Гаргары, железо и язык лингвистический мост цивили

Гаргары, железо и язык: лингвистический мост цивилизаций

Вопрос о происхождении языка неразрывно связан с проблемой этногенеза. Для ингушского этноса, чей язык, по утверждению специалистов, формировался на протяжении более пяти тысяч лет в асской котловине горной Ингушетии, лингвистические изыскания приобретают ключевое значение в реконструкции исторических процессов не только Кавказа, но и Евразии в целом. Наиболее интригующим и вместе с тем малоизученным аспектом данной проблемы представляется связь древнего гаргарейского языка с тюркским и славянским мирами, а также с феноменом Хазарского каганата.

Этнолингвистическая идентификация гаргареев

Вопрос об отождествлении гаргареев, упоминаемых античными авторами, с предками современных ингушей имеет солидную историографическую традицию. Академик Е.И. Крупнов, исследователь истории и археологии Северного Кавказа, обоснованно считал гаргареев прямыми предками галгаев (ингушей). По его утверждению, «правомочность отождествления Страбоновских гаргаров с современными галгаями подтверждается и устойчивостью антропологического типа местного населения». Крупнов подкреплял свою позицию археологическими данными, указывая на преемственность материальной культуры, в частности, на идентичность металлических налобных блях женских головных уборов V-VI веков до н.э. и средневековых ингушских курхарсов.

В современной науке существует консенсус относительно того, что гаргареи представляли собой нахскую этническую общность. Сам термин «гаргар» (у ингушей) или «гергера» (у чеченцев) бытует в вайнахских языках в значении «родня», «родственник», «близкий». В ингушском языке слово «гарга» означает «близко, похоже», а «гаргар» — «родственный, близкий, похожий». Существует и альтернативная этимология, связывающая самоназвание «галгай» с ингушским словом «г;ала» (башня, крепость), что позволяет интерпретировать этноним как «житель башни/крепости». Данная интерпретация отражает более поздний исторический период, связанный с развитием башенной культуры в горах Ингушетии.

Хазарский контекст и лингвистические параллели

Хазарский каганат представлял собой сложный полиэтничный конгломерат, в котором, согласно историческим источникам, выделялись две основные группы: белые хазары (Колха) с гаргарейским языком и черные хазары. Термин «agh-khazur» (белые хазары) восходит к кавказскому субстрату и фиксируется в армянских источниках. Особого внимания заслуживает сообщение Мовсеса Хоренаци о создании Месропом Маштоцем алфавита для «языка Колхи белых хазар, похожего на варварский гаргарский». Маштоц прямо указывает: «гаргареи суть народа алуан» (кавказско-албанского), и они происходят от ассов-ассийцев.

Память об этом этническом родстве сохранилась в ингушской родоплеменной номенклатуре: Эсси-пх;уй, Эсси-кхарт, Эсси-кхяхк. Данные факты позволяют рассматривать гаргарейский язык как один из значимых компонентов в формировании лингвистической карты раннесредневековой Евразии.

Тюркский след (черных хазар?): к проблеме хазарского языкового наследия

Вопрос о языковой принадлежности хазар остается дискуссионным. Согласно авторитетным источникам, хазарский язык обычно связывают с булгарской группой тюркских языков, ближайшим родственником которого считается современный чувашский язык. Такие хазарские топонимы, как Саркел (интерпретируемый через чувашское «сар;/шур; кил» — «белый дом»), Итиль, Семендер, Беленджер убедительно объясняются на почве булгаро-чувашского языка.

В то же время, исследователи отмечают, что хазарские субстратные лексемы обнаруживаются в языке крымских караимов, кумыкском языке и северных диалектах азербайджанского языка. Это указывает на сложные языковые взаимодействия в зоне Хазарского каганата. О.А. Мудрак в своем этимологическом анализе хазарской лексики находит параллели и в кавказских языках, что открывает новые перспективы для интерпретации этноисторической составляющей каганата.

Структурная близость гаргарейского языка к тюркским языкам, в особенности к карачаево-балкарскому и кумыкскому, позволяет рассматривать последние в контексте исторической лингвистики как носителей хазарского гаргарейского субстрата. Кочевые народы, выступая проводниками культурного и языкового обмена, консервировали в своей речи сакральные термины и понятия, имеющие кавказское происхождение.

Проблема славяно-нахских языковых связей

Гипотеза о близости русского языка южного койне к ингушскому языку требует дальнейшего научного изучения. Однако факт наличия значительного пласта общей лексики в нахских и славянских языках неоднократно отмечался исследователями. Д. Мальсагов писал о «чрезвычайно интенсивном взаимодействии между русскими и северокавказскими народами и их языками с древнейших времен». В.И. Абаев также указывал на наличие общих слов в горских и русском языках, свидетельствующих о давних связях.

Особого внимания заслуживает глубинная фонетическая связь на уровне базовых понятий. Совпадение ингушских звукосмысловых комплексов: «Д» (день), «С» (свет), «Е» (есть, существовать), «Ж» (живее) с соответствующими славянскими концептами может указывать на существование общего сакрального или философского праязыка, фрагменты которого сохранились в обеих лингвистических традициях.

Этимология «ашкенази» и металлургический код

Наиболее показательным примером лингвистического родства является этимология этнонима «ашкенази». В ингушском языке железо обозначается терминами «аьш», «аьш'к». Корень «Аьш» представлен в нартском эпосе как имя отца нарта Ашамеза (Ачамеза), чей курган находится в Экажево (Ингушетия). Данный корень прослеживается в топонимике: ингушское «Аьш'хой Фортан'та» (Фортанга) и чеченское Ачхой-Мартан, а также в антропонимике (фамилии Богатырёвых, Эшкиевых).

Древнегреческая традиция сохранила наименование народов, первыми освоивших обработку железа, — «халибы». Греческое «халькос» (металл, сталь, медь) легло в основу термина «кузнец» (халкеус) и названия праздника в честь Гефеста — «халкин». Прослеживается этимологическая цепочка: халки (халкеус) — халибы — галгаи (г;алг;ай). Гаргары, они же халибы, ассы и тибарены, в переводе означают «кузнецы».

Этноним «ашкеназ», закрепившийся за еврейскими общинами Центральной и Восточной Европы, изначально мог иметь географическое или племенное обозначение, связанное с «ашкуза» (скифами) или, согласно предлагаемой гипотезе, с кавказским «железным» корнем, проникшим в европейские языки через скифо-хазарское посредничество.

Кузнечное дело как культурный код

Кузнечное ремесло у ингушей имело сакральное значение, что отразилось в языке и культурных практиках. В ингушской мифологии фигура мастера Пхьармат (Аьшка-Пхьар) занимает центральное место. Интересно, что команды кузнечного производства копируются в ингушском танце «лезгинка», что свидетельствует о глубочайшей укорененности металлургической символики в национальной культуре.

Терминология кузнечного дела в ингушском языке отличается высокой степенью разработанности: «товг;а» — горн, «лейси» — меха, «ножарг» — наковальня, «ний» — ванна для закалки. Ремесло кузнеца («аьшкпхьар») пользовалось особым почитанием, что выражалось в различных табу, например, запрете садиться на наковальню.

Современное состояние ингушской лексикографии

Ингушский язык относится к младописьменным языкам, получившим литературную форму лишь в первой половине XX века. Становление ингушской лексикографии неразрывно связано с именами таких выдающихся исследователей, как З.К. Мальсагов — создатель ингушского алфавита на латинской основе и автор первой «Грамматики ингушского языка» (Владикавказ, 1925). В послевоенный период огромный вклад в развитие ингушского языкознания внес И.А. Оздоев, создавший «Краткий русско-ингушский словарь», «Орфографический словарь ингушского языка» и главный труд своей жизни — русско-ингушский словарь, над которым ученый работал 15 лет (1965–1980) .

На современном этапе лексикографическая работа активно продолжается. В 2009 году под редакцией Л.У. Тариевой был издан фундаментальный «Ингушско-русский словарь» (Нальчик, 984 с.). Отделом ингушского языка ИнгНИИ им. Ч. Ахриева, который возглавляет доктор филологических наук З.Х. Киева, изданы «Словарь омонимов ингушского языка» (2007), «Современный ингушский язык. Морфология» (2012), «Современный ингушский язык. Лексикология и фразеология» (2017), «Современный ингушский язык. Морфемика. Словообразование» (2020). В настоящее время ведется работа над коллективным «Толковым словарем ингушского языка» .

Значительный вклад в ингушскую лексикографию вносят и зарубежные исследователи. Профессор Калифорнийского университета в Беркли Джоанна Николс, признанный специалист по нахским языкам, реализует проект по созданию полномасштабной грамматики и двуязычного ингушско-английского, англо-ингушского словаря.

Проблема этимологического словаря

Однако, несмотря на впечатляющие достижения ингушской лексикографии, одно важнейшее направление остается нереализованным. Все перечисленные труды относятся преимущественно к переводной, орфографической или толковой лексикографии. Вопрос создания этимологического словаря ингушского языка, который позволил бы установить глубинные генетические связи ингушской лексики, систематизировать данные о происхождении слов и их историческом развитии, до сих пор не решен.

Именно этимологический словарь способен дать ответы на вопросы, поставленные в настоящем исследовании: о связи гаргарейского языка с тюркскими и славянскими языками, о путях проникновения кавказских лексем в европейские языки, о происхождении этнонима «ашкенази» и его связи с ингушским «аьшк» (железо). Без такого словаря многие лингвистические гипотезы остаются на уровне предположений, не получивших научного подтверждения.

Сравнительный анализ: этимологические словари соседних народов

В самые трудные годы для чеченской науки был издан этимологический словарь чеченского языка. Автором этого фундаментального труда выступил А.Д. Вагапов, чей словарь включает наиболее употребительную лексику всех трех нахских языков – чеченского, ингушского и бацбийского (цова-тушинского). Новизна данного словаря заключается в широком использовании при разработке словарных статей материала не только кавказских, но и индоевропейских языков . Издание вышло в 2019-2022 годах в двух томах общим объемом около 600 страниц .

Еще ранее были изданы этимологические словари осетинского языка. Фундаментальный «Историко-этимологический словарь осетинского языка» В.И. Абаева, работа над которым началась в 1958 году, выходил отдельными томами вплоть до 1989 года . Этот труд, по признанию специалистов, является уникальным не только среди словарей иранских языков, но и среди этимологических словарей в целом, объединяя черты нескольких типов словарей: собственно этимологического, двуязычного, документированного и исторического . В 2020-2025 годах была осуществлена оцифровка этого словаря и создана его интерактивная онлайн-платформа с переводом на английский язык, что сделало его доступным для мирового научного сообщества .

Таким образом, и чеченский, и осетинский народы, несмотря на все исторические трудности, смогли реализовать проекты создания этимологических словарей своих языков. Особенно показателен пример чеченского языка, этимологический словарь которого был издан и включает, помимо чеченской, также ингушскую лексику . Это ставит закономерный вопрос: почему ингушский народ, имеющий собственный язык с богатейшей историей, до сих пор не имеет полноценного этимологического словаря?

Кадровый потенциал ингушской лингвистики

Современное состояние ингушской лингвистики свидетельствует о наличии высококвалифицированных кадров: доктора филологических наук З.Х. Киева, Л.У. Тариева, Н. Барахоева, кандидаты наук Ф.М. Костоева, З.М. Пугоева и другие исследователи активно работают в различных областях ингушского языкознания .

Особого внимания заслуживает деятельность молодых филологов Ингушского государственного университета. Амина Ведзижева, Яха Шанхоева и Фатима Тумгоева ведут исследования в области сопоставительной лингвистики, изучая ингушский язык в сравнительном анализе с русским . Фатима Тумгоева исследует грамматическую основу номинативного русского и эргативного ингушского языков, выявляя различия и общие принципы функционирования. Яха Шанхоева в своей научной работе изучает наречные синтаксемы в русском и ингушском языках с точки зрения семантики и синтаксической роли. Амина Ведзижева впервые в ингушской филологии проводит комплексное исследование антонимов ингушского языка в описательном аспекте .

Таким образом, ответ на вопрос «когда в Ингушетии найдутся лингвисты?» — они уже есть. Научный потенциал для создания этимологического словаря существует, и он подкреплен как опытными учеными с многолетним стажем, так и молодыми исследователями, владеющими современными методами лингвистического анализа.

Кто препятствует и почему словарь до сих пор не издан?

Вопрос о препятствиях к изданию этимологического словаря ингушского языка требует многоаспектного анализа. Вероятно, речь идет о комплексе факторов:

1. Сложность самой задачи. Этимологизация лексики кавказских языков представляет собой исключительно сложную научную задачу, требующую не только глубокого знания самого ингушского языка и его диалектов, но и владения сравнительно-историческим методом, знания древних языков (хеттского, урартского, шумерского), а также тюркских, иранских и славянских языков. Подготовка специалистов такого уровня — процесс длительный и трудоемкий.
2. Организационные и финансовые вопросы!!!. Для реализации такого масштабного проекта необходима координация усилий специалистов разного профиля, обеспечение финансирования и издательских возможностей. Опыт создания электронной версии словаря В.И. Абаева показывает, что работа над подобным проектом требует объединения усилий академических институтов, университетов и энтузиастов на протяжении нескольких лет .
3. Преемственность научных традиций. История ингушской науки знает периоды, когда ее развитие искусственно прерывалось. После ликвидации Ингушской автономной области, репрессий и депортации научные институты были объединены, фонды утрачены, а в период депортации 1944–1957 годов история народа не изучалась. Эти обстоятельства привели к утрате многих материалов и прерыванию научной традиции.
4. Осознание значимости труда. Возможно, препятствием является недостаточное осознание значимости этимологического словаря для национальной науки и культуры на уровне государственных структур и общества в целом. Между тем, наличие этимологического словаря — это показатель зрелости национальной лингвистики и фундамент для дальнейших историко-культурных исследований.

Но это не все !!

Заключение

Лингвистическая карта Евразии демонстрирует гораздо более сложные взаимосвязи, чем это представлялось ранее. Ингуши, сохранившие архаичный язык горной котловины, выступают хранителями лингвистического кода, позволяющего расшифровать связи между различными языковыми мирами: тюркским (хазарским), славянским (южнорусским) и древнегреческим. Общность корней в обозначении базовых понятий — железа, света, жизни, а также этимологическая связь самоназвания «галгай» с «гаргарами»-кузнецами свидетельствуют о наличии единой працивилизационной основы. Великая степь и Кавказские горы предстают не изолированными регионами, но взаимосвязанными частями единого историко-культурного пространства, где кочевые народы выступали проводниками и хранителями древнего знания.

Дальнейшее изучение гаргарейского наследия и его связей с другими языковыми семьями требует комплексного подхода, объединяющего методы сравнительно-исторического языкознания, археологии, этнографии и истории. Как справедливо отмечал академик О.Н. Трубачев, подобные реконструкции важны не только для лингвистической и исторической науки, но и для «пытливого самопознания тех народов, чье прошлое непосредственно обогащает эта реконструкция».

Все эти вопросы мог бы решить этимологический словарь ингушского языка. Тот факт, что этимологические словари созданы для родственного чеченского языка (включающего и ингушскую лексику) и для осетинского языка, с которым у ингушского наблюдаются многовековые контакты, делает отсутствие аналогичного ингушского словаря особенно заметным. Вопрос о том, кто препятствует его изданию, не имеет простого ответа — это комплекс факторов: сложность самой задачи, необходимость междисциплинарного подхода, потребность в длительном финансировании и организационных усилиях. Но главное — осознание того, что такой словарь станет не просто научным трудом, а фундаментом для национальной идентичности и ключом к разгадке многих тайн древней истории Евразии.

Лингвисты в Ингушетии есть — и опытные ученые, и молодые исследователи, владеющие современными методами анализа. Они ждут своего часа и поддержки для осуществления этого масштабного проекта, который поставит ингушскую лексикографию на один уровень с лексикографией соседних народов и откроет новые перспективы для изучения древнейших связей ингушского языка с языками Евразии.