Испытание на слом

          Последовательный, настойчивый  и т.д.

И так, он стал чиновником республиканского масштаба. В его обязанности входило всё сельскохозяйственное производство. В общих чертах все это ему было знакомо.

 Знал он сильные и слабые стороны многих ответственных работников как республиканского, так  и районного звена. Знаком был и со многими работниками московских министерств и ведомств. Все это позволило быстро включиться в работу.

 
 А через три с половиной года, в конце ноября 1978 года,  его снова пригласил Березин. Теперь он уже предложил Василию Учайкину  возглавить правительство республики.

 В тот раз, вроде бы, как и не кстати, вспомнилось прочитанное где-то: «Должность весьма неприятная; работа тяжелая, обедаешь, когда попало, все тебя ругают, и ты наживаешь себе расстройство пищеварения».


Он прекрасно понимал, что до него в республике много сделано. Заложена добротная основа для агропромышленного комплекса. Солидно выросли объёмы жилищного, социально-культурного и бытового строительства, закладывалась прочная база для развития дорожного хозяйства.

 Мордовия из аграрного края  осязаемо преображалась в индустриально-аграрный регион. От нового председателя правительства требовалось не только продолжить это преображение, но и значительно его ускорить.


Знал он также, что впереди его ждет повседневная, напряженная и рутинная работа, в которой нет мелочей, дел важных и не важных. В этой связи запомнился ему телефонный разговор Генсека Брежнева  с тогдашним председателем правительства РФ  Соломенцевым, у которого Василий Учайкин в то время находился на приеме.


«Миша, -  дружески просил Генсек председателя правительства РФ по громкой связи. – Надо Тодору (Тодор Живков – секретарь ЦК компартии Болгарии) помочь семенами овса на весеннюю посевную».


 Соломенцев деликатно возражает: «Леонид Ильич, у меня резерв семян небольшой».


«Миша, я всё-таки прошу тебя, помоги. Он в долгу не останется».


Тогда он подумал с некоторой долей иронии: «У Генсека дел больше нет, как просить овес для болгар!» Позже он сам признался - иронизировал напрасно. Потом ему самому многократно приходилось решать подобные, на первый взгляд, пустяковые вопросы.


 У главы государства, региона, города – большого или маленького, как у хорошего хозяина доложен быть порядок в доме. Если в какую-то щель сквозит – надо законопатить, если холодно, протопить печь и т.д. Короче, вопросов – море. И так, каждый день, каждый час! И так – всю жизнь.


Решение проблемных задач – будь то укрепление энергетической базы, развитие агропромышленного комплекса, дорожное строительство и ещё множество других, требовали от нового председателя правительства не только постоянного личного контроля, но и постоянного согласования, защиты, а нередко и  продавливания их в вышестоящих инстанциях.


Он, несомненно, был наделен даром дипломата. Ему легко «открывались» кабинеты союзных министерств и ведомств, сразу запоминали, возможно, за харизматичность.


Был он высок, строен, всегда элегантно одет. Многие охотно помогали ему решать проблемы маленькой республики. Более всего, пожалуй, на первых порах благоволил ему патриарх советского чиновничества, человек – легенда, заместитель Председателя Совета Министров СССР, Председатель Госплана СССР Николай Константинович Байбаков.


Наркомом он стал ещё при Сталине. Работал при Кагановиче, Маленкове, Булганине. Незаменим был при Хрущеве, Косыгине, Брежневе. Таким же оставался при  Андропове, Черненко, Тихонове, Рыжкове, Горбачеве.


 Более сорока лет входил в состав правительства СССР. Это была сильная личность. Широко образованный, смелый, решительный, профессионал с большой буквы – его ценили все.


В годы одиннадцатой, и особенно двенадцатой пятилетки, Мордовия переживала бум дорожного строительства.  Тогда-то Василий Учайкин сумел выпросить у симпатизировавшего ему Николая Константиновича Байбакова шагающий экскаватор. Он был необходим для добычи щебня в Уркатском карьере Ельниковского района.


Это была сенсация. Из трёх экскаваторов этой марки, предназначенных для всей России, один выделили Мордовии. Разговоров на эту тему было не мало. Почему Байбаков выделил экскаватор Мордовии? Нужна ли для мордовского карьера такая громадная машина? Не лучше ли было отдать её какой-нибудь крупной области или краю?


Больше всех воевал с Василием Учайкиным по поводу экскаватора тогдашний министр автомобильных дорог РФ Николаев А.А.. Всегда невозмутимый Учайкин после месячных дебатов возмутился: «не ради вашего министерства уговаривал Байбакова выделить Мордовии экскаватор.

 И если вы, товарищ министр, и дальше будете препятствовать этому, сделаю всё для того, чтобы шагающий экскаватор из фондов России передали другой союзной республике».

 Только после этих шумных споров экскаватор доставили с завода в Мордовию и собрали. Такой оперативности по доставке, сборке и освоению громадной машины никто не ожидал. В том числе министр автомобильного транспорта РФ и его специалисты.


Выделенный республике шагающий экскаватор не был прихотью руководителя авторитетнейшего ведомства огромной страны. Байбакову всегда нужны были весомые доказательства. Лишь в таких случаях он давал согласие.

 Так было, например, когда Василий Учайкин убеждал Николая Константиновича в необходимости строительства 60-ти километрового водовода от реки Суры до Саранска.

Дав добро , патриарх советского чиновничества наставлял молодого коллегу из провинции: «Решение надо принять только тогда, когда в этом сам убедишься. Допущенная руководством ошибка наносит большой ущерб делу, а если руководишь в государственном масштабе, то и всему государству».