Законы Гамлета и пропущенный ход Офелии

Наше шествие по земному шарику делает нас не только наблюдателями, но и наблюдаемыми. Гамлет, например, всегда предпочитал наблюдать. Сидеть за столом, видеть разложенные веера карт, считать ходы, просчитывать вероятности. Мир для него был гигантским раскладом, где у каждой масти есть свой вес, а у каждого решения — своя цена в импах.
В 1963 году он прошел отбор на чемпионат мира. Американская контрактная лига, международные отборочные — все это было шумно, полно людей в строгих костюмах и женщин, пахнущих духами «Шанель». Среди них была Офелия.
Она не была бриджистом. Она была той, кто смотрит на игроков. Наблюдателем наблюдателей. Гамлет впервые заметил ее не за столом, а у стойки регистрации, где она поправляла бейдж с названием отеля. Ему показалось, что она смотрит именно на него. Или на его кубок. Или просто в пустоту.
— Вы устали? — спросил он тогда, формулируя вопрос так, словно выбирал между пасом и контрактом.
— Я всегда устаю от чужого напряжения, — ответила она. — Вы, игроки, так громко молчите.
Он запомнил эту фразу. Потому что в бридже молчание — это тоже язык. Сигнал. Конвенция.
Их роман длился дольше, чем некоторые его турнирные серии. Гамлет выигрывал чемпионат за чемпионатом: 12 мировых, 50 североамериканских. Офелия была рядом, когда он писал автобиографию «За столом: моя жизнь и времена» в 1994-м, и когда его имя вносили в Зал славы ACBL в 1999-м. К марту 2001 года он набрал 23 219 очков, занимая первое место среди гроссмейстеров.
Но самое необычное достижение Гамлета было сформулировано им самим и вошло в историю как «Закон Гамлета»: «Если у вас есть выбор из нескольких разумных ставок и одна из них — 3NT, делайте ее».
Офелия ненавидела этот закон. Потому что в жизни он тоже всегда выбирал 3NT. Самый простой путь к выигрышу. Без козырной масти, без тонких розыгрышей, просто надежно и скучно.
— Почему ты никогда не играешь сложные контракты? — спросила она однажды.
— Потому что сложные — проигрышные, — ответил он, не отрываясь от карт. — В среднем, 3NT приносит больше всего очков.
Не высказывайтесь никогда полностью. Потом добавить будет нечего.
Гамлет следовал этому правилу. Он никогда не говорил Офелии о любви прямо. Он говорил о ней метафорами. Он говорил о надежности раскладов, о том, что пара — это не просто два человека, а система торговли, где надо понимать партнера с полуслова. Однажды он подарил ей книгу с дарственной надписью: «Спасибо за поддержку на моей масти». Офелия тогда рассмеялась, но смех был грустным.
Шли годы. Турниры, отели, перелеты. Офелия смотрела на него, на этого человека, который умел считать вероятности, но не умел читать по глазам. Он стал легендой. Первый в мире по рейтингу, член Зала славы. В 1985 году он возглавил мировой рейтинг и не отпускал его десятилетиями.
А она... она была просто той, кто смотрит.
Говоря о банальных вещах, не забывайте, что когда-то и у них была премьера.
Их премьера случилась не в 1963-м. Она случилась раньше, в тот момент, когда Гамлет, еще никому не известный юниор, впервые увидел девушку, которая не спросила его, сколько у него мастер-очков. Она спросила: «Тебе нравится то, что ты делаешь?» Тогда он не понял вопроса. Он думал, что ответ «да» — это про игру. А надо было про жизнь.
В 1999 году, на церемонии в Зале славы, Офелия стояла в толпе. Гамлет произносил речь. Он благодарил партнеров, соперников, ACBL, даже авторов «Закона Гамлета» (хотя закон был его собственный). Он не упомянул её.
Она не обиделась. Она знала его закон: Не высказывайтесь никогда полностью.
Потом был ужин. Фотографы. Вспышки. Кто-то снимал для журнала. Офелия отошла в сторону, к столу с шампанским. Она смотрела на него через зал.
Можно не вспоминать о первом свидании и первом поцелуе в прошедшем году. Можно даже забыть «образ», запахи, небо над головою, время года всего этого «первого». Но вдруг все это давно забытое ка-а-ак вылезет.
Она увидела, как к Гамлету подошла молоденькая девушка, явно начинающая бриджистка, с программкой в руках. Она что-то спросила. Гамлет наклонил голову, слушая. И вдруг на его лице появилось то самое выражение — не победителя, а мальчика, впервые увидевшего карты.
Ничего особенного, просто увидел на фотографии девочку.
Офелия отвела взгляд. Она поняла, что для него она всегда была просто партнером в жизни. Надежным, тихим партнером, который никогда не ставит сложные контракты. А ведь когда-то она мечтала, чтобы он рискнул. Сыграл не по правилам.
Окружающие меня люди тратят время и силы, чтобы быть такими, как все, а я - на то, чтобы быть собой. Затраты одинаковые. Результат разный.
Он был собой. Великим игроком. А она? Она потратила силы на то, чтобы быть «подругой Гамлета». И результат оказался разным.
— Уходишь? — спросил он, когда она прощалась у лифта.
— Да, завтра рано вставать.
— Я завтра играю смешанные пары. Будешь болеть?
— Я всегда болею, — сказала она.
Он кивнул, думая о завтрашнем раскладе. Она вошла в лифт.
В номере Офелия открыла его автобиографию. «За столом: моя жизнь и времена». Там было всё: победы, очки, Законы, анализ сдач. Там не было её.
Не заблуждайтесь: умный мужчина – это не тот, кто цитирует всё из интернета. А тот, кто понял хоть одну женщину.
Гамлет понимал расклады. Он не понимал её.
Даже, в постели.
Она закрыла книгу. За окном шумел город. Она вспомнила, как в 1964 году, после Всемирной командной олимпиады, они сидели на набережной. Он говорил о какой-то блестящей концовке, а она смотрела на воду. Тогда она впервые подумала: Любовь – игра, большая часть которой уходит на создание правил этой игры.
Они создали правила. Идеальная пара. Никогда не ссорились публично. Никогда не выясняли отношения. Никогда не говорили лишнего.
Горя никому не избежать, но надо воспитывать в себе культуру горя – иначе говоря, пить его не из лужи, а из красивого сосуда, называемого жизнью.
Офелия пила свое горе из красивого сосуда. Она носила дорогие платья, улыбалась на камеру, держала его за руку. Она была идеальной.
А в душе у неё жила обида. Обида на то, что он всегда выбирал 3NT. Что он никогда не делал рискованных заявок в их общей жизни.
Я не людоед, - но пусть, те, кто бросают женщин, заманивая их в лабиринты любви, ...горят в аду...
Он не бросал её. Он просто никогда не брал её с собой в лабиринт. Он оставлял её на входе, давая карту с простым маршрутом, а сам уходил в глубину, где решались судьбы чемпионатов.
В ту ночь она решила уйти. Не эффектно, не со скандалом. Просто собрать вещи и исчезнуть, пока он будет на турнире.
Утром она спустилась в лобби. Гамлет сидел за столиком в баре, разбирая какие-то записи. Увидев её с чемоданом, он поднял бровь.
— Турнир в другом городе? Я не знал.
— Да, — сказала она. — В другом.
Он встал. Подошел. Посмотрел на неё тем своим взглядом, которым смотрел на соперников перед решающей сдачей.
— Торговля была непростой, — тихо сказал он. — Но я всегда думал, что у нас крепкий контракт.
— Гамлет, — она покачала головой. — В жизни нет контрактов. Есть только чувства. А чувства не описываются Законами.
Любовь - штука незамысловатая, поэтому сломать её не составляет никакого труда.
Он не стал её удерживать. Это было бы нелогично. Не по правилам. Он просто кивнул, как кивают оппоненту, признавая свое поражение на данной сдаче.
— Удачи, — сказал он.
— И тебе, — ответила она. — Пусть у тебя всегда будет выбор из нескольких разумных ставок.
Она ушла.
А Гамлет остался стоять посреди лобби. Впервые в жизни у него не было плана. Не было торговли. Не было контракта. Была пустота.
Влюбленность (а не любовь) как таковая не плоха и не хороша – она, если кто испытывал, сродни болезни, праздник гормональной безвкусицы. Самое плохое состоит в том, что он – высшая концентрация обмана, который приводит к разбитым судьбам и переломанным жизням мальчиков и девочек.
Он прогнал эту мысль. Он не любил думать о плохом.
Через час он сидел за столом. Перед ним лежали карты. Простой расклад. Выбор из трех разумных ставок. Одна из них — 3NT.
Он усмехнулся и сделал её.
Сделай мостик, и все посчитают тебя крутым.
Он был крутым. Он был легендой. Он был Гамлетом, чей закон знал каждый школьник.
А Офелия... Офелия сидела в самолете и смотрела в иллюминатор. Она думала о том, что влюбленность - надежда на какую-то лучшую долю. Она надеялась. Тридцать пять лет. А он так и не понял, что если вы любите, то у вас каждый день – праздник, а не только день победы на чемпионате.
Он думал, что подарил ей жизнь, полную блеска. А она просто хотела, чтобы однажды, глядя на неё, он забыл про карты.
Но Гамлет никогда не забывал про карты. Потому что вне карт он не знал, кто он такой.
Он был наблюдаемым. Она была наблюдателем. И только в тот момент, когда дверь лифта закрылась за её чемоданом, он, возможно, впервые почувствовал, что пропустил самую важную взятку в своей жизни. Ту, которая не считается в импах.
Не высказывайтесь никогда полностью. Потом добавить будет нечего.
Добавить было действительно нечего. История закончилась. Турнир продолжался.