Снежная буря часть 1

Северная и Южная

  Зимняя эстетика неповторима. Каждое лето похоже друг на друга, но все зимы разные.  Вы когда-нибудь видели бурю? Такую, что не видно ни зги, когда снег стеной, а при каждом шаге ты проваливаешься по пояс, едва выбравшись из предыдущего сугроба. Мы в такой живем 360 дней в году, и только пять - у нас праздник Бесснежья. Эти дни мы превратили в каникулы, которые все поселенцы проводят на улице, играя в снежки, лепя крепости и используя другие забавы для времяпрепровождения. Этот период совпадает с белыми ночами, поэтому почти никто не спит. Как вы поняли, у нас нет лета, то есть по календарю оно есть, но по погоде – нет. Наш поселок делится на две части: Южную, где живу я, и Северную, где живет Маниша. Вы спросите, куда мы деваем снег? В Северной части его укатывают специальной техникой, в Южной – наши улицы выглядят как тоннели, и большую часть времени жители проводят за чисткой снега. В 9 утра из рупоров начинает играть музыка, сейчас – это техно, потому что за неё отвечает Дэнчик, очень веселый парень, который из-за своей профессии и ещё кое-чего является нейтральной стороной и живет на два лагеря. Почему мы разделились? Потому что гуманно настроенное общество решило, что интровертам и экстравертам лучше жить отдельно, чтобы не сеять вражду. Положительное в том, что теперь мы можем открыто презирать людей. Но есть прослойка амбивертов, которые перемещаются взад – вперед. По мне, так они - ни рыба, ни мясо. Вечно всех мирят и морализаторствуют. Кстати, меня зовут Николос. Сейчас экстраверты управляют миром, если бы Юнг знал о том, к чему приведет его открытие. Не важно по какому принципу деление, с клановым мышлением человека все заканчивается одинаково: кто не со мной, тот против меня. Но мне нравится мое поселение, мы очень дружные в работе, в смысле, каждый хорошо делает свою работу, а главное -молча, да и музыка отвлекает от рутины. Жизнь у нас довольно суровая, средняя температура минус десять, и бороться приходится буквально за все. Каждую неделю проводится собрание для того, чтобы выбрать ответственного за постановку музыки.  Выбранный должен научно аргументировать чем обоснован его выбор с пользой для общества. Например, сейчас - самый снежный период и самое низкое атмосферное давление, работы много, а часть людей погодозависимые и отсиживаются по домам, поэтому оставшихся нужно подбадривать.

Звезда притяжения

   Кто такая Маниша? О, а я думал вы не спросите. Это девушка с Северной стороны. Она такая красивая, разносторонняя, общительная, в общем, экстраверт. Как так получается, что кто-то звезда притяжения, а кто-то может молча двенадцать часов работать, вроде бы это врождённо, нас так учат. А она ещё и астроном, но вы поняли, она - моя планета, а я - ее спутник. Вернее, хотел бы им быть, но слишком необщительный для того, чтобы реализовать свои фантазии. Чем я тут занимаюсь, когда не чищу снег и не мечтаю о Манише. Очень важным делом – пакую продовольственные товары для приютов в Северной части. Я всегда должен делать свою выработку, потому что все рассчитано до предела, и кто-то может погибнуть от голода, если я не успею упаковать коробочку с витаминами. Да, мы интеллектуалы, и поэтому все передовые технологии, в том числе выращивание овощей и фруктов лежат на наших плечах. Так откуда же я знаю девушку из Северной части. Я её и не знаю вовсе. Помните, я упоминал праздник Бесснежья: в течение пяти дней все могут передвигаться куда угодно. Так вот, я её встречаю каждый год в кругу поклонников и друзей. Сам я хожу в компании Зефира – это мой пес, самоедской породы, он реально похож на маршмелоу, такой же сладкий, и помогает мне знакомиться с девчонками. У меня это, как вы поняли, выходит не очень. Зато, я еще ни разу не подвел мастера, всегда укладываюсь в норму по паковке товаров. Завтра начнется наш праздник, и я очень хочу на это раз познакомиться со своей мечтой.

Бесснежье

    А теперь представьте прекрасное озеро с идеально отшлифованным катком, работа над которым проводилась в несколько этапов. Начиная с грубого льдоукладчика и заканчивая тонкой работой молоденьких южанок, которые надевают на ноги специальные чуни из собачьей шерсти и в танце натирают лед до блеска. Он становится настолько скользким, что на нём едва ли можно устоять. Толщина большая, но прозрачность позволяет увидеть подводный мир на несколько сотен метров в глубину. И наше местное развлечение: лежать на собачьих шкурах и пытаться увидеть снежную медузу, чтобы загадать желание. Когда она раскрывается, то похожа на снежинку. Еще мы делаем много фигур изо льда и устраиваем конкурсы. В прошлом году победили северяне, соорудив нашу озёрную жительницу. В этом году я решил поучаствовать и сделал своего Зефирку. Но из-за того, что я облил его клубничным сиропом, на него нагадили вороны, которые слетелись на аромат. Моя скульптура даже попала в газеты, как самая смешная. Я стал знаменитостью Бесснежья, и у меня брали автограф, и фотографировались с Зефиром. В какой-то момент, ко мне с этой же просьбой подошла и сама Маниша, но в руках она держала мороженое со вкусом бабл гам, а мой пес очень его любит и поэтому опрокинул ее на спину и стал лизать то ее лицо, то вкусняшку в руке, которой она пыталась закрыться.  Сначала я испугался, но она звонко засмеялась, и они с Зефиром покатились, как снежный ком. В общем, праздник прошел отлично, и мы познакомились и подружились. Правда, все благодаря Зефирке, но я уже говорил.

Переписка

   Мы стали писать друг другу письма. Не обычные, а с философскими размышлениями, стихами и рисунками. Получилось так, что мы вышли на довольно глубокий уровень общения, хотя и не встречались визави. Я даже не ожидал такого от экстраверта. И представлял ее себе совсем по-другому. Мы обсуждали разных персонажей из жизни, книг и фильмов, иногда даже спорили, отстаивая свою точку зрения. У меня возникла настоящая зависимость от этой переписки, и каждый день я ждал почтальона, который стал главным человеком в моей жизни на какой-то период. Ну и конечно, настал час, когда Маниша мне не написала. Сначала я был встревожен и опечален, но через пару суток у меня уже началась настоящая паника. Я попросил своего друга-амбиверта Дэнчика узнать, что случилось, и он отправился на другую сторону. Но информацию я получил даже быстрее – из газет, где была статья о том, что готовится охота на снежинку, потому что заболела дочь северного магната, а годовой запас лекарств как раз закончился.

Снежная медуза

   Да, я не упомянул, лекарство от всех болезней мы делаем из нашей медузы, их остается все меньше, поэтому она – наша святыня. И очень дорогая во всех смыслах, так что позволить ее себе могут только богатеи. К тому же, ситуацию ухудшают браконьеры, которые делают из нее подпольный галлюциноген. Есть у нас такая банда чёрных ледорубов, которую возглавляет Димон, они адреналинщики и креативщики. Им мало нашего холода, они для пущей бодрости пускают себе по вене ледяную воду. А под галлюциногенами устраивают флэш мобы, публичные дискуссии и прочие перфомансы на актуальные темы. Так называемая живая журналистика: смесь ораторского искусства философов античности, современной политики, нахальства и творчества. Есть отряды, противостоящие этой банде, но так как пушки у нас только снеговые, а патроны ледяные, то напугать их довольно сложно, хотя формально есть даже тюрьма, но из-за холода и бессмысленности ее применения, там всегда пусто. Но как же можно расправиться с бандой в таких условиях, выход один – договориться. Мое предложение состояло в том, чтобы провести ораторский батл по телевидению, зрители не должны знать, что на кону, но зато смогут проголосовать за того, кому отдали предпочтение. С этой миссией я решил наведаться на Северную сторону и заодно навестить Манишу.

Букетик калины

   Я сгрёб все свои сбережения, чтобы купить букет калины – веточки единственного дерева, которое у нас произрастает. Деньгами у нас служит клюква в эпоксидной смоле. Каждая клюквинка похожа на рубин, заключенный в бриллиант, так и сверкает. Единственный источник тепла в наших краях – это горячие подземные ключи, именно поэтому озеро не замерзает и в нем есть обитатели. Ну вот, на жарких болотах, под толщей снега, и растет наша самая ценная ягодка, которая является и валютой, и едой, и красителем. Клюквина, покрытая инеем, искрящаяся на снегу, что может быть красивей. Я как-то работал ее сборщиком, очень завораживает. Особенно мне нравилось добираться до места работы в лютую стужу, когда уже темно, а тропу освещает только луна и отблески снега. И ты вдыхаешь морозный воздух так, что дух захватывает. Идёшь на ощупь, и ноги сами тебя ведут по памяти. Занесённые ели протягивают к тебе запорошенные лапки, а на фоне спутника искрятся снежинки. Все так звонко хрустит, и грусти, как не бывало, и зимний вечер просится к тебе за пазуху, чтобы погреться. Ты просто не идешь, а нарезаешь воздух, такой острый и колючий, но родной. И тебе совсем не страшно, потому что это твоя стихия.

Банда чёрных ледорубов

   Со своим скромным, но очень дорогим букетиком я отправился навестить больную. Меня пропустили на границе, потому что у меня было письмо от администрации с миссией. Часть моего пути лежала через озеро, и по дороге я наткнулся на чёрных ледорубов, которые пилили полынью для добычи снежинки. И тут меня взяло такое зло, что люди умирают, а я собираюсь с ними состязаться в ораторском искусстве, и вот они тут передо мной делают свое грязное дельце. Я подошел и начал неуверенно рассказывать историю о своей подруге и как-то невнятно их журить. Главарь, недолго думая, взял меня за грудки, подтащил к полынье и окунул под воду. Холод окутал моё лицо, сквозь прозрачную жидкость были видны все красоты глубины. Мне не было страшно, у нас никто никого из людей не убивал до сего момента. Только дух захватывало от ощущения силы врага и собственного физического бессилия. На самом деле сила у меня была, внутри я чувствовал такую энергию, что, казалось, могу перевернуть озеро вверх дном, но что-то меня останавливало от сопротивления, мне всегда хотелось узнать, как далеко мы все можем зайти. Где-то через минуту он перестал меня держать, и я вынырнул. Затем Димон меня познакомил с остальными. Их было еще трое: безвольный Маркуша, рационализатор Макс и нарцисс Карл. Он их так и представил и предложил показать что-то, после чего моя жизнь изменится навсегда.

Трансцендентный опыт номер 1

   При помощи небольшой сетки парни выудили медузу на поверхность и аккуратно переложили в емкость с теплой водой, которая стояла на санях. Далее мы все отправились в избушку, запрятанную в лесу. То было очень романтичное место, поляна среди бора на небольших горячих источниках была усыпана клюквой. Мне стало так приятно, что я забыл и про миссию, и про Манишу, и про букет, брошенный на краю полыньи. Домик был маленький, но уютный и теплый. Маркуша сорвал ягодку и положил ее в рот. Я повторил за ним. Она была и кислая, и горькая, и холодная, и сочная. В общем, ничего вкуснее я не пробовал! Снежинку тоже перенесли в помещение, и пересадили в специально подготовленную для нее ванну. Димон подозвал меня и отрезал кусочек медузы, но на этом же месте тут же отросла новая плоть. Этот кусок он стал варить, добавил туда ягод и получился напиток, который они называли волшебный кисель. Разлили по кружкам, выпили, очень вкусно вышло. Потом все вышли на улицу, лес стал еще красивее, возникло северное сияние, сосны как будто покрылись серебром, а поляна заискрилась обледенелыми самоцветами.  Через какое-то время парни предложили полететь в небо. Подняв руки вверх, домиком, и туда же направив взор, мы взмыли, как ракеты, но каждый со своей скоростью. Я пролетел, кажется, половину атмосферы и увидел мужика лет пятидесяти, короткостриженого и достаточно подтянутого, но совершенно обычного, в тренировочных штанах и с молотком в руках, а справа от него раскидистый дуб. Я решил передохнуть на ветке и поболтать с ним за жизнь. На вопрос: «Кто он?». Был ответ – «Бог». И тут я понял, истинное значение Создателя – это труд. Второе, что я подумал, если Он так прост, так зачем же тогда все это людское высокомерие, ханжество и хорохорство. Я, как ребенок, захотел получить его молоток, думая, что он волшебный. Но Он озадачил меня и в третий раз, сказав, что никто не может делиться своим инструментом ни с кем. Свой инструмент каждый должен добыть сам. Тогда я спросил: «Могу ли я сделать копию его молотка?» «Даже аналог в чужих руках будет работать по-другому», ответил он и исчез. А я остался сидеть и переваривать все то, что видел и слышал. Все, что произошло, не имело временно-пространственных координат. Я не существовал, как тело, только, как разум. Сверху спустились мои новые друзья, в таком же состоянии задумчивости, мы немного прогулялись по голубому безоблачному небу в полном молчании. Видимо, откровениями не принято было делиться – это личная инициация, семантика настолько уникальна, что едва ли можно описать этот трансцендентальный опыт другому. И это была пятая мысль за вечер. Спустившись, мы так же молча расстались. Я не обмолвился ни о батле, ни о медузе, ни о девушке. Всё это стало далеким и неважным.

   Я на автомате отнес письмо в администрацию, они сказали, что рассмотрят и известят по почте о решении и дате проведения, в случае согласия. А для себя я подумал, что просто не буду готовиться и проиграю естественным образом на этих дебатах. Теперь я мог размышлять только о том, как мне найти собственный инструмент, чтобы творить свою жизнь. О Манише я вспомнил только дома, когда очнулся от глубокого погружения в свои мысли. А помог мне в этом Зефир, напрыгнув и опрокинув меня на пол от радости.

Взросление Маниши

   Тем временем, в больнице шла своя жизнь. Отделения были поделены на блоки для людей с разным достатком. Маниша, конечно, была в части здания для богачей, в инфекционном детском. По несколько часов в день больные перемещались, подключённые к капельнице, с вытяжкой из медузы. Молодежь не предназначена для болезни, и поэтому подростки придумали игру, что-то типа футбола с мячом из бинта. Выглядело это очень смешно, они усилили зрелище, обмотавшись тем же бинтом, как мумии. Ужасная суматоха начиналась, когда их застукивал кто-то из медперсонала: бинты и капельницы, мяч и скользкий пол делали свое дело. Все превращалось в какую-то абсурдную для этого места ярмарку.  Маниша была избалованной и эксцентричной, и, по сути, еще ребенком, хотя ей и шел семнадцатый год. Любое место она воспринимала, как свой дом, а людей, как обслугу. Но у нее были манеры, поэтому выглядело это довольно приемлемо, хотя и искусственно. Любовь быть в центре внимания приводила к тому, что каждое происшествие вешалось на неё, и медсестры мечтали избавиться от такой пациентки побыстрее. В рамках гуманизации общества, ребят водили в более бедные блоки, чтобы показать, как ценна снежинка, и что её на всех не хватает. Маниша же воспринимала этот поход, как возможность развлечься. Каждый раз она театрально каялась и каждый раз выкидывала новый фокус. В последний раз, пока медсестра рассказывала о пользе взаимодействия и интеграции слоев, девушка переставила свою капельницу больному из этого блока без смены иглы. Она на месте реализовала программу гуманизации, но нарушила все регламенты. После этого было решено перевести ее на домашнее лечение. От безделья девочка заинтересовалась и начала изучать информацию о снежинке, и была удивлена, что та действительно была на грани исчезновения.

Трансцендентный опыт номер 2

   Настало время ораторского батла, мы с ребятами до него больше не виделись, и Димон был очень удивлен, когда встретил меня перед эфиром. Судя по его энергичности, он вкатил лёд по вене и был очень доволен собой. Такие шоу у нас популярны, поэтому у телевизоров были сотни зрителей, включая скучающую Манишу. Тему выбирали жители при помощи голосования. Выбор пал на: «как правильно использовать оставшихся медуз». Я должен был аргументировать за равный доступ всех слоёв населения, а Димон - за рыночную экономику, то есть в поддержку имущих. Все шло довольно вяло, и победитель был уже намечен, как вдруг меня осенило, что вопрос вообще неправильно поставлен. Нужно как-то увеличить количество медуз, я еле досидел до конца, отвечал на автомате, в конце мы пожали друг другу руки, а после Димон пригласил меня в сторожку, и мы отправились пешком по зимнему лесу. Зависла полная луна, мы молчали, обсуждать было нечего. Спутник даже не спросил, как я здесь оказался, как будто и так все знал. Но красоте этого места я удивляться не переставал. Эта волшебная поляна меня вдохновляет и вселяет надежду на то, что есть нечто большее, чем мне известно, и чем я способен понять. К тому же прошлый опыт давал некоторые ожидания. Зашли внутрь избы, парни были там, волшебный кисель готов, выпили, и понеслось. На этот раз мы отправились в наше путешествие прямо в домике все вместе. Полетели в космос по звёздному небу, правда, появилась курья нога почему-то. За счёт неё и перемещались. Так близко планеты я никогда не видел. Иногда можно было даже жителей рассмотреть. В голове был странный калейдоскоп. Я узоры наблюдал обычно только издалека, а теперь вблизи. И жизнь тут била ключом, хотя с Земли казалось, что там ее вообще нет. И тут заговорил голос: «Далее лучше не следовать». Мы спросили: «Почему?». Он ответил: «Если залететь слишком далеко, то можно не вернуться. Точка невозврата уже близко». Изба послушалась и повернула назад. На этот раз я оторвал кусочек снежинки и унес с собой. И опять я брёл в одиночестве по так любимой мной ночной заснеженной тропе. И снова меня сопровождала только Луна, а ели протягивали свои заиндевелые лапки. Я все думал, о какой точке невозврата идет речь. Точка невозврата – это потеря старой позиции, а значит - нахождение новой, почему это звучит со знаком минус? Почему такой ужас вокруг этой точки, если только сам субъект интерпретирует свои собственные смыслы? Почему мы так сильно привязаны к прошлому? И так сильно боимся будущего? Отчего такой негативный прогноз, что будущее должно быть именно хуже, а не лучше? Ну и наконец, если мы так к ней стремимся, то зачем-то она нам нужна? Зачем?

Решимость и бесстрашие Маниши

   Маниша решила отыскать чёрных ледорубов, чтобы поделиться с ними своими чувствами и увиденным по поводу больных и умирающих детей. В этом нежном возрасте она еще была наивна и верила в силу убеждения слова. К тому же ей были незнакомы лишения и отказы в ее фантазиях. Она выследила банду и безбоязненно подошла к ней. Девушка произнесла следующую речь: «Вы, взрослые мужчины, которые живут в безопасном городе и пользуются его благосостоянием, обрекаете на смерть маленьких девочек и мальчиков, убивая существо, призванное спасать жизни. Мой отец очень богат, можно ли с вами как-то договориться, чтобы вы оставили в покое нашу лекарственную медузу?». Такой монолог, да еще из уст юной леди, сбил их с толку. Они не смогли спонтанно сообразить, как реагировать на такое, потому что привыкли разговаривать языком силы. И тогда включился рационализатор Макс: «Дельно говоришь, малышка, но ты еще не доросла до того, чтобы большим дядям указывать, что им делать. Ты мало чего видела и многого не понимаешь. Элита, в которой ты состоишь, не хочет, чтобы слабые выживали. Снежинку можно клонировать или вложить деньги в синтез химического аналога вещества, но никто из твоих богачей этого не делает. А мы берем то, что принадлежит всем, свою часть, другие боятся. Так что иди в свое гнездышко и дальше живи в грезах о справедливости этого мира».
   Маниша получила второй урок за последнее время. Только она поняла, что эгоцентрична, и есть другие, кто нуждается в помощи, вообразила себя героем-спасителем униженных и оскорбленных, захотела искупить шестнадцать лет безделия и пресыщения, как ей тут же объяснили, что и это ей неподвластно, что она все еще очень далека от реальности. Ну чему хорошему она научилась от своих родителей, так это никогда не унывать и никогда не сдаваться.

Открытие Николоса

   Тем временем я уже вовсю в Южной лаборатории готовил среду для медузы: набрал воды из озера и подготовил питательные вещества. Разрезал украденный кусочек на много частей и поселил их в разные баночки, чтобы они случаем не срослись в одну, и стал ждать. Через несколько дней уже было видно, что дольки увеличились в размерах, а через неделю куски плоти уже оформились в маленькие снежинки. Это был прорыв и победа. Я гений! Я получу награду и деньги на развитие лаборатории! Я, я, я …. Ну кому можно рассказать об этом? Максу, Димону, администрации Южной части или сразу Северной? Мне стало страшно, я начал думать о том, какие могут быть последствия, как я отвечу, где взял материал и так далее. И я решил пойти к ребятам, раз уж это благодаря им все это получилось.
   Парни были хмурые, к моей новости отнеслись спокойно, как будто знали об этом уже давно. Первым начал нарцисс Карл:
«Я это открытие совершил ещё два года назад, но в двух администрациях нам пригрозили смертью, и мы заключили сделку о том, что можем безбоязненно браконьерить, а взамен не занимаемся размножением, выведением и чем-то подобным, а главное - не разглашаем эту информацию. Именно поэтому нам пришлось взять тебя к себе, потому что ты слишком любопытный. А теперь еще и эта девчонка с Северной».
«Что за девчонка?» - спросил я.
«Кажется, Маниша зовут».
«Что она сделала?»- испуганно спросил я.
«Пыталась нас вразумить деньгами папаши, застукала за ловлей»
«И вы теперь ее убьёте?»
«Ты в своем уме? Во-первых, у нас нет убийств, а во-вторых она дочь Главы администрации.»
«И что вы задумали?»
«Ты нам в этом поможешь, отвлеки ее собой, влюби в себя, а там решим, что делать».
«Почему я?»
«По возрасту подходишь и интересам. Такой же восторженный и романтичный».
«Я?»
«А ты не знал?»
«Не думал».
«А экземпляры свои уничтожь сегодня же, пока никто не обнаружил».

Трансцендентный опыт номер 3

   Я очень хотел разгадать ребус с точкой невозврата, поэтому я согласился выпить волшебного киселя. И понеслось. На этот раз мы очутились на маленькой полоске суши, где с одной стороны была спокойная вода, а с другой - поднялась и зависла волна высотой метров пять. Дух захватывало от того, что она могла накрыть в любую секунду. И вот моя жизнь зависла между предыдущим и последующим опытом, таким, который является ключевым в судьбе человека. Обычно время течет непрерывно, и мало кто может удерживать и созерцать промежуточные состояния, но здесь это возможно. Любой миг можно тянуть бесконечно долго, пока не надоест. Этот островок – и есть точка невозврата. Мостик, соединяющий прошлое и грядущее во мне, в каждом. Я предчувствую, что-то великое ждет меня, и назад дороги уже нет.

После точки невозврата

     Наступали суровые времена. Полярная ночь и самая низкая температура в году. Под стать атмосфере играл Heavy metal и своим скрежетом крутил нутро. Дэнчик собирался на свидание, а я помогал ему подобрать одежду. Практически все тканые изделия изготавливались из собачьей шерсти, отличались они только орнаментом и оттенками красного в узорах. Краску делали все из тех же ягод: калины и клюквы. Калина давала более водянистые цвета, как акварель, а клюква – более спелые, как гуашь. Всего различалось сорок четыре оттенка, а достигались они путем загущения или разжижения. У нас возник спор: у меня было настроение на «переспелую клюкву», а у него – на «водянистую нежную калину». В итоге, он остановился на серых штанах в белую снежинку и свитере под горло с разноцветными орнаментами из четырех оттенков алого, а я – на белых клешах от бедра и тёмно-красном джемпере с небольшой вышитой медузой возле воротника. Он познакомился с Анишей с Северной стороны недавно, когда они вместе работали над постройкой нового здания для собачьего приюта. Он – строитель, она – архитектор, так и сошлись. Дэн пригласил ее в кафе на нейтральной полосе, а она сказала, что будет с подругой. И вот, я тоже с ним. Нужно сказать, что постройки у нас очень интересные, в стиле вигвам, а внутри отделаны все той же собачьей шерстью с разным рисунком. Чаще всего мы используем изображения собак и медуз, клюквы и калины, снежинок и снеговиков. Разнообразие не очень большое, но красное на белом выглядит очень эффектно, как и наоборот. Девушки пришли в белых сарафанах поверх розовых водолазок, почти одинаковых, только вышивки были разные. У Аниши – букетик из клюквы в нижней части просторной юбки, а у Маниши – хаотичная россыпь клюквинок. Когда мы увидели друг друга, то засмущались оба. Я абсолютно не был готов к такому и оттягивал свою миссию, как мог, но сама судьбы сводила нас. Мы заказали кисель и желе в форме мордочки хаски, говорили ни о чем и обо всем, я не сводил с Маниши глаз весь вечер. В моей голове начался диссонанс: всплыли воспоминания об оборвавшейся переписке, о давней симпатии, о возложенной миссии и случайной встрече именно теперь. Мне почему-то вдруг захотелось все им рассказать, разделить ответственность и снять с себя этот груз. Неожиданно меня посетила идея, отвести их в домик ледорубов и все им показать, угоститься волшебным киселем, и будь, что будет.

Трансцендентный коллективный опыт

     Ребята согласились прогуляться на волшебную поляну. Я был немного возбужден от происходящего, не было понятно, как они все это воспримут. Мы хрустели по морозному снегу в ярких собачьих шубах разных оттенков. Лиловые щёки и дерзость взора определяли нашу молодость. Мы ничего не боялись и были открыты миру и новому опыту. И что-то очень важное объединяло нас – желание любить и быть любимыми. Девочки, конечно, заахали от увиденной красоты и забегали по поляне, собирая ягоды. Через какое-то время мы вошли в домик, и я все рассказал. Сначала воцарилось молчание, нужно было переработать услышанное. Затем, первым начал Дэнчик: «Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать». Я приготовил заветный коктейль, девчонки немного трусили.  Маниша пристально посмотрела мне в глаза и выпила свою порцию, потом все остальные. По традиции мы вышли на улицу, нас ожидало северное сияние. Мы взялись за руки и взмыли ввысь. Снежная буря подхватила нас и закрутила в вихрь, который поднимал наверх. Я крепко сжал ледяную руку Маниши. Мы вылетели из солнечной системы и очутились на неведомой планете. Здесь было очень тепло, и мы сбросили шубы. Диковинные существа бегали вокруг и росли многочисленные виды растений с разнообразными плодами ярких цветов. От увиденного мы потеряли дар речи. От жары мы разделись до белья, и я прочувствовал всем своим телом, как волна воздуха хлынула на меня и прошла насквозь. И я все понял, что мой инструмент – это любовь к людям, что точка невозврата уже пройдена, что люди ее боятся из-за страха отвержения и поражения и одновременно стремятся к ней, чтобы перейти на новый уровень развития. Я получил свой последний опыт, и мы растворились в нём.
   02.2026
Продолжение следует