его уволили, а я сама ушла.
- Невероятно! Это, просто невероятно! – всплеснул руками Аркадий.
-Но, это факт. – улыбнулась Василиса. Тут, уже и обсуждать больше нечего. – она устало опустилась в уголке на старинный высокий стул в готическом стиле. Василиса Андреевна, в молодости очень красивая женщина, и теперь еще была хороша собой, хоть золотистые ее волосы, и тронула легкая седина, а под глазами наметились тени от переживаний. В этом самом углу, на старинном стуле, в бежево охряных оттенках светового преломления утреннего солнца, образ ее напомнил бы знатокам живописи один из портретов эпохи ренессанса. Во всяком случае Нюта заметила своим острым профессиональным взглядом сходство с портретами Ян Ван Эйка.
-Но, неужели же ничего нельзя сделать? Вы такой специалист!
-Аркадий! Милый! Мы с Владимиром Яковлевичем все уже решили. С этой системой бороться невозможно. Правда, меня вчера позвали в некий «головной научный центр». Но, я отказалась. Устала наверное. – она смущенно улыбнулась.
-И, что же вы решили?
-Мы поедем в деревню. Нас приглашали. Вернее, Владимира Яковлевича, приглашали. Но, я думаю, тоже пожить там какое-то время. Может быть, Бояна не будет против моего присутствия. Помните, мы рассказывали про сербку Бояну? Удивительная женщина. Вот, собственно, к ней. А, Вас мы хотели попросить приглядеть за квартирой Владимира Яковлевича, ну и за нашим домиком, и за Рексом.
-Как это неожиданно! Но, наверное, это хорошо. Деревня, это же мечта! Свежие продукты! Воздух! Прекрасно! – искренне восторгался Аркадий, разливая свежесваренный кофе. Первую чашечку, он с почтением, преподнес Василисе.
- И я так же думаю! - вздохнула доктор, и зажмурившись отхлебнула горячий напиток.
- Вот ведь…, - Вадик вдруг поежился, и мотнул лохматой головой, словно отгоняя наваждение.
-Мама, ты сказала, что отказалась от приглашения. Но, тот кто тебя приглашал принял твой отказ? – Нюта очень серьезно взглянула на мать.
- Аннушка, ты как будто присутствовала при этом разговоре! - удивилась Василиса.
- Честно сказать, я не успела отказаться. Я подумала только, но у Игоря Леонидовича возник параллельный звонок. Он сказал, что перезвонит и недослушал меня. Разъединилось. Но, это уже не имеет никакого значения! Мы уезжаем. В любом случае.
-Как он тебе это предложил?
- По правде говоря, мне слышать это было весьма неприятно. Он сказал: «Есть предложение, от которого ты не сможешь отказаться». – Василиса поморщилась.
-Да уж. Звучит как угроза. – пробормотал Аркадий.
Митрич сцепил руки на груди и нахмурился.
Возникла напряженная пауза.
-Василиса Андреевна! А я, вот, к вам на прием как раз хотел попасть. Странное со мной что- то происходит. – решил разрядить обстановку Вадик. Посыл его был таким простым и искренним, что все улыбнулись.
-Ну, что ж. Теперь, разве что на чай заходи, пока мы не уехали. – доктор по-матерински заглянула в глаза Вадиму. - Но, ребятки, мы завтра утром уже уезжаем. Я, уж, и вещи почти все собрала, и Владимир Яковлевич готовится. Я Ане ключи оставлю, да и отправимся.
Аркадий посмотрел на Нюту.
Девушка сидела с опущенной головой, челка закрывала лицо, и Арчи не смог поймать ее взгляд, но, с трепетом почувствовал, что девушка чем-то серьезно озадачена, ибо задумалась она очень глубоко.
Внезапно Нюта резко подняла голову. Пристальный взор ее был направлен на Вадика. Вадим и Нюта словно играли в мяч. Приняв передачу, он выпалил не задумываясь:
-Василиса Андреевна! А можно я с вами поеду? Очень мне хочется с этой сербкой познакомиться, да и вообще, прокатиться. Да и поговорить я с Вами хотел, тет-а-тет, посоветоваться о жизни своей непутевой. Вам сегодня то уж некогда будет, так мы в автобусе может пообщаемся?
-Наш пострел везде поспел! – ухмыльнулся Аркадий.
-А, что? – обрадовалась Василиса. - Я не против! И Бояне подмога. И нам, старым занудам, веселее. Поедемте Вадик с нами. Очень я рада! Ну, что ж. Тогда встречаемся рано утром на станции.
-Не, я за вами зайду, и вместе уже на станцию пойдем. Часов в шесть утра ждите гостя!
Василиса засобиралась домой. Митрич и Аркадий вышли, чтобы проводить ее до калитки.
-Спасибо, Вадик! – Нюта пристально смотрела на Вадима.
-Ага. Нормально все! Я понял, что охрана им понадобится. Только пока не представляю откуда чего ждать, но на месте разберусь.
-Ты, вот что, Вадик. Возьми камень с собой. – Нюта встала со своего места, подошла к Рыжему и нацепила ему на шею артефакт в холщовом мешочке. - Ты справишься, я уверена. Еще, я хочу, что бы ты знал: Миша дал мне напутствие, для всех нас. У нас есть одна важная цель. Он сказал, что вернется, как только мы поможем тем, кто ищет свой путь. Поможем им вспомнить свою миссию. Понимаешь?
-Да, вроде бы понимаю. Только, уж очень это сложно. Особенно для меня. Да, кто я такой, что б такие задачки решать!
Нюта по-сестрински обняла Вадима и поцеловала его в макушку.
-Все будет хорошо! Мы справимся!
Глава восьмая.
«Привет, коллега! Чудотворица ты наша! За тобой заедут. Не благодари! Так что, жду тебя уже сегодня! Все, конец связи. Будь готова! Нас ждут великие дела!»
Она прослушала сообщение от Игоря Леонидовича, только когда вошла в дом. «Ах, Боже мой, оно было отправлено еще утром, а теперь уже полдень!»
Ей необходимо было закончить все дела, оплатить счета за свет, заготовить побольше корма для Рекса, купить подарок для Бояны. И за всей этой суетой, она про телефон вовсе забыла.
Василиса украдкой выглянула в окно. Улица была пуста. «Слава Богу, вроде никто еще за ней не приехал. Что же делать?! Игорь Леонидович отправил машину?! Удивительно даже! Да кто она такая, чтобы эдакая честь? С чего бы вдруг?!»
Василиса бросилась собирать сумку:
«Если приедут сегодня, «они» силой что ли меня увезут? Не может же быть такого! А мы в деревню только утром завтра хотели выезжать. Менять планы? Ехать сейчас? Володя собраться не успеет. Он копуша. Так, спокойно. Что же им понадобилось от меня? Не верю, вот теперь и вовсе не верю я в искренние намерения! То, все мои научные работы на корню пресекались, а теперь резко интерес возник! Опять зачем-то «чудотворицей» назвал. Не дает им покоя, наверное, эта история с чудесным исцелением Вани. Хотят докопаться до истины. Вот, зачем я им понадобилась. Да, да, скорее всего так и есть.»
Думала она, складывая в сумку самое необходимое. Одежду для работы в огороде, косынки, полотенчики, белье постельное, сапоги резиновые, взяла и несколько баночек варенья, и огурчиков для Бояны, на пробу. Купила она Бояне в подарок красивое расписное хлопковое спальное белье, и изящную глиняную вазу для цветов. Вазу она аккуратно упаковала в несколько целлофановых пакетов. «Сарафанчик нарядный, пожалуй, все-таки можно и положить. За теплой одеждой потом еще вернемся. Шерстяной кофты и ветровки пока что достаточно. Так, что же еще?»
Взглянув мельком в зеркало, и поймав свой озадаченный взгляд, вдруг, услышала робкий стук в кухонное окошко.
-Василиса Андреевна! Вы здесь? – за окном мялась стайка мальчишек с соседней улицы.
Она приоткрыла створку и выглянула наружу.
-Да, ребятки. Вам чего?
-Там дядька на улице лежит. Нам сказали за вами бежать. – самый старший, с осиплым голоском важно передал эту информацию.
-Так скорую надо. Ну, хорошо, я сейчас. Куда бежать-то?
-Выходите, мы покажем. Там вон, на перекрестке. – мальчишки замахали руками в сторону ближайшего перекрестия дорог.
-Да, да, сейчас. – Василиса Андревна не заперев двери поспешила на улицу.
Действительно, мужчина лежал посреди дороги, без сознания. Несколько человек стояли рядом, озадаченно качая головами, и перешептывались.
Один из присутствующих мужичков узнал Василису.
-О, наша доктор пришла. Гляньте, че это с ним?
-Вы скорую вызвали? – мимоходом спросила она, опускаясь на колени перед лежащим на дороге человеком.
-Дак, вызвали. А то вы не знаете, как скорая ездиит к нам.
Василиса потрогала пульс. Посмотрела зрачки.
-Не местный он. – продолжил мужичок. – вон машина его. Номера то не нашинские. Турист заезжий. Наркоман что ль? Так это по вашей части. Может он к вам и ехал? – хохотнул он.
Доктор, почувствовав в словах простого человека наивную прозорливость, пристально вгляделась в лицо незнакомца, приподняла его голову и быстро, но весьма крепко нажала пальцами на несколько точек на его теле, после чего тот сразу приоткрыл глаза.
- Что со мной?
-Вам стало плохо. Сейчас приедет скорая, и отвезет вас с больницу. – строго сказала Василиса незнакомцу.
-Нет, нет! Не надо. Мне уже лучше.
-Гляди-ка! Очнулся! Ну, доктор, молодец! – галдели люди. – Вот! Я ж говорил Василису надо звать. Пока эта скорая доедет! – важно резюмировал мужичок.
Василиса Андреевна поднялась с колен, отряхнула юбку и молча направилась к своему дому.
Незнакомец и праздные зеваки остались позади. Этот заезжий турист показался ей очень странным, и даже подозрительным. Доктор была уверена в том, что обморок этот был фальшивый. Теперь она корила себя за то, что не разоблачила обманщика у всех на виду. Нужно было бы просто отхлестать его по щекам. Но, если он так хорошо притворялся, значит он вряд ли бы среагировал на пощечины. А вот болевые точки быстро вернули его в реальность. Но, зачем ему все это? Ради чего?
От этих мыслей разболелась голова.
Войдя в калитку, она удивилась, что Рекс не встречает ее. Пес лежал, свернувшись калачиком у сарая, и крепко спал.
Распахнув дверь, Василиса Андреевна опешила от неожиданности. На кухне, за столом сидели двое неизвестных ей людей.
-О! Ну, наконец-то! Доктор. Мы увидели, что дверь открыта, да и зашли. Звали мы вас, стучались, но никто нам не ответил. Вот мы и вошли. – с чеширской улыбкой елейно гундосил один из незваных гостей. Он был гладко выбрит, и пахло от него горьковато приторным запахом с сильной примесью мускуса. - Уж простите великодушно, за вторжение. Мы от Игоря Леонидовича. А вы, уж и сумочку собрали. Вот и хорошо! Молодец! – это панибратское «молодец», уж как-то и вовсе гадко прозвучало.
- Сейчас машинка подъедет и все погрузим. Не переживайте.
Василису затошнило. Голос ее мгновенно осип.
- Что это вообще происходит?
- Как что? Нам поручили Вас доставить с комфортом. Вас же предупредили? Предупредили. – сам ответил он на свой риторический вопрос. - Сейчас Арнольд придет и поедем. А вот и он! Арнольд, вы уже знакомы с доктором?
-Да! Эта потрясающая женщина только что буквально спасла меня! Настоящее чудо сотворила! Вернула к жизни. – тот самый незнакомец с улицы, который, как выяснилось именовался Арнольдом, только что вошел в дом. Он произнес всю эту тираду позерски осклабившись, картинно опершись о дверной косяк.
Василиса Андреевна искала глазами свой телефон. «Куда она его в этой суматохе подевала? Вот, вечно она его теряет. Надо срочно позвонить! Кому? Нюте нельзя. Володе тоже нельзя».
-Телефончик ваш вот. – чеширский, со всей любезностью откуда-то из-за спины достал Василисин телефон, и передал ей. - Звоните, пожалуйста.
Василиса забрала из рук негодяя свой телефон, и уставившись на экран задумалась. «Так, никому звонить разумеется нельзя». Это она вот теперь только очень четко поняла. «Все мои разговоры и раньше вероятнее всего прослушивали. Господи, как хорошо, что по телефону я ни с кем вроде бы не обсуждала важные вопросы. Или обсуждала? Сейчас нужно взять себя в руки, успокоиться, и понять, что из этой ситуации выход один: ехать с этими бандитами к Игорю Леонидовичу. Отвертеться не получится. Если откажусь, они проследят за мной, и тогда уж пиши пропало.»
Она незаметно для всех сделала три глубоких вдоха и выдоха, приводя нервы в порядок, и после этого сменила поведенческую тактику.
-Так, господа! Вы меня, конечно, немало удивили своим непрошенным вторжением. Воспитанные люди так себя не ведут, уж простите за откровенность. – начала она спокойно и строго.
- С высоты своего положения могу вас и пожурить. Могли бы подождать снаружи. Я рада, что Арнольду намного лучше! – она заглянула в самую глубину зрачка «обморочного» персонажа и серьезно, строго продолжила:
- Однако, я как врач, очень рекомендовала бы вам сократить привычную вашу дозу до минимальной, и частоту использования, хотя бы до раза в неделю. Но, вам, конечно, самому решать. Мое дело вас предупредить. Иначе ваше показательное выступление может обернуться печальной реальностью, и привести к непоправимым последствиям. Кстати, это ко всем присутствующим относится. – повысила она голос.
Арнольд и чеширский изменились в лицах, а молчаливый третий, который до сих пор сидел в кепке, надвинутой по самые глаза, поднял голову ,посмотрев в упор на женщину пустым взором, молча встал и вышел из дома.
-Ну, что Арнольд, давай и мы тоже выйдем. Не будем мешать доктору собираться. -мужчины вышли из дома оставив после себя ноту горького мускуса и холод, словно в том месте, где они находились, образовался портал, из которого тянуло поганой сыростью.
Василиса поежилась.
Она залезла в ящик письменного стола, достала бумагу, ручку и поспешно набросала записку. Свернула ее вчетверо, побежала на кухню, достала банку с кофе и сунула записку в банку.
«Нюта с Димой обязательно захотят выпить кофе и найдут ее записку. Вадик придет в шесть утра. Дверь я запирать не стану. Он увидит собранную сумку. Поймет, что что-то случилось непредвиденное. Может быть спрятать записку в сумке? Нет. Не надо. Так! Теперь, собрать самое необходимое. А что может быть необходимо в такой ситуации? Понятия не имею. Просто одеться красиво, просто выглядеть эффектно, на высоте. Пожалуй все.»
Василиса надела свой самый красивый деловой костюм, заколола воротничок блузки брошью в виде бабочки, филигранно выполненной из кусочка бересты, собрала волосы в пучок, бросила в дамскую сумочку духи, косметичку, документы, телефон, и вышла из дома.
Рекс продолжал тихонечко посапывать у сарая.
-Вот ведь, злодеи! Зачем собаку-то усыпили. – подумала она. Подошла, нежно потрепала его по лохматой башке, потрогала нос. Нос был чуть теплый, но мокрый, что ее немного успокоило.
-Я вернусь, Рекс! Скоро вернусь. Охраняй дом, и береги всех! – прошептала она.
Глава девятая.
-Такие дела. – сказал Рыжий.
Они вдвоем с Нютой стояли посреди комнаты глядя на большую упакованную Василисой сумку, из которой сбоку торчали завернутые в целлофановый пакет резиновые сапоги.
- Нют, ну что я мог сделать?
- Да. Предупредить ни у меня, ни у тебя не получилось. Не успели. Я, как только почувствовала неладное, сразу побежала сюда, но… Опоздала.
-А я дома рюкзак собирал. Все думал, думал о Василисе Андреевне, переживал сильно. Потом, вот, не выдержал и пошел проверить, все ли в порядке, и вот… тебя встретил только. Я еще машину их видел, но уже только издалека. Большая, темная, и столб пыли за ней. Сразу понял, что к чему, что Василиса уже в машине этой.
-Значит так надо, Вадик.
-Я, знаешь, чего понять не могу?! Эти вот, «туристы заезжие», уж больно странные. Бандиты какие-то. Как этот ваш Игорь Леонидович, вроде бы уважаемый человек, мог таких бандосов прислать за мамой твоей? Ты бы рожи их видела!
-Когда ты их успел разглядеть?
-Ээээ…
-Ах, да! Прости. Камень же у тебя.
- Да, я их и раньше, э-э-э…. «видел»! Утром еще, когда кофе пили с Василисой Андревной, у Арчика. Привиделись они мне, как бы. Я аж поморщился про себя. Только не поверил же! Гнал мыслишки эти! И тебе потому не сказал ничего. Думал, что фантазии мои. Воображение разыгралось, мол. Понимаешь?! Думал, что не может же такого быть! Просчитался я! Эх, я дурак! – Вадик плюхнулся на диван, и, обхватил свою рыжую голову руками.
- Я тоже, если честно, не поверила в такой поворот. Подозревала, да. Но, не поверила. Теперь придется стать более внимательными. Понятно, почему мама не позвонила. Она не стала подвергать нас опасности. Я надеюсь, что ей удалось повернуть ситуацию в свою пользу. Все верно. Именно так и было. – утвердительно кивнула девушка, вглядываясь куда-то сквозь пространство. - Мама молодец! Мастер класс! Ну, что ж…. – Нюта посуровела лицом. – теперь Вадик, все только начинается.
Дверь распахнулась, и в дом словно ураган ворвался Митрич.
- Вы тут?! Чего стряслось? Я возился в клубе с аппаратурой, завтра концерт районный придумали, а мелкие, прибежали, и рассказали, что Василиса Андреевна, мол, опять кого-то там спасла, вроде как туриста какого-то заезжего. Мне показалась эта информация уж больно подозрительной. Где мама, Нют?
- Маме все-таки пришлось уехать в центр.
-То есть, как?! Мы ж вот только-только все обсудили. Они ж с Рыжим завтра утром собирались в деревню! А что за история со спасением туриста? Объясните может быть?
Нюта молча отправилась на кухню, открыла настенный шкафчик, достала банку с молотым кофе.
-Нют! Самое время кофейку попить, что ли? Я не понял, вот сейчас? – Митрич с удивлением отправился за женой на кухню, а за ним следом и Рыжий.
- Мама скорее всего оставила записку. – она отвернула крышку кофейной банки заглянула внутрь.
-Да, так и есть. Вот, записка. - Нюта развернула лист и прочитала вслух:
«Дорогие мои дети, друзья и коллеги! За мной все-таки прислали машину, и мне придется поехать с этими «людьми». Не безпокойтесь. Я все улажу. Володя пусть непременно уезжает, как и планировали!!! Сумка собрана, пусть возьмет ее с собой. Там гостинцы и всякие нужные вещи. Я вернусь, как только освобожусь. Если что-то в городе будут болтать, не верьте. «Инцидент» на улице был явно подстроен. Зачем, пока не поняла. Все вскоре разъяснится. Обнимаю крепко. Люблю! Мама. Василиса.»
Митрич присвистнул – Вот так дела! – он в растерянности опустился на стул, на котором, совсем недавно, сидел чеширский бандит.
-Да, инцидент подстроен. Это факт. – бормотал Рыжий.
-В каком смысле, подстроен? Кем подстроен? Объясните же наконец! – вспылил гитарист.
-Один из тех, кто приехал за мамой, сделал вид, что ему плохо, разлегся посреди улицы, неподалеку. Бред, конечно. Но, скорее всего затем, чтобы, во-первых, спровоцировать маму на действия. Что бы она как-то проявила свои способности, что ли. Что бы наверняка удостоверится, что это она. Наверное так. А, во-вторых, чтобы из дома ее выманить. Рекса видел? Спит! Усыпили они его. Но, живой Слава Богу. Вот уж, и правда, бандиты.
-Нюта! Зачем? Зачем это все?! Мать твоя «за каким» им понадобилась?! Ну, ушла она с работы. Ну, уволили всех! Молодых взяли! Ну, развивают они там свою тему новую экспериментальную. Но, Василиса-то им зачем понадобилась?! Это ж, натурально, похищение какое-то?! А?
-Дима! – Нюта посмотрела нежно на мужа. – Будто ты не понимаешь?! Хотя…
-Нют! – это и вправду понять, вот так, сразу, сложно. Даже, я не совсем улавливаю, если честно – покосился исподлобья виновато Рыжий.
-Даже?! То есть, тут только я такой тупой?! – Митрич, грозно взглянул на Рыжего, отчего тот еще больше сконфузился.
-Значит, так. - Нюта скрестила руки на груди и спокойно продолжила. – Так вышло, что про маму многие знают, особенно после того, как Ваня чудесным образом поправился. Слухи пошли, и про это все знают. Этот Игорь Леонидович, мамин начальник, воспользовался тогда ситуацией, телевидение прислал, и еще больше тему засветил. Понимаешь? Выгодно ему это было на тот момент! Нужен был повод, и повод вовремя подвернулся.
-Ну? – нетерпеливо подгонял Митрич. – Это понятно! И что?
- А теперь, на этой новой волне увольнений, и перепрофилирования реабилитационного центра в новый экспериментальный центр, мамина фигура становится «нарицательной», так как люди-то знают, какого уровня она профессионал, и что ее увольнение несправедливо, мягко говоря. Такие слухи главному вовсе не нужны.
-Какому, главному? - Митрич нервничал, но внимательно глядел на жену силясь вникнуть в ситуацию, и понять ход ее мысли.
-Ну, Игорю Леонидовичу, этому. – продолжила, поморщившись девушка.- И толки о том, что Василиса не у дел оказалась, ему сильно мешают. Поэтому, он настаивает на том, чтобы мама согласилась на его предложение. Но, и это еще не все. В нынешних условиях, после «Светопредставления» все люди, обладающие некими неординарными способностями, которым нет научного обоснования, вероятно попадают под особое внимание. Помнишь про «чудотворицу»? Так вот, никаких чудотворцев теперь быть не должно, или же, все они будут находиться в одном месте, под строгим наблюдением. И не важно, травами ли ты лечишь, руками ли, или просто телепат. Все, кто выделяется, отличается от среднестатистической нормы - опасны! Их хотят или сравнять с «нормой», или использовать в тех целях, которые нужны «им». – девушка на мгновение прикрыв глаза, добавила полушепотом. - И, даже, это еще не все. – взмахнув ресницами она многозначительно и очень пристально посмотрела на друзей. - «Они», те, кто находится подле «Лидера» о чем-то догадываются. Думаю, что Игорь Леонидович и сам не понимает, зачем на него давят сверху и требуют, чтобы моя мама оказалась там. Он не знает истиной причины. Ему сказали любым способом доставить Василису, вот он и прислал этих отморозков. А у них такие способы. Они, в общем-то, и не совсем уже люди, в каком-то смысле.
-Нелюди! Так и есть. – резюмировал Рыжий.
Митрич, понурив голову, несколько минут сидел молча. Потом встал, буднично насыпал в кофеварку кофе, залил водой, включил конфорку, и поставил кофе вариться.
Нюта и Вадик молчали. Рыжий сидел на табуретке, Нюта стояла напротив, прислонившись спиной к старинному буфету. Каждый из них погрузился в свои размышления.
Когда кофе закипел, Митрич неспеша достал три чашки, разил горячий напиток всем поровну и только усевшись на прежнее место, спросил.
- Я правильно понял, что… – но Нюта не дала ему договорить.
-Правильно, Дима. Теперь, все только начинается.
- Михе-то как сообщить?
- Не надо. Они и так в курсе. – Нюта светло улыбнулась. - Просто, теперь, лично мне стали хорошо понятны Мишины слова о том, что мы должны помочь тем, кто ищет свой путь. Что, именно мы должны помочь ищущим, вспомнить их миссию.
- Это, каким же это образом? - тихонько спросил присмиревший Митрич.
-То, что мама оказалась в том месте, куда скорее всего будут направлять, или уже отправляют «подозрительно сильных личностей», обладающих некими выдающимися способностями, даже хорошо. Мама найдет правильное решение. Я уверена. Скорее всего она там задержится. Это, конечно грустно. Но, видимо, необходимо. Все-таки мама доктор, и тут ее миссия очень важна, и даже очевидна. Думаю, она скоро позвонит, чтобы сообщить, что у нее все в порядке, после чего связи привычным способом долго не будет. Вероятно, ей запретят пользоваться телефоном, потому как, работа ее будет строго засекречена. Да… Серьезно они взялись за одаренных людей.
-А мы? – Рыжий наморщил лоб и взглянул из-под челки с надеждой. Он достал из нагрудного кармана холщовый мешочек и положил на стол. – Нют! Очень тебя прошу, забери ты его у меня. Не готов я, видимо.
-Напротив, Вадик. Ты как раз готов. – Анюта вновь улыбнулась своей светлой улыбкой. - Просто передай Диме. Пусть какое-то время камень побудет у тебя, Дим, ладно?
-Это еще зачем?! – изумился Митрич.
-Ну, во-первых, не надо, чтобы в сложившейся ситуации, этот артефакт находился долго у одного человека. Во-вторых, Вадим в полной мере ощутил свои возможности, понял, что лучше доверять своей интуиции. В-третьих, вскоре ты сам поймешь.
-Ладно, давай! Так и быть, побуду хранителем, какое-то время. Но если что, не обессудьте уж.
Он нехотя взял мешочек с камнем со стола и запихнул во внутренний карман пиджака.
-Так что делаем-то теперь? – снова переспросил Рыжий.
- Ты, Вадик, пойдешь к Владимиру Яковлевичу, отдашь ему мамину сумку, и все ему объяснишь. Утром поможешь ему добраться до станции, посадишь на автобус. Ты, Дима, как ни в чем не бывало, идешь на свою работу, и проводишь все запланированные мероприятия. Если спросят про маму, скажешь, уехала по делам в центр. Собственно никакой лжи, все так, как и есть. С Арчи я поговорю, сегодня же. Думаю, что теперь к его предложению собирать экспедицию, нужно отнестись более внимательно.
Глава десятая.
Психолог глядел в окно. Утро, светлое и солнечное должно было бы радовать, однако пейзажи, сменяющиеся по пути, обычно настраивающие на романтический лад, нынче вызывали иные чувства. Деревни уже не казались такими милыми и родными, хранящими историю, но пугающе пустыми и унылыми. Во всем заоконном пространстве примечал Владимир Яковлевич то, чего ранее он точно не видел. Лес по краям дороги почти по всему пути следования зиял выщербленами и пустотами, голые гниющие пеньки напоминали стариковские зубы. Некогда веселый сосновый бор, вдруг превратился в печальную пустошь. Психолог с тоскою вздохнул, и отворотился от окна. Он сидел в автобусе, прижав правую руку к груди на уровне солнечного сплетения. Ему захотелось плакать. Как в детстве. Большая Василисина сумка не уместилась в ногах, а потому занимала соседнее сидение. Левой рукой он бережно придерживал эту сумку, зная, что там внутри хрупкие подарки и гостинцы для Бояны заботливо сложенные Василисой.
«Почему мы с Васей были так неосмотрительны и доверчивы? Я старый дурак, заливал свои переживания коньяком, вместо того, чтобы быть собранным, и решительным! Как я мог, вот так?! Теперь Вася оказалась в какой-то, скорее всего, опасной ситуации, о которой я могу лишь только догадываться. Но что, что я теперь могу поделать?! Я и молиться то толком не умею. Надо сразу же будет заехать к сестре, к Настеньке! Пусть она помолится! Вот уж кто умеет! Да! Дай то Бог, жива здорова мать Феодосия! Дай то Бог!»
Вадик проводил Владимира Яковлевича, посадил его на автобус, помог дотащить сумки, забрал на хранение ключи от квартиры. Все сделал как просила Нюта. Всегда суетящийся, вечно куда-то спешащий Рыжий, теперь, в совсем не свойственной для себя манере, бродил в неопределенном направлении по улочкам старинного городка. Дошел до набережной, спустился к воде, и усевшись на ступеньки уставился на воду. Ему нужно было хорошенько подумать, уложить все события хоть в какую-то понятную ему лично последовательность. «Нюта умная! Мало того, что с высшим образованием, она вообще, в принципе, умная. Все у нее по полочкам. А мне разобраться еще нужно.» - он снял кепку, почесал затылок, надвинул кепку обратно на брови, и продолжил размышления. - «Василису я не доглядел! Да кто ж знал то?! – сердился сам на себя Вадик,
- Да, как это, кто знал?! Я ж сам и знал, дурья моя башка! Камень -то, как только нацепил на шею, так и увидел рожи эти, будто бы рядом с Василисой! А только сам себе и не поверил! И, как только привыкнуть, к этому можно? Что ж мне теперь, все свои фантазии проверять что ли? Тут университета не хватит, что б все это понять.» – Рыжий поежился. – « А вот, почему не поехал я с психологом? А? Изначально же мы планировали! Что поеду, мол, помогу им там! – рассуждая таким образом с самим собой, он наблюдал, как у самого берега по течению медленно двигаются два листочка. Один желтоватый, уже подгоревший на солнышке, а другой чуть тронутый желтизной по краям, а в сердцевинке, вполне еще, зеленый. Тот, что желтый вдруг ускорился и поплыл быстрее, а зеленый прибился к берегу почти что у самых ног Рыжего.
-А, вот почему! Нельзя мне. Еж ли за Василисой они следили, так и за ним, за психологом значит, тоже могут. Мол, вдруг он, как и Василиса, знает чего?! Работали же они вместе! Друзья со студенчества, опять-таки! Помощь ему моя может понадобиться? Может! Так, так, так… Думай, думай, рыжая моя голова! То есть, получается, что я не поехал потому, что, нельзя мне себя обнаруживать! Так то, я просто, сумки помог дотащить, благодетелю. Мол, я простой бывший пациент, благодарный. А если б я вместе с ним бы поехал, ни ему бы не помог, да еще и на себя подозрения бы всякие навлек, да и на него. А, значит, и на всех нас. Не… не совсем так…. То есть, и это тоже важно конечно, но есть что-то еще. Какая-то имеется причина, о которой Нютка знает, а я дурак, и не догадываюсь даже. – Вадик с досадой поморщился. - Камень тут ни причем, это ясно. Нюта сама ж мне его и вручила, в дорогу. А теперь вон Митричу передала. Значит… Или…»
Он остановил поток своих мыслей, и заглянул в самую глубь речной воды.
Там, между колышущимися в спокойном потоке водорослями, подставляла бока солнечным бликам серебристая маленькая рыбка. Ее чешуйки так и сияли, так и переливались всеми цветами радуги. Рыжий зажмурился.
«Не о том ты думаешь, внучек. Ишь, чего! Помощничек выискался! Всем то, поди, не поможешь! Даров то много у тебя, да и гонору не меньше!»
Рыжий потряс головой, смахивая наваждение, ибо серебристая рыбка с голосом бабки Семишны, это чересчур уже!
«А ты погоди трястись-то! Иль правда глаза колет?! – не унималась говорящая рыбка Семишна,
- Все мечешься, чегой-то! Ну, куда бы ты милок поехал с психологом то этим вашим?! Новую жизнь он начинает. Ну! На кой ты ему там ему сдалси? А тут ты нужнее.
Даже и не сумневайся! Митричу вашему теперь, ох, не просто!»
Солнечный лучик скрылся за облаком, и серебристая рыбка тут же увильнула под водоросли.
- Бабуль?! Семишна!– шепотом позвал Вадик склонившись над водой, но ответа не последовало. Только и увидел Рыжий, свое неуверенное расплывчатое отражение на фоне струящихся водорослей.
-Ладно, бабуль, спасибо! Понял я тебя. – пробормотал он, поднялся со ступенек, отряхнул штаны, и решительно направился прямиком в клуб, к Митричу.
Вадим, зайдя в зал, где обычно проходили репетиции с молодежью, понял, что пришел как раз вовремя.
Митрич сидел посреди сцены на стуле, в окружении толпы подростков. На коленях он держал гитару, но не играл. Он застыл в молчании. Взор его был устремлен куда-то очень далеко, словно самого Митрича тут уже и не было. Так, оболочка одна. Молодые люди в недоумении, но с покорным выжиданием глядели на своего учителя, однако пауза явно затянулась.
-День добрый, музыканты! Не помешаю? – Вадим, пока шел от дверей к сцене, так громко и целенаправленно произнес эти слова, что Митрич вздрогнул, очнулся, с удивлением оглянулся вокруг, толпа подростков расступилась, и Рыжий запрыгнул на сцену.
-Здорово, братцы! Чем заняты?
-К концерту готовимся. Песню учим! – зашумели обрадованные дети.
-Песня – это хорошо! Какую песню-то? Споете?
Тут Митрич, тихонечко хмыкнул. Выдохнул. Отложил гитару на подставку, и пробормотал конфузливо:
-Ну, уж, наверное, не сегодня. – и, продолжил, слегка взбодрившись, от громкого спасительного голоса приятеля:
-Ребятки, давайте-ка до завтра. Я слова забыл. Простите великодушно. Бывает. Но, время у нас еще есть. Идите домой. Завтра в это же время жду вас. – на секунду задумался и продолжил. - А ты, Семен, погоди. Задержись на минутку. – он пристально поглядел на мальчугана, лет четырнадцати.
Мальчик темноволосый, с выразительно распахнутыми глазами, уж было собрался идти с компанией подростков, но притормозил.
-Присядь-ка. – Митрич указал на стул напротив себя. – И ты, старичок садись. – обратился он к Вадиму. – Раз уж пришел. Ты чего хотел-то?
-Так я , это…. Так просто. Послушать хотел, чего вы тут поете. Говорят, ты, Митрич, эээ, пардон, Дмитрий, вы тут песни красивые разучиваете. Я, может, тоже петь хочу!
-Ты то? А….Ну, ну, это хорошо. Посмотрим, посмотрим. А вот Сеня тут стихи нам свои хотел прочитать, да видно так сильно хотел, что я аж слова новой песни позабыл. – гитарист старался не смотреть на подростка, осмелившегося потревожить его зыбкое душевное равновесие.
Мальчик смутился и густо покраснел.
-Я не хотел. Я не виноват. Я просто подумал. Откуда вы знаете?
-Не хотел он! Не хотел, да вышло. – грубовато проговорил Митрич, и зыркнул на мальца исподлобья. – Ну? Давай уже! Или может мне самому начать твои стихи читать?
-Не надо….
-Надо! – и Митрич очень тихо, практически шепотом, медленно растягивая слова, начал читать:
«Я… видел…. Озеро….. лесное,
И…. дом …..у леса….. на краю….
Там….»
Мальчик завороженно глядя на своего учителя, продолжил тоже почти шепотом:
-Там говорили мы с тобой
Про мир и миссию мою»
Тут Рыжий смекнул, что произошло нечто неожиданно странное, как для самого Митрича, так и для мальчика Семена, и быстро сориентировался:
- Слыш, Митрич, тут песня прям красивая наклевывается! Бери-ка гитару, и пошли в парк. Душно чего-то тут у вас, фух! – он снял кепку, обмахнулся пару раз и подмигнул товарищу.
- Ладно, так и быть, идем. – Нахмурился гитарист. Пока он упаковывал гитару в кофр, Вадим и мальчик Сеня терпеливо ждали учителя. Затем, они все вместе степенно, вышли из клуба и пошли по направлению к парку.
Пройдя ворота парка, Рыжий выдвинулся вперед в поисках свободной лавочки подальше от глаз, в отдаленном тихом уголке, и выбрав по его мнению самую подходящую, уселся первым, призывно замахав руками товарищам.
Разместившись в тени раскидистой ивы, первым делом Митрич вынул гитару из кофра и стал медленно перебирать струны, наигрывая что-то трогательное, но очень грустное. Помолчали.
-Можно вопрос? – прервал первым молчание мальчик Сеня.
-Давай.- хмуро пробормотал гитарист.
-Откуда вы узнали про мои стихи? Я никому их еще не показывал. Да, я хотел прочитать вам попозже и предложить сочинить песню. Но… Я же их даже на бумажке еще не записал. Вообще никому не показывал. Просто придумал, и в голове держал. Откуда?
Гитарист сурово молчал.
Тут Рыжий перехватил инициативу:
-А красивые у тебя стихи вообще-то вышли, про домик у озера. Это ты прям сам придумал?
-Да. Сам. Ну, мне будто бы сон приснился, а как проснулся, слова придумались. Там и продолжение есть. Но…
-А что за сон-то? Расскажешь?
- Ну, так это ж сон просто. Красивый очень. Много солнца, озеро в лесу, все блестит. А еще там старик был, на деда мороза похожий, белый весь, с бородой. Вот он будто бы и говорил со мной.
-Вот так сон! Ну, ты братец прям молодец! – похлопал мальчика по плечу Вадим. -Хороший сон! Правильный! Знаешь, а я вот тоже такой сон видел. Прям как наяву! А может, и впрямь, наяву это было, - и, он хитро улыбнувшись, подмигнул юноше и Митричу одновременно.
- Да?! Какой?
-Да прям такой же, практически! И озеро в лесу, и…
-И белого старика?
-Ага! И старика. Видишь какая история то выходит, Семен! - Рыжий почесал в затылке, поглядел в большие удивленные глаза юноши, потом перевел хитрый взгляд на друга. Митрич еле заметно кивнул утвердительно, и тогда Рыжий продолжил. - Я тебе более того скажу. Я со стариком этим, - он понизил интонацию, и заговорщически прошептал, - даже знаком!
- Шутите? – улыбнулся Сеня. - А Вы, Дмитрий, тоже, что ли? - уж и вовсе разулыбался мальчик.
-Ээээ…. – Митрич усмехнулся в усы. – Я-то так, шапошно…. А вот Вадим лучше Его знает. Так что, вам есть о чем поговорить. – и торжественно ударив по струнам он рассмеялся с облегчением.
Глава 11.
Нюта, суетилась на своей кухне, варила суп и одновременно журила мужа:
-То, как ты себя повел, это… неосмотрительно, это безрассудно даже.
-Да, знаю я. – виновато понурил голову муж.
-Обещай, больше никогда так не делать. Там в зале камеры наверняка имеются, и при желании, кому понадобится могут распознать, что ты прочитал мысли Семена. Да еще и вслух!
-Нюта! Ну, пойми же ты, что я сам не был готов к такому. Этот мальчик, он будто-бы… Я не знаю…. как это объяснить. Он будто бы это мне прямо в голову диктовал! Да еще так настырно как-то! Я даже слова новой песни забыл. Хорошо Вадим пришел вовремя.
-Да. Хорошо. В общем, Дима! Послушай меня внимательно, и не перебивай пожалуйста. – Нюта повернулась к мужу оторвавшись от готовки, нежно, и в тоже время очень серьезно, сказала:
-Теперь, Дима, ты знаешь, ну, скажем так, частично знаешь свои возможности. Обнаруживать этого нельзя, разумеется. Будем надеяться, что все это было не сильно понятно и незаметно на камерах, и что мальчик никому не расскажет.
-Да не расскажет он! С ним Вадик потом еще пошел беседу проводить. – оправдывался Митрич, а Нюта все же довольно строго продолжила:
-Семен же проявил свои способности через тебя! Именно к тебе он пришел, и ты услышал его! Понимаешь? У Сени есть талант, это ясно. Твоя задача, теперь объяснить ему, что то, что он видит и чувствует, очень важно. и имеет смысл. Как говорил Миша, нужно объяснить ему его миссию. Тем более, что он уже во сне это видел, и стихотворение даже написал, и к тебе пришел его рассказать! Ой, Дима, и таких ребят знаешь сколько еще?! Очень много!
-Да, как?! Нюта?! Я сам еще, мало что понимаю, а ты говоришь объяснить им! Вон, Вадик пусть объясняет. И к тому же я весь на виду!
-У Вадима своих забот хватает. Ну, ладно, пусть пока Вадик. – девушка согласно со смирением опустила взгляд и на щеки упала тень от длинных ресниц.
-И что мне с ними делать? Ну, допустим, кроме Семена еще наберется несколько таких даровитых, и что? – продолжил Митрич.
-Эти ребята, чувствующие, но не знающие, не понимающие своих способностей, теперь представляют особый интерес для тех, кто маму мою забрал. Понимаешь , милый ты мой?! Наша задача их уберечь, предупредить, обучить.
Нюта обхватила голову Митрича и поцеловала его в макушку. - Иначе они попадут в дурную компанию! - то ли в шутку, то ли в серьез сказала девушка, заглянув мужу в глаза.
-Как Михи не хватает, да и Темыча тоже. – вдруг захныкал тот, как маленький, – Вот не думал я никогда, что это скажу. Но, Миха бы сейчас вмиг бы все порешал. С ним все-таки как-то спокойнее было. Такой он уверенный во всем. А я ж у него совета спрашивал, про работу эту свою. Все сомневался, соглашаться мне, или не соглашаться, а он сказал, что я справлюсь. Вот! А помнишь, как он скворца в гнездо вернул? – Митрич смотрел на жену с такой непосредственностью и верой, что мужественное его лицо приобрело черты юноши наивного и растерянного.
- Эдак легко и непринужденно взобрался на самый верх. А как они с Арчи старый сваленный ураганом вяз вдвоем с дороги убрали! В самое первое утро! Помнишь? Это ж какая тяжесть то, а! Я вот только теперь понимать начал, какие чудеса творились. Ну, про Ивана я вообще молчу. Это даже не обсуждается. Эх, Миха, где ты сейчас?!
- Дима, дай руку! – внезапно жена весьма строго прервала этот эмоционально -жалостливый поток.
-Чего? – Митрич протянул жене ладонь. Нюта аккуратно взяла его за руку.
-Ты чего? – он с удивлением поглядел на любимую и вдруг прикрыл глаза. Через несколько секунд светло разулыбался, и прошептал:
- Темыч, как всегда, с машиной возится, Иван ему помогает, а Миха в компании каких-то аборигенов что ли. На каком языке говорит, не понимаю я. Нют! Ну как это так? Разве такое возможно? Я просто все это выдумал, да? Это мое воображение же? Да?
Девушка улыбнулась, погладила его руку и отпустила.
-Все у них хорошо. Ты только что видел. Ты и сам так можешь, без моей помощи. Просто не веришь пока. Сопротивляешься. Вот и мальчик Сеня, так может, только не знает, что с этой своей способностью делать. Боится.
-А может мы просто позвоним Темычу, да и проверим, верно ли то, что я увидел?
-Дима! Ты прекрасно понимаешь, что в нынешней ситуации этого делать никак нельзя. Если будет необходимость они сами позвонят. Но, пойми же ты, хороший мой, что у нас есть намного больше возможностей, чем вся эта электроника. Тебе вовсе необязательно теперь звонить по телефону. Просто прими это как данность, и поверь.
Нюта вернулась к готовке, тем более что в суп пора было положить горстку мелко порезанной зелени. Митрич сидел какое-то время в задумчивости, а потом спросил:
-Нют, я еще поношу камешек этот какое-то время, ладно? Мне разобраться надо. Не верил я, конечно, в это во все, а теперь вижу, что реально, работает. – он уставился в одну точку и смущенно пробурчал: - Пообвыкнуться мне нужно.
-Да, конечно. И, вот еще что: Аркадий был прав тогда, предлагая составить карту и собрать экспедицию. Именно теперь это особенно важно. Но, к пустыннику нам нельзя, я ошибалась тогда. Обстоятельства изменились. И знаешь что? Ведь, все что находится на самом виду, никто не будет искать. Верно? – Нюта рассмеялась. – Так что, Дима, ты, как руководитель юношеской организации собирай ребят в туристический поход! Ну, скажем, назови его «В поход за вдохновением», ну, или как хочешь назови.
-Что, вот прямо так официально заявить руководству?
-Да! Именно так! Внеси этот поход в свою программу! А еще с вами пойдет профессиональный геолог, который попутно будет читать у костра лекции твоим подопечным, рассказывать о местных достопримечательностях. Арчи будет в восторге, мне кажется.
-А ты?
- Так же, я думаю, что и Вадик вам будет там полезен. Можешь его просто как друга пригласить, и как помощника. А, я? Я, пока, не знаю. Посмотрим. Ты, пока что собирай группу желающих. И…. Что-то мне подсказывает, что мальчик Сеня обязательно пойдет, и, что в этом походе проявятся новые личности.
Митрич, внезапно, резко вскочил с места, хлопнув себя по лбу, выпучив глаза зашипел:
-Нюта! Здесь же может быть прослушка! Эти бандиты наверняка сунули куда ни будь микрофоны!
-Не волнуйся! Я сразу же все проверила. Ты прав. Было два микрофона и камера. Один здесь прямо под столешницей, где ты сидишь как раз, второй в большой комнате под подоконником. Камеру они прицепили тут вот, на шкафу. – Она кивнула на кухонный шкаф.- Теперь же, бедолаги слушают самое популярное радио, смотрят на пустующий дом, и ломают свои головы, над тем, как же такое может быть.
- Нют! Как ты это сделала?
Нюта многозначительно посмотрела на мужа.
-Знаешь, мне пока что сложно это объяснить, но я справилась. Честное слово. Ах, да, кстати, я совсем забыла сказать. Звонила мама.
Глава 12
-Василиса Андревна! Рад видеть! Проходи! Садись! Как доехала?
-Благодарю Вас, Игорь Леонидович, доехала хорошо. Ваши помощники постарались. Зачем, вот только, собаку мою усыпили, мне не ясно, а в остальном, все хорошо.
-В смысле? Какую еще собаку?
-Мою собаку! Рекса моего. Залезли в мой дом, меня предварительно выманили, устроив поддельный обморок на дороге. Рекса моего усыпили. Хорошо, что пес жив остался!
-Мда, что-то мальчики напутали видно. Таких распоряжений не было.
-Ну, знаете ли, коллега?! Если бы еще и распоряжения подобного толка, это было бы уж и вовсе странно. Однако, такое исключительное внимание к моей персоне интригует, честное слово. – Василиса держалась гордо, даже слегка высокомерно.
Игорь Леонидович мельком взглянул поверх очков на спокойное Василисино лицо:
-Ну, ладно, не обижайся! Они исправятся, мальчики. Еще и пригодятся тебе. Напутали они что-то. Я их пропесочу! Не сомневайся. Итак! Давай-ка к делу. – он уселся на свое главенствующее место, за большой тяжелый лакированный стол, уперся в него локтями, так, что лацканы пиджака обнажили кисти его волосатых рук, и, наружу высунулись супер современные дорогие, то ли часы, то ли, некий новомодный агрегат, «измеритель всего». Нарочито показательно взглянув на это устройство, он продолжил:
- Ты мне нужна! Твои таланты теперь ох как нужны нам здесь!
Василиса молча вздернула бровь.
-Да! А чего ты так удивляешься? Теперь такие как ты, - он замешкался, подбирая слова, - скажем так, на особом счету. И, между прочим, - он понизил тон, и совсем тихо, пробормотал, - тебе еще очень повезло!
Игорь Леонидович включил настенный экран.
-Мы с тобой, Василиса Андреевна – продолжил он уже нормальным тоном, - должны помочь вот этим вот людям.
На экране, открылось несколько окон, видимо проекция с видео камер установленных, то ли в комнатах, то ли в палатах. Там находились люди, разного возраста, мужчины и женщины, юноши и девушки.
-Вы говорите загадками, коллега, и я Вас не понимаю. Во-первых: «Такие как я» - это кто? Что вы имеете ввиду? Во-вторых: почему мне повезло? В-третьих: кто все эти люди, и что с ними не так?
Игорь Леонидович с тоской вытянув губы по-гусиному, глянул в сторону, словно на стене его кабинета висела шпаргалка, где он мог бы подглядеть ответ на все три вопроса.
-Хорошо. Вы, уважаемая доктор, меня удивляете. Ну, да ладно. Хотите в игру поиграть, пожалуйста. Я отвечу.
Он тяжело поднялся со своего места, подошел к Василисе, протянул к ней руку с модными часиками на запястье, тем самым «измерителем всего».
-Смотри внимательно! – строго сказал он. На экране приборчика начали быстро мигать огонечки, побежали цифры, зажглась красная предупредительная лампочка.
-Видишь? Я включил функцию измерителя твоей энергетики.
-Что это такое? Зачем это?!
-Это - очень полезная штука! – с нескрываемым азартом заметил он. - С ее помощью мы находим людей с завышенным энерговибрационным уровнем, и тот, кто нам нужен остается с нами и работает на нас, а кого-то мы блокируем.
Ровное лицо Василисы дрогнуло при слове «Блокируем»
Игорь Леонидович это заметил.
-Да! Блокируем. – с нажимом повторил он. - Вижу, что поняла. Вижу. – он довольно фамильярно приобнял ее за плечи, и вернулся на свое прежнее место, за стол.
-Я поняла только то, что вы каким-то образом лишаете людей энергии?! – невольно между бровей Василисы предательски легла морщинка.
-Ну, ты не передергивай. Не всей энергии, а просто путем несложных фармацевтических манипуляций, снижаем уровень сигнала. Вот того самого, который, кстати сказать, у тебя зашкаливает. – он зыркнул на женщину уже менее доброжелательно. – Так вот. На твой первый вопрос я ответил? По-моему, и на второй твой вопрос ответ очевиден, собственно, как и на третий. Хотя, нет. Третий я все-таки разъясню. Эти люди, которых ты видишь на экране, не среагировали на блокировку.
- Каким образом?
-А вот это и предстоит тебе выяснить, дорогая Василиса Андреевна! Для этого мы тебя и пригласили!
-Хорошо. Правда, у меня есть подозрение, что вы сильно преувеличиваете мои возможности, Игорь Леонидович! Однако, ради науки, я согласна попробовать вам помочь. Мне это действительно интересно. Но, мне нужно знать все о способах так называемой «блокировки», полностью ознакомиться с анамнезом «больных», - она осеклась, - Простите, а как вы называете этих людей? Я выразилась некорректно.
-Мы, по правде говоря, никак еще их не называем. Мы ведь только что столкнулись с проблемой. Изучаем, так сказать.
-Ясно. Хорошо. Я назову их «испытуемые». Можно?
-Можно. Думаю, ты понимаешь, что тебе здесь придется задержаться, на какое-то время. Ты куда-то собиралась ехать, как я припоминаю?
«Я ничего ему не говорила о намеченной поездке.» - мелькнуло в сознании, но вслух она ответила:
- Я переменила свои планы. Все в порядке. Давайте не будем отвлекаться на бытовые вопросы. Просто начнем делать важное дело. Если честно, Игорь, я и впрямь соскучилась по работе. – она намеренно назвала начальника только по имени, без отчества.
Василиса слегка разрумянилась. Игорь Леонидович посмотрел на эту женщину уже иным, новым взглядом. Напротив него сидела интересная дама, которая в этом ее возрасте, еще чудо как хороша собой, и даже не портят ее морщинки в углах глаз, и легкая седая прядка в зачесанных в строгий пучок волосах. Взор его невольно соскользнул на грудь женщины, где на воротничке блузки, он приметил ажурную брошь в виде бабочки. Ему вдруг почудилось, что бабочка эта взмахнула крыльями, отчего он зажмурился, и машинально потер глаза. Поморщившись, он продолжил:
-Тебе выделили кабинет, в этом же здании. Будем видеться часто. И небольшая квартирка тут же, в соседнем доме. Вон в том. - он ткнул пальцем в окно, на соседнюю высотку из стекла и бетона.
-Надеюсь, тебе понравится. Там есть все, что требуется. На этом, пожалуй, на сегодня все. Тебя проводят в твой кабинет и дадут все необходимое для твоей работы. Можешь приступать. Ах да! Вот еще что. Я, надеюсь, ты понимаешь, что никто не должен знать о том, чем ты тут занимаешься.
Василиса молча улыбнулась.
-Вот, и славно. Кстати! Как поживает твоя дочурка?
-Благодарю. Хорошо. Но, мы мало общаемся последнее время. У нее своя жизнь, у меня своя.
-Да, да. Понимаю. Проблема отцов и детей. Не хочешь ли ей позвонить? Дело в том, что любые средства связи в нашем институте запрещены. Вдруг она будет волноваться?
- Да, Игорь Леонидович, конечно. Вы правы. Нужно обязательно позвонить. Она и впрямь может начать безпокоиться. Сейчас. – Василиса спокойно достала телефон и набрала номер.
-Аня! Привет! Как дела? Славно, славно! Я хотела сказать, чтобы ты не волновалась, так как я уехала по работе, в центр. Да. Какое-то время буду недоступна. Много работы. Так что, не переживай! У меня все прекрасно! Да, да! Очень рада! Ну, все! Обнимаю! Ага, пока, пока!
Василиса положила телефон на стол. – Ну вот. Все хорошо. Телефон здесь нужно оставить?
-Нет, ну зачем же? Оставь у себя. Просто выключи его, и все. Никто забирать твой телефон не собирается. – снисходительно улыбнулся Игорь Леонидович.
Дверь открылась и в кабинет вошел тот самый обморочный Арнольд.
-Проводите доктора в ее кабинет, и затем в квартиру. Покажите все, устройте как следует. Нужно хорошенько отдохнуть с дороги. Все, Василиса Андреевна! Давай! До завтра! Завтра в 14:00, встретимся в конференц зале.
______
Кабинет оказался весьма просторен. Из окна открывался вид на большой город с высоты птичьего полета. «Очень высоко» - подумала Василиса, и, воображение ее, тут же нарисовало парашют для прыжков с высотных зданий. Она слегка поежилась, сморгнула внезапное наваждение, и осмотрелась. Хороший рабочий стол, удобный мягкий глубокий диван, большой экран на стене, мощный компьютер, туалетная комната, и даже фикус в кадке, в дальнем углу кабинета. «Фикус надо бы переставить ближе к свету. Видимо в последний момент перед моим приездом притащили, для создания уюта. Если бы он тут был давно, то конечно, стоял бы у окна.» - подумала она.
-Благодарю Вас, Арнольд! Можете идти! Ах, да, распорядитесь, что бы мне передали все необходимые документы по моей непосредственной работе. И пригласите, будьте любезны, моего секретаря.
Арнольд слегка опешил от четкого делового Василисиного тона. Замешкался с ответом.
- Что-то еще? - переспросила она еще более строго.
-Э… Про секретаря я не в курсе.-Арнольд мялся как троечник. - Наверное пока что я буду вашим «секретарем». Надо бы уточнить этот вопросик.
-Ну, так уточните! Зайдете ко мне ровно через час, чтобы проводить меня в мои апартаменты. А теперь, вы свободны.
Арнольд переступил с ноги на ногу, и с глуповатой улыбкой прикрыл за собой дверь.
Василиса Андреевна устало опустилась на диван, сложив руки на груди в замок, она еще раз более внимательно огляделась по сторонам. Несомненно, тут есть камеры, которые подглядывают за ней ежесекундно. Она сосредоточилась. Никогда прежде ей не приходилось делать то, что она собиралась сделать теперь: интуитивно определить местонахождение подглядывающих устройств. Она должна найти более-менее безопасные места для своей приватности. То, что наручный агрегат ее нынешнего начальника, определил зашкаливающий уровень ее энергетики, с одной стороны ее удивило, с другой и обрадовало. Это говорит о том, что у нее и впрямь есть некие способности, о которых она если и догадывалась, то всячески отнекивалась и отрицала. Видно, пришло время эти способности использовать. Итак! Сосредоточившись на задаче, Василиса поглядела на свои руки. Конечно же, можно было бы попробовать прощупать пространство ладонями и кончиками пальцев, но этого делать никак нельзя. Камеры зафиксируют ее странные движения. Просто сидя на диване, она смотрела на свои ладони, сжимала и разжимала пальцы, будто бы разминая руки. Внезапно она почувствовала импульс в нескольких пальцах. В большом и безымянном пальцах правой руки, и в мизинце левой. Большой палец в моменте импульса указывал на край карниза для тяжелой, оконной шторы. Безымянный, на входную дверь, а если точнее, то над дверью висела какая-то блеклая картинка в рамке. Две камеры найдены. Одна закреплена в карнизе, другая в этой самой картинке. Мизинец левой указывал на кадку с фикусом.
Василиса улыбнулась. Ей захотелось подшутить над начальством и помахать рукой в камеру, но она вовремя сдержалась. С одной задачей она справилась довольно легко. Теперь нужно зайти в туалетную комнату и проверить там. «Эти ироды не постесняются установить видео наблюдение за беззащитной женщиной даже в таком месте» - подумала она.
Но, к радости женщины, туалетная комната оказалась чиста от камер. «Ну, что ж, Игорь Леонидович, спасибо хоть на этом» подумала она умываясь. «Ладно. Я принимаю вызов. Начнем, пожалуй!»
Глава 13
Сойдя на той же самой конечной остановке, что и в первый раз, когда они приезжали с Василисой в монастырь, Владимир Яковлевич огляделся по сторонам. В прошлый то раз они шли пешком до самого монастыря, а потом уже грузовичок подбросил их до нужной деревни, где жила сербка Бояна. Теперь же поклажа была тяжела. На счастье путника, в его сторону издалека двигалась легковушка. Он с надеждой поднял руку. Попутка остановилась. За рулем оказалась монашка.
- Здравствуйте! Какая удача! Вы в монастырь едете? Можно с вами?
- Карантин у нас!
-Какой карантин? Ээээ… Я к матери Феодосии хотел бы. Сестра моя. Настенька. Мать Феодосия, которая. Как она?
-Сумку твою могу передать ей. А тебе нельзя. Карантин, говорю же!
-А сумка, увы, не для нее…. – Владимир Яковлевич вдруг с ужасом вспомнил, что для сестры то он ничего и не взял.
-А для кого ж сумка, еж ли ты к сестре в монастырь? – улыбнулась монашка. – Так, так… Темнишь ты что то, мил человек. Звать тебя как?
- Владимир я.
-Ладно. Садись Владимир. Поняла, что тебе в ту сторону. Подвезу куда смогу.
- Я не темню. – начал объяснения психолог, примостив сумку позади и усаживаясь на переднее сидение. Мне нужно в ту деревню, где пустынник обитает, неподалеку, в лесу. Там женщина одна, по имени Бояна. Мне вот туда надо. Сумка для нее предназначается. Но, вначале я хотел сестру свою повидать, и потом уж… Как в прошлый раз. Мы тут были примерно год назад, с моей коллегой. Так вот, ваша настоятельница, Елисавета, которая, нас к пустыннику и отправила. В общем, это долгая история.
-Так вам снова к нему что ли?
-Ну, я бы и его посетил, разумеется, с радостью, но цель, в общем-то… Ээээ…
-Ох, уж эта Бояна. Сладу с ней нету. – монашка перекрестилась. – как есть ведьма. И не боишься ты к этой ведьме-то ехать?
-Почему же ведьма? – опешил Владимир Яковлевич. – Она сербка! Я ее видел. Работящая женщина, гостеприимная! Я, знаете ли, психолог, не хочу хвастаться, но все-таки, кандидат наук, так что, вы уж простите меня великодушно… Но, немного разбираюсь.
-Как есть, ведьма! - упорствовала монашка резко крутанув руль, объезжая большую лужу.
Владимир Яковлевич посмотрел на суровый профиль монашки, и примолк.
Вот уж и монастырек проявился из-за пролеска.
-А что за карантин то у вас? – робко спросил Владимир Яковлевич посуровевшую водительницу.
-То не велено говорить. Закрыт монастырь для посетителей, кто б они ни были.
- Болеет, что ли кто?
-Говорю ж, не велено, и все! Ну, что? Куда везти-то тебя? Дальше, что ли? Монастырь то вот он!
-Ох, ну если вам не трудно.
-Ладно уж. До поворота следующего довезу, а там уж как знаешь. Жди попутку.
-Очень вам признателен! Премного благодарен!
-Господа благодари!
-Да, да!
Монашка поджала губы, и пропустив свой поворот на монастырь, повезла психолога дальше.
Они проехали одну только деревню, что была поблизости от монастыря, как вдруг их нагнал мотоцикл с коляской. Он, бойко подрезав легковушку, притормозил у обочины, и помигал аварийным огоньками.
-Вот, ведь. Говорю же ведьма. – грозно пробурчала монашка, и резко остановила свою машину. – Ну, что, пассажир Владимир. Бери сумку, выходи.
-Простите, а что случилось?!
-За тобой, видно, приехала. Сама!
-Кто?
-Сербка твоя! Ее это мотоцикл. Иди уже! И чего только пустынник ее привечает? – она три раза нервно перекрестилась.
Владимир Яковлевич в полном недоумении выбрался из машины, вытащил свою поклажу и рассыпаясь в благодарностях и поклонах перед строгой монахиней, медленно, и, с большим сомнением направился к мотоциклу. Подойдя поближе, разглядел седока. Это и впрямь оказалась худощавая высокая женщина, в шлеме надетом прямо на платок, в коричневых мужских штанах, и мужской же клетчатой рубашке. Из-под шлема выбивалась прядь темных с проседью волос. Большой нос с горбинкой Владимир узнал сразу:
-Бояна? Какая удача! И какая неожиданность! Я вот тут…. Мы хотели с Василисой Андреевной, но…
-Седи! – Бояна строго кивнула на свободное место в коляске. Половину лица женщины скрывал мотоциклетный шлем, но психолог уловил легкую улыбку в ее интонации.
Как только он удовлетворенно уместился вместе со своей громоздкой сумкой в коляску, мотоцикл взревел и резко стартанул по грунтовке. Владимир Яковлевич обернулся посмотреть на легковушку, которую он только что покинул, но густое облако желтой пыли позади них скрыло и легковушку, и ее водительницу в рясе, и деревеньку, и придорожные кусты.
_____________
Уже во дворе дома, выкладывая из сумки на стол сувениры для хозяйки, Владимир Яковлевич очень нервничал. Бояна сидела тут же на лавке и внимательно следила за движениями мужчины.
- Шта ти е рекла монахиньа Видим да те е уплашила! Напугала тьебя! Да ли е рекла да сам вештица?
-Бояна! Простите меня, но я не понимаю Вас. Какая вещица? – он стоял перед ней смущенный, шурша целлофановыми пакетами, разворачивая глиняную вазу, подарок от Василисы.
-Ведьма, значи по-русски! – женщина, улыбнувшись одним только взором, развязала белый платок, покрывавший голову и по плечам ее рассыпались темные волнистые волосы с несколькими серебристыми прядками, красиво обрамляющими смуглое лицо. В это мгновение сербка Бояна показалась ему настолько загадочно красивой какой-то древней, вечной красотою, что Владимир Яковлевич поежился, и отвел взгляд.
-Ох, ну да. Монахиня говорила что то, но я в эти глупости конечно же не верю. –он, конфузясь, наконец-то отделался от шуршащего целлофана, и газет, в которые была упакована глиняная ваза. Сделав над собой усилие, взглянул на Бояну.
- Я все-таки ученый. Вот, а это вам от Василисы! – и он торжественно поставил на стол вазу. – И вот тут банки еще, с вареньем, огурчики соленые. Ах, и вот еще. – он достал со дна сумки набор нового постельного белья, и тут вовсе уже смутился. Потупил взгляд, словно мальчик, однако, спохватившись, взял себя в руки, посмотрел на женщину почти безстрашно, и спросил:
-Но, Бояна! Позвольте! Как вы узнали? Ну, то, что я буду в этой машине? Честно сказать, еще чуть-чуть, и я начну верить, в то, что нечто волшебное все-таки в вас есть. – психолог давно не делал женщинам комплиментов. Ему показалось, что он переборщил, слишком переборщил, и уже готов был бы смутиться пуще прежнего. Бояна поглядела на него очень серьезно.
-Отац Джордже ми е рекао да се надджемо. Отец Георгий мнье сказал.
-Ах, вот как? – живо удивился психолог. - Ну да, ну да. Очень интересный человек отец Георгий!
-Он те чека. Ждет тебя.
Владимир, молча сел на лавку. А Бояна продолжила.
-Али не сада. Навикните се на то, живите с тим. Помози ми у кучним пословима! Речи че ти кад доче време. Сада иди одмори се од пута. Наместио сам ти кревет на твом претходном месту. Али разумел, шта рекла?
-Эээ… Мне кажется, что я разумел. – смирнено лепетал Владимир Яколвевич. – Спасибо Вам большое Бояна! Я и вправду немного устал. С вашего позволения. – он степенно поднялся, поклонился и отправился в дом.
«Ах, как же права была Василиса, когда предложила приехать сюда. Дышится то как! Воздух! А ароматы в доме у Бояны каковы? Аппетит сам собой пробуждается. Только ли аппетит? – размышлял психолог, лежа и слегка покачиваясь на старинной пружинистой кровати, закинув руки за голову, разглядывая голубой деревянный потолок избы. – А справлюсь ли я? Никогда же прежде ничего подобного я не делал. Ни дров не рубил, ни травы не косил, разве что в далекой юности…– он уронил голову на пухлые подушки, и внимательно поглядел на свои руки. Длинные узловатые пальцы, кожа тонкая, с первыми, только вот недавно проявившимися, коричневыми возрастными пятнышками. – Боже, что она во мне нашла?! – внезапно запричитал про себя психолог. – Ведь, по сути, я ничтожество. Одинокий, никому не нужный, уже почти старик. А она, эта женщина, иностранка, сильная, самостоятельная, и красивая к тому же. Какой же я глупец! Завтра же уеду. Повидаюсь с отцом Георгием, раз он меня ждал, и уеду!»
Дверь в комнату, где возлежал Владимир тихонько отворилась. Бояна вошла почти незаметно. В руках она держала небольшой стаканчик, наполненный красной жидкостью. Солнечный лучик, струящийся из окошка тут же скользнув по граням стекла весело подмигнул алым огоньком. Женщина присела на край кровати, безцеремонно свободной рукой приподняла с подушек голову своего гостя и строго приказала:
-Попий пиче!
Она поднесла стакан к губам Владимира и тот послушно, как ребенок, выпил сладкий, с легкой горчинкой напиток.
-Сада е много более! – улыбнулась красивая женщина, погладила растерянного мужчину по голове и поцеловала его в макушку.
Глава 14
Василиса вышла из туалетной комнаты посвежевшая. Уверенно подошла к горшку с фикусом, и перетащила его поближе к окошку, так что бы, во-первых, свет падал на листья, а во-вторых, чтобы камера, закрепленная в стволе растения, смотрела бы прямо в стену.
«Я просто навожу уют, и жалею фикус. Так-то будет лучше». - подумала она, усаживаясь за стол и включая рабочий компьютер. На экране обнаружились папки. Кликнув на одну из них, открыла список документов. Это были сведения о людях, с которыми ей, предстояло познакомиться. Те самые «испытуемые». Описания, биографии, профессиональные навыки, особенности характеров, психологический портрет и фотографии. Каждый такой документ сопровождали и анализы, и генетический паспорт с ДНК портретом человека.
В другой папке содержались таблицы с названиями населенных пунктов и количеством проживающих. Городам и поселкам были присвоены номера с буквами. Странность заключалась в том, что номера часто повторялись, собственно, как и буквы.
Третья папка была пуста. Лишь, в заголовке значилось:
«Исследования и выводы»
«Ну, допустим. Допустим я почти поняла, что это за цифры, сопровождающие каждый населенный пункт. Это условные обозначения неких препаратов, которые были применены на данных территориях. – она поежилась.
- То есть, над всеми жителями этих городов был поставлен опыт, или некий эксперимент. Не над некоторыми, а над всеми сразу. Кто-то, вероятно, не среагировал на препараты, предназначенные для большинства, и с ними постарались провести отдельную работу. Тем или иным способом, их все же удалось приравнять к общей массе, что б не выделялись. Как сказал Игорь Леонидович: «Путем нехитрых фармацевтических манипуляций». Но остались личности, не поддающиеся на эти самые манипуляции. Уровень их энергетики не зависит от влияния неких «блокирующих» средств и остается прежним. Господи, чем же они так мешают-то?» - она еще раз внимательно проглядела списки населенных пунктов, и с облегчением вздохнула. Их уездный городочек пока что в списках не значился. Она не стала задумываться на тему того, каким таким чудесным образом их город обошла эта зловещая история, и почему его нет в этих списках. Слава Богу, и все! Перед Василисой теперь стали отчетливее проявляться ответы на вопросы, которые они с Владимиром Яковлевичем, вот еще буквально, позавчера обсуждали. Вот, значит, во что перепрофилировали их реабилитационный центр, в котором они трудились много лет. Вот, значит, какого рода эксперименты там проводятся теперь. Несчастные зависимые больные, стали подопытными кроликами для этих чудовищ. И она, сильная женщина, врач, хотела бежать от этого кошмара в деревню, в лес, доить козу и жить в радости в свое удовольствие. Она невольно уронила голову на ладони и обхватив лоб сидела так несколько минут. «Хорошо, что Володя уехал. Такие новости пока что не для него. Пусть поживет у Бояны, порадуется. Анюта счастлива со своим Митричем, они умные ребята, у них хорошая компания, в обиду друг дружку не дадут. Один Рыжик чего стоит. Вон какой сильный парень. А ведь было время, когда я с ним намучилась. Но ведь выздоровел же? Выздоровел! А меня сюда судьба привела для того, чтобы я хоть каким-то образом могла бы воспрепятствовать происходящему. А что я могу? Думай, Вася, думай!»
Час пролетел быстро, и в кабинет без стука вошел Арнольд. Василиса, не поднимая головы строго проговорила:
-Впредь, будьте любезны, стучаться, прежде чем войти. Или предупреждать о вашем визите каким-либо иным способом. Вы, судя по всему, не выполнили моего поручения. – она резко взглянула в растерянное лицо мужчины. - Мне так и не был представлен мой секретарь, и вы не предоставили мне все необходимые материалы по моей работе. Если вы до сих пор, прежде, прохлаждались на этой вашей должности, то теперь, до тех пор, пока вы служите под моим началом, я вам этого не позволю.
Арнольд, стоял в дверях кабинета покорно слушая наставления этой странной строгой милой женщины. Он имел весьма стандартную внешность дамского угодника: ниспадающая, длинная русая челка, глаза большие и выразительные, в меру худощав, но и мускулист, развязен ровно на столько, насколько это может понравится женщинам.
- Я спросил про секретаря. Вообще-то такая должность не предусматривалась, и придется мне быть вашим помощником, некоторое время. – «Тембр голоса бархатист, и почти даже естественен.» - отметила про себя Василиса.
-В таком случае, вам нужно изменить стиль вашего общения, выучиться приличным манерам и слушаться меня. Вы поняли?
-Хм… - Арнольд ухмыльнулся, и почему-то слегка покраснел. – Понял.
-Вот, и славно. Теперь, вы проводите меня в мою квартиру, и предоставите все необходимое. Ах да, мне понадобится одежда, так как из-за вашей спешки я ничего не взяла с собой, кроме дамской сумочки. Поэтому, прямо сейчас, Арнольд, мы отправимся с вами за покупками. – Василиса при этих словах сменила строгость на легкое кокетство и улыбнулась своей самой очаровательной улыбкой.
- Здесь же, наверное, есть неподалеку магазин женской одежды? И…надеюсь Игорь Леонидович предусмотрел подобные расходы. Идемте же! – она, подхватив с дивана сумочку, легко вышла из кабинета, слегка задев рукавом ошеломленного Арнольда.
«В конце концов! Меня выдернули из дома, лишили заслуженного отдыха, нарушили все мои личные планы, да еще они хотят, что бы я была покорной, напуганной женщиной, исполняющей их приказы? Нет, нет и нет. У вас ваши правила, а у меня свои! Арнольда приставили ко мне, с определенной целью, шпионить за мной, и возможно, флиртовать. Видимо у него такая специализация. Пусть! Бедный мальчик. Игрушка в руках злодеев. Однако, он еще не очень испорчен. Следы регулярного использования вещества, дающего ему иллюзию могущества и неотразимости, конечно, присутствуют. Но, неужели, и впрямь, Игорь Леонидович, не понимает, что я легко справлюсь с такой «Охраной»? Как же, в таком случае, он доверяет мне подобные секретные проекты! Ведь он уверен в моей высокой квалификации и знаниях. А тут, вдруг, такая оплошность. Создается впечатление, что вместе с развитием технологий, эти люди, даже такие влиятельные, теряют чувство реальности! Они настолько уверены в этих инновациях, что человечность покидает их сознание. Неужели же все они теперь используют «вещества»? Ну, то, что трое моих «похитителей» уже зависимы, это было понятно сразу. И тот, что с чеширской улыбкой, и суровый молчун в кепке, не проронивший за всю дорогу ни единого слова, и этот бедный Арнольд. Но, неужели Игорь Леонидович тоже? Бодр, хорошо выглядит, намного моложе своего возраста, кстати. А ведь он старше меня лет на пять, точно!» - с такими мыслями Василиса шла рядом с Арнольдом, поглядывая по сторонам. Тем временем они миновали длинный безлюдный коридор, спустились на лифте, прошли по гулкому мраморному холлу, через два поста охраны, и вышли на улицу.
Оранжевое вечернее солнце отражалось в зеркальных окнах высотных зданий, речная сырость, повеявшая откуда-то справа, напомнила о доме, любви и вечности, и на душе потеплело, несмотря ни на что:
«Все будет хорошо!» - улыбнувшись подумала Василиса Андреевна, машинально прикоснувшись рукой к брошке в виде бабочки на воротничке своей блузки. У нее уже выработалась такая привычка, периодически проверять эту самую брошь из резной бересты, так как она считала ее своим чудесным талисманом, с тех самых пор, как Владимир Яковлевич, вручил ей этот дар, от загадочного пустынника. Брошь была на месте и придавала чувство уверенности. Чуть споткнувшись, она внезапно ухватила Арнольда под руку. Тот с готовностью предоставил ей свой локоть, и они, словно добрые приятели, или влюбленная пара, отправились прогулочным шагом по вечернему городу.
Василиса не стала долго мучить своего надсмотрщика, и в первом же дамском магазине купила себе все самое необходимое. Арнольд покорно ждал в кресле, пока женщина выберет и примерит легкое шифоновое платье, джинсы, блузку и строгий брючный деловой костюм.
Глава 15
-Наш маршрут будет проходить как раз неподалеку от охотничьего домика. По моим расчетам, километрах примерно в десяти. Вот тут.
Аркадий и Вадим склонились, над большущей бумажной картой, разложенной на широком кухонном столе. Послеполуденное солнце, словно принимая участие в обсуждении, освещало именно те области карты, которые были необходимы в данный момент. Ученый вертел в руках тонко отточенный карандаш, используемый в качестве указки. Гора грязной посуды в раковине, тарелки с недоеденными бутербродами, и отсутствие чистых чашек – все это свидетельствовало о том, что товарищам вовсе не до бытовых забот о чистоте и уюте.
На огромном деревянном столе помимо карты, хаотично разложены бумаги с текстами, графические картинки, чертежи. Но, в хаосе этом угадывался и порядок, понятный лишь одному из присутствующих, а именно ученому геологу, одухотворенному идеей нового доселе неведомого миру научного открытия.
- Ясно. Стартанем на автобусе. – тыкая в карту шершавым пальцем, подхватил Вадик. -Доедем вот до этого поселка, и уже отсюда, как бы и начнем наш поход «за вдохновением», ну или, как там Митрич, это назовет официально.
- Вот! Хорошо. И, что у нас получается, - Арчи в задумчивости покусывал ус.
- Двигаться нам вот сюда, в сторону «Белого» озера, собственно, вдоль русла реки «Малая». Прямо до истока. Две стоянки придется сделать. Дети, все-таки. Устанут долго идти, поэтому неспеша, с рассказами, и песням, у костра. – он озадаченно поглядел на Вадима. - Потом вот сюда вверх. Где-то тут, мы должны набрести на небольшое каменное плато, и на вот эти самые, петроглифы, – он подвигал бумаги на столе, выбрав нужный лист, протянул Вадиму. Причудливые картинки изображали то ли уточек, то ли лебедей, двигающихся в одном направлении, за ними следовали кентавры, а за кентаврами уж и вовсе странные каракули.
Вадим присвистнул: - И откуда ты все это знаешь?
Аркадий, прекрасно понимая, что вопрос этот чисто риторический, все-таки предпочел ответить.
-Профессор Петрович! Вадик! Вот же! – ученый поднял со стола растрепанную старинную кожаную папку с болтающимися развязанными тесемочками, и потряс ею в воздухе. - Нам с Нютой оставалось только перепроверить, сделать свой собственный перевод всех необходимых древних надписей. И, алле-ап! - он аккуратно вернул папку на стол. - И если, мы их там обнаружим, то… Невероятно! – он всплеснул руками. - Хотя…Почему же невероятно? Это как раз и вероятно! Это очень даже вероятно! – так эмоционально рассуждая уже сам с собой, Арчи засунул руки в карманы, и заходил из угла в угол по кухне, словно мысленно уже шагал по проложенному им маршруту безымянной пока еще экспедиции. В какой-то момент, взгляд его случайно упал на гору немытой посуды. Очнувшись от наваждения, деловито засучив рукава своего, уже довольно замусоленного полосатого халата, он включил кран, и густо намылив мочалку принялся, с каким-то особенным рвением, оттирать глубокую чугунную сковороду.
Вадим посмотрел на приятеля с уважением, то ли за его глубокие научные познания, то ли за то, что тот вспомнил про грязную посуду.
- А потом, что? - глядя в выразительную спину ученого спросил Вадик.
- Как что? Если мы находим первое свидетельство, а именно подтверждение исследований профессора Петровича, мы разбиваем стоянку неподалеку от этого места, и… - он на мгновение завис. - Ну, Вадик…. Главное же найти первое подтверждение. Я тебе так сразу и не объясню. – Арчи гремел посудой, оттирая тарелки от застывшего жира. - Мне предстоит сделать еще кое какие расчеты, посоветоваться с Нютой.
В звоне тарелок и плеске воды Рыжий уловил еле заметное раздражение ученого, вызванное то ли возней с посудой, то ли необразованностью товарища.
Вадик, ничуть не смутившись, продолжил невозмутимо и внимательно рассматривать карту. – Слышь, старичок?! Так, это получается, вроде как неподалеку от того места, куда я Владимира Яковлевича вот только что отправлял. Ну, где монастырь этот женский, куда они с Василисой -то ездили. Я хоть там и не был, но, примерно представляю. Погляди. Вот же он, на карте монастырь этот, а вот и исток реки «Малая». Ух, озер сколько там! Красота!
- Да, знаю я! Где-то в тех местах и пустынник обретается. Но нельзя нам вот так напрямую туда взять и поехать. Ты ж понимаешь! - бормотал Аркадий заканчивая с посудой. Наконец, с облегчением завершив нудную процедуру, обернувшись к товарищу, он умиротворенно продолжил:
Маршрут мы хороший составили. Красивый. Да и детям мне есть что рассказать. Места у нас в любом случае интересные, даже с исторической точки зрения. Оформим все как полагается, и представим «туда». – Арчи многозначительно потыкал пальцем в потолок. – Ну, через Митрича, разумеется. Наш гитарист-композитор еще и благодарность получит, а может и прибавку к жалованию, за изобретательность и активную гражданскую позицию. – рассмеялся ученый.
Вадим чувствовал, как его товарищ воодушевлен своей нынешней востребованностью и от души радовался вместе с ним.
-Ясно, что напрямую к пустыннику нельзя. -шмыгнул он носом. – Вот, Нютка-то у нас молодец. Голова! Здорово придумала поход этот.
Аркадий поправил очки на носу и посмотрев поверх стекол заметил:
-Хмм… Это да! Конечно же, Нюта молодец! Но, вообще-то, по правде говоря, изначально я, первый экспедицию предлагал.
- Ой, да ладно тебе! Будто я не помню. – отмахнулся Рыжий. – Она же так и сказала, что, Арчи, мол, был прав предлагая составить карту и собрать экспедицию! Я ж про то говорю, что б официальную экспедицию собрать, понимаешь ли, что б подозрений не вызвать, это прям реально круто! –он деловито поджал губы.
- Кстати, сейчас Митрич нагрянет! А, мы тут, и обрадуем его, маршрутом. - уверенно добавил он погладив карту ладонью.
Теперь уже Аркадий с уважением посмотрел на проницательного приятеля, и чуть улыбнувшись в усы пробормотал в своей старинной манере:
«Во многом знании — немалая печаль,
Так говорил творец Экклезиаста.
Я вовсе не мудрец, но почему так часто
Мне жаль весь мир и человека жаль?»
За окном скрипнула калитка и друзья услышали знакомые шаги.
Аркадий торопливо зашуршал бумажками на столе, успел найти нужную, и как только Митрич переступил порог торжественно продекламировал:
Научное обоснование экспедиции:
«Исследование пространственно-временной динамики меандрирующих участков речного русла на основе анализа морфометрических параметров, гидрологических условий и геоморфологических факторов с применением методов дистанционного зондирования, ГИС-технологий и полевых измерений»
Он поглядел на реакцию товарищей из-под очков и деловито продолжил:
- Или же вот так!
«Комплексный анализ факторов, определяющих морфодинамику меандрирующих русел рек в условиях изменяющегося климата: интеграция данных дистанционного мониторинга, гидрологических моделей и геоморфологических индикаторов»
Вадим застыл в изумлении. Восхищение умом и образованностью товарища было неподдельно искренним.
Митрич усевшись на лавку, поглядел на заваленный бумагами стол.
-Ну, вы даете. Хорошо, что хоть посуду помыли. А про научное обоснование, это правильно. Да. Молодцы. Но уж больно мудрено. Я бы подсократил. Хотя… Может так и лучше. Чем сложнее, тем им меньше захочется вникать в суть. А если, вдруг, отчетность потребуют из геологического общества?! С них то станется. Могут и заморочиться ведь, на эту тему.
-А мы и предоставим отчет.- убедительно заверил Арчи. - Я напишу, старик! За это вообще даже не переживай! Вернее, отчет уже практически написан. Осталось запятые и точки расставить. – подмигнул он улыбнувшись. – И, старик! Вот! Погляди-ка ты лучше на наш маршрут. Что скажешь?! По-моему, все идеально.
Ученый вновь принялся увлеченно рассказывать свои идеи, водить указкой- карандашом по карте вдоль русла реки, отмечая предполагаемые стоянки и цель маршрута. Митрич одобрительно кивал, Рыжий грыз ноготь стараясь не пропустить ни слова. Когда Арчи торжественно подытожил свою речь словами:
- Таким вот образом! «Стремление к истине - единственное занятие, достойное героя!», товарищи встретились взглядами, и в этот самый момент, точка пересечения биссектрис, которая пришлась как раз на конечную цель их маршрута на карте, в самом инцентре, озарилась мгновенным ярким свечением.
Митрич мотнул головой и протер глаза.
Рыжий хмыкнул:
- Это, ты, старичок, сейчас нам кого опять процитировал, а?
-Джордано Бруно, а что? – удивился Аркадий, снимая очки.
-Ну, видимо, сам Джордано Бруно одобряет нашу экспедицию. Видал как полыхнуло?
- Да, уж, Видал… - пробормотал ученый.
Внезапно дверь приоткрылась и на пороге появилась Нюта.
Глава 16
-Анют! Тут у нас такое! – Рыжий вскочил с места чуть не опрокинув табуретку. -Джордано Бруно нам знак подал, что мы на правильном пути!
-Сам Джордано Бруно? Это как же? – девушка светло улыбнулась.
Митрич поднялся из-за стола. Подойдя к жене, заботливо приобнял за плечи, предложил ей стул, поставил перед ней на стол красивую чашку с блюдцем и наливая воду в чайник, сказал:
-Не, ну а что такого? Мы в какой-то степени с ним похожи в чем-то даже. Вот он знаки и подает нам, что, дескать, мы на верном пути. Искрит по делу.
-И заметь, - добавил Арчи, - заискрило именно над конечной точкой нашего маршрута!
-Видел. Меня более всего удивляет вообще то, что мы все это обсуждаем. Вот заговори со мной о чем-то подобном еще год назад, я бы…
-Ты бы психанул, Митрич. - подытожил Рыжий.
Гитарист строго зыркнул на приятеля, и хотел уж было ответить, но сдержался и только прицокнул многозначительно.
-Ну что ж, прекрасно! – перевела тему Нюта. – Вы, как я понимаю, составили маршрут похода? Молодцы какие! А у меня тоже есть новости. Вы еще не видели? Вот, читайте.
Она передала Аркадию свой телефон, предварительно открыв нужную ссылку.
Аркадий внимательно уставился на экран.
«Сообщения от очевидцев» – прочитал он. – Тут про какие-то шары огненные. Вадик, это чем-то похоже на твои байки.
-А, ну ка, дай гляну! – Рыжий безцеременно забрал из рук ученого телефон и тоже уставился в экран.
«Сообщения от очевидцев» - повторил он, пробежал глазами статью, полистал фото и продолжил читать вслух:
-«На африканском континенте, а так-же на Синайском полуострове, в Сирии и других районах Ближнего востока, зафиксировано явление неопознанных шарообразных светящихся объектов.
Светящиеся шары, как говорят очевидцы, напоминают собой энергетические сгустки большого размера, проявляющиеся в пространстве, и, оказывающие влияние на людей, находящихся в непосредственной близости от объектов.
Как показали проведенные исследования, нынешний энерговибрационный уровень очевидев - контактеров превышает стабильный уровень человеческих электромагнитных вибраций, что вызывает опасение в научной и медицинской среде. В странах Ближнего востока в экстренном порядке собраны научные конференции специалистов и медиков со всего мира, а также, главы государств африканского континента и стран Ближнего востока выразили свою обеспокоенность и солидарность по принятию мер безопасности…»
Вадим закончил и молча отдал телефон Аркадию.
- Ну? Вадик, чего молчишь? Ты ж говорил, что видел что-то подобное, да? - вопросил Аркадий.
Вадим взглянул на Анюту детским молящим взором, будто бы ожидая от нее какого-то разъяснения. Словно бы, все то, что произошло с ним тогда на озере, он до сего момента не воспринимал всерьез, будто бы сам себе не доверял. А тут вон что оказывается. Очевидцы, страны, контактеры.
-Да, Вадик! – улыбнулась девушка. – А ты сомневался.
-Нют! Ну может быть, ты все-таки объяснишь нам? Мы, вот честное слово, не понимаем. Что все это означает? – Митрич тем временем уже заварил чай. Кухня наполнилась бархатным ароматом кардамона, бергамота и земляники. Девушка отхлебнула из полупрозрачной фарфоровой чашечки, прикрыла глаза смакуя вкус напитка, и ответила:
-Ну, первое, что я могу сказать, что это весточка от ребят. Может быть, я вам не рассказывала…Но, тогда еще, когда мы были в охотничьем домике, однажды, мы с Мишей видели такой вот большой сияющий шар. Это было на берегу озера. Огонек появился словно бы с другого берега, и я еще тогда подумала, что это наш Старик там костер жжет. Но оказалось, что этот огонек, превратился, в большой сияющий шар, который издалека плыл над озером, приближаясь к нам. Потом он, разделился на два совершенно одинаковых шара. Они некоторое время повисели над водой совсем рядом с нами, а затем, быстро-быстро взмыли вверх и исчезли.
-Ты никогда не рассказывала об этом.
Нюта посмотрела на мужа виновато.
-Прости. – смущенно прошептала она.
-Да, не готовы мы были к таким явлениям, Митрич! - вступился Аркадий. Я вот и над Вадиком даже подшучивал, а он… тоже, получается, э-э-э-э… контактер. – он подвигал пальцем по экрану пролистывая статью и картинки. – Погодите-ка, тут же дальше еще есть, Вадик, ты не до конца дочитал. Вот:
«Однако, удивление общественности вызывает тот факт, что единственной страной из региона стран Ближнего востока, где не было зафиксировано ни одного проявления светящихся шаров, является земля Обетованная. Мнение общественности на этот счет разделилось. Часть народонаселения огорчена тем фактом, что данный феномен обошел своим вниманием Святую землю, другая же часть утверждает, что меры безопасности предпринятые своевременно, надежно оградили всех граждан данной территории, от непрошенного вторжения энергетической субстанции неустановленного происхождения.»
Дочитав статью до конца Арчи протянул телефон Анне.
-То есть, ты хочешь сказать, что эти явления происходят там, где побывали наши коллеги, так сказать?
-Думаю, да. Я думаю, что эти явления происходили и раньше тоже, в тех местах, где побывали ребята. М-м-м… Просто, по каким-то причинам, этого не пропускали в прессу. Вероятно, что теперь эту информацию стало просто невозможно утаивать. – девушка пожала плечами.
-А что значит, «оказывающие влияние на людей, находящихся в непосредственной близости от объектов»? – спросил Вадик.
- Вот тут, как раз и загвоздка самая главная. Пишут про «энерговибрационный уровень». Все, кто явился свидетелями этого явления приобрели новые способности. Их энергетика сильно возросла.
Вадим облокотился на коленки, обхватив свою рыжую голову руками.
-А я-то вообще внутри шара побывал! Понимаете?
-Ну, старичок! Грех тебе жаловаться! Ты теперь у нас уникум! - Арчи улыбнувшись одними глазами с понимаем, и даже с сочувствием поглядел на друга.
-Угу… Посмотрел бы я на тебя, если б… – ворчал Рыжий.
-Нюта, а почему пишут, что, дескать, на Святой Земле ничего не было такого замечено? – перебил истеричные стенания Рыжего Митрич.
- Наверное, потому, что еще не время?! Так надо, значит?! – Анюта дернула бровью.- Дима, я тоже далеко не все знаю и понимаю. Сейчас важно, что, эта информация дошла до нас, и это открывает новые возможности, придает сил. – она глубоко вздохнула. - Главное правильно интерпретировать нашу задачу.
Анна выпрямилась, нежное лицо ее сделалось очень строгим и непривычно взрослым.
- Вадик! – девушка серьезно посмотрела на приятеля. – Вот сейчас послушай меня внимательно. Это важно. Тот потенциал, которым тебя наделили, позволяет тебе переработать огромное количество информации о тех людях, кого в этой статье называют «контактерами». Просто поверь в это, и пойми свою задачу. Если у кого-то из них возникнут вопросы, тебе придется объяснить, успокоить и научить их, понимаешь?
-Научить чему? – удивился Рыжий.
- Владеть собой, принять с благодарностью то, что они приобрели, а именно те способности, которые открылись у них. Помочь перейти им на новый уровень, Вадик. – она смотрела на него с нежностью и заботой.
- А как я смогу это сделать? – он в недоумении пожал плечами.
-Ты сам поймешь это.
Митрич и Аркадий стояли ошарашенные внезапной переменой в хрупкой, легкой любимой Нюте. Ее слова, сказанные с такой серьезностью, и даже строгостью, не оставляли никаких сомнений в значимости момента.
-То же, кстати, касается и Вас, дорогие мои. – она внезапно улыбнулась привычно и нежно, взглянув на мужа и ученого друга.
-А мы то что? Мы с сияющими шарами не контактировали!
-Ну, мое дело предупредить. А то, мало ли что! – весело рассмеялась она, и мужчины с облегчением выдохнули.
-А теперь, показывайте маршрут! – девушка с интересом склонилась над картой.
Аркадий уже в третий раз, бодро принялся рассказывать о том, как и где будет пролегать их путь.
_____
Глава 17
Василиса сварила кофе, благо в ее новом современном жилище кухонные шкафчики оказались наполнены самым необходимым, а в холодильнике имелось молоко, масло, и даже небольшая упаковка сыра.
С двадцать пятого этажа открывался захватывающий вид на бетонный город. Солнце, по-прежнему взбиралось по заданному маршруту, что вселяло надежду на некоторую стабильность. Арнольд уже ждал ее у подъезда, чтобы сопроводить на службу. Василиса Андреевна не спешила. Она уже оделась в новый деловой костюм, и жмурясь на проплывающие облака томно смаковала утренний ароматный напиток.
________
- Конференция, назначенная на два часа, перенесена на другой день. Точное время будет известно позже. Сегодня, мне поручено проводить вас к испытуемым, чтобы вы смогли поближе с ними познакомиться. Игорь Леонидович ждет от вас исследовательские выводы в ближайшее время. – Арнольд легко и даже, как ей показалось, бережно придерживал ее под локоток.
Они только что вошли в безлюдное здание центра, прошли мимо строгой скучающей охраны, преодолели гулкий холл и оказались в слабоосвещенном коридоре.
-Арнольд! Я надеюсь, что вся необходимая документация уже лежит аккуратной стопочкой на моем столе. – их шаги отдавались двойным эхом в пустом пространстве.
Он тут же протянул Василисе крохотную флешку:
-Все здесь. И вот еще. – остановившись, он достал из нагрудного кармана темный браслет с еле заметными насечками-знаками. Почти такой же она видела на руке Игоря Леонидовича, вчера, когда тот внезапно, довольно коварно измерил ее энергетический потенциал.
-Что это?
-Экстроцефовиброметр. Или сокращенно ЭкоЦеБ. Достаточно приблизить его к человеку, на расстояние хотя бы полуметра, как на этом маленьком экране появятся все данные на это лицо, а так-же и его энерговибрационный уровень. Лампочка не должна быть красной. Хотя… Все наши испытуемые зашкаливают и мигают красненьким. Сейчас прибор выключен. Хотите я его включу? – и Арнольд мило улыбнулся.
-А вы не боитесь, что он среагирует на ваши вибрации? И мне придется сообщить об этом вашему начальству?
- Во-первых, я не боюсь. – усмехнулся тот. – У меня с этим все в порядке. Я знаю.
-Ох, Арнольд, я бы на вашем месте не была бы так уверена. Ну, да ладно. Идемте! – она забрала из его рук браслет, и небрежно нацепила на руку.
Однако, настойчивый кавалер, аккуратно взяв ее за, руку заглянул женщине в глаза.
- Я, все-таки, должен показать Вам как он работает. Вот здесь кнопка включения. -он нажал кнопку и браслет слабой мгновенной вибрацией подал признаки жизни.
- Вот эта кнопка, включает передачу информации сразу на ваш рабочий компьютер. Так будет намного удобнее, чем щурится в крохотный экранчик. Слегка потерев браслет, можно усилить его чувствительность. – и он мягко погладил это устройство, намеренно задев тонкое Василисино запястье.
- «Экоцеб» не требует подзарядки. - продолжал он, не выпуская ее руку, и даже более того, медленно притягивая к себе. - Прибор работает благодаря вашему теплу и движению. Поэтому, он выключится, примерно через час, после того как вы его снимете.
Арнольд говорил все это томным голосом, применяя свой самый обольстительный взгляд, который никогда его прежде не подводил. Наивная уверенность в себе этого ловеласа умиляла, и даже веселила. Но, доктор психотерапевт, улыбнулась настолько женственно и скромно, так естественно порозовела и поправила волосы, что у Арнольда не осталось никаких сомнений в своей неотразимости.
Василиса аккуратно, и почти кокетливо высвободилась из обольстительных цепких пальцев кавалера и смущенно сказала:
- Так, Арнольд, мне пора приступить к делу, а Вы задерживаете меня. Это нехорошо. Проводите меня пожалуйста в тот блок, где находятся испытуемые. Идемте же.
________
- Послушайте! Если вы врач, вы должны сказать правду! Скажите мне, что со мной не так?! Они говорят, что я болен, и вводят мне через день какой-то препарат, от которого я очень хочу спать, и утверждают, что только таким образом спасают мне жизнь! Я не верю, понимаете ли вы меня?
-Я Вас очень хорошо понимаю. – Василиса пристально глядела на лысоватого мужчину в очках, лет сорока пяти, одетого в серый махровый халат и пижаму. В его отдельной палате аккуратно заправленная постель, на столе стопка бумаги и карандаши. Распахнутым взглядом и интонацией он напомнил ей Владимира Яковлевича.
Она мельком взглянула на свой браслет, как бы посмотрев на часы, и незаметно нажала на кнопку активации. Протянув руку к мужчине, представилась:
-Давайте познакомимся. Меня зовут Василиса Андреевна.
Мужчина ответил на рукопожатие.
-Вячеслав Михайлович. Можно просто Вячеслав. Я журналист. Но последнее время преподавал в школе.
-Как вы оказались здесь? - Василиса краем глаза заметила, что браслет заискрился красными огоньками.
-А, Вы думаете я не понимаю, зачем вы все время на часы ваши смотрите? Я давно приметил, что это не просто часы, а какой-то измеритель. – он с досадой покачал головой. – Видел я такие на директоре этого центра, и на заме его. Дожили! Вот вы мне кажетесь нормальной женщиной. Глаза у вас добрые. Чего вы проверяете? Можете мне сказать? Почему он мигает?
- Разве вам не объяснили? Это экстроцефовиброметр. Он измеряет вашу энергетику, уровень ваших энергетических вибраций. По какой-то причине вы сильно вибрируете! – Василиса мягко улыбнулась. Возможно, ваша нервная система дала сбой. Вот меня и пригласили, вас успокоить, и найти пути решения вашей проблемы. Расскажите, что с вами приключилось, и возможно, я смогу вам помочь.
-Вы психолог?
-Ну, что-то вроде того. Я врач, и хочу разобраться в ваших назначениях, в вашем состоянии. Возможно, что вам не придется делать уколы, и мы все решим простым разговором.
-Хорошо бы. Да, в общем, что -же сказать? Может быть, я и вправду растревожен. и, как вы говорите «вибрирую» сильнее прежнего. Тут я даже спорить не стану.
-Расскажете?
-Тут же повсюду камеры!
-Это, точно. – она снова улыбнулась. А вам есть что скрывать?
Он посмотрел на нее другим взглядом.
-Хорошо. Мне нечего скрывать. В нашей школе объявили карантин, и всех детей и учительский состав обязали сделать прививки. Ну, я и сделал. Все сделали, и я сделал. Надо, так надо.
Наверное, неделю после того, по школе ходили какие-то персонажи в белых халатах, вроде как мед персонал, вынюхивали что-то, и тоже с приборчиками, вроде вашего, но чуть попроще, наверное. Некоторым из нас, и детям, и взрослым, выдали витамины, вроде как для иммунитета. Голова после них у меня разболелась страшно. А еще через неделю вызвали вот сюда в центр, сказали, якобы для сдачи анализов. И все. Выдали вот этот халат, пижаму, мои вещи забрали. Сижу, тут перед вами, как больной какой-то. Вибрирую.
-Вячеслав, вы вот сказали, что не верите, что вам спасают тут жизнь?
Он отвернулся в сторону и насупил брови.
-Да здоров я! Нервный, это есть немного. Конечно, будешь тут нервным!
-А почему вы нервничаете?
-Ну, как почему? Меня тут уже неделю держат. Хоть домой дали позвонить и на том спасибо. Жена волнуется. Говорит, что я довыпендривался.
- Простите? Это она говорит в каком смысле?
- Да, она считает, что меня сюда вызвали совсем по другому поводу. – он выдохнул и понизил тон голоса. - На самом деле, я тоже так думаю.
-Это, по какому же? – вскинула брови Василиса Андреевна.
Он сцепил руки в замок, и поглядев на них, начал тихо рассказывать:
-Я – он выдохнул, и через паузу продолжил, - кружок у нас в школе организовал, литературный. Ну, я же все-таки журналист. Пописываю. Захотелось детям приоткрыть секреты мастерства, так сказать. Я-то, думал, трое или четверо если придут, то уже хорошо. Сначала их и было трое. А потом эти трое еще за собой притащили четверых, потом еще, и еще. Понравилось значит?! – глаза Вячеслава загорелись. Он воодушевился, и продолжил свой рассказ.
- Я стал учить их стихи сочинять. Понимаете? Рифмовать все что видят вокруг. На наших занятиях так было весело! Вы себе представить не можете. Дети забывали про компьютеры, телефоны. Мы, разумеется, и классику читали! Это само собой. Особенно ребятам понравилось подражать разным поэтам.
-Это, как же?
- В стиле Есенина, например, или Гумилева, или Пушкина. Слог разный, понимаете? Ах, сколько талантливых ребят у нас! И, однажды, в какой-то момент, я вдруг понял, что сильно раздражаю руководство. Ко мне на занятия уже треть школы записалась. Ни у кого такого успеха не было, а только у меня. Уж я не знаю, почему. А, потом, карантин этот объявили. Такая вот история!
Он замолчал, потер виски, словно у него разболелась голова, затем поднял грустный взгляд на Василису и тихо-тихо, уже одними губами прошептал:
-Думаете я ничего не понимаю? Да, все я понимаю. Сделайте что ни будь. Нас тут уже много.
________
Еще с несколькими людьми удалось познакомиться Василисе в этот день. Все они были, исключительно приятными, открытыми, яркими индивидуальностями. Под вечер, с тяжелым сердцем вернулась она в свое малоуютное временное пристанище, и выпив стакан воды уснула тревожным сном.
Она потеряла счет времени, так как последующие дни были похожи один на другой, разве что характеры испытуемых отпечатывались в ее сознании яркими красочными полотнами. Все, с кем удалось ей познакомиться, могли бы составить цвет науки, культуры и искусства.
Данные, преподнесенные Арнольдом на флешке, были ничтожны. Выходило, что все эти люди добровольно согласились принять участие в эксперименте, а вместо реальных препаратов, коими пичкали несчастных, в документах были указаны лишь витаминные комплексы, в купе с легкими седативными.
______
В конференц зале в назначенное время оказалось неожиданно пусто.
-Здравствуй, Василиса Андреевна! Ну, как обустроилась? Попривыкла к новым условиям? Вижу, вижу, что хорошо! Молодец! Отлично выглядишь! – деланно бодрая интонация директора центра сообщала о его внутреннем напряжении.
Игорь Леонидович явился в зал, в сопровождении незнакомца. Глубоко посаженные глаза, взгляд темный, цепкий, одет не по офисному, а как -то, даже, нарочито просто: синий свитер, джинсы потертые, ботинки из мягкой кожи. На руке, по-видимому, очень дорогой браслет часы, но не измеритель «экоцеб», а нечто иное.
-Познакомься с коллегой. Это Элнур! Наш ведущий специалист!
Василиса на секунду замешкалась, подавать ли руку Элнуру, но в последний момент воздержалась от рукопожатия, и просто улыбнулась:
-Очень приятно, Элнур! Василиса Андреевна. – человек с глубоким взглядом молча кивнул.
-Итак, коллеги, конференцию пришлось отменить, в связи со внезапными событиями. Эти дни были очень сложными, поэтому, сегодня, в узком профессиональном кругу, так сказать. Нам есть с вами что обсудить конфиденциально! А потому, пройдемте в мой кабинет.
_____
- Явление, поразившее общественность, а именно - шары, энергетические сгустки, которые влияют на энерговибрационный уровень людей.
Василиса только вскинула брови.
-Да, да! Не слыхала еще? – он сейчас же включил на огромном экране новостной сюжет о странном явлении неких энергетических шарообразных сгустков, так поразившем и общественность и все мировое научное сообщество.
Они сидели за широким темным столом в кабинете Игоря Леонидовича. Когда сюжет завершился, директор выключил экран, помолчал секунд десять, и помрачнев сказал.
-Нам, нашему центру, поручено разобраться в вопросе. Разумеется, не только мы участвуем в исследованиях. Вопрос, архи-серьезный! И чем быстрее мы поймем, что к чему, тем, так сказать, и лучше. – Игорь Леонидович почесал затылок. Выглядел он сегодня весьма неуверенно. Предательское подрагивание правого века, поджатые губы, гуляющие на скулах желваки. Смятение проступало в его выдрессированной малоподвижной мимике.
-Василиса Андреевна! У тебя было время сделать выводы. Тебе слово! Докладывай! – он уставился на женщину, деловито вытянув сложенные в замок руки, обнажив на запястье свой ЭКоЦеБ. Приборчик замигал красненькими огоньками.
- Хм…Я бы с радостью, но я даже не смогла ознакомиться с вашими способами, так называемой, блокировки! Сведения, предоставленные моим помощником, увы, оказались не достоверны. Да, я познакомилась с некоторыми из испытуемых. Но, мне не ясна сама цель снижения их энерговибрационного уровня. Более того, я и узнала то про все это, только вот, от вас! Да, мне, разумеется, интересно в этом разобраться с научной точки зрения, но, по-моему, вы весьма преувеличиваете мои познания в данной области, и мои возможности.
-Возможности твои? Да, вот они! – он резко протянул к ней свой браслетик, и тот заискрился, словно новогодняя гирлянда.
- Вот они, твои возможности! - вдруг закипятился он повышая голос. – Твой уровень весьма высок! Ты, дорогая наша Василиса Андреевна, профессионал! Я давно тебя знаю, и верю, что именно ты разберешься и поведаешь нам то, что знаешь. Чудотворица ты наша! - и он мрачновато многозначительно хмыкнул.
А способы блокировки наши тебе уже не нужны! Теперь, после этих шаров, - и он покрутил пальцев в воздухе, - наши «способы блокировки» смешны и ничтожны. – сказав это, он вдруг опасливо покосился на Элнура, и куда-то за его спину, в темный угол своего кабинета.
-Я, конечно, прошу прощения, - обратился он к Элнуру. – Но, вы, коллега, и сами так сказали. Конечно, Ваша гениальная разработка препарата … ээээ… давала потрясающие результаты на определенном этапе. Требовалось только доработать коэффициент основы состава, как мы полагали. Но теперь же все кардинально меняется!
-Могу я поинтересоваться, о каком составе идет речь? – спросила Василиса.
Элнур, продолжал молчать, то ли надменно, то ли безразлично. Его бледное, плоское лицо, казалось совершенно безэмоциональным. Игорь Леонидович грозно взглянул на женщину:
-Еще, в первый же день, я предполагал посвятить тебя в наши исследования. Но теперь, дорогая моя, все резко изменилось!
-В таком случае, мне хотелось бы понимать, основную причину исследований. Чем опасен высокий энерговибрационный уровень для человека? Почему вы разрабатываете способы его снижения или блокировки, как вы выражаетесь. Что это за «шары – сгустки», которые так вас всполошили?
У Элнура оказался тихий тонкий и весьма гнусавый тембр голоса, который абсолютно не вязался с его внешностью. Он заговорил:
-Последнее время,- он откашлялся, - простите, я оговорился, в Новое время, стремительное усиление энерговибрационного поля превышает уровень нуклонной стабильности.
Основной вопрос связан с образованием изотопов углерода, ну а точнее сказать, что, в рамках релятивистской теории среднего поля рассчитывалась цепочка четных изотопов углерода. Для среднеквадратичных радиусов распределения нейтронов… Ээээ…- он замолчал. Достал из заднего кармана крошечный блокнотик с таким же коротеньким остро отточенным карандашиком, и что-то скрупулезно, неспеша записал, после чего спрятав вновь блокнот с карандашом в задний карман брюк, продолжил. – М -да, так вот!
- Разница квадрупольных деформаций для нейтронов и протонов, для изотов 20 С и 22 С оказалась отрицательной! Большое отрицательное значение дает понимание того, что нейтронная деформация намного больше протонной! Это и есть продвижение к магической оболочке N 20! Тем временем, изотоп 22С практически является сферическим ядром! - он поднял глаза от блокнота, выдержав паузу, вероятно давая слушателям возможность осознать вышесказанное. - Граница нейтронной стабильности как бы достигнута! Но…
-Коллега! Это все, разумеется, очень познавательно. – веко Игоря Леонидовича задергалось чаще и заметнее. Он слегка поморщился, встал, и нервно заходил из угла в угол. Элнур, этот сухарь-умник, оказался весьма сильным раздражителем для заскорузлого чиновника от науки.
-Да, все это и впрямь очень интересно! – Василиса поглядела на зануду ученого с нескрываемым любопытством. – Я верно понимаю, если говорить простыми словами, то, происходящее в настоящее время, опережает современную науку настолько, что ученое сообщество не готово к восприятию этого самого, как вы сказали «Магического»? Вы говорите, что «граница стабильности» как считали в научном сообществе, достигнута. Но по нынешним данным, получается, что вовсе и нет! Открываются некие новые горизонты, к которым наука просто не готова! Верно? Энерговибрационный уровень человека, который вы научились измерять, не просто выдает энергетический потенциал, который можно использовать для каких-либо материальных и «общественно полезных целей», - Василиса улыбнулась с еле заметной иронией, - но выходит за рамки изученного, а потому и создает опасность. С таким уровнем вибраций простой человек обретает новые возможности, о которых пока не подозревает, и может быть, даже стесняется признаться, и себе и окружающим. Однако, становится понятно, что если этот человек, успеет осознать и принять эти новые свои, скажем так, «способности», то управлять им будет практически невозможно. Это и есть одна из причин, по которой вы создали некие методы блокировки, считая, что сможете остановить процесс повышения уровня вибраций.
Женщина кожей почувствовала холодный взгляд Элнура. Игорь Леонидович стоял в темном углу кабинета и тоже глядел на Василису, то ли с уважением, то ли с испугом.
Повисла тяжелая пауза.
Игорь Леонидович, выдвинувшись из тени очень тихо, и как-то даже обреченно пробормотал:
-Я всегда знал, что ты умна.
-Я просто решаю предложенное вами уравнение. На самом же деле неизвестных намного больше. Поэтому, то, что я сказала сейчас, это лишь тот минимум, который мне удалось разъяснить для себя из событий последних дней и предложенных обстоятельств.
Глава 18
Он был счастлив совершенно! Заметив в маленьком старинном зеркальном кругляше свое румяное отражение, Владимир Яковлевич в кои-то веки понравился сам себе. Всего то, два дня на воздухе, а такое преображение! А он еще оказывается ничего себе, даже молодец! Владимир Яковлевич покосился на свое бледное острое голое плечо, оценив масштаб грядущих тренировок. «Ну, ничего, - подумал он, - если рубить дрова с периодичностью хотя бы три раза в неделю, то мускулы проявятся довольно быстро.»
С такими мыслями, он уверенно вышел во двор. Солнце припекало, в воздухе витала смесь ароматов мяты, душицы, козьего молока и озона. Ощущалось легкое марево перед короткой грозой. Туча еще только зацепилась за верхушки сосен над лесом, но уже грозилась пролиться обильным ливнем.
Бояна еще рано утром уехала на базар. Ее вишневый ликер пользовался бешеной популярностью среди туристов, да и посреди местных.
Переколотив приличную кучу дров, психолог не успел присесть отдохнуть, как услышал мотоциклетный мотор.
-Вот, и лягушонка моя в коробчонке приехала. - пробормотал он, удивляясь своей искренней нежности, к этой суровой южанке.
Психолог поспешил к калитке.
-Э! Драгий! Vidi ;ta sam doneo!
Бояна достала из коляски широкую тяжелую белую бадью
-Ово je med! Монастырьски! Мать Есисавета мене е поклонила. И квас нихов. – и она вытащила еще и сумку с большими бутылями.
-Узми све и носи на кухиню.
Владимир Яковлевич покорно принял монастырские дары, и понес всю эту поклажу на кухню. Эдакую тяжесть давненько не доводилось таскать! Все существо его ликовало от чувства собственной полезности, и оттого, что тело его, такими темпами вскоре приобретет приятную упругость. Через мгновения, он вдруг осознал, что, в первую очередь думает о себе, в тот момент, когда Бояна сказала о монастыре. Она была там, вот только что, у матери Елисаветы, а он даже и не вспомнил про сестру свою Настеньку, монахиню Феодосию. Господи! Какой же он оказывается эгоист!
Он поставил ношу на лавку и опершись о стол застыл с поникшей головою.
- Не криви себе! Сад си само срећан, зато се ниси сетио. Ти си добар човек, Володја! Слушај шта ћу ти рећи!(1)( 1. Не вини себя! Ты просто сейчас счастлив, поэтому ты и не вспомнил. Ты хороший человек, Володя! Послушай, что я тебе скажу!)
Он не заметил, как Бояна тихо подошла и обняла его за плечи.
-Я эгоист! Господи, какой же я эгоист! Вот, ты говоришь, что я добрый! Я только это и понял из всего, что ты сказала. Но про Настю то я не вспомнил даже, понимаешь? Какой же я добрый после этого?
Он повернулся к женщине, и уткнувшись в ее крепкое плечо, вдруг заплакал.
Она гладила его по голове, как маленького мальчика приговаривая.
- Плачи, плачи! Ово је понекад корисно. Ниси плакао много година. Сад ћеш плакати и отићи да ми помогнеш, а онда ћемо се ти и ја волети. И слушај шта ћу ти сад рећи. (2) 2. Плачь, плачь! Это иногда полезно. Ты не плакал много лет. Сейчас вот поплачешь и пойдешь мне помогать, а после будем любить друг друга. И послушай, что я хочу тебе сейчас сказать.)
Владимир Яковлевич отер мокрые свои глаза кулаком и уселся на лавку.
-Бояна! Я еще не очень хорошо понимаю все что ты говоришь. Я выучу, честное слово! Но, молю тебя, можешь ли ты, хоть что -то, по-русски говорить?
-Могу!
-И, как же тебя пустили в монастырь? Там же, у них, карантин какой-то? – спрашивал Володя, шмыгая носом. – Мне это сказала монашка, которая меня подвозила. И…- он замешкался, отводя взгляд. - я так понял, что тебя там не очень-то и привечают. Прости…Но мне так показалось. Тем более, ты и сама сказала, что они тебя, этой, как по сербски-то сказать… Ах, да! Вештицей обзывают! Ведьма… по-нашему.
Бояна покатилась со смеху!
-А я что, не ведьма разве, а? – хохотала она, схватив его за руки, и закружив по комнате.
Вдруг резко посерьезнев, она вновь усадила его на лавку, сама же присев на сундук напротив проговорила:
-Слушай, Володяа! Ведьма йя или не ведьма, то ние важно. Можда и ведьма. Я много шта знайу - ведайю! Али шта я сейчас кажу, баш важно.
Била я тамо код них тайно. Имаю су они карантин. Тако! Али, нико ние болеет! Хвала Богу! Отац Джордж, бил код них неко времена прие, и сказал настоятэльнице , да су они затвараю монастир и вобшче никого не пускают. Разумиш ли? Понимайеш?
-Да, только я не пойму, зачем? Отец Георгий сказал им закрыть монастырь. Но почему?!
-Таква ситуацию почала быть. -Бояна подняла указательный палец вверх и потыкала в пространство. – «они»,тамо, ищут люди, кои талантовани, чудотворци неки, кто ние обични, кто нешто знайют.
-Зачем?-искренне удивился психолог.
-Сбог того, шта, ови талантовани люди представляю опасност! Они имаю унутри себе силу, и знание! И, твоя сестра, Настя, ешо давно то рекла! Что ускоро долази время, кад свих людей у свету хочут изъедначити. Понимаешь ли ти шта то значит? Значи, никто не должен никако выдельатися из срединного уровня. То разумеш? - и она провела рукой по воздуху, словно вычерчивая ровную горизонтальную линию.
-Свима дают таблети, и после того меряю специалним прибором энергию човека. То е страшно! - Бояна помрачнела лицом и насупила черные густые брови.
- Али има и те, ко никако не реагуе на ови таблети. Ови люди, самие опасные за них! Лов на них объявили! Разумиш ли шта кажем?
В это самое время за окном громыхнуло. Туча наконец то отцепившись от верхушек деревьев докатилась до деревни.
Владимир Яковлевич глядел на Бояну, чудаковатым взглядом. Брови его подскочив от изумления наморщили лоб гармошкой.
-То, что ты говоришь звучит очень странно, и мне не верится, что такое может быть. Это просто немыслимо! Облава на одаренных людей?! Невероято!
Резким порывом ветра распахнуло оконце. Первые большие косые капли звонко застучали по крыше, железному навесу, и даже влетели вместе с ветром в комнату.
-Вероватно, невероватно, мислимо, немислимо, али тако! – вздохнула Бояна, встала, потянулась закинув руки за голову, подошла к окошку и затворяя рамы продолжила: - Али треба нам и далее жити! Чека тебе отац Джоржи! Сутра чу одвести те код него! Завтра значит пойдеш до него.
-Боже мой - вдруг всплеснул руками психолог. – Василиса-то сейчас у «этих» как раз! – он тоже потыкал пальцем неопределенно вверх. – То есть, ее для того значит и забрали «туда», как одного из лучших. специалистов, что б она помогала им в этих эксперементах над людьми? Какой ужас! Бояна! Вот я старый дурак, не разобрался сразу! Так вот, значит, во что они переделали наш реабилитационый центр! Но! Дорогая моя Бояна! Кажется есть еще одно обстоятельство, которое их интересует! - он помолчал, сосредоточенно поглядев в окно, словно бы увидел там подтверждение своим догадкам. - Это Иван! Тот мальчик, которого она спасла! После того ее прозвали у нас «Чудотворицей»!
-Тако.
-Она говорила тебе?! Рассказывала?!
-Ньет!
Он посмотрел на чернобровую свою подругу, на ее строгое узкое лицо, карие глаза, на седую ниспадающую прядь волос, на ее длинные и цепкие пальцы, на ее фартук обрамляющий такие теплые женские линии, и прилив нежности и благодарности к этой южанке заслонил все его переживания. Он опустился на колени перед нею, ткнулся носом в ее фартук, словно большая добрая собака, и прошептал:
Бояна! Бояна! Мы же справимся? Со всем справимся? Правда? Мне было так одиноко, а теперь, здесь с тобой я так счастлив, что мне даже стыдно, понимаешь? Повсюду творится что-то невероятно странное, и при всем этом я впервые за долгое время испытываю счастье! Не гони меня, пожалуйста!
Она молча гладила его по голове и приговаривала:
-Све че бити уреду. Све че бити уреду. Све че бити уреду.3 (Все будет хорошо.)
Глава 19.
-Ну, что? Кого еще ждем? Все в сборе? - Митрич с рюкзаком на животе и гитарой за плечами, одетый по-походному, стоял на верхней ступеньке перед входом в клуб и пересчитывал своих подопечных.
Народу в поход собралось не так уж и много. Семен, тот самый мальчуган, который сочинил стих про «озеро лесное и дом у леса на краю» прибыл первым. За ним подтянулась вечная троица хулиганистых пареньков -Василий, Петруха и Костян, потом пришли две скромные девочки – Настя и Вера, что немного раздосадовало руководителя. «С девочками будет сложнее» - думал Митрич сетуя на то, что Нюта с ними не сможет поехать, и он соответственно остается лишенным женской поддержки. Потом пришли еще два мальчика Валентин и Захар, которых Митрич и вовсе не ожидал увидеть в этой компании. Эдакие молчуны, оба в очках, и мягко говоря, совершенно не спортивные ребята.
Аркадий суетился с поклажей, утрамбовывая свой огроменный рюкзак. Вадик Рыжий был на редкость спокоен и задумчив. Когда стало ясно, что более ждать некого, что все вещи упакованы и, в принципе, все готово к тому, чтобы отправиться в путь, Митрич скомандовал:
-Ну! По коням! – трое взрослых и восемь подростков увешанные туристическим снаряжением загрузились в предоставленный руководством клуба автобус, и отправились в «Поход за вдохновением!»
__________
-Погода шепчет- улыбался Митрич.
-Да, хорошо! – щурился на солнышко Вадик.
-Подъезжаем, господа! – напомнил Аркадий.
Поселок, где выгрузились ребята, назначенный отправной точкой экспедиции, не представлял собой особенного интереса. Серые однотипные домики, бывшая доска почета, на которой не осталось ни одной фотографии, гипсовая пошарпанная стелла, напоминание о минувшем общественном строе.
- Итак, вы видите перед собой типичный пример конструктивизма эпохи надежд на всеобщее благоденствие. – голосом экскурсовода продекламировал Арчи.
-Ну да, ну да. – бурчал Митрич.- И краха этих самых надежд.
-Друзья мои! – продолжал Аркадий торжественно. Он был очень воодушевлен.
-Наш пеший маршрут, наша величайшая в истории экспедиция берет начало именно отсюда! – торжественно провозгласил ученый. - Итак! Вперед, товарищи! – смешно картавя букву «р» он протянул руку указывая путь.
__________
Тропинка, ведущая от поселка, какое-то время петляла вдоль русла реки Малая. Аркадий, уверенно, указав направление всем участникам экспедиции, сам же скромно замыкал шествие. Рядом с ним молча и сосредоточенно вышагивали Валентин и Захар. Ученый негромко, но увлеченно что-то рассказывал благодарным своим слушателям. Рыжий вообще вырвался далеко вперед, следуя своей суетливой манере. Он уже раздобыл где-то длинный березовой крепкий посох, и орудовал им мастерски. То гриб какой, из-под высокой травы обнаружит, то опершись на него через лужу перемахнет, то как указку его использует. За ним, чуть ли не в припрыжку следовала развеселая компания неразлучной троицы.
Девочки смиренно следовали за гитаристом. Мальчик Семен так же примкнул к Митричу.
Привалы устраивали короткие: воды попить, сухариком похрустеть, и снова в путь.
Как только солнце коснулось верхушек деревьев, Рыжий ткнул посохом в небо:
- Эй! Слышьте? Пора место искать для ночевки. - он дождался, пока вся группа соберется поблизости, и продолжил:
- Мы пока что по лиственному лесу все шли, а вон от той излучины смешанный начнется, а потом и сосны. А я сосны люблю. – хохотнул он. – и вновь резво развернувшись побежал вперед.
-А ну-ка братцы, догоняйте! Кто первый красивую стоянку найдет, тому приз!
Вадик оказался прав, так как именно за излучиной все чаще стали попадаться сосны. Вскоре они взобрались на пригорок откуда открылся прекрасный вид. Речка золотистой змейкой сияла в лучах предзакатного солнца.
Лагерь разбили, как только спустились вновь к реке. Гостеприимная полянка и белый песчаный бережечек, словно приглашали путников задержаться до утра именно здесь.
Скинув рюкзаки взялись за дело. Только ученый, неспеша подошел к воде, умылся пофыркивая, то ли от удовольствия, то ли от холодной речной воды, после чего вальяжно уселся под сосной, достал из внутреннего кармана бумажную свернутую карту со своими пометками.
-А, мы хорошо идем! – сказал Арчи развернув карту. – По моим расчетам, ээээ… мы сейчас вот здесь.
-А, можно вопрос? - обратился Сеня к ученому присаживаясь рядышком. Так же по близости топтались и Захар с Валентином.
-Задавайте ваш вопрос, юноша!
-Почему у вас бумажная карта?
-Видите ли, Семен! Вас удивляет, что я не прибегаю к использованию новейших технологий, верно?
-Ну, как бы да.
-О! У меня и компас имеется, кстати! – он достал из нагрудного кармана своей куртки старинный компас в круглой металлической коробочке. Щелкнула крышечка, коробочка раскрылась и все уставились на дрожащую изящную стрелочку.
- Я, знаете ли, друзья мои, застрял где-то вне времени. Мне так комфортнее и привычнее. Не люблю я зависеть от этой вашей электроники. Уж, будьте любезны, потерпите старика, - картинно сказал он и процитировал:
«Заботливый ключарь угрюмой старины,
Я двери каменной коснулся дерзновенно,
Где ждут рождения из тайны сокровенной
На гулком мраморе начертанные сны…»
- Вы, ребят, его конечно слушайте, так как он дюже умный, да все-таки включайтесь в процесс! А то солнце сядет, чего делать -то будем? Палатки ставим, костер разводим, воду кипятим! – командовал Вадим. Рядом с ним во всю уже работали его сподручные.
- Костян! – бери Валю с Захаром и айда за хворостом.
Василий и Петруха уже практически установили большую палатку, где намеревались ночевать втроем, и принялись вместе с Рыжим устанавливать вторую палатку для взрослых.
Митрич помог девочкам собрать их скромный крохотный домик на две персоны, после чего, заметив, что Семен слегка запутался в конструкции мудреного шатра, молча принялся помогать и ему.
Вскоре палаточный лагерь был собран. Костер разведен, в котелке уже закипала речная вода, и все хоть и усталые, но довольные расселись вокруг огня.
-Ну, что ж, друзья мои! Вот и подходит к концу первый день нашей экспедиции! С чем я нас всех и поздравляю! Поскольку наша экспедиция называется «В поход за вдохновением», мы непременно помузицируем. Но, позвольте же мне немного рассказать о той местности, где мы с вами сейчас находимся, ибо экспедиция наша так же заявлена как геологическая. Следуем мы вдоль русла реки «Малая». Известно ли вам такое красивое слово как «меандр» обозначающее изгиб, излучину реки… Вооот!
И Аркадий принялся подробно рассказывать молодежи о скальных породах, о меандрирующих потоках, и даже о драгоценных камнях, которые можно найти в русле реки.
-А золото? Золото здесь может быть? - задорно вопросил Василий. На него с уважением поглядели его приятели Костян и Петруха. Василий был за главного, в их хулиганистой троице.
-Не уверен, коллега! Но, попробовать поискать, разумеется, мы можем. Думаю, ближе к рассвету. – серьезно ответил Арчи улыбнувшись в усы, и степенно продолжил свой рассказ.
Рыжий следил за огнем, периодически подбрасывая в костер хворост и еловые ветки.
Девочки сладко позевывали.
Тихий вечер у костра плавно перетекал в ночь. Искры, кружась, взлетали в звездное небо.
Митрич взял гитару и самозабвенно забренчал одну из своих старинных песенок, которую все присутствующие, знали, наизусть, и начали тихонечко подпевать. Все, кроме Аркадия. Утомившись от своей научной болтовни, он отправился вдоль берега прогуляться, подумать о дальнейшем плане их маршрута, и вообще собраться с мыслями о главной цели. «Эх, жаль, конечно, что Анюта не поехала с ними. Если они обнаружат,… «Вернее, когда они обнаружат». – поправил он сам себя, - «Обнаружат, те самые артефакты, надписи на камнях, ох, как он будет нуждаться в ее совете!»
«Обращайся! Я тебя слышу!» - Арчи вздрогнул, обернулся, так как голос Нюты прозвучал где-то совсем рядом.
-Нюта?! Ты здесь? – с великим удивлением спросил он в слух. - Как ты тут оказалась? Но я тебя не вижу! Где ты?
Лес и река молчали. Тихий всплеск на воде. Рыба вынырнувшая полюбоваться на звезды испугалась человеческого присутствия, и ушла в глубину.
«Господи! Что это со мной?! Так отчетливо услышать голос Нютки просто в своей голове? Слуховые галлюцинации, надо полагать, от усталости!» - сердито подумал ученый.
-«Ты опять сопротивляешься! Посмотри направо и вверх!»
Аркадий невольно взглянул туда, куда и попросил упрямый голос Нюты в его голове, и увидел! Он увидел медленно приближающийся огонек. Плыл этот огонек над рекой ровно посередине, повторяя речные изгибы, изящно танцуя над водой. Он был невелик. Словно китайский фонарик, переливающийся радужными огоньками, приблизился к одиноко стоящему человеку на берегу, облетел его вокруг, будто бы повнимательнее разглядывая со всех сторон, после чего весело подпрыгнул, сделал причудливый пируэт, и в мгновение ока, скрылся за деревьями на другом берегу.
Арчи застыл в изумлении, пытаясь понять, что это было. Не найдя иного объяснения, кроме того, что, он воочию наблюдал шаровую молнию, ученый поспешил в палаточный лагерь, предупредить всех о надвигающейся грозе.
Вернувшись в лагерь, Аркадий обнаружил догорающий костер, Вадима, заботливо собирающего остатки, от вечерней трапезы, и наступившую тишину. Все разбрелись по палаткам, и скорее всего уже видели сны, так как очень утомились в первый день путешествия.
-Все?! Угомонились? Вадик! Я только что видел молнию шаровую! Наверное, гроза будет! - покусывая ус, как и всегда при волнении, поспешил предупредить Аркадий.
- Ой, ли! – улыбнулся Рыжий. – На небе ни облачка. Вон звезды все видно. Какая уж тут гроза?
-Что ты хочешь сказать?
-Ничего я не хочу говорить. Я спать хочу. Какой же ты упертый, все-таки.
-Да в чем же я упрямлюсь? Вот и Нюта говорит, будто я сопротивляюсь. – он заложил руки за спину, и сделав несколько размеренных шагов туда -сюда, полушепотом продолжил.
- Представляешь, мне голос ее померещился, когда я гулял. Вот прям как тебя услышал. Рядом совсем. – он помолчал, поглядев на реакцию Вадима. Рыжий никак не отреагировал. Он молча наводил порядок на поляне.
- Устал я, видимо. – Арчи махнул рукой. - Надо ложиться. Завтра рано подниматься, и в путь.
-Давай старичок. Ложись. Я тут еще по хозяйству похлопочу, и тоже лягу. Доброй ночи!
Рыжий дождался пока Арчи залезет в палатку, после чего, взял свой березовый посох и отправился вдоль берега, в ту же сторону, откуда только что пришел его друг.
Глава 20
-Давай ка, все эти уравнения теперь будем решать вместе, дорогая Василиса Андреевна. Мы, рассчитываем на твои способности. Та история с юношей, которого ты исцелила одним прикосновением, разумеется, не прошла мимо. Тебя заметили, тобой очень заинтересовались. – он сделал многозначительную паузу.
- В общем-то, именно благодаря этому сотворенному тобой «чуду», тебя и твоих близких до сих пор не подвергли блокировке. Хмм… Но…. Я уверен, что ты, как и все эти наши «испытуемые», никак не отреагируешь на блокировку, то есть она совершенно безполезна в отношении тебя. Твой энерговибрационный уровень останется прежним. Чего я, разумеется, не могу знать о твоих близких… Но, что-то мне подсказывает… Ну, да ладно….
Тон, которым все это проговорил ее давний знакомый Игорь Леонидович, медик по образованию, уже давно не практикующий, однако получивший за свои заслуги перед «правительством» очень высокий пост, был высокомерен, и даже, где-то груб.
Василиса внутренне сжавшись постаралась не подавать виду, что ее пугают эти слова.
-Эти твои сказки про нетрадиционные способы медицины, или, мол, что доблестные врачи, во главе с тем дежурным, оказали этому мальцу своевременную помощь, мне не рассказывай. Мы провели расследование. Можно подумать, я не знаю этого бездаря, дежурившего в тот день! Чего он там мог оказать, какую такую помощь?!
-Но, Игорь Леонидович! Вы ж его сами на мое место, вообще-то, поставили!- искренне удивилась Василиса Андреевна.
- Именно так! Поставил! Потому, что он мне нужнее на этом месте. Он послушный, и сделает все как нам надо! А ты мне нужна здесь. Это понятно?! – холодные глаза руководителя центра медленно наливались красным.
- Более того! Именно этот мой ставленник, помог нам провести расследование, касательно твоих способностей, и этого самого инцидента. Все анализы, все показатели твоего спасенного, говорят о том, что он никогда бы не смог вот так вот, взять и выздороветь одномоментно. Очиститься! Следы препаратов в крови должны были остаться! Должны! При такой-то картине! И никакой ошибки там тоже не было! Свидетели есть! И мы все проверили! Чудо! Ты сотворила чудо, Василиса! – Игорь Леонидович картинно всплеснул руками ударив себя по ляжкам. - Мы разыскивали твоего пациента, но увы, до сих пор, так и не нашли. После данного им интервью след его непонятным образом исчез. Будто испарился паренек. Думаю, что тебе то известно его местонахождение. Но, теперь не это главное. – он оперся о стол двумя руками и уставился прямо на нее.
-Нам нужно, что бы ты провела подобное же «чудо» под нашим чутким наблюдением. И, чем быстрее, тем лучше! Эти новости, про светящиеся шары, появившиеся невесть откуда в разных регионах земного шара, путают нам все наши планы. – последнюю фразу он пробормотал уже себе под нос.
Все это время Элнур молча наблюдал за Василисой делая свои пометки в блокнотик тонко отточенным карандашиком.
-Коллеги! Может быть, вам все-таки на шарах этих повнимательнее сконцентрироваться? Пока вы будете меня проверять, время уйдет много. Тем более, что на мой счет вы глубоко заблуждаетесь. Возможно, ваш «ЭКОЦеб», барахлит?!- небрежно взглянув на свой браслетик, она спокойно улыбнулась. - Получается, что, все это время, вы меня проверяли, расследовали, и все про это знали. Все, кроме меня! О каких же таких моих выдающихся способностях к чудесам вы говорите, если я даже ничего не заметила у себя за спиной. Ох, Игорь Леонидович. Ладно, делайте, что хотите! Только я вот что вам скажу. Напрасно вы людей мучаете. Я успела поговорить с некоторыми вашими испытуемыми. Это добрейшие люди. Просто они тонко чувствуют этот мир и хотят сделать его еще чуточку светлее и радостнее. Зачем вам все это? Чего вы боитесь?
-Демагогия! – процедил тот сквозь зубы.
-Да уж какая там демагогия! - вздохнула женщина. -А, этот глупый фокус с обмороком моего конвоира Арнольда? Ну, это же просто смешно! Такие вот, эксперименты вы хотите провести? А то, что все трое моих похитителей на препаратах существуют, то это факт, уж для меня-то очевидный! И если так дело дальше пойдет, то… Жаль просто ребят. Сейчас они считают себя всесильными, а через некоторое время, начнутся необратимые процессы, и вам это должно быть прекрасно известно.
-Ты не посвящена в новые разработки. Вот будешь сотрудничать, узнаешь больше!
- Ей Богу, уж лучше шарами этими займитесь! – рассмеялась женщина.
-Занимаются уже. Не сомневайся.
Она резко поднялась со своего места.
-Ну, что ж! Я готова к проверке. Но, должна вас предупредить, в таком случае. Раз уж у нас с вами такой откровенный разговор получается. Вы вот, Элнур, - она попробовала заглянуть в непроницаемые темные глаза, - Вы большой ученый, и хоть я и не знакома с вашими разработками, но догадываюсь, что ваши научные достижения действительно велики, и должны были бы дать много полезного миру. Однако, теперь я поняла, что вы находитесь на службе у того, кто, более всего заинтересован в деградации человечества, но никак не в развитии. Я работала всю жизнь, помогая людям справиться с их страхами, зависимостями. Старалась что бы они признали свою индивидуальность, приняли, полюбили себя такими, какими создала их природа, Бог, если угодно! Вы же делаете ровно противоположное. Вы забираете у человека его формирующуюся индивидуальность. Вы равняете всех под некий усредненный уровень.
Те же, кто не поддается вашей, так называемой «блокировке», уже сформировавшиеся личности, одаренные талантами, и стремящиеся к свету истины. И ничто, и никогда, не заставит их свернуть с выбранного пути! Напротив! Ради того, чтобы эти личности остались сохранными, к ним придут на помощь! Возможно, эти самые светящиеся шары, о которых вы говорите, и есть те самые помощники? Что-то мне подсказывает, что это именно так и есть. Ну, а теперь идемте! – она повернулась и сделала шаг в сторону двери. На пороге кабинета из темного проема возник Арнольд, а позади него замаячили те двое, Чеширский и молчун в кепке.
-Проводите пожалуйста доктора в экспериментальный блок. Мы с Элнуром Борисовичем, скоро подойдем. Подготовьте все. – Игорь Леонидович взглянул на часы.
- У вас есть тридцать минут на подготовку.
-Постойте! –воскликнула внезапно женщина, резко развернувшись.
-Вы сказали, что хотите повторить «чудо»! Но…. Каким же образом?! Не станете же вы ради вашего любопытства…?! – она не смогла даже закончить фразу, настолько ее поразила собственная ужасная догадка.
-Идите, доктор! У вас не так много времени. Соберись Василиса Андреевна! И сделай все как следует. Иначе….
_______
Голова закружилась, кровь пульсировала в висках. Двое конвоиров – чеширский и молчун шли впереди, Арнольд замыкал процессию. Шум в висках мешал Василисе сконцентрироваться и принять правильное решение. Женщине захотелось, чтобы этот коридор оказался настолько длинным, что бы она успела прийти в себя, собраться с мыслями и принять решение. К ее удивлению, путь и впрямь оказался очень далек. То ли время замедлилось, то ли коридор никак не заканчивался. В какое-то мгновение, Василиса Андреевна ощутила в области солнечного сплетения такую сильную пульсацию, что почудилось ей, будто бы это последние секунды ее жизни. Постепенно, с этой пульсацией, пришло спокойное осознание того, что она не одна. Что ей помогут! Теплая уверенность в том, что все будет хорошо, волной прошла через все ее существо. Шум в ушах затих.
«Боже! Как такое возможно?» - она украдкой взглянула на свои руки. Из кончиков пальцев, исходили тончайшие лучи, оставляя в пространстве светящиеся следы.
Внутренним взором Василиса увидала своего нового знакомого Вячеслава, с которым познакомилась здесь в самом начале. Тот был явно сильно напуган, чувствовал приближающуюся опасность, и мысленно просил ее, Василису, о помощи.
«Это его, этого славного журналиста-поэта, решили они использовать в качестве подопытного, в эксперименте с «чудом исцеления»! Именно потому, что я говорила с ним одним из первых потому, что он напомнил мне Володю, и я почувствовала к нему симпатию. Господи! Что же я могу предпринять сейчас, чтобы оградить его, да и себя от запланированного ими безумия?»
Она еще раз взглянула на свои руки. «Если я смогла почувствовать, где находятся камеры видео наблюдения в кабинете, может быть я смогу и больше? Управлять этой энергией? Господи! О чем же я думаю?» - пристыдила она сама себя.
В этот самый момент, длинная лампа, висящая над их головами, издала гудящий звук, мигнула два раза и погасла.
-Хм… Странно… - Чеширский приостановился поглядев вверх. – Непорядок. Ладно. Разберемся. Сюда! Прошу! – он сделал приглашающий жест рукой. Они очутились перед тяжелой дверью, которую молчун в кепке уже распахнул, предварительно, набрав цифровой код перед входом.
-Вот, доктор! Наша лаборатория! - они вошли в просторный белый зал без окон, заполненный всевозможной аппаратурой и медицинскими приспособлениями.
-Вам тут понравится. Есть все необходимое для научной работы, экспериментов, исследований! Все как вы любите. Располагайтесь. Скоро начнем.
Чеширский и молчун спешно вышли, оставив Василису под надзором Арнольда.
Тот, подойдя со спины к женщине, угодливо накинул ей на плечи белый халат.
-Благодарю! Итак, кто будет наш подопытный? Уж, не вы ли? – она кокетливо улыбнулась. – А вдруг я вас не спасу во второй раз? Не страшно? - улыбнулась она одними уголками губ.
-Готов быть вашим подопытным кроликом! От ваших рук исходит такое тепло! Я его запомнил навсегда! Но увы, сегодня это не я.
- Кто же?
-О, я не могу быть уверен на сто процентов. Но, вроде бы, это мужчина, лет сорока. Уверен, с вашим опытом у вас не возникнет проблем с его воскрешением.
-Уж, не хотите ли вы сказать, что… – женщина внутренне содрогнулась от страшного
Подозрения, мучавшего ее последние несколько минут, которое к ее ужасу, превращалось в реальность. - Этого человека намеренно введут в состояние острой интоксикации?
-Ради науки?! – Арнольд безразлично пожал плечами, отведя потускневший взгляд, и уставившись в стену. – Он самолично подписал согласие. Если угодно, прочесть соглашение, документ, так сказать, чтобы не сомневаться, то пожалуйста! Все законно!
- Арнольд! Ну, как вы можете?! – Василиса проговорила это уже сквозь зубы, не скрывая своего раздражения.
-Я вижу, что вы человек не злой! И даже не равнодушный, как бы вы это не пытались скрыть. Но, о каком согласии вы говорите? Обманом заставить человека подписать бумажку?! И не стыдно вам, принимать в этом участие?! Эти ваши «испытуемые» доверчивые, наивные, талантливые люди! Более того, уверена, что данный документ, это соглашение, человек подписал даже не здесь, а когда ни будь, давно, при посещении медицинского учреждения. Может быть, он просто пошел зуб лечить, и ему подсунули на подпись, мол «Я не против такого-то вмешательства в мой организм» И напечатано это было мелким шрифтом, и не читал он этого вовсе, потому, что зуб болел! Просто подмахнул, и все! А тут вы, с вашими экспериментами! Арнольд! Пока не поздно, одумайтесь! Вот, кстати, что касается лично Вас! Я хочу спросить! Как давно вы используете препарат, который вам предложили здесь? Рекомендовали… Средство, благодаря которому -вы чувствуете свои недюжинные силы, величие, неотразимость!
-Что вы имеете ввиду? Нет никакого препарата. – скулы мужчины напряглись, желваки дернулись.
-Милый Арнольд! Вот уже несколько дней, вы наблюдаете за мной, а я, уж простите, за вами. И знаете, что?! Я врач, практик, и впрямь, кое-что умею и вижу!! Ох, если бы не это ваше средство, которые вы используете, уже почти каждый день! Ведь верно? Ранее было намного реже. Мне жаль вас, очень жаль! А ведь вы тоже талантливый человек.
-Это обычные витамины, док! – деланно рассмеялся молодой человек, нервно поправляя челку.
-Вы поняли меня, Арнольд! Вы мне симпатичны! Без вот этого вашего налета мужской неотразимости. Вы мне нравитесь, просто по-человечески, и я чувствую ваш потенциал! В вас еще не угас свет, Арнольд! Итак! Если вы продолжите принимать, так называемые «витамины», без которых вы уже не чувствуете себя свободным и сильным, добром это не кончится. Принимайте решение. Сейчас! Вы помогаете мне предотвратить творящееся безумие с этим экспериментом, а я помогаю вам вернуть ваше естество, или… Я справлюсь сама, но вам придется туго после. Не от моих слов, разумеется, но от вашего образа жизни.
Арнольд, посмотрел на часы. На миловидном его лице читалось замешательство. Эта сильная умная женщина, все еще красивая, правда годящаяся ему в матери, действительно нравилась ему, может быть потому, что ей удалось всколыхнуть в нем давно забытые эмоции. Будто бы легкий аромат морского бриза и весенних цветов прилетел на мгновение, и показалось ему, что сможет он вновь обрести радость жизни. Его мама тоже, когда-то была сильной, тянула на себе большое семейство. Они жили в южном захолустном поселке, на берегу моря. Маленький Арни ловил больших стрекочущих цикад и показывал их редким заезжим туристам. Те, порой, баловали забавного босого белобрысого мальчугана, кто конфеткой, а кто и денежкой. Мальчик мечтал, что однажды, приедет большая красивая машина в их поселок, и богатые туристы заберут его с собой в город, где много конфет, игрушек и денюшек, на которые можно купить все, что только пожелаешь. В день своего шестнадцатилетия, он, молча собрал свой скудный рюкзачок, и не попрощавшись ни с матерью, ни с братьями и сестрами, без оглядки умчался на перекладных, сначала в районный центр, оттуда до ближайшей станции, а затем в самый, что ни на есть, огромный шумный город, где поджидали юношу все самые вопиющие искушения злачной жизни. От природы Арни имел приятную внешность, благодаря которой, удавалось ему заполучить расположение взрослых состоятельных женщин. Так он приобрел опыт, знакомства и должность. Все эти годы, ему казалось, что, вот, еще чуть-чуть, и он обретет независимость, богатство, свободу. Но, все вышло иначе. Он оказался связан по рукам и ногам всеми секретами и тайнами, в которые невольно оказался втянут. Выхода из этой ситуации, из этой системы, в которой он запутался как в липкой паутине, по своей собственной же глупости, увы, не было. Во всяком случае до сих пор. Встреча с этой милой, умной женщиной доктором произвела на него глубокое впечатление. Она не была похожа ни на одну из прежде знакомых ему дам. От Василисы и впрямь исходило нечто, возвращающее его к мысли о родном доме, о детстве, о маме. Теперь только понял он, что, по-настоящему счастлив был только тогда, в далеком сияющем детстве. Нестерпимо захотелось ему выйти босиком на песчаный морской берег, втянуть ноздрями аромат морских водорослей, ощутить на лице свежесть и брызги морского прибоя, и закричать от счастья. Но, Арнольд, лишь коротко взглянул на часы, и тихо сказал:
-У нас не так много времени. В экспериментальном блоке через пять минут начнется процедура. Думаю, что ваш испытуемый вскоре будет доставлен сюда, в лабораторию.
-Боже! Какой препарат ему введут?
-Мне такие подробности не известны, док!
-Будем надеяться на его силы! – она украдкой взглянула на свои руки. – Арнольд! Где находится щиток.
-Щиток? Какой еще щиток?
-Электрический.
-Вы, что, хотите вырубить свет в здании?
-Да! Именно так!
-Но, его снова включат! Охрана же, камеры, да, и у меня нет ключа… – бормотал он.
- Пожалуйста, Арнольд! Мы должны хотя бы попытаться! Вы понимаете, что на кону человеческая жизнь?!
-Ээээ… На цокольном этаже. Там комната, где распределительный щит, но, ключ -то на охране.
- Вы были там, видели его хоть раз?
-Был. Эээ. Ну…Видел. Давно. - недоумевал Арнольд.
-Дайте вашу руку! Думайте об этой комнате, об этом щитке. Представьте его хорошенько.
Он покорно протянул руку, безумно улыбаясь.
-Но, зачем? Чепуха какая-то! – налет его импозантности в мгновение ока улетучился. Теперь этот миловидный самодовольный ловелас, выглядел, как сильно сомневающийся в себе, закомплексованный мальчик.
Василиса, крепко держа его руку, уже не просила, но приказывала таким тоном, будто бы проводила сеанс гипноза:
Думай о щитке Арнольд! Иди в эту комнату. Хорошо. Зашел. Ты видишь его? Видишь. Теперь открой дверцу. Ну?! Ключ у тебя в руке. Открывай! Так, молодец. Открыл.
Она встряхнула его зажатую руку.
-Теперь, из центра твоей ладони исходит луч, способный перебить все провода и выключить систему электроснабжения. Не бойся. Я помогаю тебе!
-Василиса Андреевна! Да, не могу я так!
-Можешь! Действуй! Видишь эти провода, или что там в этом щитке важного?!
-Ну, вижу!
-Давай!
Через руку Арнольда прошел импульс такой силы, что он вздрогнул, как от сильного разряда тока.
-Господи! Что это было?!
-Еще раз! Сейчас получится! Сосредоточься! Видишь?!
-Вижу!
-Давай!
И снова импульс, еще более сильный встряхнул руку испуганного мужчины. В этот самый момент лаборатория погрузилась во тьму.
-Мы сделали это! Ты сделал! – Василиса сжала в темноте руку молодого человека.
-Да, как?! Как такое возможно? – ошеломленно шептал он.
-Я же говорила, что вы талантливый человек! Видимо, на вас тоже блокировка не действует! – расхохоталась женщина доктор. - А я предполагала это, кстати.
-Но на мне и не применяли этой блокировки. Просто витамины… И, «Экоцеб» тоже не реагировал на меня. Вы же видели.
-Ладно, вся эта чепуха с «экоцебом» после! Теперь, мы должны вытащить людей. И Вячеслава в первую очередь!
-Так, выходит, вы знали, кого именно готовят к эксперименту?
- Не знала. Догадалась.
-Василиса Андреена! Мы с вами делаем ошибку. Там охрана. Все уже конечно всполошились из-за отключения электричества. Я так понимаю, что обесточены все блоки, но, почему-то не включаются запасные генераторы.
- Поздно сомневаться, Арнольд. Идемте.
Они вышли в темный коридор. Арнольд включил фонарик на своем браслете. Тонкий пронзительный луч высветил в самом конце коридора две фигурки.
-Что стряслось? Почему выключили свет? – серьезно вопросила женщина доктор. – Где испытуемый? Кто срывает эксперимент? – Все громче и строже говорила она, твердо вышагивая перед своим бывшим, конвоиром Арнольдом.
-Решаем вопрос! Оставайтесь на месте! -услышали они в ответ голос чеширского. Тот уже не улыбался, а напротив был суров и собран.
-Ну уж, нет! Где испытуемый? Не хотите же вы лично сорвать эксперимент? Если пациента ввели в состояние интоксикации, ему немедленно требуется помощь, и времени терять нельзя ни секунды. Вы поняли меня? Сообщите Игорю Леонидовичу, и направьте меня туда, где находится испытуемый.
Василиса оказалась настолько убедительной, что чеширский повиновался. Молчун же, вытащив рацию сипло забубнил в нее что-то неразборчиво, и скрылся за поворотом.
______
Несколько лестничных пролетов вверх преодолели уже бегом.
-Сюда! – чеширский свернул с очередной площадки в темный коридор. Там, он толкнул стеклянные двери, после чего они очутились в большом процедурном кабинете. Фонарики высветили белое лицо испуганной медицинской сестры, склонившейся над каталкой, на которой лежал мужчина без признаков жизни.
За окном сгустилась тьма летней ночи. Они находились на одном из последних этажей высотного здания, и огни города мерцали далеко внизу. В оконном стекле жутковато отразился свет двух фонариков, Чеширского и Арнольда. Будто два блуждающих глаза бесформенного чудища жадно выглядывают в пространстве свою жертву.
Василиса бросилась к мужчине на кушетке.
-Что ему ввели?!
-Я не…я не знаю. Я, я, все как обычно делала. Витаминный комплекс. Все как обычно. Это не я. Я не знаю, что с ним. Это не моя вина. – задыхаясь от беспомощности и страха твердила медсестра.
Василиса проверила пульс мужчины и тут же начала действовать. Ритмично надавливая на грудную клетку, она отчетливо, громко твердила, как заклинание:
-Слава! Давай! Давай мой хороший! Мы с тобой еще покажем этим иродам! Давай! Вернись! Ты нужен здесь!
-А что с ним? Зачем, реанимация? – строго спросил чеширский.
-Остановка сердца. Не мешайте. Вызывайте бригаду, помощь!
-Так быть не должно. Этого не планировалось. Это какая-то ошибка, недоразумение. – бубнил он. Чеширский, и впрямь, был ошарашен и даже напуган. Он мгновенно переместился к мед сестре, и взяв ее за локоть, быстро вывел из кабинета, шепнув ей что-то, на ухо. Потом вернулся. В темном оконном стекле отражалось три ярких огонька. Два огонька от фонариков Арнольда и Чеширского. Источника третьего отражения, в комнате не было.
Арнольд находился рядом с Василисой, не глядя по сторонам, он сосредоточенно держал фонарь, подсвечивая все ее действия. Чеширский застыл у двери, разыскивая взглядом источник третьего отражения света в стекле.
Через мгновение, стало понятно, что третий огонек, находится вне помещения, за стеклом, и приближается издалека, увеличиваясь в размерах. Вскоре, этот источник света оказался настолько близко к окошку, что высветил большую часть помещения, и Василису, и Арнольда, и лежащего на каталке мужчину. Ровный сияющий шар, размером с футбольный мяч мягко кружился вокруг собственной оси, испуская теплый живой свет.
Василиса не видела всего этого.
-Давай, мой хороший! Давай! Да! Да! Пульс есть! Есть! Слава Богу! Слава Богу! – смеялась она и плакала одновременно. В комнате стало светло как днем. Чеширский остолбенело глядел в окно.
- Вот, и свет дали! И Слава вернулся. - вытирала слезы женщина доктор.
И в этот самый момент, действительно включился свет во всем здании. А светящийся шар за окном исчез, словно бы и не было его вовсе.
Распахнулась дверь, и на пороге решительно появился Игорь Леонидович. Следом за ним, поблескивая стеклами модных очков, степенно выползло скучное лицо Эльнура.
Глава 21
-Добро ютро, драгий! Пробудисе! Треба данас да идемо код отца Джорджа!
-Бояна склонилась над сладко посапывающим Владимиром Яковлевичем. Он, приоткрыв один глаз протянул руки к женщине, пытаясь привлечь ее к себе, но та ловко увернулась.
-После, драгий, после. Сада идемо. То е важно. Айде! – и она спешно вышла из спальни.
Мужчина с легкой досадою, нащупал свои очки на тумбочке, нацепив их на нос, потянулся сладко, зевнул, и шумно вздохнув поднялся, заскрипев пружинами старинной кровати.
Петухи прокричали свою первую зорьку.
Ежедневный утренний стакан парного козьего молока Владимир выпил залпом. И, как только он раньше обходился без этого полезного ритуала?!
Бояна собирала корзину гостинцев для пустынника:
-Сир кравий, козий, млеко, вино, ликер положила. Шта мислишь? Шта еш треба?
-Зачем же так много всего? – искренне удивился психолог. – Он же там один! И, прошу прощения, он же, все таки, пустнынник. Разве же пьет он вино?
-Ох, Володя, Володя! Разве можно ли не пить мое вино? - сверкнула озорно карими своими глазами Бояна.
-Невозможно! От этого вина невозможно отказаться, я полностью согласен! – он вновь посмотрел на женщину с теплом стойкого утреннего вожделения.
-Знаш ли, я кад тьебя увидала в первий раз, сразу поняла, какой ти вручи мушкарац! -рассмеяалась она.
-Не понимаю, что значит вручи мушкарац, но судя по твоему взгляду, это что-то хорошее. – Владимир Яковлевич тоже расхохотался, и робко поцеловал Бояну в уголок губ.
-Еще хлеб треба положит! Види га! – вспомнив, она всплеснула руками смешно поморщившись от своей забывчивости.
-Да! Верно! Хлеба нужно бы! И огурцов свежих! Ах, Бояна, а как же замечательно пахнет, твой хлеб! – он отломил краешек горбушки теплого кругляша, который женщина приготовила рано утром в печи.
____
Как и в прошлый раз Бояна причудливо, вроде чалмы, накрутила на голову свой белый платок, привязала на пояс две корзины, третью вручила Владимиру, и они, нагруженные аппетитной снедью, отправились знакомой уже тропой через поле, затем через лес, к хижине отца Георгия.
Идя следом за Бояной, вспоминал Владимир, как год назад, шли они этой же самой тропинкой, только вместе с Василисой. Как же изменилось все за это время! И мог ли он разве подумать тогда, что будет все вот так, как сейчас. Вспомнил он и слова отца Георгия о том, что, выполнив его поручения, он сразу все поймет, что делать дальше. А он, ведь, так и не понял! Ну, во всяком случае не сразу. Хотя, как же, это? Позвольте! Ведь, как только он вручил Василисе берестяную бабочку, которую она теперь носит как талисман, практически не снимая, и тот драгоценный камень для Анюты, то вопрос с Михаилом и впрямь разрешился чудесным образом. В то же самое время! Правда, ему, кандидату психологических наук, до сих пор чудно думать, что Миша, его странный пациент, с амнезией, действительно «Тот Самый!», кого ждали народы земли тысячи лет, и что вот так вот, просто, он говорил с «Ним», и даже пытался консультировать, и давать «Ему» свои советы. Невероятно, конечно! Честно сказать, психолог старался не думать про это вовсе. Но, вот такого счастья, которое он обрел теперь, Владимир не мог даже себе представить! Ведь уже давно был он уверен в том, что так и останется холостяком до конца дней своих. Его безответная тайная любовь к подруге юности и студенчества, к красавице Василисе, наконец-то, мягко отступила, рассвободив место в его сердце и душе, для крепкого нового всепоглощающего чувства к стройной, гордой, сильной южанке Бояне. «И все-таки, какой загадочный персонаж, этот пустынник Георгий! И откуда только ему все известно?»
Рассуждая таким образом сам с собою Владимир не заметил, как они оказались подле хижины того самого пустынника Георгия.
Как и в прошлый раз, Бояна зашла первой, предварительно постучав три раза в дверь своей палкой посохом. Вскоре сербка вышла, улыбаясь.
-Иди, Володя! Чека тебя Георгий! Ждет.
Пустынник, ровно как и в прошлый раз, сидел за своим массивным столом вырезая поделку из дерева.
-Здравствуй, Володя! Проходи, садись!
-Здравствуйте, отец Георгий!
-Счастлив?
-Да! Разве такое довольное у меня лицо, что так заметно? – смутившись, улыбнулся психолог.
-Да, уж довольное, верно! Светишься!
Владимир еще более смутился.
-Тут вот, еще корзина полная. Куда можно поставить? Все съестное, надо бы в прохладное место. Бояна насобирала. – с какой-то необузданной нежностью выплеснулись у него эти слова, от чего психолог покраснел, не смея отвести взгляд от корзинки, которую так и держал в руках.
-Поставь ее уже, и проходи, садись. – пустынник встал, пододвинул тяжелый стул гостю. – Разговор есть!
Владимир Яковлевич опустил корзину на пол, и покорно уселся на предложенный стул смиренно, как школьник, сложив руки на столе.
-Ничего рассказать-то не хочешь? – Отец Георгий коротко взглянул на психолога продолжая ковырять ножичком свою поделку.
-Ээээ…. Так я, более спросить, наверное, хотел! Про карантин этот, что в монастыре. Там же Настенька моя, сестра, которая, ну вы помните, мать Феодосия она.
Тут Владимир Яковлевич стукнул себя по лбу.
-Да что же это я? А? Василиса! Она же хотела со мной ехать! А приключилась история целая. Похитили ее, представляете?! Ну, вернее, внезапно забрали в центр, где новые разработки, и ее, скорее всего, как уникального специалиста решили привлечь к экспериментам. Точно цель мне не известна, но я подозреваю, что именно так и есть. Приехали какие-то люди, посадили ее в машину и увезли, прямо накануне запланированного нами отъезда. Она только записку и успела оставить! И, вот еще, что! Ее же чудотворицей все стали называть, после того самого случая, с мальчиком Иваном, которого она спасла! После чего мы к вам то и приезжали, за советом! И кажется мне, отец Георгий, что именно это, их сильно интересует, с тех самых пор! Понимаете? Раз все так и есть, как Бояна мне рассказала, что охота теперь идет на талантливых людей, обладающих какими-то уникальными способностями, то этот случай с чудесным исцелением, они, конечно, никак пропустить не могли! Это то меня больше всего и волнует! В опасности Вася!
Пустынник, молча продолжал работу, внимательно разглядывая свою поделку - полый деревянный кругляш, расчерченный, то-ли надписями, то-ли затейливым узором. Лишь на широкой спине отца Георгия, под льняной рубахой, заметно напряглись мускулы. Глубоко вздохнув, он решительно отложил в сторону поделку, накрыв ее тканой салфеткой, огладил свою кучерявую черную с проседью бороду, и повернувшись к гостю заглянул ему прямо в глаза.
-Слушай, Володя! Скоро у нас будут гости! Поэтому и гостинцы вы с Бояной принесли. У меня здесь кроме меда и лесных даров еды мало. Ты сам видишь. А гостей будет много! А вот, Василисе Андреевне действительно помощь понадобится. Все ты верно сказал.
Устала она очень. В силы свои не верит. Одна она там. Ты тут отдохнул, сил набрался, молодец! А теперь, сделай милость, поезжай к ней.
-Отец Георгий! Так, как же? Кто ж меня к ней пустит? Это же какая махина, центр! Я бы с радостью, но…И, тем более, они меня, разумеется, узнают! Столько лет мы трудились вместе!
-Ничего не бойся. Просто поверь, что все получится. Скажешь, что пришел рассказать, про Ивана, про Василису, и про ее способности. Скажешь, что не можешь больше молчать, и держать в тайне. Скажешь, что хочешь работать с ними.
-То есть как?!
- Устроят тебе проверку. Ты ее пройдешь. Они поверят тебе. Организуют встречу с Василисой. А дальше все само собой разрешится.
-Господи! Да как же разрешится? Нет, я конечно же поеду! Если нужно! – психолог нервно вытер лоб, пригладил волосы, почувствовал, что лысина его сильно вспотела и тупо поглядел на мокрые свои руки. Пустынник протянул ему тканую салфетку, прикрывавшую доселе деревянный кругляшик.
-На-ка вот! Чего разволновался-то так? Помогут тебе. Даже не сомневайся. Просто, Василисе нужно родное лицо рядом. Понимаешь? Очень ей одиноко сейчас там. Потому страшно. А страх мешает принимать верные решения.
Ты вот, мое поручение в прошлый раз хорошо выполнил, и все складно вышло. Вот и теперь, все у тебя получится.
-Вы мне опять что-то с собой дадите? - промокнув салфеткой лицо и руки, он покосился на деревянную поделку.
Пустынник пронзил гостя таким взглядом, что у того екнуло где-то на уровне солнечного сплетения.
-А давай так! Как ты сам хочешь? Как чувствуешь? Надо что бы что-то было у тебя с собой для уверенности? Или обойдешься, своими силами?
Владимир Яковлевич задумался.
-С нами, сюда, хотел поехать Вадим. Вадик Рыжий…. Ээээээ. Даже не знаю как вам объяснить, кто это… Ну, проще, наверное, сказать, что это очень давний пациент Василисы Андреевны. Хороший, простой человек. Он меня провожал, помог сумки дотащить до автобусной станции. Да… Но, надобность в его поездке тогда отпала. Вот…. Ежели бы он сейчас со мной поехал, было бы очень хорошо.
-Нет. Поехать ты должен один. Но, если думаешь, что этот человек тебе поможет, то он поможет. Решено! – отец Георгий поднялся из-за стола. - А теперь, помоги мне перетащить все в погреб. Скоро Бояна придет. Надо успеть, а то будет еще нас с тобой ругать что продукты до сих пор не убраны. Женщина!
Он задорно подмигнул, и направился к двери ведущей, то ли в кладовую, то ли в другую комнату. Отворив невысокую тяжелую дверь, пригнувшись нырнул в темноту, и позвал замешкавшегося гостя.
-Бери корзину, иди за мной!
Владимир Яковлевич поспешил за хозяином.
Зажегши свечу, отец Георгий установил ее на каменный подсвешник.
- Нравится?
Психолог обомлело глядел по сторонам. Удивительной красоты работы наполняли эту громадную комнату. Деревянные и каменные шедевры искусства. Тут были и статуи, и картины, и украшения для интерьера, и мебель. Плетеные кресла, стулья, ковры на полу, на стенах. Но более всего поразил психолога портрет женщины, созданный из каменной мозаики.
-Этот портрет! Это же?! Эта женщина на этой самой картине, очень похожа, э-э-э , на Василису! Чудо как хороша! На молоденькую, юную Василису! Невероятное совпадение!
-Неужели? – улыбнулся пустынник. – Бывает и так! – мудро заметил он, откидывая край ковра, где пряталась крышка от погреба.
- Вот, сюда, сгружай продукты Володя! Тут еще две корзины, что Бояна принесла. Разложи все на полки, пока я там закончу кое-что. Потом так же закрой, да и возвращайся. Не спеши! Можешь здесь все разглядеть как следует. Коли что понравится, так и быть, забирай себе.
Владимир Яковлевич разобрав корзинки, аккуратно затворил крышку погреба, накрыл ковром и взяв в руки свечу подошел в первую очередь к портрету молодой женщины.
Изображение было выполнено филигранно. Близоруко прищурясь, он пригляделся к мозаике. Его удивило не только сходство женского образа с Василисой Андреевной, но и сам материал, из которого был создан этот шедевр. Не будучи знатоком в области геммологии, он все-таки с изумлением понял, что работа эта собрана из драгоценных самоцветов.
Ахнув, и постояв в недоумении еще какое-то время, он принялся рассматривать и другие предметы. Слова отца Георгия о том, что ему можно забрать что-то себе, из всего этого многообразия, его насторожили. Зачем?! Ему теперь вообще ничего не нужно. Разве что для Бояны сувенир? Так Бояна, наверное, и сама знает про все эти шедевры искусства отца Георгия. Однако, мысленно, почему-то возвращался Владимир Яковлевич к той самой поделке, которая осталась лежать на столе.
«Попрошу-ка на удачу с собой эту штучку. Как талисман. Потом верну.» - решительно подумал он, и вышел из кладовки к отцу Георгию.
-Хотел вас спросить, отец Георгий! Вы про гостей говорили! Что за гости будут? Туристы?
- Именно, что туристы. Да, честно сказать, я и сам толком еще не знаю! Но, что будут, это факт! - рассмеялся он в ответ. – Ну, Володя! Что ж ты ничего не выбрал себе?
-Если б, конечно, мог я портрет взять! Подарил бы Василисе Андреевне! Будто бы с нее писано! Я, конечно, весьма удивлен, вашим мастерством и, тем материалом, из которого сделан этот, не побоюсь сказать, шедевр! Это же самоцветы! Удивительно! Большая драгоценность! Но, я, знаете ли, хотел бы вас попросить, в качестве талисмана одну вещицу. Вот эту самую, что вы сейчас в руках держите. Я ее верну вам! Честное слово Потом, как выполю Ваше поручение!
-Эту? – Георгий протянул на ладони расчерченный замысловатыми узорами кругляшик, только уже с приделанной к нему изящной резной деревянной ручкой.
-Ох, так это же выглядит будто бы детская игрушечка! Погремушка! А я и не представлял даже! Как же я сразу не понял?!
-Это вам с Бояной подарок, от меня!
-Зачем же нам погремушка?! – не очень вежливо спросил психолог, глупо улыбнувшись, и вновь, очень сильно смутился.
-Пригодится! Держи! – пустынник задорно тряхнув несколько раз неожиданно приятно зазвучавшим кругляшиком, отдал его психологу. – Итак, Володя! Утром в путь!
-А последний вопрос, если можно! Чей же это портрет, все – таки, там в кладовке?
- Ох, Володя, Володя! Это долгая история. Скоро сам все узнаешь. Ступай!
_______
Бояна уже поджидала Владимира снаружи. Она успела насобирать земляники, и сидя на пенечке, неподалеку от хижины, бросала в рот ягодки, и блаженно щурилась на солнце.
-Зашто имаш тако чудно лице? - сонно улыбнувшись спросила она, как только Владимир Яковлевич затворил за собой дверь. (Почему у тебя такое странное лицо?)
-Чудное лицо? Дело в том, что завтра мне нужно ехать в центр, помогать Василисе, и еще вот. – он достал из своего широкого кармана погремушку, и вручил Бояне. – отец Георгий передал для нас с тобой. Сказал, что пригодится. – при этих своих словах психолог густо покраснел.
Бояна же покатилась со смеху.
-Pa, ako je otac D;ord; tako rekao, neka bude tako. Ne la;e!(Если отец Георгий так сказал, значит так и будет. Он не врет)
Поживьем увидим! – и она вновь радостно расхохоталась.
-Но, разве же, такое может быть? – лицо Владимира Яковлевича и впрямь вытянулось, а выражение приобрело слегка даже глуповатое.
Бояна резко посерьезнела, встала, и строго сказала:
-Сумњаш у поклон? (Сомневаешься в подарке?)
Владимир не ожидавший резкой смены настроения, и не верно переведя фразу, просто поклонился своей женщине.
-Более тако! – смягчилась сербка и гордо направилась по тропинке, в сторону дома.
Психолог не чуя под собой ног, поплелся на встречу новой своей судьбе.
Глава 22
Митрич приоткрыл один глаз, когда Арчи залез в палатку.
-Ну?! Когда угомонитесь уже? Дай поспать.
-Дим, а я спросить кстати все хочу, почему Нюта не пошла с нами? Я вот только что… ээээ…. Думал о том, что, нам бы ее консультация очень бы пригодилась, когда мы доберемся до места. Да, и вообще…
-Старик! Во-первых, собаку не с кем оставить. Во-вторых, ее с работы не отпустили. Туристов много понаехало, и нужны экскурсоводы. – сонно бормотал гитарист. –
В-третьих, я устал и спать хочу.
- Ладно, понял. Спи. – ученый посидел какое-то время в задумчивости, обхватив колени. Проверил хорошо ли застегнул москитную сетку, и добавил. - Рыжий еще в лес пошел зачем-то, так что будет шорох, когда он вернется, уж не обессудь, - затем, принялся упаковываться в спальный мешок. Он долго кряхтел, ворочался, зевал.
-Митрич, ты уже спишь? - вновь робко вопросил ученый.
-Чего?
-А я когда бродил по берегу, молнию шаровую видел, и вроде как голос Анюты слышал.
- Угу. Всенепременно. – невпопад сонно ответил Митрич.
-Ладно, все, прости. – Арчи так перевозбудился, что долго еще не мог уснуть, все лежал с открытыми глазами и думал, про эту шаровую молнию, и сомнения одолевали его. Уж не один ли из этих загадочных шаров, о которых читали они в новостях, видел он вот только что?
Эта мысль оказалась настолько глубока, что она то его и сморила и ученый наконец погрузился в самый что ни на есть крепкий сон.
________
Анюта сидела на песке городского пляжа у самой воды. Солнце медленно опускалось за лес, окрашивая водную гладь в оранжевые тона.
«Миша! Как же мне хочется поговорить с тобой! Я соскучилась. Как вы там? Как Темыч? Он играет на флейте? А Иван? Чему-то-он научился уже у тебя? Нам тут совсем не просто! Митрич, с Арчи и Рыжим ушли в поход, вместе с юными дарованиями. Мы практически расшифровали рукописи профессора Петровича и составили карту, по которой надеемся найти послание Арктов. А вот мама сейчас в очень сложном положении. Ее забрали в центр, где, судя по всему, будут пытаться выведать у нее все что ей известно. Я чувствую, что могу ей помочь, но пока что не очень понимаю, как.
Девушка, поглядев еще какое-то время на закат, поднялась, отряхнула платье от песка, и хотела было сунуть босые ноги в кеды, но вмиг передумала и зашла по щиколотку в воду.
Зачерпнув в пригоршню воды, она вспомнила, как год назад, вот так же, сидела на берегу лесного озера, неподалеку от отцовской хижины, и как хотелось ей тогда узнать ответы на свои вопросы. Теперь же, ей известно многое. Новый ответственный этап в ее жизни, и в жизни близких ей людей. Она искренне удивилась своему спокойствию и даже обрадовалась тому, что вся эта мера ответственности, принятая ею с благодарностью, ничуть не безпокоит ее, но напротив, придает сил. Припомнилось ей, как посредине лесного озера, они болтали ногами в воде, сидя на самодельном плоту, и как Миша сказал ей тогда очень важные слова:
«Человек все; может, ибо по образу и подобию Божию сотворен!». «Научить человека справляться с его страстями, вот что важно! Вот есть у человека сила, а как пользоваться ею, он не знает и оттого страдает. Чтобы учиться соответствовать «Образу и Подобию», нужно преодолеть свои страсти.»
Ну, вот Аркадий, к примеру. Он до сих пор сомневается. Почему? – задала себе вопрос Нюта.
-Потому, что он прежде всего ученый! А человек науки пока не проверит все на собственном опыте, будет сомневаться. Такая уж у них, у ученых особенность. Ты же знаешь!
Тот кто это проговорил заливисто рассмеялся, и девушка тут же обернулась на знакомый голос.
-Господи! Миша! Ты! Вы вернулись?! - искренний порыв к соприкосновению выплеснулся теплой волной.
Хипарь сидел неподалеку, чуть позади.
-Ты хотела поговорить! Тебе было одиноко. Я пришел.
- Мне так хочется обнять тебя! Я так рада что ты здесь! Нам всем так важно твое присутствие!
-Все будет хорошо! Ты спрашивала про Темыча. Да! Он играет на флейте! Он придумал массу новых мелодий! Иван очень талантливый, многому уже научился, но он молчалив. Следуя совету Владимира Яковлевича, Ваня ведет дневник и записывает все свои мысли на бумагу. Наверное, у него получится интересная книжка.
Твоей маме необходимо пройти этот опыт, чтобы понять свою силу и принять ее. Ей тоже нужно поверить в себя.
-Миша! Я не поехала с ребятами в экспедицию, потому что…
-Потому, что тебе нужно побыть одной. Нужно многое осознать, прочувствовать, понять и принять. Ты можешь быть с теми, кто в тебе нуждается, так же как я сейчас с тобой.
- Это так сложно.
-Да, но вскоре ты научишься этому, и сможешь учить других, тех, кто будет готов. Ты готова, поэтому я здесь. А теперь, мне пора. Ты все делаешь правильно.
Хипарь улыбнулся, легко поднялся, подошел к девушке и нежно погладил ее по голове. Нюта не сдержалась, и порывисто обняла друга.
______
Она тихо, глубоко вздохнула, открывая глаза. Волна тепла и света изливалась из солнечного сплетения ускользая по золотым бликам на озерных волнах, обратно в предзакатное оранжевое солнце.
-Господи! Как хорошо! – Нюта какое-то время еще посидела на пляже улыбаясь и радуясь увиденному. После, она спокойно поднялась, и тихо направилась домой, кормить Рекса и готовиться к новым чудесным открытиям.
(Много цветных иллюстраций…)
Продолжение.
Глава 23
Проснувшись довольно рано, Аркадий выбравшись из палатки с удивлением обнаружил, что жизнь на поляне уже вовсю кипит. Митрич колдует у костра, по всей видимости варит кашу, девочки звенят посудой, и щебечут вместе с утренними птахами. Василий, Петруха и Костян шумно возятся в реке, перетаскивая песок из воды на берег и сопровождая свои действия громкими возгласами. Семен неподалеку, пристально наблюдает за происходящим. Валентин и Захар, давно уже поджидая ученого, встретили его радостным пожеланием доброго утра.
- Доброе, доброе! Никак золото ищут?! – удивился Аркадий поглядев в сторону реки.
Ребята смущенно улыбнулись.
-Ну, ну, пусть. А вы чего не помогаете?
-Да ну, не может быть тут золота. -резонно заметил Захар.
-Ну, коллега, тут, я, пожалуй, соглашусь с вами, но почему бы не попытать удачу? А вдруг?
Трое искателей, в этот самый момент, уже стремительно бежали к палаткам, горя желанием что-то срочно показать ученому.
-Нашли чего? – Аркадий в свойственной ему манере машинально продекламировал первое, что пришло в голову:
Камень Иоанна, нежный изумруд,
Драгоценный камень ангелов небесных,
Перед теми двери Рая отомкнут,
Кто тебя полюбит в помыслах чудесных,
Все трое держали в пригоршнях мелкие разноцветные камушки.
-Вот, что нашли! Смотрите!
Аркадий расстелил на траве свою куртку, ребята вывалили на нее сокровища, и ученый, продолжая задумчиво декламировать стих, перебирал речные камушки.
-Цвет расцветшей жизни, светлый изумруд!
Твердая опора запредельных тронов,
Яшма, талисман апостола Петра,
Храм, где все мы можем отдохнуть от стонов
В час, когда приходит трудная пора,
Яшма, украшенье запредельных тронов!
-Да, друзья мои, кстати, вот и яшма. Да, это действительно яшма. – Аркадий положил на ладонь несколько камушков, и показал всем присутствующим. Девочки тоже подошли поглядеть на находку. Отложив яшму в сторонку, он продолжил разбирать найденные сокровища приговаривая стишок:
-Камень огневой неверного Фомы,
Яркий хризолит оттенка золотого,
Ты маяк сознанья над прибоем тьмы,
Чрез тебя мы в Боге убедимся снова,
Хризолит прекрасный мудрого Фомы!
Символы престолов, временно забытых,
Гиацинт, агат, и дымный аметист
После заблуждений, сердцем пережитых,
К небу возвратится тот, кто сердцем чист,
Легкий мрак престолов, временно забытых!
А вот вам и агатик, а вот и еще, и еще! Смотрите-ка! Молодцы!
-Радость высших духов, огненный рубин,
Цвета красной крови, цвета страстной жизни,
Между драгоценных камней властелин,
Ты нам обещаешь жизнь в иной отчизне,
Камень высших духов, огненный рубин
-Ну, рубинов тут, увы, нет, а вот кварц есть! Вот и вот! Хороший утренний улов!
Поздравляю!
Ученый сгреб в кучку выбранные ценные камушки, пересчитал.
-Восемь чудесных камушков! – он оглядел всех присутствующих. Вокруг него стояли восемь юных талантов.
-Вот, каждому и по талисману! Как вы на это смотрите? А?
Три яшмы, три агата и два кварца.
-Ладно. Давайте так. - Насупившись согласился предводитель троицы золотоискателей, Василий.
-Вот и славно! Девочки пусть первые выбирают.
Настя и Вера подумав немного выбрали себе яшму.
-Ну? Кто следующий?
Валентин с Захаром не долго размышляя взяли агаты.
Семен забрал себе оставшуюся яшму. Петруха и Костян схватили по кварцу, а Василию остался один агат.
-Хм… – удивился он. – Его то я себе и хотел. Надо же?! Улыбнулся он.
-Прекрасное начало! – заметил ученый, ну а теперь пора подкрепиться, и в дорогу. Что-то мне подсказывает, что мы на верном пути. А кстати? Где наш чуткий сподвижник и коллега, друг и соратник Вадик?
-Тут я! – раздался из-за деревьев голос Рыжего. - Вот ведь, вы лежебоки! Глядите! Пока вы о злате и драгоценностях печетесь, я о хлебе насущном позаботился. Налетайте!
И он с гордостью поставил перед народом лукошко с отборной крупной черникой.
«И когда только Рыжий успел?! Ночью он куда-то ушел, потом я не слышал, как он вернулся, а утром, я не слышал, как он снова ушел, да еще в такую-то рань. Целое лукошко насобирал. Вот ведь шебутной какой! Чудеса!» - подумал Арчи, но не стал долго задерживаться на этой мысли.
_______
-А река «Малая» не такая уж и маленькая. – заметил Митрич приложив ко лбу руку козырьком. Яркое предвечернее солнце слепило глаза. Они стояли на высоком холме над вьющейся оранжево-синей, широкой водной лентой.
-А, вот, прям за этим лесом, старик, тот самый охотичий домик, где мы обитали! «Я помню озеро лесное, и дом у леса на краю!» - с загадочной улыбкой процитировал Рыжий.
Семен навострил уши.
-Нам лагерь раскидывать пора. – строго заметил Митрич. - Вы нам здесь нужны! Палатки ставить, и вообще. А потом, делайте что хотите.
Рыжий подмигнул взволнованному юноше и тихонько ему шепнул: -Старик дело говорит! Все сделаем, и махнем!
Глаза Семена загорелись от радости.
-Вы чего там шепчетесь? – обернулся Аркадий. – Думаю нужно тут на ночь оставаться. Местечко что надо! Кто «За», прошу поднять руки.
-Старик, все были «За» еще несколько километров назад. Мы устали и жр.. есть хотим. Скидываем рюкзаки! Привал! - скомандовал Митрич.
Ребята в изнеможении плюхнулись на сочную траву.
- Так! Особенно не расслабляемся. Вадим, Семен и святая троица занимаются палатками. Девочки готовят еду, а мы с Захаром и Валентином за водой. Солнце еще высоко, но надо успеть раскинуть лагерь до заката. Вперед!
-А я? – удивился Аркадий.
-Ох, старичок, прости. Забыл я тебе задание дать. Ты ж, у нас мозг нашего предприятия, а потому, сиди и думай над маршрутом. Отдыхай, короче говоря. А хочешь стихи читай.
Арчи только укоризненно головой покачал, уловив иронию в словах товарища, однако непрекословя, покорно уселся под деревцем, достал из рюкзака карту и, уже в который раз, уставился на нее в задумчивости покусывая рыжий ус.
Как только все самое необходимое было сделано, Вадим вопросительно взглянул на Митрича. Тот молча одобрительно кивнул, и тогда только, Рыжий опираясь на полюбившийся ему березовый посох, резво зашагал в сторону леса вниз с холма. Семен, не долго думая, припустил за ним, чуть ли не в припрыжку.
-Куда это они? – удивился Аркадий.
-Дела у них. Пусть… Бог даст к утру вернутся. – тихо пробормотал Митрич, примостившись у соседнего дерева, всем своим видом намекая на то, что намерен хорошенько отдохнуть. Даже гитару он не распаковал, так как сил на музыкальные посиделки у него сегодня уже не было.
-Ах, да! – ученый шлепнул себя по лбу, одновременно прихлопнув комара. - Тут же охотничий домик неподалеку. Сам же маршрут составлял! Что то, старик, голова у меня кругом! Как же я мог забыть?! А, Семена то, он зачем с собой потащил?
-Долгая история. Это юное дарование меня чуть с ума не свело однажды.
-Каким образом?
-Стихи читал, вроде тебя. – усмехнулся Митрич, покосившись на друга. – только ты вслух читаешь, а этот, как телепат. Молча.
-Не понял?
- Сразу, в мою светлую голову. То есть мало мне, видимо, чудес всяческих, было. Еще и этот туда же. И стих у него оказался не просто стих, а про этот самый домик в лесу, на краю озера. Что-то там еще про миссию у него было. В общем, удивил, так удивил. Ну и еще, про белого деда разговор состоялся, с которым Рыжий дружбу водит. Вроде как во сне Семен его увидел. Короче говоря, Вадик обещал его сводить туда. Таким вот образом.
-Да. Дела! А, знаешь ли, я уже даже не удивлен. – он немного помолчал, поглядев на извивающуюся, убегающую вдаль реку.
-А скажи-ка мне, по секрету, разумеется, у кого нынче Анюткин амулет?
-Ну, у меня! А, что?
-И, как?
-Что, как?
-Я про ощущения! Ты как-то удивительно спокоен, что ли, более чем обычно.
- Лучше, чтобы я психовал, что ли?
-Старик! А можно мне?! Амулет поносить….
-Вот уж, не зна-а-аю! Ты нервный стал, это я, кстати, заметил. Чего переживать то? Все идет как идет. И мы идем, как и планировали. Как будет, так и будет. Ты безпокоешься о том, найдем ли мы то, что профессор Петрович надеялся найти? Не найдем, и ладно. Просто хорошо попутешествуем! И подросткам, и нам польза.
-И то, верно. Да меня даже не это заботит, найдем, или не найдем. То есть, для меня это, разумеется, архи важно! Но! Вот уже несколько часов как я непрестанно думаю об этой шаровой молнии, которую видел вчера.
-Понимаю, старик. Просто смирись. Да, ты ученый, тебе сложно, вот так вот взять и поверить в сверхъестественное, не подтвержденное, бездоказательное.
-Как ты думаешь, а Анюта не будет против, если я какое-то время подержу амулет у себя?
-Так спроси у нее сам!
-Как? Тут связи нет. – он достал из кармана свой совершенно безполезный телефон, и показал Митричу.
-Чудак человек. Я вот лично помню, что ты мне вчера на ночь болтал, про Нюткин голос и все такое. Ну, и при чем тут телефон? Думаю, что и впрямь, амулет тебе пора передать, что б прояснить, что да как. Да, не смотри ты на меня так! Забирай!
Митрич снял через голову тесемочку, на которой болтался мешочек с драгоценным камнем, и торжественно надел его Аркадию на шею.
-Посвящаю тебя, друже, в «уникумы», Фома ты не верующий. Хотя, ты ведь и так уникум. Ладно. Носи на здоровье, и береги себя!
Арчи потрогал камень, - Знаешь, старик, глупо, конечно, но я подсознательно то понимаю, что, этот шар, который я видел вчера ночью, на молнию шаровоую не очень-то и похож. Понимаю! Но в голове не укладывается. И, ведь, читали же мы про это явление, и Анюта, и Рыжий, говорили. А я все думаю, «Но, ведь, я, то тут ни при чем. Со мной этого быть никак не может!» Понимаешь?
-О! Уже работает! – рассмеялся гитарист. Покряхтев, оперся на Аркашино плечо поднялся с земли. -Идем брат, ужинать и спать. Завтра ответственный день. Сказку на ночь деткам и спать.
-Какую сказку?
-Ну, это тебе лучше знать. Ты рассказывать будешь!
И старые товарищи направились к костру, у которого суетились подростки. Аромат травяного чая и гречневой каши, сваренной в чугунке на живом огне, возвращал от всех переживаний и философии к простым человеческим радостям.
-Сказку хотите, дети?
-Хотииим! – пискнули девочки.
-Сказку? – по обыкновению насупившись переспросил Василий? – ладно, сказку, так сказку. Давайте!
Валентин и Захар с интересом подсели поближе.
-А где Сеня и дядя Вадик? -спросила Вера, хрупкая девочка, с большими ясными голубыми глазами и веснушчатым курносым носиком.
-Они по грибы ушли. Будут попозже. Итак! Сказка!
«Дети играли на берегу. Мальчик Бейс и девочка Пейри. Их учитель, старый седой ученый дедушка Карел был очень мудр и строг. Его длинная белая борода, заплетенная в косы, позвякивала на ветру крохотными бубенцами, отчего пространство наполнялось нежной музыкой, исполненной гармонии плеска морских волн и пения птиц.
А теперь, дети, нарисуйте солнце! – сказал старый учитель Карел.
-Ты Пейри, нарисуй то, о чем мы говорили вчера. Но помни, что все что ты создаешь, рисуешь или пишешь, останется в этом мире навсегда. Поэтому, старайся сделать красиво и правильно.
А ты Бейс, нарисуй то, что ты запомнил лучше всего! Ты все больше балуешься, чем учишься. Обрати внимание на свою сестру. Она старательна. Старайся же и ты. Я повторю, то что я сказал сейчас, обращаясь к Пейри! Все что ты нарисуешь, Бейс, мой мальчик, или напишешь, останется в этом мире навсегда! Помни об этом и будь внимателен!
Дети взяли наскальные карандаши, и принялись старательно вырезать в камне те символы, которые успели выучить. Старый учитель Карел, был строг, но добр. Он повернулся к закатному солнцу, воздел к небу руки и пропел обережную песнь. В песне пелось о благодарении солнцу за этот добрый день, о даровании детям мудрости, о благодатном переходе к следующему дню. Поклонившись на закат, старый учитель Карел, опершись на высокий резной посох оглянулся на своих учеников.
-Бейс! Мальчик мой! Я просил Вас нарисовать солнце! Те символы, которые ты запомнил! А, что сделал ты? Что скажут твои потомки, когда увидят эти рисунки?
- Я нарисовал сестру! Это Пейри! – и мальчик покатился со смеху.
Девочка посмотрела на рисунок, и тоже улыбнулась. Она очень любила своего младшего брата Бейса, и никогда не обижалась на него за его шалости.
-Ну, спасибо, тебе братец. Теперь мой портрет останется здесь навсегда. Конечно, получилось не очень похоже, но я вижу, что ты старался.
Она подошла к брату, поцеловала и обняла его.
-Учитель! – она посмотрела просительно на старого дедушку Карела.
-Не ругайте моего брата! Он сделал это потому, что любит меня. Если позволите, я тоже нарисую его портрет. Я хочу, чтобы Бейс вырос отважным и сильным, поэтому я нарисую его таким.
Старый учитель Карел улыбнулся и позволил девочке нарисовать своего брата таким, каким она его видела в будущем.
Пока Пейри старалась изобразить брата, мальчик успел нарисовать и солнце, и луну, и маленького оленя, и даже своего ручного дракона.
-Хорошо! Но, послушайте, дети! Ваша задача научиться создавать наследие! Что бы наши потомки, которые будет жить после нас, вспомнили бы о нас, и получили те знания, которые мы оставляем для них. Это очень и очень важно! Возможно, спустя тысячи лет, мы и сами вновь окажемся здесь, и нам придется читать эти послания, оставленные нами сейчас! Сможем ли мы распознать то, что написали? Сможем ли вспомнить наше учение?
-Я то, уж точно узнаю в своем рисунке свою сестру! – и Бейс снова звонко рассмеялся.
Старый мудрый учитель лишь покачал головой.
-Ох, дети, дети! Да будете вы благословенны Солнцем и всеми Богами! Пусть все что вы делаете ради Любви и Радости, несет миру любовь и радость во веки веков!
Глава 24
Чеширский медленно сполз по стене на пол. Его улыбка из прежней натянутой, хитрой и неискренней, превратилась в натуральную улыбку идиота. Он лишь покосился на вошедшее начальство, вяло попытался поднять руку, и потыкал дрожащим пальцем в окно. Сказать он так ничего и не смог.
Вслед за Игорем Леонидовичем и Элнуром в комнату ворвались вооруженные люди в черном обмундировании, и черных же закрытых шлемах, которые мгновенно рассредоточились по периметру.
-Ну, что ж Василиса Андреевна. Зря ты это затеяла. Но, все равно, молодец! Теперь многое проясняется. Но, уж извини, теперь придется вот так. Мы обязаны принять меры.
-Что ты сделала с моими людьми? В прежние времена ты бы не чудотворицей прослыла, а злой ведьмой, надо полагать. – директор центра криво усмехнулся.
- Теперь, Элнур Борисович, передаю в ваши надежные руки заботу о докторе Василисе, и ее подопечных. Хотя…. Погодите-ка… Давайте так! Василиса Андреевна! Я, все-таки даю тебе, ради нашей дружбы, коллега, - он поглядел на свои часы, - время до 12 часов дня, что бы ты приняла верное решение. Или я буду вынужден передать тебя и твоих – он задумался, подбирая подходящее слово, - «новых коллег» в иное ведомство. И я в последний раз предупреждаю тебя.
Между тем он мотнул головой в сторону сидящего кулем на полу чеширского, и двое бойцов, резво подхватив расслабленного под руки, выволокли его из помещения.
-Элнур Борисович, - вы пока что пообследуйте нашего испытуемого, собственно, как и планировалось. Это конечно займет какое-то время. Так что… Вас проводят в экспериментальный блок.
Вооруженные люди подскочили каталке, на которой до сих пор так и лежал очнувшися, но ничего не понимающий Вячеслав. На лице его выступил румянец, и он проявлял слабые попытки подняться, однако каждое его движение пресеклась бойцом в шлеме.
Люди в черном решительно выволокли каталку с испытуемым из помещения и, громыхая, повезли по коридору. Элнур, словно сутулое приведение нырнул за ними.
Трое оставшихся бойцов молча обступили Василису и Арнольда.
-Арни! Мальчик мой! Ты что-то плохо выглядишь! Не пора ли тебе подкрепиться? Ну, я думаю, у Василисы Андревны найдутся для тебя правильные витамины на ужин. Будь джентльменом, как ты умеешь, дорогой, и тогда, может быть твои полномочия расширятся, тем более, что одно теплое место по видимому освободилось. – он покосился в тот самый угол, откуда только что вынесли чеширского, - Будь умницей, Арни. -директор центра брезгливо поморщился, потер виски, будто бы от резкой головной боли.
– Проводите даму, и ее кавалера. И обеспечьте надежную охрану. – бросил он бойцам, и добавил уже вяло, исподлобья
-До встречи, коллега!
______
Арнольд развалился на диване, Василиса стояла у окна своего временно предоставленного центром жилища, глядя на нарождающийся месяц.
-Удивительно, что нас не оставили в экспериментальном блоке! Я был уверен, что нас расселят по одиночкам и вколют какую ни будь дрянь.
Василиса молчала.
-Док! Вы удивительная женщина! Вы реально спасли этого пациента! Я видел своими глазами. Он уже умер, и вы воскресили его! Но то, что произошло раньше, я никак не могу понять! Как нам удалось выключить свет? Я понимаю, вы хотели хоть как-то повлиять на ситуацию, что бы они не успели ничего ввести пациенту, чтобы задержать их. Ну, не успели. Жаль. Но, как! Как все-таки, мы это сделали? Силой мысли? Вы же просто держали мою руку, указывая мне, про что я должен думать! И бац! Свет погас. Невероятно!
Арнольд болтал без удержу.
Вообще то док, вы меня почти разгадали! Начальство до сих пор думает, что я соблазню вас, и уговорю работать на нас, эээ… на них. Да, плевать я теперь хотел на прослушку и камеры. – он махнул подбородком в сторону, где, по его мнению, должны были находиться камеры видеонаблюдения. - Но, что вы сделали с моим напарником? Что это с ним приключилось, что он сел на пол и превратился в дурака? И чего он там увидел за окном, на что он тыкал пальцем?!
Я не знаю, что вы с ним сделали, но я почему-то уверен, что мы отсюда выберемся. Сейчас я сварю кофе, и мы подумаем вместе, да док? Василиса Андреевна! Только не надо грустить! Все будет хорошо! - он бодро вскочил с дивана и скрылся на кухне, насвистывая что-то веселенькое.
Однако, женщина у окна, хоть и выглядела спокойной, погруженной в себя, на самом деле готова была разрыдаться. Ох, как бы ей хотелось сейчас уткнуться в сильное плечо, и расплакаться. Она чувствовала себя покинутой, одинокой, слабой и беззащитной.
Вся ее внутренняя сила, на которую она, по глупости, понадеялась, подвела ее. Этот фокус с отключением электричества, конечно же выглядел эффектно, но оказался совершенно безполезен. Она надеялась выиграть время, но может быть, напротив, только усугубила ситуацию, вызвав подозрения и создав еще больше шума. Она сильно переоценила свои возможности. Все не так! Все не то!
Как теперь выпутываться из всего этого она просто не представляла. Где-то вдалеке, все еще маячил огонек надежды, что ей помогут, но мрачные мысли нахлынули, вместе с темными облаками, скрывшими в ночном небе нарождающийся месяц. Ей стало казаться, что она лично создала угрозу своим близким. Игорь Леонидович предупреждал ее, а ей не хватило мудрости и дипломатии, чтобы снивелировать ситуацию, и как-то оградить и себя и Нютку, и вообще всех.
«Господи! Как же я запуталась! Неужели то самое прошлое, наше прошлое, в котором мы вынуждены были скрываться с Гришей и Анечкой, в глухом лесу, в охотничьем домике, от грубой, жестокой действительности, снова вернулось? В новых красках! Будто бы все то, о чем говорил Гриша произошло теперь?! Все то, о чем он предупреждал, чего опасался. Да, его открытие на тот момент казалось невероятным, безумным. Однако, научное сообщество предав его работу и его самого анафеме, не погнушалось, исподтишка, интересоваться его разработками. Да, в наш дом приходили его мнимые бывшие друзья, под видом сочувствия и сопереживания мне, женщине, оставшейся в одиночестве, с ребенком на руках, они вынюхивали, все что только могли. Гриша по наивности сам представил им свою диссертацию. Сам, своими же руками! Но, мы были молоды, счастливы, и глупы. А он хотел как лучше для мира, для всех нас. Боже! Он понял, что значит его работа. Он осознал масштаб! Но, было уже поздно! И тогда ему пришлось исчезнуть. Пропасть без вести. Я даже не помню, сколько дней мы прождали его с Анютой в этом лесном домике. Тогда казалось, что целую вечность! А он так и не появился. Больше, никогда. Просто исчез!
Неужели, все это тянется до сих пор? И я здесь, скорее всего по этой самой причине. И все это мое «чудотворство», лишь только повод, предлог. Да, скорее всего так и есть! Боже! Гриша! Где же ты? Помоги мне!
_____
Когда Арнольд вошел в комнату с горячим кофейников и двумя чашками на подносе, Василиса Андреевна уже дремала на диване, свернувшись калачиком. Тогда он поставив поднос на стол, вынул из шкафа плед и заботливо укрыв спящую женщину, тихо вышел из комнаты притворив за собой дверь.
Глава 25
Утро выдалось пасмурным. Мелкий дождичек давно затушил угли кострища. Лагерь был практически собран.
-А как же мы пойдем, ведь дядя Вадим и Семен еще не вернулись. – аккуратно спросила девочка Настя, вплетая в свою рыжую косичку голубую ленточку.
Ее подружка Вера тоже вопросительно посмотрела на Митрича и на Аркадия.
Немой вопрос застыл и в глазах остальных ребят.
-А вдруг, с ними что-то случилось? Все-таки они с вечера еще ушли. – недовольно морщась пробурчал Захар. – Только неприятностей нам не хватало. – весьма противно, и очень по-взрослому добавил он.
Валентин с удивлением поглядел на своего товарища.
-Неприятностей? – тихо переспросил Митрич. Арчи заметив в его интонации надвигающуюся эмоциональную бурю, поспешил исправить ситуацию:
-Захар! Все с ними в порядке. Ты напрасно делаешь выводы, наперед думая о плохом. Почему бы не предположить, что они нашли по пути что-то очень интересное, и вскоре обрадуют нас? Тем более, что дядя Вадим в лесу практически как рыба в воде. – сказал Аркадий, и тут же процитировал:
Люблю дорожкою лесною,
Не зная сам куда, брести;
Двойной глубокой колеею
Идешь - и нет конца пути...
-Значит так! Это наш третий день пути. Если кто устал, придется потерпеть и, в любом случае дойти со всеми до конца маршрута. Ваши переживания вполне понятны. Как только появится связь, - Митрич поднял свой бесполезный телефончик кверху, прищурился, и удостоверившись, что антенна не ловит сигнал, продолжил, - да, как только появится, мы непременно постараемся с ними связаться. Однако, Вадим опытный проводник, места эти ему знакомы хорошо, поэтому я лично спокоен за наших товарищей. А, посему, мы выдвигаемся.
Наверное, они поджидают нас где-то на пути, просто что б лишнюю дорогу не делать. Они в ту же самую сторону ушли, куда мы сейчас и направляемся. Вот, и поджидают нас там. - резонно заметил Василий.
-Верно подмечено! – с облегчением сказал Аркадий. Скорее всего так и есть! Тем более, что маршрут Вадиму хорошо известен. -такое объяснение всех успокоило, и группа снялась с места.
Как только они спустились с холма, и направились вверх по течению реки Малая, навстречу им из березовой рощицы, внезапно вышел человек, опирающийся на длинную палку, в высоких болотных сапогах, в просторной куртке с длинным рукавом, и глубоко надвинутым на глаза капюшоном. В руках он держал корзину, доверху наполненную грибами. Человек скинул капюшон, и все с облегчением выдохнули.
- Семен! Ну, слава Богу! – воскликнул Аркадий. – А мы так и подумали, что вы нас где-то на пути будете встречать. А где же наш доблестный Вадим?
- Он нас попозже нагонит.
-В смысле?!
-Дело у него срочное. А я вот, грибов принес. Вроде бы хорошие. Смотрите.
-Дело у него? Срочное?! Ну – ну! - саркастически хмыкнул Митрич.
Аркадий внимательно осмотрел грибы.
-Грибы все как на подбор! Сплошь белые! Вот так улов! Молодец. Ну, что ж. Нагонит, так нагонит. Главное, что ты с нами. Идемте. А пока по дороге, расскажи-ка нам братец, где были, да что видели.
И, Семен, как смог, вкратце, поведал об их с Вадимом походе к охотничьему домику. Ребята шли гурьбой, обступив Семена старались не пропустить ни слова.
- Я как-то сон видел, про домик на берегу озера, и старик там был еще, такой, весь белый. А, оказалось, что дядя Вадик такой домик тоже видел, ну, то есть даже бывал там. И он решил мне показать, тем более что это тут рядом. Вдруг это тот же самый домик, который я во сне видел. Интересно же!
-Ага, рядом. – ехидничал гитарист. -Километров десять пешком, если по прямой.
-Я не знаю, может и десять. Но мне показалось, что мы прям быстро дошли. Максимум, за час, может быть.
-Бегом что ль бежали?
Семен поглядел на учителя то ли с укором, то ли вопросительно, и Митрич заметил, в этом взоре подростка нечто новое, непривычное, словно бы заглянул он в глаза не скромному юноше, но умной строгой собаке, или волчонку.
-Ладно, ладно, давай дальше.
-Когда мы подошли к дому, я сразу же узнал это место. Это действительно, тот самый домик, который, ну… во сне я видел. Дядя Вадик растопил печку. Мы даже кашу сварили, поужинали. Там еще много припасов в погребе, рыба вяленая, кстати, в корзине под грибами лежат три штуки. Всем хватит. В общем, решили мы там и заночевать.
-А то, что мы волноваться станем, вы, конечно же, не подумали. - буркнул Захар.
Семен, не обратив внимания на укоры Захара, продолжил.
Мы подумали, что так будет вернее, утром выдвинуться и вернуться на наш маршрут. И отдохнем, и спешить не будем.
-Верно. И чего мы сразу об этом не подумали? Это же логично. – вставил ученый.
-И, что?- нетерпеливо спросила Вера.
-Что? – улыбнулся Сеня, покосившись на симпатичную девочку.
-Как что? Старик то там был? Белый старик, которого ты во сне видел в этом доме. И одежда эта откуда? Ты вообще, какой-то теперь другой!
-Ничего я не другой. Такой же я. Одежду мне дядя Вадик дал, что бы я спокойно мог грибы собирать. Там в доме полно всякой одежды, снасти рыболовные, и вообще.
-А, старик? – теребила его любопытная девочка.
-Нет, старика не было. – улыбнулся мальчик. -Но, собака его была.
-То есть как это? А у тебя во сне тоже собака была?
-Нет. Но это его собака. Точно. Ее Чанга зовут. Дядя Вадик ее узнал. Она меня даже провожала сюда, чтобы я не заблудился. А потом убежала. Так что я не один шел, а с Чангой.
-Чудеса, да и только. – всплеснул руками Аркадий.
-Да, уж! – мечтательно добавила Вера.- Хотела бы я увидеть эту собаку. Я люблю собак. Особенно больших и лохматых. Она же большая? Да?
-Да!
-А она какая? Ой! Подожди! Не говори, я попробую сама угадать. Она белая?
-Да!
Девочки рассмеялись.
-Сеня! Ну и выдумщик же ты! Ты вот сейчас только придумал эту собаку! - сказала Настя.
-Не, про собаку я подтверждаю! Была собака! - сказал гитарист, не поворачивая головы. Он шел первым, но хорошо слышал разговор. – Мне ваш дядя Вадик лично про эту белую собаку рассказывал. Так что, это все чистая правда. Не дрейфь, Семен! А теперь, разговорчики в строю! Бережем дыхание! Идем ровно. Часа через три будем на красной точке маршрута.
И, группа, выстроившись цепочкой, быстрым шагом, двинулась вдоль реки навстречу неизведанному.
Глава 26
-Володя! Я чекам тебе со Василисой овде! Здесь жду! Ты имашь доста времена! Не жури! Не спеши!
-А как же ты? Что ты будешь делать, пока я буду там?
- I;i ;u u kupovinu, kupiti sebi cipele i kona;no srediti nokte.
(Пройдусь по магазинам, куплю себе туфли и наконец-то сделаю маникюр!) - рассмеялась Бояна.
Она припарковала свой мотоцикл с коляской в тенистом малозаметном дворике, неподалеку от того самого научного центра, из которого Владимиру Яковлевичу предстояло вызволить Василису.
Вообще-то, он был против того, чтобы Бояна ехала вместе с ним, но ту совершенно невозможно было переубедить. И вот, они здесь вместе.
-Айде! Иди! Не брини! Ничего не бойся! Делай всьо так како сказал тебе отац Джорджи!
-Ну, хорошо. Я пошел. Только пожалуйста будь здесь, никуда не исчезай! – Владимир Яковлевич неловко обнял свою женщину, словно прощался с нею навсегда, и перемявшись с ноги на ногу, огладив свои растрепавшиеся на ветру соломенные волосы, повернулся, и побрел исполнять волю пустынника. Роль спасителя психолога не пугала, нет. Скорее удивляла. Да кто он такой, что бы?... Он старался найти логику, проанализировать всю эту ситуацию, но видел, увы, лишь одно: его больше отсюда не выпустят, или же, принудят исполнять то, чего он исполнить не сможет. Далее мысль его терялась. Как он поведет себя в подобной ситуации, не представлял вовсе. В глубине души он понимал, что слаб. Когда-то, он уже предал свою сестру. А вдруг он сможет предать и подругу юности? Ту, в которую был так влюблен! Сама эта мысль, уже была отвратительна! А если станут угрожать, ему и Бояне! Сейчас, когда он вот только что, так робко начал осознавать, что наконец то обрел свое хрупкое счастье!
Серый густой ужас упрямо шел где-то рядом с Владимиром Яковлевичем, ступая нога в ногу, но пока что не мог овладеть полностью сознанием психолога. Он лишь монотонно нашептывал ему в ухо, рисовал мрачные картины в горячем воображении. Вот уже и массивные стеклянные двери центра. За ними, несомненно, строгая охрана. Ни единой мысли, что сказать на входе, как представиться.
В нерешительности остановился перед входом, выглядывая, какую кнопку следует нажать. Внезапно двери разъехались сами собой, приглашая его войти в огромное гулкое стеклянное помещение.
Охрана встретила его вполне доброжелательно.
-Здравствуйте! – промямлил Владимир Яковлевич.- Э-э-э… Я, собственно, по вопросу важному. У меня есть кое какая информация касающаяся…э-э-э…
Охранник приветливо улыбнулся. В его наушнике что-то булькнуло, и вероятно повинуясь приказу, он впустил психолога, услужливо проводив до самого лифта:
-Пройдите.
Далее, уже другой человек в темной форме перехватил инициативу, и сопроводил психолога до нужного этажа, и до нужного кабинета. Усадив его в приемной, оставил в одиночестве.
-Ожидайте. Вас пригласят. – и удалился.
Владимир Яковлевич, уставившись на свои руки, сидел на краешке мягкого дивана, сосредоточенно разминая пальцы, словно бы в пальцах его скрывалась невидимая подсказка того, что ему следует делать дальше. Он так глубоко погрузился в свои думы, что не заметил, как на его плечо мягко легла чья-то рука. Он медленно повернул голову, увидел грязные ногти, словно бы рука эта только что собирала чернику. Выше – рукав куртки цвета хаки, распахнутый ворот, белая, давно требующая стирки футболка, легкая рыжая небритость на широкой скуле, светлая улыбка, синие глаза и залихватская кепка козырьком назад.
-Вадим?! Как вы здесь? Что вы тут делаете?
Рыжий приложил палец к губам.
И тут психолог сам себе не поверив, услышал голос Вадима внутри себя, в то время, когда тот просто улыбался, глядя ему в глаза:
«Володя! Ты главное будь спокоен. Все будет хорошо. Я рядом. Помогу. Не обращай на меня внимания, и виду не показывай, что я здесь. Никто не знает, что я здесь. Понимаешь?
Только ты! В какой-то момент, просто делай что я буду говорить, и у нас все с тобой получится. Кивни, если понял. Молча.
И Владимир Яковлевич слегка кивнул. Про себя он, конечно, подумал, что сходит с ума. Но и облегчение он почувствовал тоже. Тут вспомнилось ему, как говорил он пустыннику о том, что было бы хорошо, если бы Вадик поехал с ним сюда. А пустынник, тогда сказал, что поехать он должен будет сам, но, что Вадик поможет. Как?! Кто его такого сюда впустил? Как может он тут находиться инкогнито?! Столько охраны! Видео камеры!
«Или же, если Вадима вижу и слышу только я, а другие не видят, и не слышат, то…» Диагноз поставить самому себе не так-то просто. Мысль о диагнозе, психологу пришлось отодвинул на потом, так как в распахнувшуюся тяжелую дверь, зашел мужчина в темном костюме, и пригласил Владимира Яковлевича пройти внутрь кабинета.
Там, за широким дубовым столом восседал Игорь Леонидович.
-Володя! Дорогой! Как я рад! Проходи! Нет, я правда, очень рад тебя видеть!
Директор центра вскочил из-за стола, и лично предложил стул психологу.
-Садись! Чай? Кофе?
- Спасибо. – психолог облизнул пересохшие губы. - Воды обычной, можно?
-Конечно можно! Ты какими судьбами? Какой же ты молодец, все-таки, что приехал! Ну! Рассказывай! Что стряслось? Я всегда помогу! Ты же знаешь!
-Ээээ…. Да, я даже и не знаю, как начать.
В этот момент секретарь принес стакан воды.
-А просто! Мы же сто лет с тобой знаем друг друга! Коллеги! По-простому все! Не стесняйся.
Психолог долго, маленькими глоточками пил воду. Осушив стакан, он продолжил.
-Вобщем…. Я Василису Андреевну уважаю очень. Мы с ней друзья. Вам это известно. Мы столько лет работали вместе. Теперь вот, не работаем. – он задумался. У него вдруг предательски заслезились глаза.
-Ну, ну… мы все не молодеем, коллега. Теряем сноровку. Молодым талантливым людям пора уступить дорогу. Это правда! Что уж тут переживать.
-Нет, я не про то. Василиса Андреевна к вам же уехала? Вы ее пригласили?
-Ааа! Кажется, я начинаю понимать. Да! Она специалист высшего класса! Тебе это известно. Мы действительно пригласили ее с нами посотрудничать! И она, к нашей великой радости, согласилась! Знаешь? Владимир Яковлевич! Это так хорошо, что ты напомнил о себе! Мне и раньше надо было бы сообразить, что вас разлучать нельзя! Вы ж команда! Всю жизнь бок о бок трудитесь! Ну, теперь то конечно! Есть у меня для тебя предложение! Заманчивое! – и директор панибратски, двумя руками, похлопал психолога по плечам.
Думаю, тебе понравится мое предложение! Уверен! А, ну-ка! Похвастаюсь тебе! Смотри-ка сюда! Новая наша разработка!
Обнажив запястье, он нажал кнопочку на своем экстроцифовиброметре. Пока психолог близоруко щурился, мимика на лице директора успела измениться, от высокомерной, самоуверенной, до удивленной, и даже разочарованной. Приборчик вовсе никак не отреагировал на энерговибрационный уровень Владимира Яковлевича. Красный индикатор был недвижим.
- А, что это? – спросил психолог.
-О! Эта разработка уникальна! Позже тебе все-все расскажут и покажут! И, нашу уникальную лабораторию! Обязательно! Но, ты что-то хотел же рассказать? А я тебя перебил! Или?
- Повидаться с Василисой Андреевной, можно ли?
-Непременно! С чудотворицей нашей! Ох, что бы мы без нее делали? Скольким людям она уже помогла! Буквально же с того света вытаскивает, наложением рук! Да вот, хотя бы вчера!
- То есть как?!
-А, вот так! Недаром же люди говорили! Все, так и есть! Чудеса вытворяет Василиса наша! Как того мальчика Ваню она спасла, так и теперь! – сменил тактику директор центра.
- Но это же противоречит науке, Игорь Леонидович! Ну, какое наложение рук! Вы же, все-таки, ученый… Вы сами понимаете, что это невозможно. А-а-а! Вы шутите! Понимаю!
-Да уж какие тут шутки! Я лично видел! Так что… дорогой мой Володя, тебе есть чем тут заняться! Это мне теперь очевидно! Кстати, как Ванечка то наш поживает? Времени вон сколько прошло. Как дела у него?
-Хорошо! – сказал Владимир Яковлевич, и покраснел.
-Хотел я помочь ему с поступлением. Помнится он в медицинский собирался. Еще, когда телевизионщики интервью у него брали, он обмолвился. Да, вот хотел у вас спросить, поступил ли он? Если нет, то как найти его, чтобы посодействовать, разумеется, по старой дружбе. – директор центра медленно шагал из угла в угол кабинета, поглядывая боковым зрением на своего гостя. А сейчас он остановился и посмотрел прямо на психолога.
- Я, в общем-то, не уверен, но вроде бы его нет в городе. Слышал, что уехал Ваня куда-то далеко.
-Жаль, очень жаль. Сам уехал? Один? - продолжил шагать туда-сюда директор.
Владимир Яковлевич нервничал. Не умел он врать совершенно. Распознавать ложь, хорошо умел, благо много лет психологической практики, а вот сам врать, так и не научился.
-Игорь Леонидович! Ваня в компании друзей. Он натерпелся много, мальчик. Он же нам с Василисой свою историю рассказал, детство детдомовское. Переживания свои. Ему бы, прежде чем поступать, нужно в этом мире нашем как-то освоиться, с хорошими людьми побыть, себя получше узнать. Поверить в силы свои. Наверное, так?
-Наверное. Наверное. С друзьями значит уехал? Так не было у него друзей, вроде бы? Я когда интересовался, справки навел. Откуда ж друзья?
Владимир Яковлевич опять в замешательстве поглядел на свои руки, сложил пальцы в замок и почувствовал тепло, исходящее от ладоней. Это самое тепло почему-то дало ему уверенность в том, что он теперь может совершенно легко говорить правду, и что скрывать ему более нечего.
- Это ребята из нашего города. Вообще, знаете ли, у нас там очень хорошие люди, Игорь Леонидович. Честные, добрые, талантливые. Ваня теперь в безопасности, это я точно знаю.
Ну, а связь то с ним, с ними, вы поддерживаете?
-Нет, у меня связи с ними нет. Увы.
- А у кого есть?
-Затрудняюсь сказать. Может быть кстати Василиса Андреевна знает? Вы у нее спрашивали?
-Не до того нам было с Василисой. Много работы. А знаешь что? Мы с ней как раз в полдень сегодня встречу назначили. Так что, ты пока что перекусишь, отдохнешь с дороги, и потом мы и поговорим, уже все вместе! Уверен, наша чудотворица будет рада тебя увидеть. Вот, тогда-то все и обсудим! Договорились?
-Хорошо. Спасибо.
-Тебя сейчас проводят, накормят, и немного познакомят с нашим исследовательским центром.
___
Когда человек в темном костюме водил психолога по коридорам, сухо докладывая о том, где что находится, Владимир Яковлевич сделал вывод что каждое передвижение их фиксируется, что видео камеры натыканы всюду, и скрыться от них нет никакой возможности. Его посетила шальная мысль о внезапном отключении электричества, но он тут же ее отринул, как пустую и никчемную. С чего бы вдруг произошло отключение? Не силой же мысли, в самом деле. Ох, и о чем же он только думает? Но, вот, каким все-таки образом, они с Василисой смогут безпрепятственно отсюда выйти, представить он никак не мог.
-Расслабься, Володя! Сейчас как раз изучим, где что расположено, мне ж тоже понимать нужно. – хмыкнул Вадик, где-то за его спиной. Психолог невольно обернулся. Рыжий оказывается тихонечко шел за ними по пятам. Человек в темном костюме этого не видел, не чувствовал, не замечал.
-Ты главное молчи. Я тебя и так слышу. Понял? Не кивай, вижу, что понял. Кстати, вырубить свет в здании, мысль неплохая, но повторяться мы не будем. Василиса Андреевна уже попробовала, самостоятельно. -еще раз хмыкнул Рыжий.
Человек проводил Владимира Яковлевича в пустую столовую, где было накрыто к обеду на одну персону, Еда выглядела аппетитно. Есть и вправду уже хотелось, так как выехали они с Бояной из деревни ни свет ни заря, еще глубоко за темно, и шпарили всю дорогу без остановок на перекус.
Ароматный куриный суп, душистая запеканка, два вида салата, мясное ассорти, и графинчик с красным вином. Владимир Яковлевич сглотнул. Ну, лучше вина чем у Бояны быть нигде не может. Так что, вином его не прельстить, да и разносолами этими тоже. А вдруг, в еду подмешали что-то, чтобы он сговорчивее стал? Может такое быть? «Ох, каким же подозрительным я стал! Разве еще год назад мог бы я такое себе представить?» - подумал он и усевшись за стол начал аккуратно прихлебывать горячий суп.
Человек в костюме тихо вышел из столовой прикрыв за собой дверь.
-Приятного аппетита, Володя! Все правильно. Перед обратной дорогой надо бы подкрепиться.
Психолог поперхнулся. Рыжий похлопал его по спине и все прошло. Потом Вадик присел напротив и продолжил болтовню.
-Аккуратнее Володя. Вина попей. Можно. Чистая еда, не переживай.
Владимир Яковлевич, стараясь не подавать виду, что перед ним кто то есть, дабы видео камеры ничего не заподозрили, робко налил себе бокал вина, пригубил. «Хорошее вино, дорогое, наверное. Но у Бояны все равно лучше». – подумал он, стараясь не смотреть на Вадима, и вообще не думать о нем.
-Да, уж. И я бы подкрепился. Но, не сейчас. – Рыжий сидел напротив довольный, и такой уже родной что ли, что психологу несмотря на всю это невероятную странность, и подозрения на шаткость собственного разума, стало намного спокойнее. Он вдруг почувствовал уверенность в том, что все будет хорошо.
-И с диагнозом ты погоди. Знаешь, Володя, я вот тоже думал, что со мной что-то не так. То, бабку свою видел, и даже слышал, а она померла, когда я малой еще был. То, отец мой со мной говорил, как живой. Ну, а уж про шар светящийся, так это вообще, отдельная история. Способности у нас проявились. Понимаешь? Но, это Анюта тебе лучше объяснит. Она про это больше всех нас знает. Так что, думаю ты и сам догадывался, просто согласиться никак не хочешь. Образование не позволяет. Миха ж был у тебя, и ты тогда еще все понял, просто не поверил. Володя! Прости, я фамильярничаю, может быть, на «ты» вот перешел. Но мне так проще сейчас. Главное послушай меня внимательно
Тут, Володя, в этом самом центре, они, ну, Игорь Леонидович этот ваш, и вся эта гнилая компания, собрали таких как мы, и хотят нас изучить, чтобы…остановить, значит. Они видят в нас опасность, мешаем мы им сильно. А, большинство тех, в ком способности проявились, еще не понимают, не осознают своих возможностей! Вот как мы раньше, жили и не знали. Может догадывались о чем-то таком, но гнали эти мыслишечки от себя! Страшно же! С такими способностями нужно научиться жить и правильно обращаться! Ответственность большая! И, кстати! Таким как мы вообще навредить никак нельзя! Я это не для красного словца говорю, а это так и есть! Мы, вот, как с Мишей встретились, как только он объявился у нас, так все это, в нас и начало проявляться. И там, в охотничьем домике еще, Миха нам задание дал! Не поверишь опять?! – Рыжий расхохотался. – Пора, Володя! Самое время пора поверить. А задание такое: помочь людям вспомнить себя, и научить их принять себя и свои способности с благодарностью!
- он многозначительно посмотрел на психолога.
-Так что, все те, кто находится здесь ради эксперимента, обладают огромной силой! Нам выйти отсюда вообще не вопрос! Понимаешь?! Просто всем нам нужно поверить в себя! В свои возможности! Вот я здесь для того сейчас и нахожусь, чтобы и тебе помочь, и через тебя помочь всем остальным! Так что, просто, когда я дам знак, делай что должно, и ничего не бойся!
Владимир Яковлевич, забыв про осторожность, хотел было возразить вслух, о том, что лично он вовсе не обладает никакими такими способностями, но теперь несмотря на все свои предыдущие сомнения, искренне верит, почти во все вышесказанное, как вдруг вошел человек в темном костюме.
-Вас ожидают!
Глава 27
-Может быть мы заблудились? - спросила Вера.
Дети сильно устали.
- Привал! – скомандовал Митрич.
Аркадий, то пристально вглядывался в карту, то щелкая крышкой компаса кружился на месте.
-Ну, какой привал? Подождите! Мы где-то совсем рядом!
-Может, тебе за амулет подержаться? – уже не добро буркнул Митрич, и тут же поймал на себе открытый взгляд Семена.
- Ну, чего глядишь?! – совсем не по-взрослому, грубовато переспросил он юношу. - По моим ощущениям, дальше болото! Опасно просто. Вечереет! Вперед точно идти нельзя. Тупик! До Белого озера сегодня уже не дойдем. Ну, просчитались, малость. Что уж?! Заночуем тут, и двинемся дальше, только уже в сторону дома. Так что, Сэмэн, давай твой грибной урожай готовить. И рыбу трофейную доставай! Кушать то, все-таки хочется! Короче говоря, привал! – скомандовал гитарист, широко махнув рукой.
Аркадий словно охотничий спаниель, взял след, и сбросив рюкзак на землю, мерил широкими шагами черничную поляну, проговаривая вслух все свои мысли.
-Нам и не надо к Белому озеру. Это должно быть у истока реки Малая. Исток тут, в болоте, несомненно. Где ж ему еще быть? А до Белого озера в общем-то, не далеко. Вправо, еще немного, и мы в него упремся. Вот же, по карте все понятно. Я же сам… Мы же, с Вадимом… Эх, да где же Рыжий запропастился? Мы бы с ним вместе…. Он бы…
Вера и Настя устало опустились на краешек камня, выглядывающий из-под мха.
-Девчонки! На камне сидеть вредно. Сыро, холодно, и вообще. -заметил гитарист.
-На камне?! А ну-ка! – Арчи подбежал к девочкам
- Нашли! Нашли! Здесь! Вот же! Оно! Девочки! Какие же вы молоды! Здесь наше каменное плато! Здесь оно начинается! Оно подо мхами! Ищите все! Счищайте мох!
-А что мы, собственно, ищем? – спросил Захар.
-Ты не спрашивай. Потом узнаем! Очищаем камни от мха! Давайте, давайте! - взял на себя руководство Василий.
Все бросились расчищать камень, на котором только что хотели отдохнуть девчонки. А камней оказалось много, плотно поросших мхами, черникой и душистым ягелем.
Смотрите, вон там целый ряд камней, а вот еще и еще!
И перед взором путешественников, к их невероятному удивлению, начали открываться могучие каменные ряды, словно бы доверительно снимая тысячелетнюю маскировку, перед долгожданными друзьями.
-Ух ты! Как же это мы сразу-то не заметили! – удивлялся Костян.
- Да уж, как такое могли не заметить? – поддакнул Петруха;
-Аркадий! А, что это за плато? – спросил Валентин.
-Это наша цель, юноши и девушки!
-Но вы нам не говорили про это. – упорствовал Захар. – Почему?
-Потому, что я… бормотал Аркадий рьяно расшвыривая вокруг себя огромные пласты мха, - потому, что… Мы… в общем-то…мы сами, еще… - но он так и не успел сформулировать ответ дотошному Захару.
-Ух ты! Смотрите! Да тут рисунки! – воскликнул Василий. К нему мгновенно подскочили Петруха с Костяном. Аркадий подоспел третьим, за ним девочки, и более степенно подошли Валентин с Захаром. Митрич же уселся на один из расчищенных камней и зевнул.
-Устал я что-то братцы!
Но его никто не услышал.
-Ну, нашли! Хотели, и нашли. И, что дальше? – монотонно бурчал гитарист. Надо палатки ставить, костер разводить. Чего вы все копошитесь. Вон солнце уже спускается. Все равно сегодня уже никуда не пойдем.
Он обреченно поднялся, хрустнув костяшками, и принялся распаковывать палатку.
-Митрич! Это оно! Вот! Иди сюда! Скорее иди сюда! Петроглифы! Здесь! – орал Аркадий. Очки на его носу подпрыгивали от радости. Дети ничего не понимали, но глядя на необычайно воодушевленного ученого развеселились, будто бы подо мхами до сих пор прятался загадочный веселящий газ, а теперь его выпустили на свободу. Смеялись все. Святая троица, повалившись на разбросанный в суматохе мох, ухохатывалась, вытирая выступившие от смеха слезы. Девчонки хихикали, уткнувшись друг дружке в плечо, а серьезные Захар с Валентином, поддавшись общей истерии, еле сдерживались, надув щеки. Семен был относительно спокоен. Он, молча улыбался, глядя на всю эту чудную картину.
Митрич, тем временем, уже установил первую палатку, оглянулся на хохочущих ребят, тоже ухмыльнулся в усы, и принялся устанавливать следующую.
-Слышь, Семен! Ты, давай-ка, подмогни, пока они там веселятся. Солнце сядет не до смеха будет.
И юноша принялся помогать учителю.
- Ты как полагаешь, братец, где наш дядя Вадик? А? Ты, вот, говорил нагонит он нас. Темните вы оба что то, как мне кажется.
-Дела у него срочные. Но он скоро проявится. – спокойно ответил Семен.
- Хорошо. Проявится, так проявится. – многозначительно улыбнулся гитарист. - Эх, где бы воды нам раздобыть. К болоту я тебя, разумеется, не пущу. А вот порыскать, может ручеек какой поблизости найдешь, это можно. Арчи говорит озеро близко, если вправо идти. Разведаешь?
-Ладно. Разведаю.
Семен взял канистру, и отправился на поиски родника в ту сторону, куда указал ему Митрич.
_____
-Ох! Старик! Вот бы Анюта была здесь! Петроглифы! Мы их нашли! Ты хоть это понимаешь? – тряс за плечи уставшего гитариста геолог.
-Тысячи лет никто не знал про них! Мы первые!
- Профессор Петрович знал. – невозмутимо заметил Митрич.
-Так вы нам сказку, про это что ли рассказывали? – спросил Петруха.
- Понимаешь, Петр… понимаете ли, дети, мы и сами не знали, а только надеялись и верили. Карту вот эту составили. – ученый потряс в воздухе картой, которую все последнее время держал поблизости. - Действительно экспедиция наша исследовательская, мы много с вами увидели интересного, успели узнать друг друга получше, и даже подружиться. А вот то, что мы с вами теперь обнаружили, это - великое, удивительное открытие! Чудо настоящее! Вы являетесь свидетелями и первооткрывателями артефакта древнейшей истории человечества! – геолог нервно мерял шагами поляну, забросанную комьями мха и пучками желтой травы, между полуобнаженных камней. Солнце неумолимо клонилось к закату.
-Я нашел родник. – из-за деревьев появился Семен, с полной канистрой воды.
-Ай, молодец! Хватайте канистры, и айда за водой! – сказал Митрч, и вдруг осекся. - А это еще кто с тобой?
За Семеном на поляну осторожно вышла большая, лохматая, белая псина.
-А это Чанга. Она как-то меня нашла. Она появилась, как только я нашел родник. Словно бы поджидала меня там. – Семен потрепал Чангу по загривку.
-Погоди! Чанга? Ты говорил, что так зовут собаку Старика?! Это она?! Та самая Чанга?
-Ага! – юноша счастливо улыбался. – наверное она все это время так и шла за нами. Я думал, что она меня утром проводила, и ушла домой. А, оказывается, нет.
Чанга тем временем, подошла к компании, и поочередно всех важно обнюхала. Затем, покрутившись на месте, разрыла в песке небольшую ямку, и уютно улеглась свернувшись калачиком.
- Вот так явление! Чудеса. Но, за водой все равно нужно идти. Сеня, проводи ребят к роднику.
Пока Семен с компанией добровольцев вновь отправились за следующей партией воды, Аркадий обратил внимание на камень, рядом с которым улеглась большая белая псина. Он немедленно подскочил к валуну, и близоруко щурясь, озадаченно проговорил
-Девочки! Мы ищем вот такие рисунки. Идите сюда! Посмотрите внимательно! Вы глазастые! – он развернул лист бумаги, на котором были изображены, то ли уточки, то ли лебеди, кентавры и странные знаки.
-Я не уверен в точном размере этих рисунков, но именно в такой конфигурации должны быть расположены картинки. Именно эти картинки. Это архи важно! Что-то мне подсказывает…. – он затаил дыхание, уставившись на поверхность камня.
-Ой, так вот же! – Вера, безстрашно погладив Чангу по лохматой голове, вскочила на тот самый большой валун, и, получше расчистив его поверхность, указала ученому на едва заметные рисунки. Водя пальчиком по глубокому вырезанному в камне контуру рисунков, проговорила:
-Вот! Смотрите! Это птицы, похоже на лебедей, а это кентавры, да? А это вот что что-то непонятное!
-Вера! Неужели? Как же ты это заметила? Увидела! Митрич! Миленький! Смотри! Вера нашла! То, что непонятное, это солярные символы, девочки! Иначе говоря – солнечные! Или, если угодно, это определение времени! Часы! А еще они указывают нам направление! Сейчас, сейчас!
Аркадий не отрывая взгляда от чудесной находки, словно древние символы могли исчезнуть, порывшись в своей сумке, достал свой заветный блокнот, и принялся в нем чертить дрожащей рукой, бормоча под нос невнятное.
-Так, так…. Солнце! Ага. Это луна. Здесь, теперь…Сегодня… Невероятно! Но, все сходится! Сколько сейчас времени? Митрич!
- Эээ…- Митрич медлил с ответом. Пока он доставал свои старинные часы на цепочке, которые как оказалось были припрятаны в его нагрудном кармане, Арчи смиренно ожидая ответа зачем-то щелкнул крышечкой старинного компаса, будто бы перепутав его с часами, и с интересом уставился на дрожащую стрелочку.
- Семнадцать двадцать. -наконец то ответил гитарист.
-Так! Так! У нас есть ровно пятьдесят восемь минут, чтобы решить задачку!
-Какую еще задачку? Вот не можешь ты без задачек, старик! – вдруг услышали они задорный голос Вадима, донесшийся из-за деревьев. Чанга мгновенно снялась с места, радостно виляя хвостом бросилась на встречу старому приятелю.
На поляне, именно что, «проявился» Рыжий. Его умение ходить беззвучно, и довольно уже глубокие познания лесных законов, после обучения премудростям у Белого старика в охотничьем домике, не вызывало сомнений, но все-таки продолжало удивлять его старых приятелей.
-Ну, наконец-то! Вадик! Ты откуда, вообще, взялся? Ты как нас нашел?!
-Хе, хе! Сия тайна велика есть! – рассмеялся Рыжий скидывая рюкзак на землю. Догнал вот! – он порывисто обнял Чангу. Собака счастливо лизнула товарища в нос, и поспешила вернуться на свое место.
-Ты, старик, темнишь что-то! Я и Семену так сказал. Он тоже загадочный весь, молчит как партизан. Оба вы, явно темните.
- Ну, дела были, Митрич! - словно извиняясь улыбнулся Рыжий. - Срочные! Но, я все уладил! - он покраснел и исправился. – Вернее… мы, уладили. Ох, да вы потом сами все узнаете. А сейчас давайте-ка задачку решать. Я так понял, что маршрут у нас был составлен исключительно верно, и профессор Петрович, оказался прав!
-Вадик! Ты появился в тот самый момент, когда мы обнаружили эти символы! Вот, смотри! - ученый хлопнул ладонью по своему блокноту и указал на камень с нужным рисунком. - А задачка, в том, что я только что понял, что солярные символы указывают нам время! Понимаете?! Глядите -ка! Круг и две линии. Это шесть часов восемнадцать минут. Именно на это время указывают солярные знаки! Это мое мнение! Но, думаю, если бы здесь была бы Нюта, она бы подтвердила!
- И что нам дает это знание?
-А то, что по моим расчетам, на основе данных профессора Петровича, это указывает нам на….- он замолчал в замешательстве. – Погодите! Ведь, Чанга, собака белого старика встретилась Семену у родника?! Так именно в том направлении и следует искать. Вот, я дурак. Исток там! И петроглифы выстроены именно в том направлении.
-Так чего же нам еще искать? – спросили хором девочки.
- Вы же, сказали нам, что мы уже сделали величайшее открытие! Нашли, вот эти самые рисунки на камнях. Каменное плато! Петроглифы. Разве не это вы искали?! – удивлялась Вера.
-Ох! – Аркадий вздохнул глубоко. – «Наука есть открытие знаний с помощью очевидности и доказательств». Понимаете девочки?
В этот самый момент, на поляну выбежал Захар с выпученными глазами. Он запыхался, пытался что-то сказать, но твердил только:
-Там… Там!
-Что случилось? Захар! Где все?
-Там! Что-то непонятное. Они…все…в пещеру, а я сюда.
- Ну, какая еще пещера?! – поморщился Митрич, вставая с места. Очевидно, с досадою осознав, что спокойного вечера у костра уже не предвидится, он решительно направился за испуганным Захаром. Девочки, Рыжий, Аркадий и Чанга бросились следом.
Глава 28
Игорь Леонидович и длинный бледный персонаж в очках уже были в кабинете.
-Володя! Познакомься. Это наш ведущий специалист, Эльнур. А Василиса Андреевна сейчас пожалует.
Пока Владимир Яковлевич жал холодную узкую ладонь Эльнура, дверь открылась и на пороге появилась Василиса в сопровождении Арнольда. Позади них, в дверном проеме мелькнула охрана в темной форме.
Никак не ожидая увидеть здесь, своего однокурсника, друга, и безсменного коллегу, Василиса остановилась в недоумении.
-Володя?!
Одновременно в сознании пронеслось несколько мыслей:
«Его привезли насильно, чтобы подвергнуть эксперименту, и таким образом выведать все им необходимое!
«Володю принудили приехать сюда, чтобы манипулировать мной!»
«Его пригласили сотрудничать? Он согласился?»
-Здравствуй! Василиса Андреевна! - Владимир Яковлевич невольно привстал навстречу подруге в желании тут же обнять ее, крепко схватить за руку, и бежать вон из этого проклятого здания. Но, покосившись на директора центра, одернул сам себя и протянул руку для делового рукопожатия.
-Здравствуй! – повторил он уже более официальной интонацией.
-Ну, вот! Как приятно наблюдать встречу старых добрых друзей и коллег! Видишь Василиса! Владимир Яковлевич сам приехал! Так что, теперь, я уверен, вы сработаетесь. Такая подмога нам не помешает! Верно? – его глаза недобро сверкнули.
-О! Конечно! Это так своевременно! Володя! Ты большой молодец что принял верное решение. – Василиса взяла инициативу на себя. Вышла на середину кабинета.
– Итак! Игорь Леонидович! Несомненно, все что вы делаете имеет огромный смысл! Я много думала этой ночью, взвесила все «за» и «против». Поняла, что действительно, те способности, которыми обладают ваши испытуемые, и еще множество людей на земле, должны работать во благо всего человечества. Вы, Игорь Леонидович, уникальный специалист, неспроста занимаете такой высокий пост! Вам оказано доверие с самого высокого уровня, и это несомненно нужно учитывать. Ваши исследования и высокие технологии, разрабатываемые для становления новой человеческой формации, заслуживают особого внимания!
-Василиса Адреевна?! Ты ли это?! - директор центра похлопал в ладоши, - Знаешь, а ведь звучит и впрямь убедительно. А может быть ты разъяснишь всем нам, и своему старому товарищу, по приятельски, так сказать, о том, что произошло вчера?
- Игорь Леонидович! Я переосмыслила все происходящее. -она мягко улыбнулась. – Ваш этот, экоцеб, действительно хорош, если его правильно использовать. Правда, по моему, сугубо личному мнению, его следовало бы еще слегка доработать, так как временами он барахлит. – она перевела спокойный взгляд на психолога, а тот невольно подумал, о том, как же величественно выглядит сейчас эта женщина, буквально возвышаясь надо всеми присутствующими здесь мужчинами. Даже молодой красавец, стоящий позади нее, выглядел на фоне Василисы, как верный ее паж, готовый броситься выполнять любое приказание.
-Ты уже видел Володя, наверное? Игорь Леонидович тебе показал, я уверена. Этот прибор измеряет энерговибрационный уровень человека. А главный разработчик вот, перед нами. Это - Эльнур Борисович! Достойно уважения, Эльнур! – Василиса с почтением кивнула бледному, худощавому человеку, сидящему в темном углу. Тот, не глядя в ее сторону, привычно делал заметки в своем блокнотике.
-Теперь, что касается тех, у кого по вашему стойкому убеждению, и на основании показателей экоцеба, энерговибоационный уровень продолжает быть высоким, несмотря на различные способы «блокировки». Я, искренне, понимаю ваши опасения! Однако, убеждена в том, что при правильном подходе к таким людям, к этому их новому качеству, можно приобрести много полезного, используя уникальные возможности во благо. Поставить, так сказать, на службу высоким идеалам! Понимаете, о чем я?
-Понимаем ли мы тебя? О! Несомненно! Василиса Андреевна! Уважаемая наша коллега! Да ты ведь и сама, так сказать, «непроста»! Мы были свидетелями, не далее, как вчера! Да, да! Расскажи нашему общему другу Володе, все-таки, что же это было?
Василиса взглянула на своего скромного приятеля, который всю жизнь был безответно в нее влюблен, следовал за нею по пятам, почти всю ее жизнь, и только вот недавно, обрел хрупкую надежду на счастье в лице сербки Бояны. А, теперь вот, он подвергает себя такой опасности, ради нее, рискуя своим счастьем, и даже жизнью своей! Ведь, приехал он сюда, ради нее, чтобы помочь и спасти! Сейчас, в эту самую минуту, она поняла это ясно, соприкоснувшись взглядом с верным другом. Сам приехал! Как смела она помыслить о том, что эти ироды могли сломать такого человека? Кровь прилила к щекам Василисы, от внезапного чувства горького стыда за свои мысли. «Да… Как же мы, все таки, еще слабы…» Пронеслось мимолетное, и в то же самое время, она почувствовала невероятный прилив сил, энергии, и безстрашия. Будь что будет!
-А было, Володя, вот что. Я поняла, что допустила ужасную ошибку, дав свое согласие на проведение эксперимента, предварительно не обговорив все условия его проведения. Честно сказать, я не сразу поняла, что эксперимент этот будет проводиться на человеке, а когда поняла, было уже поздно.
-Какого эксперимента? - Владимир Яковлевич неотрывно глядя на Василису, силился понять о чем же она говорит. Его старинная подруга за эти несколько дней преобразилась невероятно. Жесткий взгляд, двойные смыслы в оборотах речи, новый деловой стиль. Неужели она и впрямь решилась на сотрудничество? – думал он, и тут же стыдился и гнал прочь эти гадкие предательские мысли.
-Обнаружилось, Володя, что у меня тоже, как и у местных испытуемых повышенный энерговибрационный уровень. То есть, как говорит Игорь Леонидович, я «непроста». Меня решили перепроверить. Смогу ли я «спасти» человека. Ведь та легенда, про якобы спасенного мной Ивана, до сих пор, никому покоя не давала. Одним прикосновением исцелила умирающего от передозировки мальчика. Они потребовали повторения «чуда», и ради этого, подвергли опасности живого и совершенно здорового человека. Когда я это осознала, попыталась хоть как-то отсрочить время, чтобы они не успели навредить ему. Мне помог Арнольд.
Арнольд, словно в подтверждении этих слов, сделал шаг вперед и встал рядом с Василисой.
-Ну, к Арни, у нас еще будут отдельные вопросы. – заметил директор центра. -Кстати, держишься молодцом, юноша! – процедил он сквозь зубы, строго поглядев на подчиненного. – Если что, твои витамины тебя ждут. Кстати, не советую затягивать. Вот, и Эльнур Борисович подтверждает. -Ученый с блокнотиком в руках уже с некоторым интересом поблескивал стеклами из своего темного угла.
-И чем же это тебе помог наш красавец Арни? Надо заметить, ты даже похорошела, Василиса Андреевна. Надеюсь, это заслуга моего подопечного. Профессия у него такая, «делать женщинам приятно».- двусмысленно хмыкнул Игорь Леонидович.
Владимир Яковлевич поджал подбородок, желваки на скулах дрогнули. Такого тона, в адрес коллеги, и бывшей однокурсницы Василисы, он никак не ожидал. Он резко встал со своего места и посмотрев прямо в лицо обидчику проговорил:
-Игорь Леонидович, я бы вас попросил извиниться за подобный тон! Иначе….
-Ладно, ладно. Сядь ты, Володя. Прошу прощения. – исподлобья взглянул на женщину. - Продолжай. Итак, тебе помог Арнольд. Каким же образом?
-Прежде, чем я расскажу вам, каким образом нам удалось выключить свет во всем здании, я хочу вам сказать правду.
-Правду?! Интересно! Мы тебя слушаем внимательно!
-Ивана спасла не я.
-Кто же тогда? - насторожился директор центра.
Из темного угла послышалось скрежещущее нервное покашливание Эльнура.
-Тот, кто пришел, чтобы научить нас верить в себя! Тот, кто пришел дать нам знание и вернуть память!
-Тот, кто пришел дать нам знание, известен каждому человеку на земле! – возвысил голос директор. – Ты хочешь сказать, что мировой лидер явился лично к тебе в центр, чтобы спасти этого мальчишку? Не сильно ли, ты зазналась, Василиса?
- Вашего мирового лидера не существует! И вам это прекрасно известно. Программа! Сгенерированная программа, на основании собранных со всего мира данных. Проекция в небе, рассчитанная на слабые, покорные, доверчивые умы. Группа чиновников от науки, много лет назад, воспользовалась точными расчетами одного очень хорошего человека, великого ученого, который был вынужден исчезнуть, из-за преследований. Вы, и те, кто состоит на службе у правительственных структур, подтасовали данные, создали на основании его работ электронную подделку! Вами руководил страх потери власти. Потому, что крах этой порочной системы, неизбежен. Вам это прекрасно известно.
И вот, время пришло. Произошло то, что теперь называют «Светопредставлением». Вы предъявили всему миру фикцию! Объявили о чуде явления, о пришествии в мир нового единого лидера, обманув весь мир! Вам не нужны мыслители и одаренные талантами индивидуальности потому, что думающий человек разоблачит ваши фокусы и махинации, расщелкает как семечки ваши секреты. Вранье всплывет, станет очевидным. Вы, собрали группу покорных вам ученых, коих представляет здесь Эльнур Борисович, придумали средство, которое сравняет все человечество в одну серую послушную массу. «Блокировка», как вы называете ваш метод, по снижению энерговибрационного уровня человека. Вы разработали несколько видов препаратов, которые вводите людям под предлогом витаминизации или защиты от вирусных заболеваний, объявляя карантины и повсеместные вакцинации. Вы решили таким образом напугать сразу всех, ибо испуганными народами, управлять намного проще. Но, вы допустили массу ошибок. А иначе и быть не могло. Теперь же, власть утекает из ваших рук, а количество одаренных людей только растет. А тут еще, вас напугали какие то непонятные шары, взявшиеся невесть откуда, при появлении которых у контактирующих с ними людей энерговибрационный уровень повышается, несмотря на все ваши так называемые «блокировки».
Василиса остановилась на мгновение. Все это она проговорила, как на одном дыхании, словно кто-то поддерживал ее, стоял рядом и держал за руку. Откуда только взялись у нее эти слова и знания?! Но она была убеждена в своей правоте.
Все находившиеся в кабинете мужчины, напряженно молчали. Даже охрана за дверью не шелохнулась. Василиса чувствовала, что и они, эти грозные люди в темной форме, с оружием на поясе, внимают каждому ее слову.
-Теперь же, я должна вас разочаровать, Игорь Леонидович. Все ваши разработки стали абсолютно безполезны. Вам не остановить процесс, который охватил уже почти весь мир. Я не читала новостей, но чувствую, что те самые светящиеся шары, о которых вы говорите, и есть та самая, непостижимая вашему пониманию, поддержка для думающего и одухотворенного человечества.
-Да-а-а-а… Василиса! Я уж было подумал. Х-м-м…. Ну, допустим. Допустим, ты разгадала задачу тысячелетия – он деланно рассмеялся. – и все-таки, мне интересно, как тебе удалось вчера вернуть к жизни испытуемого Вячеслава? По твоей, именно по твоей милости, - с нажимом проговорил он, - в потемках, которые вы устроили, медсестра перепутала ампулы. – директор центра опершись обеими руками на стол смотрел на Василису в упор, а ухмылка на его лице, покрывшемся красными нервными пятнами, выглядела зловеще. – То, что было в крови испытуемого испариться никак не могло. Мы проверили. Он чист! Как и тот паренек! Так что, раз уж у нас такой откровенный разговор сложился, давай -ка всю правду до конца. И, да! Что ты сделала с моим человеком, который был свидетелем твоих манипуляций! Почему он превратился в идиота?!
Василиса Андреевна улыбнулась.
- Я не знаю, что случилось с вашим человеком. Мне было не до него, и разумеется, я не верю, что медсестра перепутала ампулы. Вы сами, ваши люди, намеренно, заранее подложили нужный вам препарат. Вы шли на это преступление сознательно. – она стойко выдержала колючий взгляд директора, и кожей почуяла, как повеяло холодом из темного угла кабинета.
-Теперь же, я совершенно уверена, в том, что и в этот раз мне помогли. – она счастливо улыбнулась.
В это самое мгновение раздался резкий зуммер телефона.
-Да! – Игорь Леонидович ответил на звонок. -Что?! И? Что говорит?! Что он видел?! Здесь?! Кто-то еще наблюдал? Свидетели еще есть?! Да Вы в своем уме?!
Он бросил трубку, и опершись руками о свой огромный стол застыл в таком положении тупо уставившись в пустоту.
Владимир Яковлевич заметил, как в полной тишине в комнату вошел Вадим, свободно минуя охрану. Время словно бы остановилось.
-Ну, что Володя! Пора. Нам пора идти. – Рыжий подмигнул Василисе Андреевне. Та, ошарашенно поглядев на Вадима, на секунду прикрыла глаза, и схватилась за голову, так как почувствовала резкое головокружение, покачнулась. Ее тут же подхватил Арнольд стоявший рядом. Она оперлась на его руку.
-Что-то мне нехорошо.
Владимир Яковлевич быстро поднялся с места, схватил Василису под другую руку.
-Нам пора! – сказал он строго директору центра. -Не провожайте нас. Мы сами найдем выход. - но Игорь Леонидович и не думал отвечать. Он так и продолжал стоять, опершись обеими руками на стол, в глубокой задумчивости, размышляя о бренности бытия, и не в силах принять какое-либо решение. Охрана тоже не шелохнулась, ибо не получила никакой команды.
Эльнур встал со своего места, засунул блокнотик с карандашиком в задний карман брюк, спешно подойдя к Василисе, уважительно кивнув, прогнусавил:
- Было весьма познавательно. Всего хорошего. До встречи. - и насколько мог быстро покинул кабинет директора.
_____
-Володя! Как это возможно? Я видела Вадима! Он тоже был здесь?
-Васенька! Потом! Все потом! Идем скорее! Нас Бояна ждет!
Из здания центра нескончаемым потоком все выходили и выходили люди.
-Доктор! Доктор! Наконец то я вас нашел! Я все думал, когда же вы еще ко мне зайдете, ждал вас. Верил, что именно после вашего появления здесь, все у нас наладится и нас выпустят. И вот, так оно и вышло!
К ним подошел человек очень похожий на Владимира Яковлевича, только помоложе.
-Я, Вячеслав! Помните меня? А я вас еще и во сне видел сегодня! Будто бы вы меня от чего-то вылечили. И руки ваши светились. Хороший сон! А меня все утро на какие-то анализы таскали, а потом вдруг, ррраз, и отпустили! Чудо! Спасибо вам!
-Я очень рада, Вячеслав! Рада, что все обошлось! – Василиса глядела на своего пациента, который, по-видимому абсолютно не помнил ночного происшествия. Ему кажется, что все это было только во сне.
-А вы видели?!
-Что?
-Все наши, говорят, что этой ночью здание центра посетили те самые, знаменитые уже, светящиеся шары! Я лично не видел, но все говорят. А еще говорят, что кое кто из охраны, поглядев на шары эти, умом тронулся. – он рассмеялся. – Так перепугались они значит. Ну, может и отпустит их еще. Жаль, все-таки, они ведь тоже люди. Поправятся. Дай то Бог! Ну, я пойду! Спасибо еще раз! - он крепко пожал руку Василисе, Владимиру Яковлевичу, и даже Арнольду, и подпрыгивающей счастливой походкой поспешил прочь от этого мрачного стеклянного здания, в свой уютный полный любви и заботы дом, к жене, к ученикам, к книгам, и творчеству.
-Васенька! Идем! Бояна нас ждет! – тянул за руку свою подругу психолог.
-Постой! Володя! Я должна тебя познакомить с Арнольдом!
Молодой человек скромно мнущийся рядом, охотно подал руку Владимиру Яковлевичу.
- Здравствуйте, Владимир! Очень рад! Но, не смею вас задерживать. Я только хотел сказать одно. Василиса Андреевна! Я никогда вас не забуду. Вы помогли мне понять так много! Я благодарен вам! И прошу вас, простите меня, если сможете.
-Куда же вы теперь, Арнольд? И как вы себя чувствуете? Вы справитесь теперь без этих ваших «витаминов», о которых говорил Игорь Леонидович?
-Придется! А как же! Я домой поеду. Сейчас же! К матери. Там море, а море и дом лечат.
-Хорошо! Это чудо как хорошо! Думаю, что мы еще встретимся с вами.
-Да! Обязательно встретимся!
Молодой мужчина поклонился, и развернувшись, бодро и уверенно зашагал туда, куда вело его сердце. Домой.
Глава 29
-Вот, видите э-этот холмик? Источник, в-вот он, прямо под ним - немного заикаясь говорил Захар. Он был очень взволнован. - Мы, мы, воду набирали, а Костян зачем-то п-полез наверх, и вдруг исчез. Мы кричали ему, кричали…. Василий полез посмотреть, куда он делся, …и -и…тоже исчез. Потом Петр с Семеном пошли уже вместе, пока мы с Валей ждали у-у-у родника. Семен крикнул, что там какая-то пещера, и что они полезут искать ребят, и что бы мы шли к вам сообщить. Валя сказал мне, что бы я бежал к вам, и сам тоже полез на холм. Я его отговаривал, но он не слушал меня и, тоже, как провалился! А потом я увидел вообще что-то странное. Ш-шаровую молнию, наверное. Прямо над этим холмом шарик светящийся. Он как мячик прыгал вверх-вниз. А потом, медленно полетел прямо к-ко м-мне. Я, если честно, испугался и побежал к вам. Вот. – выдохнул Захар.
Митрич подставил руки под небольшой лесной водопадик, бьющий прямо из скалы, заросшей мхами, хлебнул родниковой воды умыл лицо, шею.
-Исчезли, значит. – сухо подытожил он сумбурное сообщение Захара.
Рыжий и Чанга уже карабкались на вершину холма. За ними спешил Аркадий с девочками. За девочками на холм полез и Захар.
-Пещера, значит. – ворчал Митрич замыкая цепочку. – Арчи! Старик! – повысил он голос, так, чтобы ученый, впереди, его услыхал. – Не хочу опережать события, но что-то мне подсказывает, что….
-Старик! – услышал он восторженный голос Аркадия. – Стариииик! Сюда! Скорее!
На самой вершине холма посреди небольшой округлой мшистой полянки, сплошь поросшей лесным вьюнком, усыпанным душистыми бело-розовыми цветочками, обнаружилась большая прореха. Ровно под ней взору открывались светлые мраморные каменные ступени внушительных размеров, ведущие в глубину.
-Ребятааа! – закричала Вера, склонившись над прорехой, но ответа увы не последовало.
-Да, это не совсем в общем-то и пещера. Ну, что ж… Надо спускаться. - Аркадий разнервничался не на шутку.
-Ща, погоди старик, фонарик нужен. -Рыжий как заправский фокусник достал из своей котомки небольшой, но яркий фонарь. – Я его всегда теперь с собой ношу. – объяснил он, словно оправдываясь. -Чанга! Идем! – скомандовал он собаке, и первым шагнул вниз.
-Айда, все за мной!
Следующим за ним шагнул Арчи, потом девочки, Митрич пропустил вперед сомневающегося Захара, и полез последним.
Высокие, ровные ступени, вырубленные в скальной породе, словно бы были предназначены для людей более высокого роста, и идти по ним оказалось не так-то и легко. Приходилось опираться о холодные шершавые стены, поворачиваться боком, всячески изловчаться, для более-мнее безопасного продвижения вперед. Лестница вела глубоко вниз ввинчиваясь в землю, но на удивление, с каждым витком, темнота вовсе не становилась кромешней, напротив, казалось, будто сами ступени источают еле заметное свечение. Арчи непрестанно восклицал что-то восторженное, по поводу настенных рисунков, и надписей, которые сопровождали исследователей буквально на каждом шагу. Научный азарт явно придавал ему сил и бодрости духа.
Спуск же казался безконечным.
-Да уж… Кто бы мог подумать! Однако! Колени-то мои не резиновые! – стенал Митрич позади всех. - Когда же это кончится-то, а?
-Как я вас понимаю! - поддакивал ему Захар, интонацией дряхлого старичка.
Девочки хныкали, и периодически выкрикивали поочередно имена пропавших мальчиков.
-Се-е-н-я-я-я!
-Костя-я-я-я!
-Вася! Петя-я-я! Валя-я-я!
-Ребята-а-а-а! Вы где-е-е?!
С некоторой периодичностью, из глубины доносился требовательный, и в тоже время подбадривающий собачий лай.
-Господи! Ну, пожалуйста! Пусть уже эта лестница нас куда ни будь приведет! – воскликнула Вера.
И словно в ответ на ее мольбу, лестничные пролеты стали более пологими, расширились, а свет фонарика, которым Рыжий шарил по стенам, высвечивая настенные артефакты, слился с другим, более ярким источником света исходящем снизу.
-Ребята! Свет!
Наконец, лестничное кружение закончилось, ступени выровнялись, и перед изумленным взором уставших путников, утомленных длительным экстремальным спуском, предстал ярко освещенный круглый зал светлого мрамора с округлыми же арками, высокой колоннадой, и восхитительными настенными мозаиками, выполненными то ли из цветного стекла, то ли из сверкающих разноцветных камней. Источником света оказались светящиеся шары, покачивающиеся высоко под инкрустированным, такими же сияющими камнями, куполом, отчего все пространство переливалось радужными искорками.
Мозаичный пол - ажурный фрактал, состоящей из картинок и символов напоминающих одновременно и петроглифы, и руны и буквы этрусского алфавита. В самом центре, располагался прозрачный, искрящийся круг, с лучами исходящими из самой его сердцевины. В каждом витке спирали встречались человеческие фигурки, то ли с нимбом над головой, то ли в скафандре. На груди этих фигурок красовались овальной формы сверкающие камни.
Девочки, невольно взявшись за руки, глядели по сторонам затаив дыхание. Захар старался держаться поближе к Митричу, так как, по непонятной причине, но, именно гитарист, казался ему самым надежным человеком в этом странном месте.
Рыжий уселся на корточки обняв собаку.
Аркадий невольно приложил руку к солнечному сплетению, где на тесемочке болтался в холщовом мешочке, красный Анюткин бриллиант, размером с хорошее перепелиное яйцо, с которого, собственно, и начались его дерзновенные исследования.
-Митрич! Старик! Может это все сон? Ущипни меня! – бормотал Аркадий снимая очки. Ты тоже это видишь?!
-Ох, лучше бы это был сон, старичок. – выдохнул измученный спуском гитарист, присев на край последней ступеньки. - Вот, куда пацаны наши делись, сейчас главный вопрос. А так, да, согласен, что все это очень и очень странно. Но, красиво. Факт. И кстати, старик! – он щелкнул крышечкой своих старинных часов на цепочке. - Если тебе интересно, конечно. Сейчас шесть часов, восемнадцать минут. Просто, ты, там, наверху, говорил, что нам осталось пятьдесят восемь минут на решение задачки. Вот. Я время засек. Ну? Решил? – спросил гитарист, но вопрос его повис в воздухе.
-Вадик! А что ты думаешь по поводу этого всего? А?! - спросил Аркадий у Рыжего.
-Думаю, что вы с Нютой все правильно рассчитали, и мы нашли то, что искали. А с ребятами все хорошо. Я вот прям уверен, да Чанга?
В это самое мгновение Чанга сорвалась с места, и радостно бросилась через весь зал, будто бы почуяла старого друга.
Распахнулись невидимые доселе высоченные двери с противоположной стороны зала, откуда навстречу гостям, вышел высокий широкоплечий человек, с темной бородой. Он был одет в простую домотканую льняную рубаху, и вообще мало соответствовал всем своим обликом этой сияющей обстановке.
-Добро пожаловать, гости дорогие! Заждались мы вас уже. Привет, привет, Чанга! – он присел на корточки, чтобы погладить радостную собаку по ее лохматой башке, а та от счастья лизала бородатому человеку и нос, и щеки, и руки.
-Ну, ну, Чанга! Перестань!
-Да, вы не стесняйтесь! Проходите! - обратился он к онемевшим гостям, когда те, как зачарованные глядели на всю это невообразимо странную картину. -Там уж и стол накрыт! Ребята ваши так проголодались, что их за уши не оттащишь от вкуснятины. Идемте! – он поднялся с корточек, и приглашающе махнув рукой вошел в свет, исходящий из открытых дверей.
Аркадий, Вадим, Митрич, девочки и Захар проследовали за могучим человеком в следующий зал, еще больше и прекраснее прежнего, с прозрачным стеклянным полом, из под которого струилось радужное сияние. Так же, как и в первом зале под сводчатым искристым куполом, покачивались светящиеся шарики размером с теннисные мячики.
Захар тихонько потянул Митрича за рукав и прошептал:
-Вот такую шаровую молнию, я видел там снаружи!
-Я тоже, молодой человек, ранее, не далее, как вчера, думал, что это шаровая молния. Теперь- то, я понимаю, как я заблуждался. – тихонько заметил Аркадий услышав шепот Захара.
-Вчера? – уже в голос спросил мальчик ученого.
-Да, было дело.
-И вы молчали?
Но разговор их прервался, ибо то, что они осознали, изумило их настолько, что все одномоментно потеряли дар речи.
Оказалось, что пол, который они приняли за стекло, это и не пол вовсе, но невероятной чистоты подземное озеро. Из глубины, из самого его центра, к поверхности водной глади устремлялись лучи, сливаясь со светом, источаемым из-под купола сияющими шарами. Колонны в этом зале выглядели и вовсе причудливо. Они словно росли из земли, вокруг подземного озера, закручиваясь по спирали, и устремляясь ввысь, расширялись кверху, как бокалы шампанского, сплошь усыпанные разноцветными блистающими камнями.
-Это -же, это же лампроит?! – возопил Аркадий подскочив к одной из колонн. Позвольте, это же лапроитовые трубки! Это алмазы! Алмазы! Чистейшей воды! Господи! Господи! Боже! Господа! Дети! Мы нашли! Профессор Петрович привел нас сюда!
-Да… Профессор Петрович был несомненно гений. -могучий человек обернулся и подмигнул Аркадию. – Но, давайте все это обсудим позже, а теперь пройдемте далее. Нам осталось совсем чуть-чуть.
Гости аккуратно прошли по краю удивительного озера, и проследовав за хозяином в третий зал, обнаружили что, и не зал это, вовсе, а действительно, почти что пещера, с высоким арочным сводом, но уже без предыдущего блеска и роскоши. Каменные стены, а посредине, на большом необработанном валуне старинный сундук. Примерно такой же сундук, который был у Аркадия в доме.
-О! Арчи, гляди твой сундук! – воскликнул Митрич.
-Похож, верно? – снова обернулся хозяин.
-Нет, нет, ну как это возможно?! Хотя и впрямь, очень похож. Очень! – ученый тихонечко подошел поближе и протер очки. - Постойте, на моем сундуке есть надпись, которую я нацарапал еще ребенком: «Deus caritas est»
-Ребенком? Ты хочешь сказать, что ты ребенком уже учил латынь? – вскинул брови Митрич.
-Старик! Я никогда не рассказывал, но, да…. Именно, так и было. – бормотал Аркадий разглядывая загадочный сундук со всех сторон. Вдруг он, остановился как вкопанный, надел очки, снял, и снова надел.
-Вот, она, эта надпись! Я не понимаю. Я не понимаю!!!
-И не надо ничего понимать. – улыбнулся хозяин и поманил всех рукой приоткрыв следующую дверь.
Глава 30
Они гнали на мотоцикле вон из города, подальше от всех этих стеклобетонных высоток, навязчивой рекламы, от лжи, насилия, неискренности, бездушия, от несвободы. Василиса даже и не вспомнила о том, что в ее временном пристанище, в квартирке на двадцать пятом этаже, остались скудные ее пожитки, и новое платье. Как была она одета в деловой костюм, так и осталась, только все трогала она свою драгоценную берестяную брошь на блузке. Самое ценное свое украшение. Берестяная легкая бабочка на булавке. Так и сидела женщина доктор в мотоциклетной коляске, сложив руки на груди, прикрывая хрупкую ажурную брошь, и слезы по ее щекам растекались от встречного ветра.
Владимир Яковлевич, крепко обхватив Бояну за талию, думал о том, что никогда прежде
не испытывал он ничего подобного, и что даже представить себе не мог, что окажется в подобной ситуация. Разве что, во сне?
Черные волосы сербки выбились из-под мотоциклетного шлема, развиваясь на ветру заплетались в нежные сети, в которые уже очень крепко угодил бывший материалист холостяк Владимир Яковлевич.
«Все-таки, очень она похожа на настоящую ведьму!» - подумала Василиса, и слезы ее тут же высохли. Она улыбнулась, глядя на то, как нежно обхватил и прижался щекой, к этой сильной женщине, умнейший и добрейший человек, ее верный друг, и рыцарь Володя.
«Господи! Как же много вопросов вертится в голове! Куда исчез Вадим, и откуда он там взялся? Он приехал с Володей? Как вообще Володя решился на такую безрассудную авантюру, да еще и Бояну в это во все втянул? Как так могло все произойти, что охрана им даже слова не сказала, не воспрепятствовала, и как получилось, что вообще всех выпустили?! И почему она не видела этих светящихся шаров, о которых рассказал Вячеслав?! Арнольд их тоже не видел!
Словно в ответ на ее мысли, психолог вдруг повернулся к ней, и закричал, стараясь перекричать шум дороги и мотора:
-Потом я тебе все расскажу! Что знаю. Но, я и сам не все понимаю, если честно! – улыбнулся он, и уже обращаясь к двум женщинам одновременно:
.-Мы сразу в деревню? Или заедем домой
- Я хочу поговорить с Анютой! – Василиса просяще посмотрела на Бояну.
-Слушайте мене!- закричала Бояна перекрикивая всех. - Ми сада идемо код мене! Идемо право до села. Али, после чеш причат со дщеркой! Журим сам. Моя коза мене чека.
(Послушайте меня! Мы сейчас поедем ко мне. Едем прямо до деревни. После поговоришь с дочерью. Я спешу! Меня моя коза ждет)
-Хорошо! – послушно закричали хором Василиса и Владимир Яковлевич.
_________
Калитка привычно скрипнула, но как-то обиженно, что ли. Нюта улыбнулась своей этой мысли, и проговорила вслух:
- Скоро тебя смажут, все твои петельки, вот тогда ты вообще скрипеть перестанешь. Так что не жалуйся!
Калитка обиженно хлопнула, и девушка тихо прошла по узкой тропиночке в такой любимый уже дворик, где за большим столом устраивались посиделки с песнями и стихами, где росли любимые Арчины розы и гортензии, а в далеке, в малиннике под яблоней, на лавочке они частенько сиживали с Димой болтая о том о сем.
Без ребят дворик казался покинутым. Только серая кошечка, мягко спрыгнув с забора принялась ластиться к ногам.
-Привет, привет, сейчас что ни будь придумаем тебе покушать. Я тут кое-что тебе принесла.
Она открыла своим ключом дверь, зашла в пустой дом, огляделась. Прошло всего несколько дней, а кажется будто бы целая вечность. Насыпав в мисочку еды для кошки, которая тут же принялась за долгожданную трапезу, Нюта присела на краешек лавки, и задумалась.
Как же благодарна она за это тихое счастье, дарованное ей. Всем сердцем она любит этих людей, этот дом, и все что ее окружает. И как приятно это ожидание. Когда все они вернутся, гордые и окрыленные, своим головокружительным успехом, какая это будет радость! Они снова усядутся за этот стол, заварят крепкий чай, мама испечет ягодный пирог, Рыжий, несомненно, притащит свежей рыбы, Арчи снова станет цитировать стихи, Митрич сыграет новую свою песню. Только вот жаль, что Темыча нет, и Миши, и Ивана. Вот было бы здорово, если бы они вернулись.
Она заварила себе травяной сбор, который сама же и составила, еще в прошлом году. Сделала несколько глотков ароматного напитка, взяла на руки благодарно мурчащую кошку, и поднялась на второй этаж, в Арчину светлую комнату, где он обычно любил музицировать на своем старинном клавесине, и где стоял его легендарный огроменный сундук, на котором проявился в ночь светопредставления хипарь Миша.
Нюта отдернула шторы, раскрыла окно, впустив свежий воздух, вместе с солнечными лучиками, присела на этот самый сундук, а потом, зевнув, взобралась на него с ногами, свернулась калачиком, подложив ладошки под щеку, и задремала под тихий шелест листвы, доносящийся из распахнутого окна.
_________
«Палаточный лагерь, раскинувшийся посреди пустыни, освещался полной луной, искры от небольшого костра улетали в ночное небо, превращаясь в крохотных земных посланников, сигнализирующих звездам о том, что именно в этом месте, в точке их отправления, в это самое мгновение, здесь и сейчас рождаются миллиарды новых вселенных.»
-Что пишешь, Вань? – спросил Темыч.
-Так… Мысли всякие. Сейчас вот про искры думаю, как они похожи на звезды. А может звезды, это тоже просто искры костра? И солнце наше, тоже, лишь крохотная искорка, летящая в пространстве.
-Ничего себе искорка? А мы тогда кто же? – ухмыльнулся Темыч.
- Вот, вы тут, как-то, про фракталы говорили. И я подумал, что если все в мире, в природе взаимосвязано, и строится по принципу фрактала, то это значит, что весь мир наш, наша земля, и даже целая вселенная, может уместиться в крохотную невидимую глазу пылинку. Ведь так получается? И так, до безконечности! А, мы? Мы наблюдатели, наверное.
-Ну, что ж, наблюдатель. Нам выдвигаться в путь пора, наверное, да Миха?
Миша стоял чуть поодаль. Он глядел на спящий лагерь, на островки разноцветных палаток, угнездившихся между песчаных дюн. Тишина и покой царили здесь. Даже верблюды, привязанные ко вбитым в землю колышкам, спали крепким верблюжьим сном.
-Да. Нам пора.
- А, как же все эти люди, которые пришли сюда за нами? – спросил Иван, закрывая свой блокнот.- Они ведь наверное расстроятся, когда поймут, что мы уехали.
-А мы им записку напишем! – хмыкнул Темыч - Мол, мы скоро вернемся, не забывайте, спасибо за теплый прием, всегда ваши, и подписи. – он озорно глянул из -под сильно отросшей цыганской челки - Слушай! Иван! А, действительно! Давай оставим им твою тетрадку?! Ты талантливый, еще лучше напишешь! Ну, не жадничай! А, людям, приятно будет.
-Хорошо! Оставим. Конечно, я еще напишу. Я все помню, что написал. Может, и лучше еще напишу.
- Вот, и молодец!
Иван положил свою исписанную тетрадь на самое видно место, и сверху прижал ее камушком, что бы шаловливый, утренний ветер не разметал страниц. Но через секунду снова взял ее, раскрыл, и быстро дописал еще несколько строк. Затем так – же накрыл камушком, и решительно встал с места.
-Теперь можно ехать.
-А что ты написал сейчас?
-Ну… То, что ты и сказал. Что мы скоро вернемся! И поблагодарил.
-Все верно. Ну, тогда можно и в путь. Нам еще столько же надо проехать, чтобы домой вернуться. А нас, Нютка заждалась уже, и все наши. – говорил Темыч, закидывая рюкзаки в багажник.
Они уселись в громадный внедорожник, и очень тихо, чтобы никого не разбудить, с выключенными фарами выехали за пределы палаточного лагеря. Только, пройдя уже приличное расстояние, Темыч, наконец, включил фары, и они устремились вдаль по пыльной, песчаной дороге, на север.
Вскоре, пустыню посетил внезапный порыв арктического ветра. Этот ветер, смешавшись с потоками пустынного воздуха аккуратно замел глубокие следы от шин внедорожника, и даже несколько тяжелых дождевых капель упали на тлеющие угли костра. Небесная вода, смешавшись с земным пеплом, произвела в это самое мгновение, ведомое лишь вселенским законам мироздания, священно-действо. Сила зарождения новой жизни пронзила землю, и из глубины, на поверхность выплеснулся чистейший родник, сокрытый веками под толщей древних песков.
Перед самым рассветом, в небе над палаточным лагерем, проявились еще три полные сияющие луны. От земной спутницы они отличались лишь тем, что свет их был теплым, и если очень пристально приглядеться, с едва заметной пульсацией. Они медленно проплыли над пустыней, покружились над вечным городом, после чего в самом центре небесного свода, объединившись в один громадный заполнивший половину неба сияющий диск, рассыпались на миллиарды ярких звездочек, разлетевшихся спиралевидными лучами во все стороны света.
Глава 31
Она бежала на встречу с Господом! Босиком, по шершавым разноцветным камням, выглядывающим из -под чистейшей морской воды. Солнечные зайчики, прыгая по водной глади, сопровождали каждое ее движение, радуя глаз и веселя душу. А вот, и прекрасные белые колонны, и мраморные ступени, взлетающие ввысь, прямо от самой кромки лучезарной воды. Вверх, вверх, вверх! Там она встретит Его! Все ждут Его, и она тоже очень спешит! Только бы не опоздать! Белое льняное платье сливается с цветом колонн и прохладных ступеней. Она осязает этот чистый мрамор под горячими своими ступнями, и это так нежно, приятно, и такую заботу чувствует она в этих прикосновениях, что хочется плакать.
Люди уже толпятся наверху, все как и она, в белых нарядных одеждах. У каждого в руках забавные нитяные вязаные куколки: мальчики и девочки. А у нее почему-то нет. Ах! Как же так? Все кивают ей приглашающими жестами, но во взглядах их написано удивление: почему же нет у нее вот таких нитяных куколок?
Нет у нее ни куколок, ни обуви на ногах. Она бежит босая, мимо белых колонн, мимо чинных людей, и кажется ей, что Он уже где-то здесь, просто не замечают они Его, не видят. Вот и она ищет Его взглядом.
-Господи! Господи! Где же ты? Я чувствую Твое Присутствие!
______
Нюта открыла глаза. Кошечка, до сих пор мурчащая у нее в ногах, недовольно спрыгнула с сундука, и деловито направилась вниз по лестнице.
Нюта спустила ноги на пол и улыбнулсь. Действительно, босые ее ступни, оказывается все это время согревала кошка, и теперь, прикоснувшись к прохладному деревянному полу, девушка вспомнила свой удивительно красивый сон.
-Как же я соскучилась по всем! Скоро. Очень скоро они вернутся. А может быть мне поехать самой?! Вот прямо сейчас, собрать рюкзак и поехать? Но, куда? Маршрут на карте я помню, конечно же… Река Малая, а наверху, где поставили точку назначения маршрута, чуть правее есть озеро Белое. Помню, что это где-то в районе того самого монастыря, о котором говорил Рыжий. И, мама расказывала, что в монастыре этом живет сестра Владимира Яковлевича. Монахиня Феодосия. И еще, где-то там неподалеку, обретается загадочный пустынник, который передал нам с мамой подарки. Найду, несомненно. Можно на автобусе, до монастыря, а там уж разберусь. Но… на кого же я оставлю Рекса и кошку?
Она спустилась по скрипучей лестнице на кухню, налила из чайника ароматной холодной заварки, и присев за стол глубоко задумалась.
«Это так странно и чудно! Но я уверена, что у мамы теперь все хорошо. Почему-то мне кажется, что мама тоже скоро вернется. Аркадий, несомненно, счастлив, что нашел то, что искал. Сокровища Арктов! Все наши расшифровки символов, петроглифов, перевод с этрусского, и расчеты оказались верными, а профессор Петрович, несомненный гений, разгадал великую загадку истории человечества, ну а мы просто помогли ему в этом. Интересно, что же все-таки оставили нам Аркты? Что-то мне подсказывает, что это наследие намного важнее и дороже самых дорогих бриллиантов в мире.
Интересно, а как там ведут себя подростки? Столько дней без привычного комфорта, не так-то это и просто для них. Ах, как бы мне хотелось вернуться в охотничий домик и побыть там хотя бы недельку. Ягод насобирать, трав заготовить на зиму. Вот, когда они вернутся, я попрошу Диму и Вадика свозить меня туда. Но, на чем? Темыча то здесь нет, с его джипом. Что ни будь придумаем. Вадик непременно что ни будь придумает. Все-то у него теперь спорится, все-то он умеет.
Интересно, а где сейчас Владимир Яковлевич? Ведь он уехал в ту самую деревню, где живет сербка Бояна, по соседству с монастырем. Встретился ли он со своей сестрой? И как, такой скромный и неприспособленный к деревенской жизни человек, справляется с домашним хозяйством? Это же целая наука! А, ведь, Владимир Яковлевич не молод уже. Все-таки мамин ровесник. – Нюта вдруг застыдилась этих своих мыслей. Мама у нее красавица! Иногда просто как девчонка выглядит, если разрумянится и развеселится!
В это самое мгновение Нюте ярко представилась забавная картина, что ее маму и психолога куда-то везет на старом мотоцикле, ведьма с длинными черными волосами.
Ох! Ну и фантазии! А вдруг и не фантазии вовсе? Может быть и вправду, маме удалось как-то выбраться из этого злополучного экспериментального научного центра, и Владимир Яковлевич ей в этом и помог?! Весьма спорно, но учитывая развитие событий, почему бы и нет?! А, причем, тогда, тут ведьма? Может быть это никакая не ведьма, а та самая Бояна? У нее есть мотоцикл?! Старенький такой, с коляской, как в старых фильмах. Ну, да. Тогда все складывается! Это вполне может оказаться правдой, а не моими фантазиями. Значит они едут в деревню прямо сейчас?!
Хмм… А не связана ли сербка Бояна каким-то образом с нашим гениальным сербским профессором Петровичем? Не уж-то и вправду, связана? Похоже на то! Наследие Арктов находится именно там, в тех самых краях! Ах! Как же все-таки это интересно!
С этими приятными мыслями Нюта вышла в сад. Остановилась на порожке. Все ей казалось в солнечном свете ажурно сияющим, таким невыразимо прекрасным, что аж дух захватило. И пряный аромат цветов Аркашиного сада закружил голову.
-Ах! – ее качнуло словно от легкого дуновения.
Нюта быстро вернулась в дом, взбежала на второй этаж, бросилась к сундуку, открыла тяжелую крышку, и с удивлением, обнаружила прямо поверх перин и тканых старинных полотенец, мешочек, с какими-то тряпочками, наперстками, вязальными крючками и разноцветными нитками. Недолго думая, достала из сундука все это нехитрое богатство, и, усевшись тут же на полу, разложила перед собой швейные принадлежности. Выбрала светлые нитки пастельных тонов, и словно выполняя важное, срочное поручение, принялась мастерить тех самых куколок, которые привиделись ей во сне. Никогда прежде не занималась девушка этаким рукоделием, а потому, очень теперь старалась. Если не получалось аккуратно и красиво, она распускала свое плетение, и принималась мастерить заново.
Неизвестно сколько прошло времени, но за окнами стемнело. Нюта сидела на коленках посреди круглого вязаного коврика, а перед ней лежали две, вполне симпатичные, нитяные куколки: мальчик и девочка.
Девушка счастливо улыбнулась, аккуратно завернула в тряпочку свое драгоценное творение, положила в сумку, и с чувством полного удовлетворения отправилась домой кормить Рекса и спать.
Глава 32
За следующей дверью, после предыдущих чудес, все показалось до невероятности просто и обыденно. Тусклое освещение, земляной пол, по стенам деревянные стеллажи с закрученными банками огурцов и помидоров, брусники, клюквы, морошки, варенье всех сортов, лук репчатый в косицах развешан под потолком. Просторный аккуратный земляной погреб.
- Пришли. Осталось нам на верх подняться.
Бородач взобрался по крепкой деревянной лесенке. Открыл последнюю квадратную дверь в потолке.
-Ну! За мной, поднимайтесь гости дорогие! Подсобите-ка Чанге! Я ее тут приму.-попросил он. Рыжий, подхватил большую, лохматую псину, которая все это время вертелась рядом, помог ей взобраться по крутой лестнице, и передал наверх, хозяину. Затем полез сам, а за ним, и все остальные. Завершал процессию как уже повелось, Митрич.
Наверху свет исходил от толстой, маслянисто-медовой свечи, установленной на каменном подсвечнике. Гости столпились посреди огромной кладовой, разглядывая предметы ручной работы, разложенные в творческом беспорядке, будто в мастерской художника ремесленника: корзины из бересты, тканые ковры всех размеров, плетеная же мебель ручной работы, картины, панно, деревянные, мастерски выструганные статуи, посуда глиняная, но более всего общее внимание поразил женский портрет собранный из мельчайшей каменной мозаики.
-Позвольте! Этот образ, настолько напоминает хорошо нам известную личность, что-о-о… - воскликнул Аркадий прищурившись, и подойдя поближе.
-Василиса! Это наша Василиса! – подтвердил Митрич, кашлянув значительно, даже подчеркнуто как-то кашлянув. В это его кашле не было ни капельки сомнения, но читалось удивление, радость, и вместе с тем растерянность перед очевидным и невероятным.
Рыжий смущенно улыбнулся.
- Василиса, это кто? – спросили девочки Настя и Вера в один голос.
-Да, теща моя! – хохотнул Митрич.
Девочки рассмеялись забавной шутке гитариста. Захар поглядел с осуждением: мол, какие уж тут шутки, после всего увиденного и пережитого.
-Чего смеетесь? Я вообще не вру никогда. Говорю же, теща моя! - он подошел поближе к портрету. – Ишь ты! Из самоцветов теща!
-Ну, что ж, гости дорогие! Проходите в горницу! Ребята вас заждались уже! - торжественно, и в тоже время, очень по-свойски, проговорил хозяин распахнув последнюю дверь, ведущую из кладовой в светлую просторную избу.
Взору гостей представилась милейшая картина. Пятеро исчезнувших в недрах лесного холма товарищей, а если уточнить поименно, то: Костян, Василий, Петр, Семен и Валентин, хлопотали по хозяйству в светлой просторной горнице.
Валя с Костей, как раз только вошли в дом, с полными ведрами воды. Аккуратно поставили их на пол, стараясь не расплескать.
Петр с Василием крутились возле накрытого стола, расставляя приборы, деревянную и глиняную посуду.
Семен застыл, держа в руках огромное блюдо, с горячим пышущим жаром пирогом, от которого исходил щекочущий ноздри аппетитный аромат.
-Ну, наконец-то! – воскликнул Семен, водрузив пирог в середину стола.
-Вот. Молодцы какие! Все успели подготовить к нашему приходу. Помошники! – одобрительно пробасил бородатый хозяин, и уже обращаясь к ошеломленным гостям, продолжил. – Усаживайтесь за стол, гости дорогие! Знаю, знаю, вопросов много! Но, все же для начала, утолите голод и жажду. Располагайтесь! Вы с дороги! Так что, отдыхайте! Набирайтесь сил! А нам с Чангой нужно по делам отлучиться! Вы тут, хозяйничайте! Не стесняйтесь! Будьте как дома! – хозяин уже приоткрыл входную дверь собираясь ступить за порог.
-Простите! А как звать величать Вас? Мы даже не представились до сих пор друг-другу. Не успели! – Аркадий сделал робкий шаг вперед, и зачем-то процитировал:
«О дар гармонии священной! О хор божественных певцов, Благотворителей вселенной!.. Вожди семейств, творцы градов, Вы дали смертным дух и нравы, И доблесть низвели с небес… Глашатаи бессмертной славы, Пророки северных чудес…»
- Григорий я. – ухмыльнулся бородач и вышел из избы. За ним виляя хвостом выскочила и лохматая белая собака Чанга.
_____
Первыми встрепенулись девочки.
-Ребята! Мы так испугались за вас! А вы тут, оказывается! Слава Богу, что все хорошо! – щебетала Настя.
-Да уж! Как это вообще такое возможно? Вам совсем не было страшно? – подхватила Вера строгой интонацией. – Надо было нас сразу позвать, и вместе уже идти! Ну, кто так поступает, в самом деле! Мы так волновались за вас!
Рыжий первым уселся за стол.
-Да, ладно вам, садитесь уже! Не грех и перекусить! Я, например, страшно голодный!
Митрич устало плюхнулся подле Вадима на лавку:
-Н-да-а-а-а-а… – только и смог выдохнуть он.
-Ну! Рассказывайте! – обратился к ребятам Аркадий. – Василий! Тебе слово!
- Ну…. Костян первым полез. Я пошел его искать, нашел лестницу, пошел вниз за ним. Звал, звал. И слышал вроде его, но очень издалека. Думал, надо спасать. Может поломался….
-Да, я свалился, вообще. – перебил Василия Костя. -Прям кубарем покатился с этой лестницы. Как живой остался, не понимаю. Ни одной царапинки.
-Послушайте, если бы Костя не провалился в эту дыру, мы бы тут все не сидели сейчас, и не нашли бы то, что мы нашли. - устало, но вполне резонно заметил Митрич.
-А, что, вообще, это такое? То, что мы нашли? А? - спросил Захар.
-А это, древнее хранилище. Так дядя Гриша сказал. – просто и буднично ответил ему Валентин. – А, он, дядя Гриша, вроде как хранитель. Он нас ждал! Мы как спустились, так он нас там и встретил. Он же и вас пошел потом встречать! – добавил Валя.
Тем временем все уже уселись за стол, и потихонечку принялись трапезничать. Петр разлил по чашкам горячий травяной чай, Сеня разрезал пышущий жаром ароматный щавелевый пирог, и разложил по тарелкам.
Рыжий намазал пирог медом, и громко прихлебывая чай, уже вовсю вкушал с большим аппетитом.
-Да… Вадик! Кстати! Ты что скажешь? – обратился Арчи к другу.
Тот, обернулся с укоризною, стараясь побыстрее прожевать и проглотить. Сделав несколько шумных глотков, и не очень эстетично вытерев рот тыльной стороной ладони, Рыжий ответил:
-А что? По-моему, все отлично! Главное, что все целы и невредимы.
-Погоди! Опять темнишь! Ты куда-то исчезал с маршрута. Потом появился в самый важный момент, именно там, где мы нашли Петроглифы, а затем и вход в это самое «Хранилище». И вообще, лично у меня, складывается впечатление, что ты знаком с хозяином этого дома, с Григорием.
-Вот, ты Арчи, вроде бы ученый человек! И даже талисман при тебе имеется. Кстати, надо бы его на место положить.
-Какое такое место?! – всполошился Аркадий, невольно нащупав на своей груди холщовый мешочек с безценным красным алмазом.
- В сундук! – рассмеялся Рыжий. - Ладно, потом. Это не к спеху. Вот, вернемся, Анюте отдашь его, и она сама решение примет. Просто… э-э-э-э…. Как бы это получше сформулировать? Он, вроде как, свою функцию выполнил. А, Григорий, - Рыжий сделал паузу, словно сомневаясь. говорить ли ему то, что он знает, или, не говорить. Поглядев на такие наивные и чистые лица друзей, решил, что уже можно сказать, и продолжил. – Это ж тот самый пустынник! Мы с тобой, когда маршрут составляли, обсуждали, что конечная точка где-то не так далеко от монастыря находится! Так? И, что, загадочный пустынник, тоже поблизости обретается! Так вот, думается мне, что это он и есть. – Рыжий хитро подмигнул.- И он давно уже, все еще до нас открыл, нашел, и хранил! Так-то братцы! – поглядев задорно на девочек, добавил: - и сестрицы!
-Хм-м-м-м…. – Арчи закусив ус, принялся его пожевывать, как делал в моменты самого что ни на есть глубокомыслия. - Но, портрет Василисы! Почему здесь? – застонал он. Ученый настолько переволновался, что даже, увиденные ими там, под землей, чудеса, казались ему невероятными, нездешними. Параллельной реальностью. Другим измерением. Сном! А вот портрет Василисы, и сам хозяин избы, интересовали его в настоящий момент более всего остального.
- Так! Ладно. Пора мне! – Митрич, хлопнув себя по коленкам вскочил с лавки. - Домой пора ехать. Нютка там заждалась. Нечего тут рассиживаться. Пора!
-А как же наши вещи? Они же в лагере остались! На полянке. Палатки, рюкзаки. – пискнули девочки.
-Точно! – Митрич хлопнул себя по лбу. -Забыл. И гитара же там. Все там осталось.
- А все вещи здесь уже! Мы сгоняли в лагерь, и все перенесли. Нам дядя Гриша сказал. – Петр поглядел в окно и ткнул пальцем в стекло. Там за окном, действительно, под березкой аккуратно были сложены все рюкзаки, свернутые палатки, и надо всем этим скарбом торжественно возвышалась гитара.
-Та полянка, где мы лагерь хотели разбить, где камни с рисунками нашли, и родник – это, вообще, не далеко отсюда. И мы, кстати, на Белое озеро даже сгоняли, искупались. Круто там! – добавил Костян.
-Так что расслабься, старик! Еще порыбачим, искупнемся. А потом и домой! – Вадик похлопал гитариста по плечу. – Всему свое время. А Нютка будет только рада, если ты отдохнувший и довольный вернешься.
В этот момент, в дверь раздался тихий стук.
-Отец Георгий! Вы дома?
Василий находившийся ближе всех ко входу приоткрыл дверь. На пороге стояла взволнованная монашка.
-Здравствуйте!
-А где же отец Георгий?! Вы вообще кто такие?! -вопросила монашка изменившись в лице.
-Вот! Вспомнил! Конечно же отец Георгий! Нюта тогда еще говорила. Пустынник, мол, отец Георгий! – воскликнул Аркадий.
-Вышел он! По делам. – степенно ответил Василий монашке. – Да вы проходите! У нас пирог есть. Он сказал, дела у него срочные. Только Григорий он, а не Георгий. Что-то вы, матушка напутали, наверное.
-Ничего я не напутала! Ах! – она всплеснула руками. - Он нам срочно нужен!
-А что случилось?
-Сестра наша, мать Феодосия, наказала сейчас же передать отцу Георгию, что он может вернуться!
-Куда вернуться?
-Этого не сказала. Она просила сказать ему, просила передать, что….- монашка наморщила лоб, - Что он может вернуться, потому, что: «Его присутствие явлено в истине!»
-Кто куда вернуться? Чье присутствие?!
-Мать Феодосия провидица! Что сказала, то я и передаю. А большего знать и не надобно. Пусть отец Георгий сам разбирается! - назидательно пригрозила она пальцем, и вновь запричитала, всплескивая рукавами, будто темными крыльями. - Ох! Куда же он подевался! Надо теперь искать его. Где же искать то его?
-Идите матушка с миром! Не надо искать его. Он сам придет, когда время придет. – Митрич встал картинно кланяясь монахине в пояс. -Все передадим, отцу Георгию, слово в слово, не сомневайтесь!
Монахиня глянула исподлобья на высокого, благообразного бородатого мужчину ,говорившего с ней тихим, уверенным тоном, присмирела, поклонилась, перекрестилась, и удалилась.
_______
-Выходит, что пустынник, отец Георгий, на самом то деле не Георгий, а Григорий! Ты, старик, уверен, что там в кладовке мы видели Василисин портрет? Угу! Так! Я, в общем то, тоже, уверовал. А жена твоя Нюта - Анна Григориевна! И отец ее, пропал без вести много лет назад. Выходит, что…. Отец Георгий, и есть отец Нюты? То есть Григорий? - Аркадий схватился за сердце.
-Выходит! -буркнул Митрич почесывая бороду.
-Вот, так новости!
- Хе, хе! Это вы еще не все новости знаете! – ухмыльнулся Рыжий. – Василиса домой едет! Отпустили и ее, и вообще всех. – улыбнулся он широко, и глядя на вытянувшиеся лица друзей и подростков заржал, уже не в силах сдерживаться. – Ой, не могу я! Тут зеркало есть? Посмотрите-ка на себя!
-А ты откуда знаешь, что Василиса домой едет?
- Если говорю, значит знаю. А если еще точнее, то она уже приехала. И не одна. – вытирая выступившие от смеха слезы ответил Рыжий. - Короче говоря, был я там, все видел, и даже чуть-чуть помог. Но не сильно.
-Ой, я ничего не понимаю! - сказала Настя, мотнув своей рыженькой косичкой.
-Я тоже. – подтвердила Вера.
-Вынужден с Вами, девочки, согласиться.
«Милая дева! Когда мы про тайны мирские
Будем слагать песнопенья, то полные звуков и вздохов
Речи — в любовь перейдут…
Прилетит и Амур легкокрылый —
Свяжет уста и зажжет на устах поцелуи.» -Да-с… - вдохновенно произнес Аркадий, и в воцарившейся тишине налил себе чаю в глиняную кружку.
Девочки мгновенно покраснели, Семен мечтательно поглядел в окно, Василий застенчиво шмыгнул носом.
-Итак! Друзья! Предложение такое! – Митрич снова, хлопнув себя по коленкам поднялся. - Если ребята говорят, что озеро тут рядом, айда купаться! Охладить разгоряченные новыми впечатлениями головы не мешало бы. Кто за, прошу поднять руки! Единогласно!
_______
Белое озеро, наверное, называлось белым оттого, что у по краям, у берега сплошь было усыпано белоснежными кувшинками. Ребята резвились в кристально чистой воде, а взрослые, окунувшись, степенно разлеглись на травке.
- Я много чего не понимаю. – Аркадий примостился на витиеватой коряге, натягивая на мокрое тело одежду, рассуждал он и с друзьями, и как бы сам с собою:
-Во-первых, светящиеся шары, там внизу. Точно такой же я видел ночью в лагере, подумал, что шаровая молния. Здесь же они исполняют роль светильников?! Там, на реке, шар этот вел себя очень странно, будто бы общался со мной, словно обладал сознанием!
Рыжий хмыкнул.
-Померещилось! Скажи еще, голоса слышал! Надо вам батенька на прием к психотерапевту. Ага! Давно пора! – хохотнул Вадим.
Во-вторых – подземное озеро. – закрыв глаза на ёрничание Вадима, продолжил Арчи. - То есть, сам факт существования подземного озера, разумеется, понятен, но именно это озеро… оно… Свет, исходящий из глубины…. Или оптическая иллюзия, или же… - он не договорил фразу, перескочил на следующую мысль. -
-В, третьих – мой сундук! Да! – он опасливо покосился на, блаженно улыбающегося Вадима, ожидая от него еще какой ни будь грубоватой ироничной шуточки.
-В, четвертых, господа! Странные кунштюки со временем и пространством. Мы были так глубоко, и вдруг… оказались здесь. Не понимаю.
-То есть алмазы тебя не интересуют? - улыбнулся гитарист, жмурясь на солнышко.
Арчи не ответил, но продолжил рассуждения:
-Да, жаль Нюта не поехала с нами. Необходимо расшифровать мозаику из первого зала. Сам я не справлюсь.
-Информация! - тихо сказал Вадим. Он лежал на траве закинув руки за голову, пожевывая сухую травинку, и глядя на проплывающие облака.
-Что, информация? – Арчи резко обернулся к нему.
-Ну, понимаешь, если Григорий, или отец Георгий хранитель, то озеро – это, информация. Хранилище.
-Озеро? Каким образом?
-Вода! Вода хранит информацию обо всем. Что-то мне подсказывает, что в этом озере собрана очень важная информация. И древние оставили ее нам. Они умели читать воду. Нам осталось научиться этому, вот и все.
-Ты хочешь сказать, что-о-о, это что-то вроде древнего компьютера?
- Только намного надежнее. – улыбнулся Рыжий.
-И откуда ты все это знаешь? А? – удивился гитарист.
-Так он же контактер, один из первых! И у старика в лесу университет закончил! – воскликнул ученый. -Это все невероятно, удивительно! Потрясающе! Но, я все-таки ученый, понимаете вы?! – кипятился он. - И я обязан, все подвергать сомнению, не имея доказательной базы. Но, теперь? Теперь….
Рыжий посерьезнел лицом.
-Ответственно только это очень, братцы, вот что я вам скажу. Теперь, вот и вы контактеры. И, ребята. – он кивнул на резвящуюся в воде молодежь. - Я вам больше скажу. Теперь контактеров по всему миру полно. Помните Нюта статью нам принесла, про шары, про повышение э-не-р-го-ви-бра-ци-о-н-но-го уровня в этой связи?
-Помним, и что?
-А то, что теперь у большей половины человечества, уровень, этот самый, так скакнул, что управлять такими людьми стало практически невозможно.
-И, что это значит?
-Аркаш, тебе, человеку из научного сообщества, должно быть виднее, что это значит. Ответственно все это, я ж говорю! Теперь не только, значит, я с бабкой своей наяву разговаривать буду, а еще куча народу. Ну, то есть, вернее…. - поправился Рыжий. - они не с моей Семишной, а со своими бабками, и предками, вообще, начнут общаться, понимаешь? Вон, как Семен, мысли на расстоянии передает, так и другие начнут, понимаешь?! Митрич Сеньку напугался, а тут пол земного шара такие теперь стали. Мало ли что натворят?
-Да, не напугался я! Просто не готов я тогда был к эдаким феноменам. Не верил. Да и никто не верил. Кроме…Нюта вот только, чистая душа, самая первая все поняла. Как только, хипарь Миша у нас объявился, на Арчином сундуке, так она все и поняла. Потом, следом, Иван прозрел, ну а после уж… и мы, грешные. Да, дела, братцы. Выходит, что….
- Погодите. - перебил гитариста ученый. - Нюта тогда сказала, что наши друзья как-то связаны с этими явлениями, со светящимися шарами. Получается, что Миха, Темыч и Иван там везде уже побывали!
-Получается. – продолжил Митрич. – Только, теперь, получается, что и мы как-то с этим связаны. Вот ведь, коллизия, однако. Присутствуем при всем при этом, здесь и сейчас! Как там монашка сказала? Присутствие явлено в истине?! Красиво!
-Значит они скоро вернутся? А где они сейчас? – Арчи вопросительно поглядел на Рыжего.
-А чего ты у меня спрашиваешь? У них и спроси! Ну чего ты как маленький, в самом деле? – рассмеялся тот. - Если хочешь увидеть новую картинку, просто крутани калейдоскоп, и увидишь! А, ну-ка, дай мне руку!
Аркадий доверчиво протянул руку ладонью кверху, словно для гадания. Но, Рыжий просто опершись о руку товарища, резво вскочил на ноги, и с гиканьем разбежавшись, нырнул в глубину Белого озера.
Аркадий так и застыл с протянутой рукой. Тогда и Митрич, опершись на руку ученого поднялся, отряхнулся, и, уже протянув свою руку Аркадию поднял и его на ноги.
- Вот ведь, балагур, наш Вадик. А я вот что скажу, старичок. Хватит думать! Надо домой возвращаться, а там уже, суть да дело, порешаем, покумекаем, что со всем этим делать. Только, есть у меня подозрение… - он прищурился на солнечные блики, гуляющие по воде Белого озера, на веселящуюся молодежь, на заплывшего далеко-далеко Рыжего, и продолжил:
- Подозреваю я, что все это только начало! Как думаешь?!
- «Долгий путь пройден,
За далеким облаком
Сяду отдохнуть». – в привычной своей манере процитировал Аркадий в ответ.
Глава 33
Когда трое на стареньком мотоцикле въехали на проселочную дорогу, а вдали замаячили башенки монастыря, Василиса вдруг попросила Бояну высадить ее именно здесь.
- Дойду пешком. Наверное, так будет лучше. Я попрошу у настоятельницы Елисаветы келию, что бы переночевать. Мне нужно обо всем подумать, осмыслить. Голова кругом, если честно. И заодно, Володенька, сестрицу твою проведаю, Настю, мать Феодосию, то есть. Хорошо ведь так будет? Верно?
-Ты уверена?
-Да, Володя! Я уверена! А, завтра, уж как ни будь и до вас доберусь.
-У них там вроде как карантин был! Никого не пускали! – предупредил психолог.
- Сада је могуће. Све је готово.
(Теперь можно! Все закончилось!)-обернувшись с улыбкой сказала сербка.
-Неужто и правда все закончилось?
- Истина! Питај оца Ђорђа!
(Точно! Спроси у отце Георгия!)
Бояна свернула к монастырю, подъехав к воротам резко красиво развернулась, подкатив прямо к главной калитке.
- Хајде, Василиса! Иди!
Василиса выпрыгнула из мотоциклетной коляски, обняла Бояну, и толкнула монастырскую калитку. Та, к удивлению, оказалась не запертой, распахнулась легко, словно приглашая войти.
Почему- то, сердце застучало чаще. Вспомнилось ей то удивительное чудо, произошедшее с ней здесь в прошлый раз. Бабочки, вместо листвы, вспорхнувшие из-под метлы, которой подметала она дорожки вокруг часовенки, где Володя говорил со своей сестрой. Невольно дотронулась Василиса до своей берестяной бабочки, приколотой к воротнику блузки. Подарок загадочного пустынника.
«Сразу ли направиться к настоятельнице? Или, быть может заглянуть в часовенку? Вдруг мать Феодосия там? Ах, какие же здесь прекрасные розы! А, аромат!»
Василиса свернула на тропиночку, ведущую к той самой часовенке, утопающей в розовых кустах. Вдалеке, в самом конце этой дорожки, в переплетении солнечных лучей, и ажурных ветвей, она приметила фигуру с метлой в руках.
«Мужчина в женском монастыре? Хм…. Ну, что ж, помощник - трудник! Мужская помощь нужна! А, как же!»
Сердце екнуло. Эта широкая спина, эти движения, напомнили ей, пропавшего, много лет назад, мужа. Она ускорила шаг, чтобы подойти к этому человеку и рассмотреть его поближе, но внезапно остановилась. Голова закружилась. Солнечные блики, розовый аромат, дуновение легкого ветерка, все это слилось с гулким звуком ее сердца. Большой теплый сияющий шар вырвался из груди навстречу точно такому-же яркому шару, устремленному к ней.
-Гриша?!
__
Василиса очнулась на деревянной лавке, в часовенке. Ее Гриша был рядом. Он стоял на коленях, гладил ее по голове, и твердил одно:
-Прости меня! Прости меня! Прости меня!
-Господи! Спасибо! - только и прошептала Василиса.
________
Они сидели на полу возле печки. Бояна подкидывала щепки в топку, Владимир Яковлевич, в толстом сером вязаном свитере, прислонившись спиной к железной кровати, покрытой стеганым цветным покрывалом, потягивал терпкое вишневое вино и рассуждал вслух:
-Все-таки твое вино самое лучшее! Ничего вкуснее я за свою жизнь и не пробовал. Знаешь, драга моя, я так счастлив! Не понимаю, и за что только ты меня полюбила!
-Волим паметне мушкарце. Ти си паметан И ти си такодже храбар. Мой муж е био такав. Био је веома интелигентан човек, научник, геохемичар.
(Люблю умных мужчин. Ты умный и смелый. Мой муж был таким. Он был ученый геохимик.)
-Расскажи, как ты сербка оказалась здесь в русской деревне?
-Довео ме је овде пре много година.
Испоставило се да је потомак велике породице Петровић, и отишао је у Србију да пронађе рођаке по тој линији. И упознао је мене. А ја сам Бојана Петровић, ако нисте знали. Онда ме је довео овде.
(Он привез меня сюда много лет назад. Оказалось, что он потомок великого рода Петровичей, и он поехал в Сербию, что-бы найти родственников по этой линии. Так познакоился со мной. Я Бояна Петрович, если ты не знал. Тогда и привез меня сюда.)
Мој муж је желео да пронађе оно што је наш заједнички предак, професор Петрович, тражио целог живота. Његово истраживање га је довело до ових места.
Довео ме је овде и почели смо да живимо овде. Једног дана, наишао је на мршавог човека у шуми. Довукли смо га овде, неговали док се није опоравио и сазнали да је он Григориј, физичар, математичар и веома интелигентан човек који је био приморан да се крије од система који га је прогонио због његовог открића.
(Муж мой всегда хотел найти тоже, что и наш общий предок, профессор Петрович искал всю жизнь. Его исследования привели в эти места. Привез меня сюда и начали мы жить здесь. Однажды, он встретил изможденного человека в лесу. Притащили мы его сюда, выходили, и когда он поправился, узнали, что это Григорий, ученый физик - математик, который был вынужден скрываться от системы, преследовавшей его за его важное открытие)
И тако су се два учени човека, мој муж и Гриша, спријатељили. Почели су заједно да истражују.
И једног дана су пронашли оно што су тражили. Саградили су колибу у близини, где се Григорије настанио. Међутим, морао је да промени име и да се преобуче у старца. И тако је постао пустињак Георгије. И монахиње су заволеле оца Георгија
(Так и подружились два ученых человека, муж мой и Григорий. Начали вместе заниматься своими исследованиями. И однажды они нашли то, что искали. Неподалёку построили хижину, где и поселился Григорий. Правда, ему пришлось сменить имя и принять на себя личину старца. Так он стал отшельником Георгием. И монахини полюбили отца Георгия.)
Толико им је помогао, направио је све што су тражили. Али убрзо се мој муж разболео. Онда, пре него што је умро, мој муж ми је рекао да ако упознам интелигентног човека, не би требало да оклевам да се удам за њега, родићу децу, и да не би требало да тугујем за њим.
Толико је година прошло. Нисам ни веровала да ћу упознати свог човека. А онда си се изненада појавио ти. Моја судбина.
(Он им помогал, много мастерил, все что они просили.
Вскоре муж мой сильно заболел. Перед смертью муж сказал мне, что если я встречу умного мужчину, то не раздумывая выйду за него замуж, рожу ему детей и не буду больше горевать.
Прошло много лет! Я всё ещё не могла поверить, что встречу своего мужчину. А потом появился ты, моя судьба.)
-Спасибо тебе! – Владимир Яковлевич встал на колени перед сербкой, обнял ее, она обняла его, и так они и стояли на коленях около пышущей жаром печки обнявшись и потеряв счет времени.
_____
-Анют! Дай я сам все сделаю. Отдыхай! – сказал Арчи мягко отодвигая девушку от раковины с горой грязной посуды.
-Да, Нют, посиди, отдохни!! – поддакнул Рыжий. – Набегаешься еще с пеленками! А хорошо мы посидели? Да? И стихи почитали, и песни попели. От души!
-Да, очень хорошо! Ребята очень милые! Девочки помогли с готовкой! А мальчишки, все такие серьезные! Не по годам.
-Ой, да это они перед тобой выпендриваются! Уважают!
Нюта улыбнулась, и присела на резной старинный стул в уголочке. Напротив, в противоположном углу красовалась нарядная пушистая елочка, сплошь увешанная самодельными игрушками. Были там и берестяные бабочки, и сундучки, и плетеные погремушки, и нитяные куколки.
Дверь распахнулась, и на пороге в валенках, и тулупе, возник краснощекий веселый Митрич.
-Морозит, однако! - борода его покрылась инеем. – А тут, у нас, прям хорошо! Я вот знаете, что подумал?! - сходу заявил он. - Надо бы нам всем старика проведать! Как они там с Чангой в охотничьем домике, и на заимке справляются? Да, Вадик?! Дров бы им наколоть надо, хворосту насобирать, и, кстати, пирогов им надо отвезти! И, папу с мамой тоже пора проведать? Да, Нют? Я на работе все уладил. Семен меня позамещает, какое-то время. Василий ему в подмогу. Концертов ближайшее время не предвидится, ибо отдыхать тоже надо!
-А, Рекса мы с кем оставим? – спросила Нюта. В этот момент к ней на коленки запрыгнула серая пушистая кошечка.
- А Рекса мы Захару и Валентину поручим. И кошечку нашу пусть подкармливают! – Митрич погладил кошку, и чмокнул жену в макушку.
-Димочка! А на чем же мы поедем?
-А это я решу, не переживай! На тройке, да с бубенцами долетим! Кто за, прошу поднять руки! Единогласно!
______
Огромный джип, мчал по мокрому утреннему шоссе мимо прозрачных березовых рощиц, нарядных пряничных домиков с разноцветными веселыми крышами, мимо белых еще подснежных озимых полей, с редкими рыже-зелеными оттаявшими прогалинками.
-Хорошо то как, а? - Темыч открыл все окна в машине. – чуете как весной пахнет? Родные просторы, воздух даже родной! И как-то повеселее тут стало? Да? Радостнее! - он включил свой трек, который записал совсем недавно, на одной небольшой студии, за тысячи миль отсюда, в маленькой горной стране. Пространство наполнилось чарующими звуками флейты.
Миша, улыбаясь, глядел в окно на безкрайние поля, на домики в три окошечка, на быструю игривую речку, на оттаявшее голубое озеро отражающее небо.
-Как думаешь, Мих, успеем?
-Мы будем как раз вовремя!
-Что, Вань притих-то опять? – Темыч посмотрел в зеркало заднего вида на юношу, который, казалось, задремал на заднем сидении. - Спишь что ли? Погляди хоть вокруг! Домой едем!
Иван открыл глаза, достал свою тетрадь, ручку и написал:
"По ту сторону распахнутого окна"
Смотря откуда ты наблюдаешь.
Совсем вот недавно, пришло знание о том, что я на своем месте. Окажись я на другой ступени, я бы не исполнил свое предназначение. Именно с этой позиции мне видно то, что необходимо запечатлеть в вечности.
В слове ли, в музыке ли, в красках, или в человеческой памяти. Являясь наблюдателем, необходимо запечатлевать свое видение в творении вечности. Так, передается знание истиной истории существования материального мира. Так сохраняется код доступа.
Так мы узнаем себя. Вспоминаем.
С какой бы стороны окна ты не находился, ты на том месте, где и должен быть здесь и сейчас.
(Продолжени следует)
Использованные стихи и афоризмы авторов:
А. Пушкин
Ф.Глинка
В. Берестов
В. Саводник
Н. Заболоцкий
Джордано Бруно
Эдуард Багрицкий
Константин Бальмонт
Апполон Майков
Жан Батист Анри Лакордер
Александр Полежаев
Александр Блок
Лао-Цзы
Мицуо Басе
Наталия Княжинская
10 ноября 2025 г.
Присутствие II. Наследие Арктов
© Copyright: Наталия Княжинская 2, 2026
Свидетельство о публикации №226021601658
Свидетельство о публикации №226021601658
Рецензии