Ах, красота!..

               

Красота – это объемное понятие, связанное с гармонией созерцания, восприятия звуков и впечатлений, уводящее в мир прекрасного и неповторимого, это  волшебное, чарующее состояние усвоения  пролетающего мгновения жизни, в котором, как в рамке зафиксировано божественное,  необъяснимое  и покоряющее явление чуда, благости, упоения и умиротворения. Это ускользающий миг, летучее едва заметное мгновение, когда не хочется ничего изменять, а хочется прикасаться душой и сердцем, впитывать и восхищаться, понимая всю недостижимость и совершенство происходящего момента.
 
Красота – это мгновение жизни, которое длится какое-то время, является необыкновенно свежим и потом вдруг исчезает, как будто ничего такого не было. И понять ее, разложить  на отдельные составные части невозможно. Вот она была, и вот ее  нет.
Уловить ее почти невозможно, если она сама к этому не располагает. Такое подвластно ускользающим  природным и искусственным явлениям: живописи, архитектуре, кино, фото, которые те могут фиксировать, отображать, да и то не в полной мере, и с преломлением, с поправкой на получение  нужного эффекта и впечатления. Такое встречается в жизни, когда смотришь и диву даешься,  и не поймешь, как это устроено, как такое вообще возможно. И только взгляд с одного небольшого элемента или с одной затейливой линии переводишь на другой элемент или на другую линию, с одной непостижимой детали переводишь взгляд на другую деталь и обратно. Ищешь связь и не находишь, растворяешься в том что рассматриваешь, испытываешь восторг  от впечатления и постигаешь, понимая, что не можешь постичь.  Я часто видел красивые сооружения, пейзажи, архитектурно-парковые комплексы, рукотворные,  архитектурные, технические и конструктивные новинки и разные устройства. Особенно, когда они при первом взгляде таковыми не представлялись.  И получалось, что  красота это наполненность  чем-то важным, существенным, интересным, увлекательным, в чем есть средоточие интеллекта, напряженность труда, возвышенных устремлений или  что-то другое из явлений природы.
Меня всегда очень интересовали красивые люди. Когда само явление человека становилось неординарным, впечатляющим, в высшей степени пронизывающим  и покоряющим.  Бывает, что человек  неинтересен, невзрачен, непривлекателен и потом вдруг,  благодаря уму, особенным качествам,  чертам, характеру и характеристикам, положению в обществе  становится необыкновенно красивым  и привлекательным.  И получалось, что каждый человек по-своему красив в своем возрасте, в своем теле, в своем времени, в некотором ограниченном пространстве. Конечно, это совсем не обязательно, но зачастую это так.
Я видел некрасивую женщину. С ее чертами лица невозможно было быть красивой. В какой-то момент она вдруг приобретала новые кондиции и становилась вдруг привлекательной. И даже в старости  вдруг  эта некрасивая женщина  обрела такие кондиции, не связанные с женскими дарованиями и вообще половыми признаками и характеристиками, что на нее было не только приятно смотреть, но и бесконечно увлекательно слушать, находиться с ней рядом.  Она являлась профессором, академиком  и блистала умом.  Я видел народную артистку или даже неизвестную артистку или вообще не артистку, которая обладала такой чарующей улыбкой, что от нее нельзя было отвести глаз, от ее счастливой улыбки  и тепла могли растаять все айсберги мира. А все люди вокруг нее  невольно начинали улыбаться  и сияли добротой.
Но бывает и вообще нечто необъяснимое…

Мне было лет двадцать. И меня на улице встретил один восхищенный знакомый и восторженно, предельно радостно сказал:
- Хочешь увидеть красивого парня?
- Нет, - покачал я в ответ головой.
 Зачем мне нужно было видеть красивого парня.  И само понятие «красивый парень»  мне было чуждо. 
Если бы он мне предложил посмотреть на красивую девушку, я бы не отказался.  Это всегда хочется, особенно, если ты молод. А так, я, конечно, ответил, что не хочу.  Красивых людей я встречал довольно много и часто. И посмотреть на еще одного красивого человека мне не хотелось. К тому же, молодого парня, тогда, как взрослые сложившиеся люди меня интересовали больше. У сложившихся людей имелась привлекательность иного рода, в которой отпечатались его скрытые возможности, заложенные способности,  развитость ума и его тайные способы реализация.
В это время я увлекался живописью, композицией, колоритом, красками. И это казалось мне интересным и очаровательным. С точки зрения философии мне интересовало такое понятие, как красота ума, когда человек, разговаривая с тобой, выдавал такие мысли или так затейливо формулировал их, что его хотелось еще послушать.   
Но знакомый продолжал настаивать и  навязчиво в стремлении приставать  ко мне со своей глупой идеей - показать мне красивого парня. Он уговаривал меня и говорил, что такой красоты я не видел. Я отнекивался, тогда как он все приставал и приставал.  В конце концов, я не выдержал и согласился пойти с ним и посмотреть на этого красивого парня, не понимая, чем он меня может привлечь и удивить. Просто мне стало интересно, что знакомый такое сам увидел, что это его так растрогало и восхитило, и что из себя, вообще,  представляет этот красивый парень.   
Знакомый  обрадовался тому, что я согласился  и повел меня в соседние дома. На лице его теплилось такое удовольствие, что мне действительно стало любопытно, куда он меня ведет и что покажет.
Он привел меня в пятиэтажку из бледно-розового кирпича, каких кругом моего дома было предостаточно. Она ничем от других не отличалась.  Завел в подъезд и на первом  этаже нажал кнопку  звонка  двери, около которой мы остановились. Какое-то время дверь нам никто не открывал. Мы уже стали думать, что нам никто не откроет. Но через некоторое  время дверь нам открыла довольно обычная невысокая темноволосая и худенькая девушка. Она с ожиданием замерла около приоткрытой двери,  явно рассматривая пришедших  и нажавших на дверной звонок, очевидно, намекая на то, что мы в чем-то нуждаемся.  Я постепенно начал испытывать  странное чувство непричастности, когда меня не ждут, во мне не нуждаются и явно не хотят видеть. Мне даже захотелось извиниться перед ней и уйти. Но тут оживился тот, с кем я пришел.
- Мы пришли посмотреть вашего парня, - сказал вдруг мой знакомый.
Это прозвучало, как пароль, как нечто важное, что объясняло происходящее.
В тот же миг девушка, понимая суть сказанного, посторонилась и пропустила нас в квартиру. Дальше она рукой показала нам в сторону, куда нам следовало пройти, и мы оказались на кухне. На кухне сидела другая девушка чем-то похожая на ту, которая нам открывала дверь и которая нас пригласила на кухню.
- Вот еще один пришел посмотреть, - сказала девушка, которая нас привела и которая, скорее всего,  находилась в подобной ситуации не однажды.
То есть она узнала моего знакомого и речь шла только обо мне.
Та сказала нам:
- Садитесь.
Мы сели на свободные стулья.
- Что вы хотели посмотреть? – спросила девушка, сидевшая на кухне.
И в этот момент мне снова стало жутко неудобно, потому что я ничего такого не хотел и вполне мог прожить без этого. И тем более, я не хотел, так или  иначе, вмешиваться в чужую жизнь.
- Ну, как же, вот он хотел посмотреть на вашего парня, - сказал мой знакомый,  словно повторяя какой-то пароль.
Он перевел внимание хозяйки на меня. И я уже хотел было возмутиться и сказать, что ничего такого не хотел. Но девушка, сидевшая на кухне, вдруг сразу все поняла и сказала подруге:
- Пойди, позови Тараса…
Девушка, открывшая нам дверь, встала со стула и вышла.  Через несколько минут она вернулась  с невысоким молодым человеком, который сел напротив нас. Мы сидели и смотрели друг на друга. Он смотрел на меня, я смотрел на него. При этом я чувствовал, что все на кухне смотрят на меня. И я изо всех сил старался не показывать, что увлечен, и мне интересно на пришедшего парня смотреть. Через некоторое время я забыл обо всех и смотрел на него, не отрываясь. Сначала он мне не показался каким-то особенным. Но через какое-то время я заметил, что смотрю на него с интересом.  Светло-серые волосы приятного дымчатого цвета волнами укладывались на голове  так, как будто их кто- то специально укладывал.  И в то же самое время было видно, что они имели такую природную структуру, и с ними никто, ничего такого не делал. Овал лица округлый и приятный. Глаза серовато-голубые, доброжелательные. Брови серые, мягкие, с беличьей мягкостью. На щеках легкий румянец. Кожа нежная, как это бывает у некоторых природой одаренных людей. Правильные нос и губы. Нельзя было сказать, что нос и губы были какие-то определенные. Они были такими, какими должны были быть и  никакие не другие. И другие черты его лица тоже были такими, какие должны были быть. И в то же время все в нем казалось настолько гармоничным, понятным и привлекательным, что это представлялось завораживающим. При этом он сам выглядел немного застенчивым, что добавляло ему приятности. И все же в нем было что-то такое, что приковывало к нему взгляд. Я бы назвал это одним словом - естественность. Или точнее,   двумя словами – притягательная естественность. Такое случается, когда некое явление предстает в необъяснимой увлекательности. Да, он был чрезвычайно естественен и гипнотически привлекателен.
Сам не понимая, почему,  но мне все больше и больше хотелось смотреть на него. Он действительно был привлекательным и красивым. В нем не было чего-то яркого, страстного, броского, увлекающего. Он был просто завораживающе красивым.  В нем все было так совершенно, что ничего не хотелось изменять  и добавлять. Все выглядело покоряющим и непостижимым. На него, казалось, можно было смотреть бесконечно долго.
Я посмотрел на других, сидящих на кухне, и заметил, что все они смотрят на меня и понимают, что я тоже оказался подвластен ему и покорен его красотой. Чтобы проверить это свое состояние, я снова посмотрел на молодого человека, сидящего передо мной, и снова увлекся его красотой, непрестанно разглядывая его черты отдельно и все вместе.
Не знаю, сколько это продолжалось, но я не мог отвести от молодого человека взгляд и все смотрел на него, испытывая приятное состояние созерцания. И хотя, я смотрел на молодого человека с большим увлечением, понимал, что и остальные в комнате также смотрят на него. И мой знакомый, который меня сюда привел, тоже на него смотрел, испытывая очарование.
Когда смотришь на подобное зрелище, всегда хочется понять, как это устроено и благодаря чему получается такой эффект. Мало того, хочется увиденное подвергнуть некому испытанию, понять какой у него ум, поговорить на разные темы, проверить эрудицию, задать вопросы и все такое.  Но не всегда есть для этого возможности, как это было и в этот раз. 
 
Понятно, что так долго продолжаться не могло. Я отвел от парня взгляд, сказал всем спасибо и, не прощаясь, направился к выходу. Мой знакомый тоже устремился за мной. 
Под большим впечатлением я ушел с моим  знакомым из их квартиры. Я понимал, что знакомый меня сюда привел  только для того, чтобы самому еще раз посмотреть на этого парня и испытать прежнее впечатление. Что у него и  получилось.  Мы смотрели на него, как на чудо. И мой знакомый и  девушки, сидевшие с ним, оказались под воздействием его присутствия. Мне казалось, что я никогда и ничего подобного больше не увижу. Я уходил и все пытался понять, что же такого со мной сейчас произошло. Мне хотелось объяснить себе происшедшее, и я не мог этого сделать. Лицо парня, словно стояло передо мной. И я, как будто продолжал на него смотреть, испытывая загадочный трепет и восторг.
- А эти девушки они кто? – спросил я знакомого.
- Одна его жена, а другая подруга жены.
- Он женат?
- Да.
И я подумал, что с этим он мог бы не спешить.
- Он работает или учится? – спросил я.
- Мы вместе учимся в одном институте, - ответил мой знакомый.
- И как он учится? – расспрашивал я.
- Хорошо.
Почему - то мне это тоже было понятно.
Я задавал знакомому еще какие-то вопросы и тот мне отвечал.

В то время я сам  учился в институте и через некоторое время за институтскими хлопотами обо всем этом, понятно, забыл.

Через год меня снова встретил мой знакомый и спросил:
- Хочешь посмотреть каким он стал?
Я посмотрел на него без всякого интереса, без всякого энтузиазма и сказал:
- Нет, не хочу. У меня и так много разных других  увлекательных занятий.
Но мой знакомый снова начал меня донимать и уговаривать. Он  все время твердил:
- Нет, ты обязательно должен посмотреть, каким он стал.
- Почему я должен смотреть на то, каким он стал? – удивлялся я.
- Неужели тебе не хочется на него еще раз посмотреть? – спрашивал он.
И так своими приставаниями он снова уговорил  меня  пойти с ним и посмотреть на красивого парня. В конце концов, я согласился. Я почему-то вспомнил приятное впечатление, все, что происходило год назад, и снова захотел посмотреть  на очевидную красоту.   
Мы пришли в тот же дом и ту же квартиру. Дверь нам открыла та же девушка.  Она все поняла и провела нас сразу на кухню.
- Пришли посмотреть Тараса? – спросила девушка на кухне.
Мы промолчали и закивали головами.
- Позови его, - сказала девушка, сидевшая  на кухни и, по всей видимости, его жена, своей подруге.
Та встала и вышла. Через некоторое время она вернулась с Тарасом.
Тот снова сел передо мной, и мы стали смотреть друг на друга. Я смотрел на него. Он смотрел на меня. Я внимательно смотрел на него и не  увидел того, что видел раньше, что хотел увидеть.  Это был обычный молодой человек, и ничего в нем меня так не очаровывало и не волновало, как в прошлый раз.  Красивым я уже не мог его назвать, хотя симпатичным вполне, и смотреть на него бесконечно  долго мне не хотелось.  Я внимательно посмотрел на девушек и знакомого, проверяя свое впечатление.  Они сидели с разочарованными, унылыми лицами, понимая, что их молодой человек не производит на меня  прежнего впечатления. Я посмотрел на знакомого. И лицо того мне тоже показалось странным, потому что он тоже смотрел на парня и не видел того, что видел прежде.  Я снова посмотрел на девушек, и мне показалось, что им неудобно сидеть под моим пытливым взглядом.
Мы недолго со знакомым посидели на их кухне, стараясь избавиться от гнетущего впечатления, и ушли.
- Ну, что, - спросил меня на улице знакомый, - видел?
- Видел, - ответил я.   
Нам нечего было друг другу сказать. Не разговаривая, мы оба поняли то, что хотели сказать, и разошлись.

Через некоторое время я снова встретил знакомого и спросил его:
- Как там Тарас?
Тот скорчил мне огорченную рожу и поспешил пройти мимо, даже не остановившись. Я посмотрел ему вслед озадаченно и с недоумением подумал, что красота это уникальное и не предсказуемое зрелище.  Это дар, который нужно беречь. Но все равно красота – это преходящее и неповторимое явление.

Прошло несколько лет, может быть, лет пять-шесть. Может быть, меньше. Мы с ребятами пошли играть в соседний двор в футбол. У нас так было принято играть не только в своем дворе, но и ходить в другие места, где собирались ребята нашего возраста.  Мы пришли в тот самый двор с домом, где меня так поразила встреча с красивым парнем.  И в какой-то момент игры кто-то из другой команды крикнул: «Тарас… Пас… Отдай мне пас…».  Я посмотрел на парня с мячом  и узнал его. Если бы не редкое имя, я не обратил бы на него внимания. Но, как только я обратил на него внимание, сразу узнал. Это был он. Разве что серые вьющиеся волосы, светлые глаза рассказывали о том красавце. Лицо казалось вытянутым и немного худым. Он только напоминал былого красавца и мало отличался от других ребят. Отличался, конечно, но не настолько. И в футбол он играл довольно посредственно. И смотреть на него, изучая тайну бытия, отнюдь не хотелось.

Прожив довольно  много лет, я видел, как жизнь меняет человека, как она его ломает и уничтожает.  Кого-то медленно, кого-то быстро. Был один человек и превратился в другого.  Был незаурядный  светлый, видный. Стал неказистым, посредственным, второстепенным.
Особенно человека меняет в переломном моменте, в болезнях, в  замужестве или женитьбе, когда появляются дети. Я видел, как девушки выходили замуж и менялись так, что их трудно было узнать. Одна была хохотушка, все время смеялась по поводу и без повода.  И вдруг я ее встречаю потухшей с  большой, тяжелой хозяйственной сумкой. От былого не осталось и следа.  Однажды в автобусе я встретил симпатичную девушку. Через несколько лет я увидел ее в том же автобусе лишенной всякой прелести. Бледная до невзрачности,  волосы,  потерявшие свежесть и лоск, в глазах утраченные надежды  жизни. На работе, общаясь по делам, я встречал девушку  пышную, рыжую, яркую, цветущую. К ней так и манило. Она вышла замуж, уволилась. Я встретил ее, спустя пару лет в метро. Выходил из электропоезда на остановке, тогда как она входила.  Я увидел ее и расстроился. Она утратила лучшее в себе. 
Но пришло и мое время, я сам заболел, исхудал и перестал узнавать себя в зеркале.
 

Я часто вспоминал того красивого парня. И только много лет спустя, кажется, понял, почему он тогда был так красив.  Кроме того, что тот был молод и обладал действительно красивой внешностью, он ещё сознавал себя как некое  явление  природы в отведенном ему отрезке времени и пространстве. Ему повезло в том возрасте,  в осознании своей натуры и в обладании собственного я.   Да, он чувствовал себя вполне гармонично и в душе радовался этому и тихо наслаждался этим состоянием. Но время его скоро прошло.
Я знал девочку лет пяти. В детском саду ей не могли налюбоваться. Дети крутились вокруг нее и хотели с ней играть. И она вела себя, как маленькая принцесса. Но прошли годы, девочка пошла в школу  и все изменилась. Ее красота с детской непосредственностью исчезла, оставляя ей для жизни лишь  необходимое. На нее никто не хотел смотреть с восторгом, и никто не хотел с ней дружить. И у нее поменялся характер. Она стала более серьезной и замкнутой. 
Природный дар – это большое дело. И, если кому-то, что-то дано в каком-то месте, в каком-то возрасте, то это дано. И надо сказать, спасибо за то, что это было.

Красота – это чудо из чудес. Это волшебство, которого ждешь и желаешь  себе, своим знакомым, близким  и родным. Она всегда желанна и удивительно привлекательна. Казалось бы, вот она была. И вот ее уже нет. Ушла, исчезла, и все-таки  осталась  в памяти, в фотографиях, в кинофильмах, во впечатлениях.
Она каждый раз в повторениях, когда на нее смотришь,  от первого впечатления до последнего что-то понемногу теряет. Когда она рядом, к  ней вообще привыкаешь и перестаешь на нее обращать внимание. 

И все же… Красота – это то, что неожиданно приходит, быстро проходит, и  остается навсегда.







Ах, красота, услада жизни,
 Пик совершенства волшебства
И очевидности блаженства,
И достижений высота.

Подвластны ей степные нивы,
Густые зеленей леса
И гор пересеченье линий,
И неба синего глаза.

Ее увидишь и волнение
Охватит тихо, в плен возьмет,
Дыхание сразу перехватит
И ум внезапно заберет.   

Ее рабы мы в преклонении.
Мечтания -  надежд  пора. 
Черпаем ею вдохновение.
И с ней приходят чудеса. 

Она во всем непостижима
И безгранично хороша,
И всех вокруг объединяет,
Хотя  у каждого своя.