Гусли

Часть 1. Сказ о волшебных гуслях
В одном глухом лесу, где сосны шептались с ветром, а ручьи пели звонкие песни, жил;был лесной дух Тюхтя. Был он вертлявый, весёлый, в рубахе из крапивы, с глазами;искорками. Любил Тюхтя бродить по чащам, слушать птичьи трели да придумывать небылицы.

Однажды шёл он вдоль лесного ручья. Вода журчала, переливалась на солнце, а в глубине что;то блестело. Тюхтя пригляделся — да ведь это гусли! Лежат на дне, струнами вверх, будто ждут, когда их достанут.

— Вот диво! — воскликнул Тюхтя, засучил рукава и вытащил инструмент.

Гусли были не простые: из светлого дерева, с резными узорами в виде листьев и птиц, а струны — будто из лунного света сплетены. Тюхтя осторожно тронул одну струну — и раздался звук, чистый, как родниковая вода. Тронул другую — зазвучала мелодия, словно лесной ручей запел.

И вдруг — чудо! Тюхтя понял, что умеет играть. Пальцы сами находили нужные струны, а из;под них лилась музыка, от которой сердце замирало. Он играл — и лес вокруг оживал: птицы подпевали, деревья покачивались в такт, а ручей пустился в пляс, разбрызгивая капли.

Часть 2. Песня Шишиги

Пока Тюхтя играл, из чащи вышла Шишига — его подруга, деловитая, в юбке из мха, с корзинкой волшебных трав. Услышала она музыку, остановилась, прислушалась.

— Тюхтя! — воскликнула она. — Откуда у тебя гусли? И как ты так играешь?

— Сам не знаю! — рассмеялся Тюхтя. — Только тронул струны — и будто кто;то в душе запел.

Шишига улыбнулась, села рядом и сказала:
— А теперь я спою.

И запела она песню — не простую, а волшебную. Голос её лился, как мёд, и слова звучали, будто древний напев:

Ой ты, Змеище Горынчище,
Трёхголовый, огнедышащий!
Ты не жги леса зелёные,
А лети за синее море!

Ой ты, царь Водяник с царицею Водяницею,
В глубинах тёмных, в водах чистых!
Вы не топите корабли добрые,
А храните клады несметные!

Ой ты, Идолище;великанище,
Стоящий на краю света!
Ты не пугай путников бедных,
А стой, как страж, у порога!

Часть 3. Чудо музыки

Музыка и песня разлились по лесу, заполнили каждую тропинку, каждый кустик. Звери собрались вокруг: Заяц присел на задние лапки, Волк вытянул морду, Медведь сел, положив лапы на колени, Лиса устроилась в траве, а птицы слетели с веток, чтобы лучше слышать.

Но не только звери слушали. В окрестных деревнях люди остановились, услышав дивный напев. Старушки перекрестились, дети выбежали на улицу, а печники приоткрыли дверцы печей — и увидели, что хлеб печётся румянее, чем обычно, а аромат от него такой, что слюнки текут.

В колодцах и родниках вода заискрилась, будто в ней звёзды отразились. Те, кто пил её, чувствовали, как уходит хворь, а на душе становится легко и радостно.

Часть 4. Дар гуслей

Когда песня закончилась, лес замер в тишине. Потом Заяц захлопал лапками, Волк завыл от восторга, Медведь захлопал в ладоши, а птицы защебетали: «Ещё! Ещё!»

Тюхтя улыбнулся и сказал:
— Это не я, это гусли волшебные. Они сами поют, а мы лишь помогаем.

Шишига кивнула:
— Да, но чтобы услышать их голос, нужно сердце доброе и душа открытая.

С тех пор Тюхтя и Шишига стали ходить по лесу и деревням, играя на гуслях и напевая песни. Где они появлялись, там:

хвори уходили, как туман на рассвете;

хлеб в печах становился румянее и слаще;

вода в родниках обретала целебную силу;

звери и люди жили дружнее, а в сердцах расцветала радость.

А гусли? Они так и остались у Тюхти. Только теперь он знал: их музыка — не для него одного. Она — для всех, кто готов слушать, верить и дарить добро.

Конец

И если ты когда;нибудь услышишь в лесу звонкие струны и песню, похожую на шёпот ветра, — знай: это Тюхтя и Шишига снова играют. А может, и ты услышишь их музыку — если сердце твоё открыто для чудес.

Вот и сказке конец, а гуслям — вечный звон!