Не то место

Все знали, что тут начали строить новое областное управление КГБ. Точнее не одно здание, а целый внушительный комплекс. СМИ, разумеется, молчали, но "сарафанное радио" никакой завесы секретности вокруг  стройки не оставило. И всё же нашлись три чудика, запредельное неведение которых назвать как-то просто затруднительно. Вероятно, в определённый момент на разум их маленького коллектива снизошло некое затемнение, что и вызвало необъяснимый по-другому сбой.
Старые  знакомые сошлись в конце рабочей недели у остеклённой витрины гастронома. Поодиночке достигли винно-водочного отдела с вполне определённой целью и надеждой найти там подобные себе страждущие души. В ту пору статья о тунеядстве исключала праздношатание, как совершенно недопустимое явление. Все они являлись трудящимися, строителями обещанного сверху через двадцать лет коммунизма. И хотя половина срока уже миновала, каждый из них на своём предприятии продолжал ожидать этого рубежа, как и маячившей  на горизонте пенсии. Про волюнтаризм обещавших подобное они слышали, но продолжали надеяться на лучшее. А в этот ещё не наступивший вечер предсказуемо собирались расслабиться перед выходными. Возможно, каждый и пошёл бы делать это к себе домой, если бы не встретились в этой точке в одно и то же время. Сначала двое, один из которых трудился каменщиком в стройтресте, а второй слесарем на судоремонтном заводе. Слово за слово ;  давно не виделись, а тут и третий объявился, грузчик с местной табачной фабрики. Сбор будущих участников события произошёл стихийно, как выскакивают пронумерованные шарики определённой комбинации из лототрона при розыгрыше тиража спортлото. Единогласно решили, что две по 0,5, а не одна для внезапно образовавшегося сплочённого общим планом коллектива ; самое то, что надо. Чтоб уже не бегать потом второй раз перед закрытием магазина. По случаю такой редкой встречи согласились не ограничиваться плавлеными сырками или килькой пряного посола. То выглядело бы совсем не к месту, просто несолидно. Запаслись солёными огурчиками, зелёным луком, колбасой, консервированными сардинами, буханкой хлеба и трёхлитровой банкой томатного сока местного разлива.
Тут же возник вполне закономерный вопрос: куда податься? С бокового крыла гастронома прилепился то ли кафетерий, то ли кафе-мороженое в виде полукруглой ротонды под железной крышей. Грузчику с табачки пришла мысль расположиться именно там за одним из полудюжины столиков. А чего же далеко ходить?! Но двое других, живших неподалёку и потому знавших обстановку лучше удалённого собрата, разом воспротивились:
;  Не-а, Андрюха! То не есть гуд, не годится. Там патрульные часто шмонают, да и Лариска-буфетчица та ещё стукачка, сама их вызвать могёт.
Перебрали другие варианты от лавочки в ближнем сквере, до набережной внутригородского канала неподалёку, называемого в народе просто Канавой. Но всякий раз предложения дружно блокировались двумя голосами из трёх.
Затянувшийся поиск не помешал позаимствовать стаканы у автомата с газировкой. только их окончательный выбор места для отдыха вызывал подозрение, что каждый из компании уже был несколько неадекватен то ли из-за пива, уже перехваченного после работы, то ли ещё из-за чего. Каменщик крутого разряда после мытарств по району поманил их на пригодную для спокойного общения стройку.
; Дык там, Боря, сторожей, должно быть валом... ; резонно усомнились компаньоны.
; Для кого Боря. а для кого и Борис Иваныч! Бывал я там на днях! Зуб даю! Опалубку ещё не убрали, там и тырить пока нечего, какие вам ещё сторожа!
Такое заверение безопасности показалось убедительным и успокоило.
Вот так они в том злосчастном месте и очутились. Каменщик Борис Иванович провёл их  через скрытный лаз в ограждении. Точнее, по ему известным приметам нашёл легко сдвигаемую доску в заборе, а его деловитая уверенность рассеяла остатки сомнений у приятелей. И то, никаких оборонных хитростей, не говоря о колючей проволоке, им на пути не встретилось, что расслабило и совершенно притупило бдительность.
Скорее всего, охранник, так и не показавшийся на глаза непрошеным гостям, всё же там имелся при исполнении своих обязанностей. Но ещё вероятнее сработали датчики, наверняка установленные на секретном объекте с самого начала строительства. Все новейшие технические разработки того времени в первую очередь предоставлялись именно этой всевластной организации. То ли на вызов сторожа, то ли на тревожный сигнал автоматики мигом примчались две легковушки с оперативниками. С ходу выпрыгнув из машин и лихо развернувшись цепью, они захватили ошарашенную троицу, не успевшую и наполовину разобраться с припасом зелёного змия.
Уже в старом здании управления после формальной регистрации задержанных развели порознь по камерам и немедленно приступили к их разработке. Случившийся на месте в этот поздний час краснолицый одышливый подполковник пожелал лично заняться доставленными. По всему похоже, предпенсионного возраста офицер успел получить ведомственные навыки ещё при Берии. На подхвате у него подсуетился услужливый капитан, явный представитель новой поросли чекистов, дотошно следовавший заученным алгоритмам. После необходимой по процедуре сверки личностей на каждого из нарушителей  по отдельности обрушился град не двусмысленных вопросов. Да так, чтобы не дать ни минуты передышки и возможности сосредоточиться. С какой целью проникли на охраняемый секретный объект? Как смогли узнать о нём? Где именно на стройке успели спрятать записывающую аппаратуру? Когда и кем наняты и конкретно за какую плату? Кто именно дал инструкцию перед началом акта?
В каждом из трёх случаев полковник предоставлял поусердствовать ретивому младшему по чину и возрасту помощнику. Сам же молча сверлил допрашиваемых пытливым пронзительным взглядом, многозначительно дымя сигаретой.
Остатки хмеля быстро улетучились из голов непутёвых бедолаг, поочерёдно помещаемых под направленный им в глаза свет яркой настольной лампы.
;  Вы хоть представляете, в чём вас конкретно обвиняют, и что за это грозит согласно нашему закону? ; Риторический вопрос полковника неожиданно задаваемый вкрадчиво-угрожающим тоном после бравшего паузу майора заранее не предполагал никакого ответа.
; Уже одно то, что вы проникли на секретный, тщательно охраняемый объект подпадает под статью за измену Родине. А то, что вы не действовали в одиночку, бесспорно доказывает сговор, групповой умысел, и усугубляет вашу ответственность. Думаю, не стоит уточнять, что за такие дела светит высшая мера наказания. Но в случае сотрудничества со следствием, дачей правдивых показаний и чистосердечного признания можете надеяться на смягчение выдвигаемых обвинений. Тем более, ваши подельники уже дали показания вовсе не в вашу пользу. Они утверждают, что именно вы являетесь инициатором этих противоправных действий. ; Уже торжествующе заключал опытный чекист каждому по очереди, давя окурок сигареты в пепельнице
Стоило ли говорить о немедленной готовности к полному сотрудничеству задержанных и дачи им всех требуемых показаний?! Хуже всех пришлось Борису Ивановичу, именно на него единодушно свалили всё оба приятеля, не раз пожалевшие о слепом доверии каменщику ; самозваному Ивану Сусанину. Они слёзно каялись в отсутствии антигосударственного умысла и обещали поскорее закодироваться для избавления от подведшей их под монастырь пагубы. Только бы их отпустили и поверили им в этот раз.
С самого начала каждого из них заверили, что продержат здесь, пока тщательно не перепроверят все показания, даже пригрозили применением "сыворотки правды" ;  неизвестного работягам химпрепарата из имеющегося секретного арсенала. Откровенно дали понять, что их нелепые объяснения выглядят попыткой "откосить" в психушку, чтобы избежать реально угрожаемой суровой статьи.
Спустя полтора часа обоим офицерам стала окончательно ясна истинная подоплёка действий трёх недотёп. Именно столько времени понадобилось, чтобы поверить в столь потрясающее проявление глупости несознательных работяг.
; И что с ними дальше ; передать в УВД? Для вытрезвителя не та кондиция... ;  спросил озадаченный капитан уже собравшегося уходить домой полковника.
; Ни в коем случае! Ты что?! Вдруг они там выболтают что-то о схеме строящихся зданий? Подержи до утра, припугни потом на дорогу по полной и отпускай. Заполни протоколы на всех о нарушении общественного порядка, распитии в общественном месте, о действиях, порочащих честь и достоинство наших граждан. Только без нашей конкретики. И тогда уже перешли телеги обычным порядком в  райотдел. Пусть менты им штрафы выписывают.
Когда наутро вконец удручённую жуткой процедурой троицу внезапно отпустили на все четыре стороны, каждый задержанный слёзно поклялся не разглашать, где и за что находился этой ночью. Одновременно умоляя при том не сообщать о происшествии по месту работы. Напоследок все заверили, что сами обратятся к наркологу и принудительного лечения им не потребуется.
 Надо ли говорить, что вскоре двое из приятелей вернулись к остеклённой витрине того же винно-водочного отдела гастронома? Утро-то выдалось субботнее, нерабочее.
Вот только каменщика Бориса Ивановича с ними уже не оказалось. Спустя две недели он честно закодировался и получил вшитую в предплечье торпеду. Двое других
отказались от общения с ним, не простили столь несуразно подставившего их.
Они безоговорочно винили в случившемся его одного и радовались, что отделались одними штрафами. Нисколько не корили себя, что не удосужились поинтересоваться, на какую стройку лезть собрались? Правда, некоторое оправдание собственной глупости у них всё же имелось. Ещё в бытность подростками оба проникли за забор строящегося концертного зала. Разумеется, никакой сигнализации там не оказалось, а если имелся сторож, похоже, сам ото всех так хорошо спрятался, что его и не увидели. Впрочем, дела давно минувших дней, да и место выбрали тогда совершенно другое.