Рассказ

Солнце не отличалось своей дружелюбностью и возвращаться с работы мне приходилось под хороший такой тропический ливень. Настроение у меня от такой погоды мигом портилось, а вид скучных серых домов родного и любимого города окончательно нагоняли на меня в такие дни самую настоящую зеленую тоску. Зачастую я начинал хандрить, становился жутким занудой и искал любой способ хоть как-нибудь разнообразить свою жизнь. Как правило мои способы разнообразить жизнь оканчивались невероятно однообразно и неприятно. Каждое утро после очередной попытки развеяться начиналось у меня дома с жуткой головной боли. Да, до этого дня я вел довольно невзрачную и совсем непритязательную жизнь.
Однако, жизнь иногда оборачивается к нам совсем другой стороной, которую мы могли представить себе разве что в самых нелепых снах, да в шпионских боевиках. Одним словом тем вечером вся моя прежняя жизнь полетела к чертям.
Я свернул в свой серый, невзрачный, грязный, усердно захламляемый соседями, но при этом горячо любимый двор. Как всегда взору моему открылся дом, в котором я с переменным успехом провел все свои никчемные двадцать пять лет. По бокам громоздились дурацкие развалины. К слову именно развалины и есть та самая причина по которой я любил свой двор. Никто толком и не знает когда они стали развалинами, лично я бы не удивился, если бы они считались развалинами со времени своего появления на этой грешной планете. Тем не менее вовсе не это делало их столь значительным в моих глазах. Дело в том, что вот уже более двадцати пяти лет считается что этот двор просто трещит от обилия гаражей заполонивших свободное пространство, а развалин здесь и не существовало никогда. Но более всего меня удивляло и восхищало то, что городские власти в упор не замечали несоответствия своих записей бумаг и реальности. Словно предмет моей любви самостоятельно оберегал себя от бдительного взора властей. Впрочем, боюсь, причина была более прозаичной. Куда легче было бы дождаться пока эти развалины сами собой сравняются с землей, чем вывозить и разгребать весь тот мусор, который образовался за всё время их существования.
Я зверски устал в тот день, меня всё доконало я и чувствовал что мне необходимо снова начать жизнь сначала… уже проверенным способом. Однако, как я уже говорил жизнь любит преподносить сюрпризы.
Весь путь от начала двора до моего подъезда занимает около сорока секунд. За эти сорок секунд я успеваю заметить свой дом, почувствовать тоску и одиночество, возненавидеть свою жизнь еще раз и решить начать новую жизнь. Это была своеобразная традиция, можно даже сказать мое приветствие дому. Дом, в свою очередь отвечал мне взаимностью, вернее серой угрюмостью. Ежедневно, еженедельно, ежемесячно. И на моей памяти не было случая, чтобы он отказал себе в этом удовольствии. Сегодня же я был в особенно мрачном настроении, поэтому успел проклясть и возненавидеть свою жизнь в очередной раз заранее. А зря, может быть именно это и послужило причиной дальнейших событий. Как только я повернул за угол и вошел на территорию, уже наверняка набившего вам оскомину двора, дом взорвался. Просто взорвался, с шумом и всеми полагающимися спец эффектами взорвался. Не было ничего, кроме любимых развалин по бокам и огромного столба огня, дыма и пыли передо мной. Не было ничего.
Спустя несколько секунд, минут, не знаю я сколько времени прошло в мозгу мелькнула первая мысль: «Развалин стало заметно больше». Знаю, тупая мысль, но на большее мой уставший мозг явно не был способен. Тело мое однако жило своей жизнью, посему когда я снова получил возможность более менее правильно анализировать ситуацию и координировать свои действия, я обнаружил себя на земле, прикрывшим голову руками. Впрочем, зря. Это я понял уже потом. Зря я упал на землю, зря прижал к голове руки и поднял глаза на главного виновника фейерверка. Только одежду запачкал. Не знаю, псих я или кто еще, но я абсолютно ничего не чувствовал и более чем прохладно воспринял известие о кончине своего дома. Теперь страшно и представить но даже мысль о возможной смерти ни в чем не повинных людей меня не пугала. Мне было всё равно. Вскоре кругом замелькали огоньки, и в мое сознание ворвался страшный вой сирен, визг шин, крики людей и еще какой-то непонятный шум. Меня кто-то схватил за плечи и поволок назад. Назад, это то место к которому я в тот момент был повернут спиной. Меня волокли к развалинам. Кругом бегали люди, раздавались непонятные крики и странные восклицания и возгласы того, что сию минуту волокло меня к машине. Мимо к уже начавшему оседать облаку пыли и дыма, и пляшущему свой красивый и завораживающий танец, огню устремились какие-то люди со змеями-шлангами в руках. Об одну из змей я споткнулся.
Черт, какое же у меня всё-таки романтичное настроение, даже самому немного тошно и страшно. Собственно осознание всего этого и стало вторым потоком мыслей, ворвавшихся в мой мозг. Тем временем мое теперь столь же индифферентное, как и сознание, тело довольно успешно заволокли в какую-то машину и стали пихать всякую гадость в лицо. Светили чем-то в глаза, совали что-то поднос, снимали куртку рубашку, щупали тело. Честное слово, такого внимания к своему телу я не ощущал наверно никогда. Впрочем, это не было приятным ощущением. Мне стали задавать вопросы, на которые я отвечал кивками или мотанием головы. Наконец, мне наверное в десятый раз сунули под нос какую-то гадость. И я вспомнил. Вспомнил свой дом. Вспомнил его серую угрюмость и как я ее ненавидел. Вспомнил, склочных и вечно чем-то недовольных, как и я сам, соседей. Злобную старушку с первого этажа, которая вечно принимала меня за бандита, нарочно или нет, не могу знать, но для меня это несколько раз уже заканчивалось довольно неприятными встречами с полицией. Собственно и нашу доблестную полицию я тоже, судя по своим ощущениям не любил, поражало то, с каким видимым удовольствием они врывались в мою злосчастную квартиру, заламывали мне руки и только потом выясняли кто я такой и что делаю в своей собственной квартире. Теперь старушки нет, а значит и прошлых проблем теоретически не должно возникнуть. И я вспомнил всех своих соседей. Даже если они живы, смерти я им не желал, у меня есть отличный повод исчезнуть из их жизни, если уж я сам им больше причинял вреда, чем они мне. Я с удовольствием и облегчением огляделся и улыбнулся солнцу, соизволившему выглянуть из-за туч именно в момент начала крушения моей старой жизни.
Я заверил врачей что со мной всё в полном порядке. Увидев их немного опечаленные лица, я поспешил их уверить в полном своем здравии, улыбнулся, развернулся и…
открыл холодильник. Да, да, да, ничего конечно же не было. Жизнь, безусловно, полна приятных и не очень сюрпризов, но зачастую она выбирает для подобных подарков куда более ярких жителей этого грешного мира. Я же относился к ряду простых обывателей. И жизнь предпочитала спокойно течь мимо меня, лишь изредка балуя легкими искривлениями своего равномерного течения.