Стихи о комсомоле 20-30-х лет ХХ века

А. Безыменский "Комсомольцам Москвы и Питера".

Михаил Светлов. КОМСОМОЛ

Эдуард Багрицкий СМЕРТЬ ПИОНЕРКИ

Михаил Светлов. ГРЕНАДА

Ян Бауман. Юные коммунары

Герасим Фейгин Красная молодежь

Иван Бурсов О мужестве
Сергей Малахов В детском доме

Иван Булатов Я

Лебедев-Кумач В. КОМСОМОЛЬСКИЙ БИЛЕТ

Александр Жаров. Ленин на третьем съезде РКСМ

Адольф Дихтярь Весна

Алексей Сурков Шестой
         =================


А. Безыменский "Комсомольцам Москвы и Питера".   

11 (24) июня 1917 года состоялось учредительное собрание Московского Союза молодежи при МК РСДРП (б). И в июне 1922 года комсомольцы Москвы отмечали 5 летие создание своей организации. Этому событию были посвящены стихи, которые были напечатаны в газете «Юный Коммунист» №10-12, июль 1922 г., органа ЦК РКСМ. (Грамматика соблюдена того времени):

 Пять  лет под знаком Комсомола
России, вспрянувшей от сна,
Мы на знаменах – серп и молот,
Мы под знаменами – весна.
Пять лет за нами, в нас и с нами!
Но павших жертв живая тень
На миг да склонит наше знамя
В сегодняшний солнцеточащий день.
И снова выше, выше, выше!
В их смерти - радости зовет:
Не нашей-ль молодостью вышит
Октябрьский меч и боль побед?
Пять лет! Ах, вот они, тут, рядом:
Гремят, хохочут, говорят,
И всей душою, мыслью, взглядом
Уходишь в их глубинный взгляд.
О, ты, под знаком бурь рожденный,
Земли замерзший ледоход –
Октябрьский, солнцебетонный,
Семнадцатый грозный год!
Не мы - ль с рабочими полками,
С тобою, вставшим на дыбы,
Над миром взвили это знамя
Не остывающей борьбы?
Ты, восемнадцатый! Ты с гневом
Зерном кровавым в грудь земли
Бросал нас горстью, чтоб с посевым
Мы красной новью расцвели.
О, вы, о наши комсомольцы,
В грязи, в лохмотьях, без еды,
Душой плескающие солнце
На дум расцветшие цветы!
Двадцатый! Помнишь ли, дружище,
Как мы в порыве трудовом
России солнечной и нищей
Плечами воздвигали дом?
Нескладные мы клали срубы,
Их каждый сердцем обточил;
Вбивали мы не гвозди – зубы,
Скрепляли кровью кирпичи.
А двадцать первый? Темный инок,
Под звук молитвенный весь день
Точивший – клинок, давший – рынок
И когти жадные везде!
Но нет! В груди не даром солнце!
Все той же грозною волной
Мы дети фабрик – комсомольцы,
Проходим год двадцать второй.
Пять лет… А будут сотни новых!
Не нам, растущим по пути…
И мы готовы, да – готовы
Идти и гибнуть, но – идти!
Идти под знаком Комсомола
Дорога нам всегда ясна!
Мы на знаменах – серп и молот,
Мы под знаменами – весна.

       ------

Михаил Светлов. КОМСОМОЛ

1

Трубы, солнцем сожженные,
Хрипло дымят в закат.
Думаешь: легко Джону
У станка?

Льет завод расплавленный камень...
Видишь: молот - и ему лень...
Где же Джону с двумя руками
По двенадцать часов в день?

2

Джон в восемнадцать лет
Первый бунтарь в заводе...
Забастовочный комитет
Сегодня митинг проводит.

Мутно-свинцовую грязь
Трубы устали выбрасывать,
Сегодня в заводе праздник
Пролетарский,
Классовый.

3

Крылья зарев машут вдалеке,
Осторожный выстрел эхом пойман,
А у Васьки в сжатом кулаке
Пять смертей затиснуты в обойму.

В темный час ленивая изба
Красный флаг напялила с опаской...
От идущей нечисти избавь,
Революция антихристова, Ваську!

Под папахой мокнет черный чуб,
Бьется взгляд, простреленный навылет.
Сумерки, прилипшие к плечу,
Вместе с Васькой думу затаили.

Стынет день в замерзшей синеве,
Пляшет дружно хоровод снежинок,
Да читает окровавленный завет
Ветер - непослушный инок.

4

Джоном получен приказ
Собрать молодежь завода...
Каменной шее станка
Джон свои руки отдал.

Джона года
Ждали машины...
Если надо, душу отдаст
В порядке партийной дисциплины.

5

Месяц в небе задумчив и строг.
Стелет синий ковер на порог,
У порога месяц прочел
Незнакомое: "Комсомол".
Ветер гладит и чешет сосну,
Хорошо бы сосне соснуть...
Чью-то грусть сберегла тишина...
Хорошо бы Ваське узнать,
Хорошо бы винтовку с плеч,
Под лучи голубые лечь.

6

Джон и Васька вдвоем идут...
В небе, на туче прохожей,
Пятигранную стелет звезду
Коминтерн Молодежи...
1921
Михаил Светлов. Собрание сочинений в 3-х т.
Москва: Художественная литература, 1974.

Эдуард Багрицкий СМЕРТЬ ПИОНЕРКИ
Грозою освеженный
Подрагивает лист
Ах, пеночки зеленой
Двухоборотный свист!

Валя, Валентина,
Что с тобой теперь?
Белая палата,
Крашеная дверь.
Тоньше паутины
Из-под кожи щек
Тлеет скарлатины
Смертный огонек.

Говорить не можешь -
Губы горячи.
Над тобой колдуют
Умные врачи.
Гладят бедный ежик
Стриженых волос.
Валя, Валентина,
Что с тобой стряслось?
Воздух воспаленный,
Черная трава.
Почему от зноя
Ноет голова?
Почему теснится
В подъязычье стон?
Почему ресницы
Обдувает сон?

Двери отворяются.
(Спать. Спать. Спать.)
Над тобой склоняется
Плачущая мать:

Валенька, Валюша!
Тягостно в избе.
Я крестильный крестик
Принесла тебе.
Все хозяйство брошено,
Не поправишь враз,
Грязь не по-хорошему
В горницах у нас.
Куры не закрыты,
Свиньи без корыта;
И мычит корова
С голоду сердито.
Не противься ж, Валенька,
Он тебя не съест,
Золоченый, маленький,
Твой крестильный крест.

На щеке помятой
Длинная слеза...
А в больничных окнах
Движется гроза.

Открывает Валя
Смутные глаза.

От морей ревучих
Пасмурной страны
Наплывают тучи,
Ливнями полны.

Над больничным садом,
Вытянувшись в ряд,
За густым отрядом
Движется отряд.
Молнии, как галстуки,
По ветру летят.

В дождевом сиянье
Облачных слоев
Словно очертанье
Тысячи голов.

Рухнула плотина -
И выходят в бой
Блузы из сатина
В синьке грозовой.

Трубы. Трубы. Трубы
Подымают вой.
Над больничным садом,
Над водой озер,
Движутся отряды
На вечерний сбор.

Заслоняют свет они
(Даль черным-черна),
Пионеры Кунцева,
Пионеры Сетуни,
Пионеры фабрики Ногина.

А внизу, склоненная
Изнывает мать:
Детские ладони
Ей не целовать.
Духотой спаленных
Губ не освежить -
Валентине больше
Не придется жить.

- Я ль не собирала
Для тебя добро?
Шелковые платья,
Мех да серебро,
Я ли не копила,
Ночи не спала,
Все коров доила,
Птицу стерегла,-
Чтоб было приданое,
Крепкое, недраное,
Чтоб фата к лицу -
Как пойдешь к венцу!
Не противься ж, Валенька!
Он тебя не съест,
Золоченый, маленький,
Твой крестильный крест.

Пусть звучат постылые,
Скудные слова -
Не погибла молодость,
Молодость жива!

Нас водила молодость
В сабельный поход,
Нас бросала молодость
На кронштадтский лед.

Боевые лошади
Уносили нас,
На широкой площади
Убивали нас.

Но в крови горячечной
Подымались мы,
Но глаза незрячие
Открывали мы.

Возникай содружество
Ворона с бойцом -
Укрепляйся, мужество,
Сталью и свинцом.

Чтоб земля суровая
Кровью истекла,
Чтобы юность новая
Из костей взошла.

Чтобы в этом крохотном
Теле - навсегда
Пела наша молодость,
Как весной вода.

Валя, Валентина,
Видишь - на юру
Базовое знамя
Вьется по шнуру.

Красное полотнище
Вьется над бугром.
"Валя, будь готова!" -
Восклицает гром.

В прозелень лужайки
Капли как польют!
Валя в синей майке
Отдает салют.

Тихо подымается,
Призрачно-легка,
Над больничной койкой
Детская рука.

"Я всегда готова!" -
Слышится окрест.
На плетеный коврик
Упадает крест.
И потом бессильная
Валится рука
В пухлые подушки,
В мякоть тюфяка.

А в больничных окнах
Синее тепло,
От большого солнца
В комнате светло.

И, припав к постели.
Изнывает мать.

За оградой пеночкам
Нынче благодать.

Вот и все!

Но песня
Не согласна ждать.

Возникает песня
В болтовне ребят.

Подымает песню
На голос отряд.

И выходит песня
С топотом шагов

В мир, открытый настежь
Бешенству ветров.
990.
     -------
Михаил Светлов. ГРЕНАДА

Мы ехали шагом,
Мы мчались в боях,
И "Яблочко"-песню
Держали в зубах.
Ах, песенку эту
Доныне хранит
Трава молодая -
Степной малахит.

Но песню иную
О дальней земле
Возил мой приятель
С собою в седле.
Он пел, озирая
Родные края:
"Гренада, Гренада,
Гренада моя!"

Он песенку эту
Твердил наизусть...
Откуда у хлопца
Испанская грусть?
Ответь, Александровск,
И, Харьков, ответь:
Давно ль по-испански
Вы начали петь?

Скажи мне, Украйна,
Не в этой ли ржи
Тараса Шевченко
Папаха лежит?
Откуда ж, приятель,
Песня твоя:
"Гренада, Гренада,
Гренада моя"?

Он медлит с ответом,
Мечтатель-хохол:
- Братишка! Гренаду
Я в книге нашел.
Красивое имя,
Высокая честь -
Гренадская волость
В Испании есть!

Я хату покинул,
Пошел воевать,
Чтоб землю в Гренаде
Крестьянам отдать.
Прощайте, родные,
Прощайте, друзья -
"Гренада, Гренада,
Гренада моя!"

Мы мчались, мечтая
Постичь поскорей
Грамматику боя -
Язык батарей.
Восход подымался
И падал опять,
И лошадь устала
Степями скакать.

Но "Яблочко"-песню
Играл эскадрон
Смычками страданий
На скрипках времен...
Где же, приятель,
Песня твоя:
"Гренада, Гренада,
Гренада моя"?

Пробитое тело
Наземь сползло,
Товарищ впервые
Оставил седло.
Я видел: над трупом
Склонилась луна,
И мертвые губы
Шепнули "Грена..."

Да. В дальнюю область,
В заоблачный плес
Ушел мой приятель
И песню унес.
С тех пор не слыхали
Родные края:
"Гренада, Гренада,
Гренада моя!"

Отряд не заметил
Потери бойца,
И "Яблочко"-песню
Допел до конца.
Лишь по небу тихо
Сползла погодя
На бархат заката
Слезинка дождя...

Новые песни
Придумала жизнь...
Не надо, ребята,
О песне тужить.
Не надо, не надо,
Не надо, друзья...
Гренада, Гренада,
Гренада моя!
1926
Русская советская поэзия.
Москва: Художественная литература, 1990.
       -----

Ян Бауман. Юные коммунары

Раньше нас в тюрьмах томили
За стремление к светлой дали,
Но теперь свободны стали
Мы в стране родной.

Прежде нам привить старались
Дух покорности, смиренья.
Нынче ищем единенья
В школе трудовой.

Мы бок о бок с старшим братом
Революцию свершили,
Много крови уж пролили,
Крови молодой.

А в борьбе за власть советов
И вперед мы стойки будем,
Павших братьев не забудем
В схватке боевой.

Уж недолго до победы
Над корыстным старым светом:
Красным трудовым Советом
Обновится новый строй.

И настанет время мира,
Трудовой коммуны время,
И продолжит наше племя
Путь ученья свой.
1920

Герасим Фейгин Красная молодежь

Мы пойдем без страха, мы пойдем без дрожи,
Мы пойдем навстречу грозному врагу,
Дело угнетенных ; дело молодежи,
Горе, кто на чуждом черном берегу!
Мы собьем запоры? Мы сметем преграды,
Все мы вдохновились красною борьбой...
Жизнь на баррикады! Все в последний бой!
Смерть в жестокой битве ярче и моложе
Тусклого бессилья жалких стариков,
Шире же дорогу красной молодежи
К счастью без запоров, к жизни без оков!
1921
       =====
Иван Бурсов О мужестве

Мы его познавали,
Душой замирая:
На широком, как снежная даль
Полотне
Проносилось оно
В черной бурке Чапая
На лихом
Удила закусившем коне.
Мы в волненье кусали горячие губы.
Нам хотелось труда...
Нам хотелось помочь...
За бревенчатой стенкой
Колхозного клуба
Проплывала
Гречихой пропахшая ночь.
До утра
Мы ворочались в мягких постелях.
В сны
Врывалась в буденновке
Юность отцов.
...Может, в эти минуты
Рождались Гастелло
Из вихрастых мечтателей-сорванцов.
1959
        -----

Сергей Малахов В детском доме

Я один. Ни отца у меня, ни матери.
Только твой я, Республика, сын.
Ой, куда вы?.. куда вы?.. –
Прямо к кровати.
Солнечные усы.
Ой, как босые щекочут пятки,
Тормошат пушистые волосы сна!
А потом на улицу без оглядки,
Прыгая через нас.
К окнам – шумною детской оравой.
Пусть восторги глаз серебрят.
А на площади, от знамен кудрявой, -
25 октября.
Там Октябрь, звенящий славою
Солнечных, гордых лет.
Но что это?..
И – меркнут церковные главы
И скрываются в осенней мгле.
И как будто плакатов не было.
Будто спрятали день за ведро.
И по черному барабану неба
Тревожная пулеметная дробь.
Стук калитки. И крик мой: «Папа!»,
И внезапная дрожь лица,
И опущенный молчаливо на пол
Согнутый труп отца.
И из глаз неподвижных – бездна,
И холодная мертвая тьма,
И мучительным криком срезанная,
Бьющаяся по полу мать.
Снова свет, и опять на моей кровати
Вздрагивающие пушистые усы,
Ни отца у меня, ни матери,
Только твой я, Республика, сын.
1920
             ========
Иван Булатов Я

Я – юноша рабочий,
Я – пламя и пожар,
Вселенной новый зодчий
Великий коммунар!!!
Со мной идет свобода,
Свобода и любовь,
Я – друг и сын народа,
Я – радостная новь!
В бою суровом драться
Зову я каждый час
За равенство и братство
Среди народных масс!
Я – юноша рабочий,
Великий коммунар.
Я – мира новый зодчий,
Я – пламя! Я - пожар!
1922
        ======
Лебедев-Кумач В. КОМСОМОЛЬСКИЙ БИЛЕТ

Комсомольский билет, комсомольский билет,
Ты у сердца согрет молодого,
Там, где спрятан заветный девичий портрет
Да от матери нежное слово.
Все мечты, все, что было, что будет и есть,
Все, что нас согревает на свете,
Нашей юности цвет, нашей Родины честь -
Все слилось в комсомольском билете.
Пионерских костров золотая зола,
Необъятные наши просторы,
Наша школа, где крепкая дружба росла,
Комсомольские жаркие споры.
Вечеринки, собранья и ночи без сна,
И любовь, и работа большая...
Комсомольский билет - это наша страна,
Это молодость наша родная.
В гимнастерке походной у сердца согрет,
Верный спутник отваги и чести,
Ты на подвиг зовешь, комсомольский билет,
Неустанно вызываешь о мести.
Ты как совесть живая с бойцом говоришь,
Слыша сердца биенье любое,
Прословляешь героев и трусов клеймишь,
Вдохновляешь для смертного боя.
Комсомольцы всегда и везде впереди,
Не дают они клятвы впустую,
Как святыню, они берегут на груди
Комсомольскую книжку простую.
Без победы ни жизни, ни радости нет,
Ни свободы, ни дома родного...
Комсомольский билет, ты у сердца согрет,
Ты у сердца согрет молодого!
1940

Александр Жаров. Ленин на третьем съезде РКСМ

Пришедшие
Из всех углов страны,
С фронтов, с заводов,
Из глухих селений,
Мы были
В первый миг ослеплены,
Оглушены,
Когда сказали:
-Ленин!

Не передать
Ни радости такой,
Ни клекота
Рукоплесканий жгучих…
К эстраде
Сгрудились мы
Тысячной толпой.
Зал грохотал
Овацией могучей.

Товарищ Ленин
Руку поднимал,
Молил пощады!..
Но «пощада» - мимо!
И, осажденный радостью, стоял
Он перед лагерем
Неумолимым…

- Скажи. Ильич,
Что делать нам с собой,
С сердцами,
Вдребезги готовым разбиться!
В боях мы были.
Вновь готовы в бой!.. –
А он нахмурился
И вдруг сказал:
- Учиться!

- Учиться? Что?
Мы землю на дыбы
Поставим,
Как взбешенную тигрицу!.. –
А он:
- Не отрываясь от борьбы,
Учиться,
И учиться!..
И учиться!..

- Учиться!.. Как?!
Великий командир,
В стране
Дела найдутся… поважнее. –
А он свое:
О том, что новый мир
Без знанья мы
Построить не сумеем!..

Ильич спокоен.
Снова и опять
Слова: мораль,..
Труддисциплина…
Знанья…
О том,
Что надо смену воспитать
В коммунистическом
соревнованье.

…Мы этих слов
Не слышали вовек…
Они сложны,
Слова простые эти.
Не знали мы,
Что может человек
Так зорко разглядеть
Пути столетья.

Простой… Родной…
Лицо… Часы… Жилет…
В руке листок.
На нем рисунок: школа…
И в этот день
Он на десятки лет
Нам написал
Программу
Комсомола.
1926 г
            ========
Адольф Дихтярь Весна

Снега чернеют талые.
По берегу реки
Идут
Усталые
Латышские стрелки.
Строптивый,
Иртышский,
Казачий Павлодар,
ты видел,
Чтоб латышский
Стрелок
Рыдал!
Он выдержит.
Он выдюжит,
В кровь губы искусав!
«Нас беляки не вырежут,
Товарищ комиссар!..»

А ветры по оврагам
Плачут навзрыд.
Суровым красным флагом
Гроб
Накрыт.
И больше комиссару
Не надо ничего.
И по земному шару
Идти нам без него.

Вновь
Смерть грозит кому-то,
Но смерти вопреки
Сквозь смерть
Идут в коммуну
Латышские стрелки.
Звучит над снегом талым,
Над черною рекой:
«С интернационалом
Воспрянет род людской!»
1965 г.

Алексей Сурков Шестой

Хорошие были ребята:
Кремневые, на подбор.

Трава на тропе примята,
Зарос лопухами двор.
Синеет в траве колокольчик.
Кузнечик стрижет в тишине.
Переглянулись молча
И молча встали к стене.

Хорошие были ребята:
Кронштадские. Моряки.

Одетый медью заката,
Конвой подровнял штыки.
Подул ветерок с заречья,
И сразу стало свежо.
В высокой траве кузнечик
Стрижет себе да стрижет.

Хорошие были ребята,
Ребята были «на ять».

Замедленно падал пятый.
Шестой оставался стоять.
Шестой шатнулся сутуло
(Шаг в сторону, шаг назад)
И рыжему есаулу
Взглянул исподлобья в глаза.

Сказал, улыбаясь косо:
- И тут тебе не везет.
Ужо вот тебя матросы
Почище пустят в расход…

Упал на мягкую мяту
Под выстрелами в упор.

Хорошие были ребята:
Кремневые, на подбор.

1932 г.
       ====