Астраханских татар сказки

===
     Из Проекта Самогляд Родаруса. Вторая Часть. Сказки народов России. Сказки Астраханских татар.
     Большинство сказок, которые причисляются к Астраханским татарам, на самом деле не имеют к ним отношения. Есть только описания и аналитика их мифологии, демонологии, сказительности, а вот самих сказок, мифов и легенд этого этноса нет.
=========
     Какая-то часть татар, ещё в ордынские времена осталась на берегах и в степях, окружавших нынешнюю Астрахань. Татары этой этнической группы называют себя эстерхан татарлары, этнографы называют их астраханскими татарами.
     Их немного, около 60 тысяч. Они внутри себя делятся на алабугатских, булгаринских, кундровских, юртовских татар и на карагашей. Когда-то все они основали Астраханское ханство, а ещё раньше были они в Ногайском ханстве и в Хазарии.
     В Астраханской области бытовали сказки, в которых героями выступают представители разных национальностей, в том числе татары. В сказках освещается история астраханского народа, его культура, быт, нравы, обычаи. В сказках татар отразился сплав фольклора народов устья Волги, где жили и хазары, и савиры, и булгары, и казахи.
     Частый сюжетный элемент сказок астраханских татар, это Волга, река такая. Она и часть пейзажа, она и мать обитателей рек и озёр, она главное действующее лицо в сказке. Присутствует в сказках и любовь, чаще всего несчастная, именно ради неё герои сказок астраханских татар жертвуют собой. Много объяснений того, чем насыщена астраханская природа. Это комары, вода, рыбины, змеи.
     В этих сказках мы находим следы Астраханского регионального пейзажа, в котором много рыбы, степей, Каспий, огромное количество разливов, бугры. Отсюда в сказках много сюжетов о рыбаках, об осетрах, о верблюдах. Через Астрахань проходило множество дорог между севером, югов, востоком и западом, по которым сюда их сказочные ветра приносили легенды сибирские, индийские, малоазийские, иранские, персидские, тюркские.
     Здесь много духов, которые живот в природе, отчего достаточно самостоятельны. Они обретают различные облики, они могут думать, многие из них пришли из глубокой, ещё дохристианской древности.
     Многие персонажи имеют как христианские черты, так и исламские, последние встречаются чаще. Много шайтанов разного рода, джиннов из арабской мифологии. Есть мифологические персонажи, которых называют албастами, это из юртовско-ногайской мифологии. Албаст представляется в татаро-астраханских сказках в образе злого демона, связанного с водной стихией, пришедший сюда вместе тюркскими, иранскими, монгольскими и кавказскими народами.
     Ещё один нехороший персонаж, это аждаха, обычно драконовый змей, исчадие зла, да ещё и людоед.
     Со стороны Ирана горские евреи и таты принесли в своих легенда другого плохого персонажа, это пери. Это животные и девушки, прекрасные своим видом, чем они околдовывают сознание встреченных ими людей, отчего он сам становится по духу своему злобным.
     Попадаются и убыры, они, кстати, проникли в фольклор южнорусских сказок. Это демон, поедающий людей. Ногайское производство. Обжора, жадный, безжалостный.
==========
     Сейчас сказочный фольклор астраханских татар, как изустная передача информации, уступает постепенно своё место литературным сказкам. Редко можно услышать даже с десяток сказок народного сказителя. Так что, сохранившиеся народные сказки, являются ценнейшим материалом для изучения языка и истории древних татар, обосновавшихся в Астраханском крае.
============
........
            Водопад и камень!!
     Некогда хан Усень-Дебескертэ вдруг впал в безутешную задумчивость. Был у него заморский мудрец, прошедший своими ногами все подлунные пути и дороги, и тот ему поведал, что миром правит, который торжествует над добродетелью. Зло же, по словам этого мудреца, есть наипервейшее начало, которое управляет стоит миром.
     Была у него супруга по имени Джаджа, наипрекраснейшая из супруг, но и она была не в силах утолить его печаль. И вот люди его, советники, вызвали из дальних степей одного отшельника, чтобы тот развеял грустные и мрачные мысли хана, томящей его сердце.
     Когда явился этот отшельник, он несколько дней сидел на полу напротив хана, наблюдал за ним. Наконец он сказал, да таковы слова:
 — Хан, — сказал он, — пойдём со мной, я покажу тебе одно место и докажу тебе, что рано или поздно добро восторжествует над злом. Хан согласился. Отшельник привёз его к одному водопаду, лившемуся на дикую скалу, и спросил, что он думает об этом водопаде и камне. Но хан, погружённый в задумчивость, молчал. Тогда отшельник взял его за руку и обвел вокруг скалы, указывая на расщелины, особенно на большую скважину, пробитую каплями водопада в середине камня. Он говорил:
— Граниту этому более ста лет, он был вдвое больше, чем теперь, но вода слабыми каплями раздробила его до половины. Дикая скала эта изображает добро и зло. Добродетель способна истребить, измолоть и стереть порок точно так же, как вода стёрла эту скалу. Но каждый, кто бы он ни был, способен быть струёй, каплей или брызгом в соотношении к этому водопаду.
     Так и наши добродетели могут быть даже небольшим брызгом, но который также будет способствовать истреблению зла. Возвращайся Хан спокойным и помни, что настанет день беспрерывной и вечной добродетели, и тогда мрак сожжётся лучами немеркнущего света.»
     И тут Хан вдруг очнулся словно ото сна, вернулся обратно исцелённый от грусти, убедившись в истинности слов отшельника.
===========
.......
            Сказка о бедном и богатом братьях!!
     Давно это было. Так давно, что только старые люди помнят. Жила в одном селе Авдотья-вдова. Мужа у нее не было, но было два сына их звали Алексей и Василий. Похожи были братья друг на друга, как два яблока с одной ветки. И пригожи оба, ни лицом, ни ростом не обижены. В игре ли, в драке всегда друг за друга горой стоят. Обидишь одного, тогда будешь дело иметь с двумя сразу.
     Отец у них на охоте погиб. Как вернулся со службы, пошел с мужиками на охоту, так и смерть свою там нашел.
     А места в Астраханском Крае заповедные, дичью богатые, охота добрая, да не всегда удачная. Как пойдут мужики на лесовика так, считай, иного домой на руках несут. Помается, сердечный, дён пять и отмучается. Так братья и остались сиротами. И решили они матери крепкой опорой стать. Во всем ей помогали. Радуется сердце матери.
     А время-то шло и шло — выросли братья. Раз зовет их мать и говорит:
— Надо бы вам, сынки, остепениться. Я так думаю, что пришла пора вам жениться, свой дом завести, свое хозяйство. Да и мне на старости лет подмога будет в доме большая. Было у меня два сына, хочу и на дочерей посмотреть, а там и внуков перед смертью потятешкать. Но хочу, чтобы вы жен себе по сердцу выбрали».
     Задумались братья, три дня сроку попросили, через три дня явились и говорят ей:
 — Крепкую задачку ты дала нам, матушка. Но воля материнская всё одно, что закон для нас. Выслушай нас и благослови.
     Первым поклонился матери Василий, поклонился он ей и говорит:
 — Я думаю к мельнику сватов послать, сосватаю его единственную дочь Алёну. Она девка видная и приданного за ней дают немало. А как помрет старый мельник, так и я хозяином стану. На что спрашивала мать:
 — Да мила ль она тебе, сынок? Жизнь прожить ведь не поле перейти. Всё умеючи делать нада. Смотри, как бы горя не намыкаться.
     Отвечал ей Василий:
     — Да ладно, матушка, чего уж там. Как стерпится, так и слюбится.
     Помрачнело тут лицо матери, вокруг глаз морщины легли. Глаза потемнели, как омуты. Но слово поперек не сказала она сыну. Лишь вздохнула, а потом Алёше повернулась и сказывала ему:
 — А ты, Алешенька, кого в дом приведёшь, кого мне дочерью назвать прикажешь?
     Отвечал ей Алексей:
 — А я, матушка, за счастьем далеко не ходил. Пошлю сватов к соседу нашему Ивану-пастуху. Сватать буду его младшую дочь Настеньку. Пусть приданного нет за ней, в семье-то она почитай что осьмнадцатая, да мила она мне, и я ей люб. Будет она мне женой хорошей, а тебе дочерью ласковой и помощницей верной.
     Разгладились морщины на материнском лице. Засветились глаза ее ясными звездочками, улыбнулась она сыновьям, да и говорит:
 — «Ну, что ж, сынки! Тянуть не будем, завтра же сватов зашлем, а там и за свадебку». Слово сказано — дело сделано. Заслали сватов, свадьбу три дня играли. Народ в тех краях и работать умел и веселиться умел.
     Отшумела свадьба веселая, начались дни обыденные. Алексей с Настенькой в родительском доме живут. Авдотья-вдова на сноху не нахвалится. А Василий к жене перебрался. И как перешёл он с родного двора к мельнику во двор, так словно подменили человека, такой прямо чванливый из себя стал, спесивый, важный, как купец какой.
     В родительский дом и сам ходить перестал, и жене не велел. Раз один зашел, да с порога же назад повернул, говорит:
— Бедностью тут от вас пахнет.
     Ох, и горько же матери было, да простила она неразумного сына. Сердце материнское все прощает.
     Вот ещё сколько-то лет прошло. Живут братья своими семьями, дети уже свои растут. Так бы и жили, друг друга не касаясь, но беда пришла. Заболела мать у братьев. Да так тяжело, что снадобья ей никакие не помогают.
     Алексей всё хозяйство запустил, всё, что мог продать, продал, а только матушке лекарство найти, которые помогли бы, не находил. Только ведь нет лекарства от старости, умерла мать у братьев. А в доме и на гробовину гроша нет.
     Отправился Алексей к брату Василию за помощью, а тот его и на порог не пустил, как перед нищим, дверь захлопнул.
     Пришел Алексей домой, горько ему за брата. И тут подходит к нему жена его Настенька и говорит:
 — «Ты не печалься раньше времени, Алёшенька, ты сходи в лес, сруби дерево покрепче, да и сам сделай матушке гробовину. Так -то оно лучше будет».
     Послушал Алексей жену, пошел в лес. Долго ли он шел, а думы горькие о брате опять его одолевать стали. Не заметил Алексей, как в незнакомой стороне оказался. Видит он, что за диво! Стоит он на поляне, а посреди поляны сосна растет. Да что за сосна, всем соснам сосна, не сосна, а сущая королева. Большая, высокая, раскидистая, макушкой в небо упирается, а зверья да птиц на ней прямо счету нет. В дуплах белки живут, на ветвях птицы в гнездах, в корнях барсук нору устроил. И у всех потомство свое, всё пищат, стрекочут, есть просят.
     Улыбнулся Алексей, да тут же снова и нахмурился: не до радости ему. Обошел сосну раз, другой и думает:
 — «Срублю такую, и матери на гробовину хватит, да и я дом подновлю». И так принялся он за дело.
     Размахнулся он, ударил топором по сосне, да словно стон пошел по полянке, а топор отлетел от ствола. Второй раз ударил он по сосне, задрожала сосна, переполошились звери и птицы. В третий раз ударил Алексей по сосне, а только лишь маленькая зарубка появилась.
     Тут бы и дальше рубить, да притомился Алексей, присел под дерево отдохнуть и думает:
 — «Как крепка сосна! Три раза я её срубить пытался, а она мне отпор дала. Могучее дерево! Ишь, скольким тварям живым приют дала. А как срублю я ее, мне польза одному будет, а им-то беда будет. И гнёзда порушатся, и детенышей сколько поубивается. Нет, матушка говорила, что лишь злой человек слабого может обидеть. Срублю я другое дерево. Вот только отдохну чуток, да и за работу».
     Лёг он под сосной, а топор рядом бросил. Притомился Алексей, да и уснул. Спит он крепко и спится ему, что пришла па эту поляну мать его Авдотья, молодая да веселая. Подошла к нему и по щеке погладила, а потом повернулась и опять в лес ушла.
     Спит Алексей, ничего не слышит. А из того места, где на сосне зарубка осталась, тоненькой струйкой смола течет. Течет смола, капает да все на топор. Долго ли капала, нет, да наконец перестала.
     Проснулся Алексей, смотрит и глазами своим не верит, что за диво такое! Топор-то золотой стал. Удивился он такому делу да домой стал собираться. Так, задумавшись до дому и добрался. А сосна-то в след ему долго шумела. Благодарила вроде бы как.
     С тех пор хорошо стал Алексей жить. И счастье к нему в дом пришло и удача. А Василия злоба душит. Как так, Алёшка из голи бедняцкой с ним сравнился. Не так тут что-то. Положил он гордость свою до поры, до времени в карман, да и к брату в гости пошёл, вроде бы как прошлое забыть пришел просить, да обиды старые. А сам-то решил выведать, как это брату такая удача привалила.
     Алексей-то был душа нараспашку, всё брату рассказал: и то, как с горя в лесу заплутался, и то, что могучую сосну не срубил, и то, как, проснувшись, рядом топор золотой увидел. Молчит Василий, а зависть его душит. Ноги самого уже давно домой тянут.
     Прибежал он домой, стал с женой советоваться, долго ли они думали, да вот, что порешили продали они всё, что имели, и дом, и мельницу, и хозяйство. Топоров, понапокупали, и отправился Василий в лес. Отыскал эту поляну, видит, что не соврал брат, растёт там могучая сосна. И принялся Василий за дело.
     Всю сосну топорами истыкал, места живого на ней не оставил. Сел и стал ждать - когда топоры золотыми сделаются и каким он богатым   тогда будет. Мечтал, мечтал и уснул.
     И снится ему сон, что выходит из лесу на поляну мать его Авдотья с сосновой веткой в руке и веткой этой бьёт его прямо по лицу. Вскочил Василий со сна и видит, что нет тут Авдотьи-солдатки, а сосна осыпается. Вся смола с сосны стекла, сосна высохла, все иглы осыпались, птицы, звери разлетелись, разбежались, одни топоры торчат, да и те не золотые, а смолой облитые.
     Кинулся Василий к сосне, схватил один топор, а тот ни с места. За ним другой, третий и те намертво в стволе вросли.
     Так погибла могучая сосна, но и жадного Василия проучила. Остался он без ничего. А вскоре его жену забрал проезжавший мимо купец заречный. С того ушёл Василий в леса да края далёкие, незнамые, там и остался сам незнамый.
===============
.........
            Царь Хан и Царевна Астра-Чаккона. Реконстр.
     Жил-был Царь Хан на Итиле. И была у него дочь, звалась она Чаккона, потому что носила платья из живых астровых цветов. Жили они хорошо, ходили они в степь, где друзьями им были ветры степные, ходили они и по реке Итиль, где им пески с ветрами да с птицами прибрежными песни пели. А всё потому, что любовью к родной земле они окрыляемы были.
     И не было в их царстве-ханстве бедных людей, всем было занятие, кто рыбу ловил, кто лошадей и скот пас, кто посевами занимался, кто сады дивные выращивал, кто караваны сопровождал, а кто и сам торговал.
     Но постепенно стали прибывать много новых людей в край Царя Хана, принесли новых богов, стали люди уходить от своих идолов, которые рождены были этой землёй и Итиль-рекой.
     И вот однажды случилась непогода, и пошли из пустынь наступать на их край пески зыбучие. Захирели посевы в их стране, обесточились ручьи и степи, обесплодились сады и огороды, ушла рыба глубину искать. Итиль иссыхала, земля от жажды морщилась.
     Не достигали молитвы людей новым богам, не слышали они их Люди в страхе молились. Боги уходили из этих мест.
     Хан говорил своим приближённым, что иссякла река, устали люди, не могут они остановить вражьи пески, но мы не можем уйти, наши предки заведовали нам эту землю, эту реку. Люди как могли рыли каналы, валясь от усталости, чтобы наполнить высыхающее русло Итиль-реки.
     И вот, однажды, Чаккона видела сон, в котором ей сказали боги старые, чтобы им в жертву я, твоя дочь, была отдана. К нам спустились дэвы, они меня ждут этой ночью, я пойду.
     Но Царь-Хан не разрешил. Он сказал, что лучше тогда уйти отсюда, как когда-то наши предки пришли из плохих мест. Нет, боги нашей земли не получат тебя, дочь моя.
     Вот настал вечер, Царь Хан уснул, все спали после трудной работы по борьбе с песками. Дочь обняла отца, смахнула слезу и ушла в ночь, туда, где боги ждали ответ.
     Как же буду жить наши люди там, где мы не оставили даже своей тени, где на могилах наших предков вырыли новые могилы, могилы других предков, где никто, даже ветер ничего о нас не знает. Нет, мы рождены здесь, мы должны справиться негодьями, мы не смиримся.
     И дочь Царя Хана, пришла туда, где был край земли Итильской, где ждали свою жертву родные боги.
     Через месяц пустыня смирила свой гнев, она отступила, боги этой земли вернулись к людям Итиля. Это всегда была единая суть, неразрывная. Люди отказались от чужих богов. Край Итильский снова расцвёл.
     Царь Хан недолго ждал свою дочь, он знал, что она непреклонна, как и он сам. Он смирился и однажды растаял в тумане вновь разлившейся реки, отпустив на волю своих людей. А на всех берегах реки расцвели Астры. С тех пор край этот стали называть Астрахань, реку эту стали именовать Волгой.
==============
     Есть ещё и такие сказки, которые причисляют к астраханским. Послушайте, может и вправду они таковые.
Бычок
Глупый жених
Ивашечка
Казахские прибаутки
Козакупреш и Баянслу
Комарушка
Кочеток и Курушенька
Купленный сон
Луковка
Молодец и змей
Мужик и колдун
Мыши и кот-обманщик
О бедном и богатом братьях
О Хадже Насредине
Огурчики
Ослиные уши
Про белого бычка
Про Лису
Про Машу
Про падчерицу
Рыжий конь
Солдат и смерть
Солдат и чёрт
Старик и волк
Фасолинка