Старик Самарин нас заметил

Курсант первого курса Чередник был из разряда раздолбаев, а кто служил, знает, что на армейском жаргоне слово раздолбай звучит намного ярче. В увольнение за весь первый курс Гришку отпустили всего один раз, и то, в августе, когда он был в стройбригаде, а все училище, в том числе и взводный Быков, в отпуске.

Единственной возможностью связи с городом у такой категории военных была самовольная отлучка. Первый раз отважится на самоволку, курсант решился в январе, сразу после нового года, когда первокурсник лежал в санчасти, а там жесткого надзора не было. В санчасти все лежали в спортивных костюмах, и ночью, можно было вылезть через форточку и также войти обратно, а преодолеть бетонный забор было делом техники. Оставалось, только прикинуться спортсменом, бегущим по городу.
Времени было терять нельзя и в первой же такой вылазке Гришка познакомился с девочкой, которую звали Марина. Пока две недели шло лечение, свидания в ночном городе могли продолжаться практически каждый день. Счастью влюбленных положила конец выписка из медсанчасти. Из роты в самоволку не побегаешь.

 ОСОБЕННОСТИ КАРАУЛЬНОЙ СЛУЖБЫ ЗИМОЙ

Беда не приходит одна, тут еще и подвела 103 группа, которая должна была заступить в караул. В этот день у её курсантов случился приступ массового поноса. С подозрением на дизентерию их наряд заменили Гришкиным взводом. А Марина, ничего не знавшая о неожиданном препятствии на пути любви, в договоренный час к 21.00 подошла к решетке забора у столовой.

Кто из курсантов назначал своим возлюбленным свидание в этом месте, тот знает, что у самого забора стояла трансформаторная будка, надежно скрывавшая влюбленных от посторонних глаз со стороны училища. Гришку как раз поставили на этот пост, и он специально попросился в первую смену, когда должна подойти девочка.
 
Вот и долгожданная встреча, только забор, автомат и тулуп мешают счастью влюбленных. Не беда. Гришка моментально снял автомат, сумку с пустыми магазинами, на этот пост выставляли без патронов, и завернув всё в тулуп, спрятал за отдельно стоящим строением мусоросборника. Свой схрон для маскировки он присыпал снегом, а сам быстро перескочил через забор.

На беду, через дорогу на углу Университетской и Кутякова, в это время в здании училища вертолетчиков начался пожар.

Дежурный по училищу подполковник Самарин Илья Федосеевич решил сходить и сам лично посмотреть на происходящее – не угрожает ли нашим складам. Он прошел через Гришкин пост, но часового не встретил. Примерно через полчаса он прошел обратно и опять не увидел часового. Подполковник прошел в караул, и узнав от начальника, что часовой должен был быть там, где его поставили поднял караул «В ружьё».
Ничего не подозревавший Гришка простился с девочкой и как ни в чем не бывало одел на себя тулуп и взял автомат на ремень. До смены оставалось еще около часа, и довольный собой не спеша он двинулся по маршруту поста. Не доходя до овощехранилища у него, вдруг онемели ноги. Он увидел, что от лыжпарков ему навстречу идет в тулупе и с автоматом часовой второй смены курсант Гаврилин.

– Ты где был? Караул в ружьё подняли. Тебя все ищут.
 
– Долго?

– С полчаса!

Соображать было некогда, тут же, запыхавшись, появился бегущий начальник караула Барбакарь с двумя курсантами из тревожной группы. Ни слова не сказав, Барбакарь жестами приказал следовать за ним. Приведя в караулку, разоружил по всем правилам устава и препроводил в караульное помещение. Сидевший за столом Илья Федосеевич, ничего не выясняя, снял Чередника с караула и отвел в подразделение роты.

Такого залета даже страшно было представить себе. По сути, было совершено воинское преступление – уход с поста. Гришка понимал, что теперь его точно отчислят и дай Бог, чтобы не отправили в дисциплинарный батальон. Дневальный по роте Дима Морозов, выслушав его, дал пачку сигарет ТU-134 и посоветовал говорить, что был понос, кровоизлияние, менструация, всё что угодно, только не правду. Впервые закурив и выкурив до утра в туалете всю пачку, Григорий придумал версию своего оправдания.

С утра в роте появился командир взвода лейтенант Быков. Он вызвал к себе нашкодившего курсанта и начался допрос. Глядя на то, как умел это делать Быков, все на свете гестаповцы нервно курили и просто отдыхали. Допрос продолжался весь день только с перерывом на обед. При чем, обедать ходил командир взвода, так как «вам обед не положен, товариЩЬ курсант, вы свое отобедали уже в карауле». И без этих ядовитостей, есть ещё долго не хотелось.  Так вместо обеда раздвинув гестаповцев, Гришка, на корточках нервно курил вместе с ними в туалете.

Как бы там ни было, а «за отклонения от маршрута в карауле» отделался Григорий всего тремя нарядами вне очереди. Не сознался-таки курсант. А потом, следуя принципу «Если появилась проблема, избавляйся не от проблемы, а от того, кто её создал», Григорий расстался с Мариной, от себя то он избавиться не мог.

ЖЁНЫ МИРОНОСИЦЫ

Летом восемьдесят третьего уже на третьем курсе в летних лагерях 101 группа заступила в караул. Паша Кальсин стоял на посту № 2 по охране складов неприкосновенного запаса, что располагались в учебном центре, рядом с училищным свинарником. Это была специально выделенная площадка, огороженная забором из колючей проволоки. На площадке стояли два огромных склада с множеством дверей, опечатанных сургучными печатями. Пост был круглосуточный трехсменный и Паша стоял «на часах» в первую смену, заступив на пост по второму кругу в семь часов утра. Солнышко грело «по-взрослому» и укрывшись в тени склада, Паша получал удовольствие от погоды и по случаю жизни.

Примерно часов к девяти он заметил, как мимо его поста, по тропинке, что вела к лагерю шли две девушки в легких ситцевых платьях с сумками в руках. Он сразу их узнал, так как одна из них была жена его друга и командира сержанта Чередника, а вторая ее подруга и одноклассница, жена сержанта Аверьянова. Паша обеих их хорошо знал, так как еще недавно был на свадьбе Чередника свидетелем. Добродушный Пашка, с готовностью распахнул калитку ограждения своего поста и предложил женам друзей позвонить мужьям по прямому телефону. Делал он это не сказать, что бескорыстно, он предчувствовал, что за такую неожиданную услугу ему наверняка перепадет что-нибудь вкусненькое из увесистых сумок жен-мироносиц.

Аверьянов в это время, выполняя обязанности начальника караула сидел за пультом связи в караульном помещении, а Чередник спал после бессонной ночной смены помощником начальника караула. Конечно, Аверьянов был озадачен, когда на прямой связи с поста, услышал голос собственной жены. Не сказать, что он сильно обрадовался, так как сразу на пульте загорелась лампа дежурного по учебному центру и строгий голос дежурного сказал, что у часового на посту какие-то девицы.
Подняв и оставив за себя Чередника, Аверьянов в сопровождении тревожной группы огромными прыжками, напрямик через лес, полетел на пост, не совсем понимая сюрреализма происходящего.

С жёнами-нарушительницам, что ехали с угощениями к своим мужьям, конечно же разобрались и расстреливать не стали. Паша, что нарушил принцип неприкосновенность часового, отделался устными порицаниями в стиле нравоучения.
 
А дежурный по учебному центру, что волею судьбы в этот день оказался все тот же Илья Федосеевич Самарин, надолго поселил в Череднике примету – увидишь в карауле Самарина, беги. В тот же день Григорий переиначил Пушкина:

«Моя курсантская палатка вдруг озарилась. Кальсин в ней
Открыл нам мир младых затей
Двух жен он с автоматом встретил, поста калитку им открыл...
Старик Самарин нас заметил, и матерясь благословил…»


Другие произведения автора:
Чистые руки и горячая голова http://proza.ru/2026/02/09/1637
Чипок http://proza.ru/2026/02/04/1711
Канцеленбоген http://proza.ru/2026/01/28/818
Расплетись мой плетень http://proza.ru/2026/01/25/1475
Как Вилорий в партию вступал  http://proza.ru/2026/01/15/1479
Встречаются эти ребята повсюду. Свердловск 44 http://proza.ru/2026/01/15/579
отпечаток комбата Романова. http://proza.ru/2026/01/12/1100