Счастливиться, монолог в стиле Евгения Гришковца

                СЧАСТЛИВИТьСЯ (монолог в стиле Евгения Гришковца)

Я никогда не умел быть счастливым.
Ну то есть как... Я умел радоваться. Вот если что-то хорошее случалось — я радовался. Премия, билеты в отпуск, ребёнок родился здоровый, друг позвонил, которого сто лет не слышал. Это я умел.
Но счастье... оно же не про случается. Оно про всегда.
А у меня «всегда» не получалось.
Я думал: может, я неправильно устроен? Может, у меня серотонин плохо вырабатывается? Или дофамин кончился? Надо сходить к врачу, сдать анализы... Но всё как-то некогда.
А потом я увидел слово.
________________________________________

Я сидел в интернете, листал всякое, и вдруг читаю: счастливиться.
В одной строке. Без запятых. Без объяснений. Просто — счастливиться или счастливилось.
Я даже не сразу понял, что это слово. Думал, опечатка. Или какой-то новый термин из позитивной психологии.
А потом прочитал ещё раз. И ещё.
Счастливиться.
То есть не счастье — как предмет, как состояние, как награда. А счастливиться — как действие. Как процесс. Как то, что ты делаешь, а не то, что имеешь.
И я засмеялся. Потому что это же точно.
________________________________________

В русском языке вообще странно со счастьем.
У нас есть «радоваться». Есть «веселиться». Есть «наслаждаться». Есть даже «блаженствовать» — слово такое тяжёлое.
А «счастливиться» — нет.
Почему?
Потому что счастье у нас — существительное. Вещь. Объект. Его можно искать, найти, потерять, украсть, заслужить, заработать, купить, продать, обменять на меньшее...
Как квартиру. Как машину. Как путёвку в санаторий.
Вот я счастлив — у меня квартира есть. А я счастлив — у меня машина есть. А я счастлив — у меня путёвка есть. Всё есть, а счастья нет. Почему? Наверное, мало квартир. Или машина не та. Или путёвка не в тот сезон.
И мы ищем дальше. Покупаем. Копим. Меняем.
А счастье — оно не существительное. Оно глагол.
________________________________________

Я вспомнил своё детство.
Нам говорили: «Будь счастлив!» — как пожелание на день рождения. Или «Я желаю тебе счастья!» — в открытках писали, с цветочками и голубями.
Я думал: счастье — это как приз. Его дают. Кому-то дают, кому-то — нет. Наверное, надо быть хорошим, чтобы дали.
Я старался быть хорошим. Не всегда получалось, но старался. Ждал приза.
А приз не приходил.
А потом я вырос и понял: счастье — это не приз. Это способ ходить.
Вот у меня есть ноги. Я могу ходить на работу, в магазин, к друзьям, от друзей. Могу ходить быстро, могу медленно, могу топать сердито, могу шаркать устало.
Счастье — это не то место, куда я приду. Счастье — это как я ставлю ногу.
________________________________________

Я стал наблюдать.
Вот идёт женщина с коляской. Она устала, видно. Но когда смотрит на ребёнка — у неё лицо другое. Не усталое. Не счастливое даже — трудно объяснить. Она не улыбается специально. Просто лицо... отдыхает.
Вот парень в метро читает книгу. Ему выходить через три станции, а он читает и шевелит губами. Совсем ушёл. И даже когда поезд дёрнулся, он не оторвался. Он там.
Вот старик на лавочке кормит голубей. Голубей этих все гоняют, а он сидит и крошит батон. И разговаривает с ними. Тихо так, неразборчиво.
Я смотрел на них и думал: они сейчас счастливы? Не знаю. Но они счастливяться.
То есть делают что-то, что не требует награды. Не требует результата. Не требует, чтобы это запомнили, оценили, поставили лайк.
Просто — кормить голубей. Читать книгу. Смотреть на ребёнка.
И в этом действии — счастье. Не как эмоция, которая вспыхнула и погасла. А как фон. Как температура тела. 36,6 — и ты не замечаешь. Но если упадёт — почувствуешь.
________________________________________

Я пошёл к врачу. Всё-таки решил проверить серотонин.
Врач посмотрела анализы, потом на меня, потом опять на анализы.
— У вас всё в порядке, — говорит. — Серотонин в норме, дофамин тоже.
— А почему тогда я не чувствую счастья? — спрашиваю.
Она вздохнула. Очень устало.
— Вы чувствуете, — говорит. — Просто вы ждёте, что это будет фейерверк. А это не фейерверк. Это лампа. Горит себе и горит. Вы её не замечаете, пока не выключат.
Я вышел из поликлиники и сел на лавочку.
Лампа. Горит себе и горит.
Я вспомнил, как вчера утром заваривал чай. Не спешил. Смотрел, как пар поднимается. И вдруг подумал: хорошо. Не от чего-то. Просто — хорошо.
Это и было. А я не заметил.
________________________________________

Есть такая цифра — 75 тысяч долларов в год.
Американцы выяснили: до этой суммы деньги влияют на счастье. А выше — перестают.
Я сначала обрадовался. Думаю: ну, до 75 тысяч мне далеко, значит, у меня есть потенциал для роста счастья. Буду зарабатывать больше — стану счастливее. Всё научно.
А потом прочитал внимательнее. Там написано: выше этой суммы люди перестают думать о деньгах. И начинают замечать что-то другое.
Не деньги приносят счастье. А освобождение от мыслей о деньгах освобождает место для счастья.
Как будто у тебя в комнате стоял огромный шкаф, и ты всё время думал: надо переставить, надо выкинуть, надо купить новый... А потом выкинул — и вдруг увидел окно.
А окно там всегда было.
________________________________________

Гарвардское исследование. Восемьдесят лет. Тысячи людей. Всю жизнь за ними наблюдали: чем болели, на ком женились, сколько заработали, о чём жалели перед смертью.
И знаете, что они выяснили?
Счастливы были те, у кого были тёплые отношения.
Не богатые. Не знаменитые. Не гениальные. А те, кого любили и кто любил.
Я читал отчёт и смеялся. Восемьдесят лет! Миллионы долларов! Лучшие учёные мира!
А моя бабушка говорила мне это сорок лет назад.
«Счастье, — говорила, — это когда есть с кем чай попить».
Я не верил. Думал: бабушка, ты просто не знаешь, как устроен мир. А мир устроен сложно. Там карьера, самореализация, ипотека, успешный успех...
Бабушка умерла. Я теперь часто пью чай один.
И всё чаще думаю: может, она была права?
________________________________________

Аристотель сказал: счастье — это деятельность души в полноте добродетели.
Я долго думал над этой фразой. Она красивая, но тяжёлая. Как мрамор.
А потом я представил Аристотеля не философом, а просто человеком. Сидит где-нибудь в Афинах, тепло, море рядом, ученики бегают. И он смотрит на гончара, который делает горшок.
Гончар не думает о вечности. Не думает о деньгах. Не думает, войдёт ли этот горшок в историю керамики. Он просто крутит круг и чувствует глину пальцами.
И Аристотель говорит: вот. Это и есть счастье.
Не когда горшок готов. А когда руки делают то, для чего они сделаны.
Я не гончар. Я пишу слова. Но иногда, когда пишу и забываю, что пишу, — я чувствую то же самое.
Счастье — не результат. Счастье — это занятость души.
________________________________________

У Далай-ламы спросили: в чём секрет счастья?
Он сказал: внешнее счастье без внутреннего долго не длится.
Я подумал: внешнее — это когда всё хорошо снаружи. Деньги есть, здоровье есть, работа есть. А внутри — пустота. Или тревога. Или непонятно что.
Внешнее — это рябь на воде. Солнце играет, красиво. А вода — она вода. Рябь пройдёт, а вода останется.
Я пытался быть рябью. Долго пытался. Думал: чем ярче сверкаю, тем лучше.
А потом устал. Перестал сверкать. И обнаружил, что я — вода.
Не океан, конечно. Но вода.
________________________________________

В православии есть такое выражение: «Великое приобретение — быть благочестивым и довольным».
Довольным — это не значит сытым.
Довольным — это значит не требовать больше, чем даётся.
Я долго не понимал. Думал: довольный — это который сдался. Который махнул рукой и сказал: «И так сойдёт».
А потом увидел: довольный — это который принял. Не смирился — принял.
Вот вам дали глину. Можно рыдать: почему не мрамор? Можно завидовать тем, у кого мрамор. Можно всю жизнь провести в поисках мрамора.
А можно лепить из глины.
Из глины, между прочим, хорошо лепится. Тёплая. Податливая. Не надо бояться ошибиться — ошибку можно поправить.
Я леплю из глины. Кривовато. Но моё.
________________________________________

В йоге говорят: счастье — это естественное состояние.
То есть мы не становимся счастливыми. Мы возвращаемся в счастье.
Как ребёнок.
Ребёнок не учится быть счастливым. Ребёнок забывает быть несчастным, когда видит бабочку.
Взрослый видит бабочку и думает: «О, бабочка! Надо сфотографировать. Выложить в сторис. Собрать лайки... А лайков мало. И бабочка улетела. И счастья нет».
Ребёнок просто смотрит. У ребёнка нет сторис. Поэтому у ребёнка есть счастье.
Я пробовал смотреть как ребёнок. Получается не всегда. Но иногда — получается.
Вчера шёл по улице, увидел, как снег падает на фонарь. Просто падает и тает. Стоял минут пять, смотрел.
Никто не сфотографировал. Никто не поставил лайк.
А я был счастлив.
________________________________________

Знаете, я понял одну вещь.
Счастье — это не эмоция. Эмоция — это погода. Сегодня дождь, завтра солнце. Послезавтра град, если повезёт.
А счастье — это климат.
Можно жить в дождливом климате и радоваться дождю. Можно жить в солнечном — и тосковать по тучам.
Я пытался сменить погоду. Переезжал, менял работу, отношения, страны. Думал: там, где солнце, я буду счастлив.
Приезжал. Солнце есть. А счастья нет.
Потому что я вёз свой климат с собой. Как улитка — домик. Куда ни поеду, там внутри всё то же.
А потом перестал менять погоду. Остался здесь.
И вдруг оказалось, что здесь — тоже климат. Другой. Но жить можно.
________________________________________

Я теперь пробую счастливиться.
Каждое утро.
Встаю. Иду на кухню. Включаю чайник. Смотрю в окно.
Раньше я в это время уже листал телефон. Новости, почта, мессенджеры. Всё важное. Всё срочное.
А теперь я просто стою и смотрю, как пар идёт из носика.
Это занимает полторы минуты. Никто не платит мне за эти полторы минуты. Они не входят в мой план развития. Их нельзя монетизировать, капитализировать, конвертировать в достижения.
Это просто — пар.
И я счастливлюсь.
________________________________________

У вас было такое? Вам счастливилось?
Может быть, не утром. Может быть, вечером. Или днём, в толпе, в метро, когда вдруг поймали себя на том, что никуда не спешите.
Секунда. Может быть, две.
Когда вы забыли спросить: «Я счастлив?»
Вот это и было.
Не надо это запоминать. Не надо пытаться повторить. Не надо ставить якорь, записывать в дневник благодарности, рассказывать психотерапевту.
Просто знайте: это было. Есть. Будет.
Потому что счастье — это не награда.
Это способность не мешать себе быть.
________________________________________

Я сейчас говорю это вам.
Или не вам. Я говорю в пустоту. В комнату.
Но я счастливлюсь.
Потому что я говорю то, что хочу сказать. Не ради результата. Не ради славы. Не ради денег.
А потому что слово ищет слово. Мысль ищет мысль. Тишина ищет тишину.
И в этом поиске — счастье.
________________________________________

...Чайник остыл.
Я налью ещё.
Хотите?