Меч, магия и ипотека. Глава 3

Глава 3. Кастинг в таверне «Хромая Судьба» (вход со своим напитком строго запрещен, выход — платный)

Таверна «Хромая Судьба» стояла на перекрестке трех трактов, словно памятник архитектурному унынию. Здание покосилось на левый бок так сильно, что казалось, будто оно пытается увернуться от летящего кирпича. Вывеска над входом изображала рыцаря, которому, судя по неестественной позе, требовалась срочная госпитализация, а может, и некромант.

Под вывеской, прибитая ржавым гвоздем, висела доска объявлений:
«Сегодня в меню:
Суп "Дыхание Дракона" (острота — 10/10, вкус — 0/10).
Рагу "Загадка" (кто угадает мясо, тому скидка).
Пиво темное, светлое и вчерашнее.
Внимание! Драки разрешены только до первой крови или до поломки мебели. За порчу инвентаря — штраф в размере души (или 50 монет)».

Дождь, который преследовал путников от самого озера, здесь, казалось, обретал личную неприязнь к Артуру. Капли били прицельно за шиворот. Артур сунул руку за пазуху, нащупывая кожаный мешочек. Там лежали семнадцать золотых. Десять — аванс от сумасшедшего деда, и семь — его собственные, кровные сбережения, отложенные на оплату магического газа (гномы из ресурсоснабжающей гильдии на прошлой неделе опять установили новые счетчики на ману, и тарифы взлетели до небес).

— Вот оно! — торжественно провозгласил Мальзазар, поправляя мокрую шляпу, с полей которой стекали струи грязной воды. — Святилище героев! Биржа клинков! Именно здесь, мой юный друг, мы найдем тех, кто не побоится заглянуть в глаза Бездне!

— Надеюсь, Бездна не берет плату за вход, — проворчал Артур, пытаясь оттереть грязь с ботинка пучком травы. — У нас на всё про всё семнадцать монет и один Г-образный меч, который я стесняюсь доставать на людях.

— Не будь мелочным, Артур! Героизм не измеряется деньгами! — отмахнулся маг и с силой толкнул дверь.

Дверь не поддалась. Мальзазар толкнул еще раз, налег плечом. Ничего.
— Заперто? — удивился маг. — Но сейчас же разгар рабочего дня!

Артур подошел ближе и указал на маленькую табличку: «На себя».
— Это метафора всей вашей магии, — вздохнул он и потянул ручку.

Дверь со скрипом, похожим на вопль грешника, отворилась. В нос ударил густой, осязаемый запах: смесь пережаренного лука, дешевого табака, мокрой шерсти и немытых тел. Артур поморщился. Если так пахнет приключение, то он предпочел бы пахнуть лавандой и скукой.

Внутри было темно. Единственным источником света служил огромный камин, в котором горело что-то подозрительно напоминающее старую мебель, и несколько закопченных ламп. За столами сидели угрюмые личности: орки играли в кости на зубы, группа гномов спорила о курсе золота к углю, а в углу одинокий бард терзал лютню, пытаясь подобрать рифму к слову «экзистенциализм».

К ним подошла официантка. Это была женщина неопределенного возраста и габаритов, способная, кажется, остановить коня на скаку одним взглядом. На ее переднике красовалось пятно, по форме напоминающее карту материка.

— Чего надо? — спросила она тоном, которым обычно объявляют смертный приговор. — Эль? Вино? Медовуха? Или сразу в морду?

— Нам бы героев, — вежливо начал Артур. — И кипятка. У меня свой пакетик чая, я его высушил после прошлого раза.

Официантка закатила глаза так глубоко, что Артур испугался, не застрянут ли они там навсегда.
— Герои — это к посреднику, за тот столик у окна. А кипяток — два медяка. Аренда кружки — еще медяк. Сахар — медяк за крупинку.

— Грабеж! — возмутился Мальзазар. — Я — Архимаг! Мне полагается скидка ветерана магических войн!

— Скидки только по вторникам и только для паладинов с действующей страховкой, — отрезала женщина. — Платите или валите.

Артур с болью в сердце выложил три медяка из своих личных запасов.
— Кружку и кипяток. Сахар не надо, у меня жизнь и так слишком сладкая.

Когда официантка ушла, Мальзазар достал из складок мантии свиток пергамента и перо.
— Итак, приступим. Нам нужен Танк (тот, кто принимает удары лицом) и Рендж-ДД (тот, кто стреляет издалека и убегает). Смотри, вон тот парень в сияющих доспехах выглядит неплохо.

Маг помахал рукой рыцарю, сидевшему у окна. Рыцарь, чьи доспехи сияли так, что резало глаза, лениво подошел к их столику.

— Сэр Ланселот Второй, — представился он, ослепительно улыбнувшись. — Спасение принцесс, убийство драконов, фотосессии для летописей. Что у вас?

— Спасение мира, — пафосно сказал Мальзазар. — Поход на Черную Цитадель. Слава, честь и…

— Стоп, — перебил рыцарь. — Условия?

— Э-э-э… — Мальзазар замялся. — Питание подножным кормом. Ночевки под звездами. Доля в добыче — 10% после вычета налогов.

Рыцарь достал блокнот.
— Так. Соцпакет есть? Медицинская страховка от укусов вампиров? Оплата переработок в ночное время? Выходные по государственным праздникам? У меня профсоюз, я не работаю без контракта. И мне нужен личный оруженосец для полировки доспехов. Мой тариф — 500 золотых в неделю плюс командировочные.

Артур поперхнулся кипятком.
— Пятьсот?! Да за пятьсот золотых я сам надену кастрюлю на голову и буду кусать Темного Властелина за хвост!

— Нищеброды, — фыркнул сэр Ланселот и ушел, гремя латами.

— Следующий! — крикнул Мальзазар, стараясь сохранить лицо.

Следующим был мрачный тип в капюшоне, сидевший в тени.
— Я — Тень, — прошептал он, возникая рядом с их столом. — Я мастер скрытности. Я могу украсть глаз у циклопа, и он не заметит.

— Отлично! — обрадовался маг. — Нам нужен вор… то есть, специалист по тактическому изъятию. Цена?

— Договоримся, — ухмыльнулся Тень. — Аванс вперед.

Мальзазар полез в карман за кошельком.
— Конечно, вот… Эй! Где мой кошелек?

Тень подбросил в руке кожаный мешочек Мальзазара.
— Это был тестовый прогон. Вы провалили проверку на внимательность. Я не работаю с дилетантами. И вообще, тут всего двенадцать монет. Курам на смех.
Он исчез в толпе вместе с кошельком.

— Мой бюджет на поход! — взвыл маг. — Артур, сделай что-нибудь!

— Я пью кипяток за три медяка, — невозмутимо ответил Артур, грея руки о кружку. — Это самое дорогое чаепитие в моей жизни, не мешай мне наслаждаться. И вообще, это был урок по оценке рисков. Теперь у нас осталось ровно пять моих золотых. Мы официально переходим в категорию «Дисконт-рекрутинг».

Мальзазар, посеревший от горя, обвел взглядом зал. Теперь он смотрел не на сверкающих героев в центре, а на тех, кто сидел по углам, в темноте, куда даже тараканы боялись заползать.

— Вон те двое, — указал Артур. — У камина. Выглядят так, будто их жизнь тоже не удалась. Наш формат.

Они подошли к дальнему столу. За столом сидела эльфийка. Она была красива той холодной, отстраненной красотой, которая обычно бывает у статуй или у бывших жен. Перед ней лежал длинный лук, сделанный, кажется, из склеенных кусков старой мебели, и колчан со стрелами. На ее груди висел значок из бересты: «Я не ем тех, у кого есть лицо».

— Приветствую тебя, о дитя леса! — начал Мальзазар, уже без прежнего энтузиазма. — Ищешь работу?

— Я — Сильвия, — сказала она голосом, полным вселенской скорби. — Я не ищу работу. Я ищу способ минимизировать свой углеродный след.

— Отлично, — кивнул Артур, присаживаясь напротив. — Мы как раз идем пешком. Ноль выбросов. Нам нужен лучник. Вы умеете стрелять?

— Умею, — ответила Сильвия. — Но прежде чем мы перейдем к обсуждению тактики, я должна попросить вас подписать вот это.

Она извлекла из сумки толстый рулон переработанного пергамента и придвинула к Артуру.
— Что это? — Артур привычно пробежался глазами по диагонали, выхватывая суть. — «Согласие на обработку персональных аур»? «Райдер ненасильственного сопротивления»?

— Стандартная форма, — эльфийка сложила руки домиком. — Я работаю только в экологически чистой команде. Мои стрелы имеют резиновые наконечники. Убийство — это варварство. Я стреляю, чтобы обезоружить, унизить или привлечь внимание к социальным проблемам орков. А еще, обратите внимание на пункт 4.1: «Работодатель обязуется не носить изделия из натуральной кожи в радиусе пяти метров от Исполнителя».

Артур положил бумагу на стол и демонстративно выставил вперед ногу.
— Коровья кожа. Демисезонные. Куплены на ярмарке три года назад. Я не пойду спасать мир босиком по болотам ради вашей душевной организации.

Сильвия поморщилась, словно унюхала открытую канализацию.
— Это некро-энергетика! Вы носите на себе боль! Хорошо... я готова внести поправку в договор, если вы согласитесь выплачивать углеродный налог. За каждый убитый вами сапог вы посадите по одному желудю на месте стоянки.

— Желуди я найду. Сколько вы берете за поход? — перешел к сути Артур.

— Я не беру денег, — фыркнула эльфийка. — Деньги — это инструмент патриархального угнетения. Я работаю за еду — исключительно растительную, без глютена и следов страдания — и за право читать лекции вашим врагам перед боем.

— Вы приняты, — Артур размашисто расписался на пергаменте угольком. — Лекции — это даже лучше меча. Враги умрут от скуки, а это экологически чистая смерть.

Мальзазар схватился за голову, но спорить не стал. Пять золотых уже не позволяли нанять даже хромого кобольда.

— А кто это там, под столом? — спросил маг, заметив шевеление скатерти.

Из-под стола показались два глаза, полных ужаса, и рыжая борода, заплетенная в косички с вплетенными туда камешками.
— Тссс! — прошипел голос снизу. — Не кричите. Небо может услышать.

— Небо? — переспросил Артур. — Мы в помещении. Здесь потолок.

— Потолок — это просто небо, которое притворяется твердым, чтобы потом упасть на тебя, — философски заметил голос.

Из-под стола вылез, но только наполовину, коренастый гном. Его бицепсы были толщиной с ногу Артура, а на спине висел огромный топор, лезвие которого было обмотано мягкой тряпочкой.

— Я Брог. Брог Камнегрыз, — представился он шепотом. — Воин третьего разряда. Был первого, но меня понизили за… инцидент.

— Какой инцидент? — насторожился Мальзазар.

— Я отказался входить в драконью пещеру, — признался Брог, нервно теребя пуговицу на жилете. — У меня клаустрофобия. Пещеры, узкие коридоры, маленькие комнаты… Я начинаю задыхаться. Мне кажется, стены хотят меня обнять. Насмерть.

— Гном с клаустрофобией? — Артур поднял бровь. — Это как рыба с водобоязнью. Ладно, но мы идем по поверхности.

— На поверхности еще хуже! — взвизгнул Брог, пытаясь залезть обратно. — Там агорафобия! Открытые пространства! Пустота! Небо давит! Горизонт уходит в бесконечность! Это же ужас! Меня тошнит от одной мысли о поле.

— Чушь! — Архимаг стукнул посохом в пол. — Мы идем на верную смерть! Нам нужен свирепый воин! А ну, вылезай и продемонстрируй свою боевую ярость! Это кастинг!

Брог тяжело сглотнул. Он медленно, трясясь всем телом, выполз из-под стола и выпрямился.
Он посмотрел на высокий, закопченный свод таверны. Его зрачки расширились. Дыхание стало частым и поверхностным.

— О боги... — прохрипел гном. — Сколько неконтролируемого объема... Кубатура этого помещения не регламентирована! Воздух... он сейчас меня раздавит своей пустотой! АААА!

Сорвавшись в чистую, дистиллированную панику, Брог выхватил свой замотанный в тряпку топор и начал с диким ревом вращаться на месте. Он махал топором во все стороны, отгоняя невидимую угрозу пространства.
— Уйди, пустота! Не подходи, горизонт! — вопил берсерк.
В процессе он случайно зацепил пустой стул, отбросив его к стене, после чего мгновенно остановился, поклонился сломанной мебели и жалобно пискнул: «Простите, господин стул, я не хотел расширять вашу площадь!»

Артур наблюдал за этим с видом инспектора по охране труда, оценивающего риски на производстве.
— То есть, — резюмировал Артур, — твой DPS, урон в секунду, напрямую зависит от архитектурной тревожности? Ты впадаешь в боевой раж просто от того, что находишься на улице?

— Да, — Брог тяжело дышал, прижимаясь спиной к стене, где было безопаснее. — Я — берсерк паники. Но если на мне будет ведро, мне будет чуть легче. Ведро создает иллюзию домика.

— Мы можем это использовать, — кивнул Артур Мальзазару. — Включим панику в тактический план. Брог, какие у тебя зарплатные ожидания за работу в условиях невыносимо огромного открытого неба?

— Три золотых авансом и право прятаться за спиной самого высокого члена отряда во время привалов, — ответил гном, с надеждой глядя на Артура.

Артур посмотрел на свою новую команду.
Веганка-лучница с многостраничным райдером и резиновыми стрелами.
Гном-невротик, которого триггерит кубатура помещений.
Маг-должник, которого только что ограбили.
И он сам — столяр, который хотел купить новый сифон.

— Это не боевой отряд, — констатировал Артур. — Это выездная сессия групповой психотерапии. Но в бюджет мы уложились.

— Замечательно! — радостно потер руки Мальзазар, хотя его левый глаз нервно дергался. — Ну что, соратники! Контракты заключены! Время выдвигаться! Черная Цитадель ждет!

— Цитадель? — переспросил Брог, побледнев под слоем грязи. — Она же… внутри? Там комнаты?

— Там просторные залы! — соврал Артур. — Огромные! Как поля!

— Как поля?! — Брог схватился за сердце. — О боги, нет!

— Там залы среднего размера! — быстро поправился Артур. — Сплошные дверные проемы! Это Цитадель Дверей!

Гном немного успокоился и, стащив с ближайшего стола пустое железное ведро, водрузил его себе на голову. Оттуда донеслось глухое: «Я в домике. Я готов».

Выход из таверны оказался сложнее входа. Брог застрял в дверях, потому что это было его «безопасное место», идеальное сочетание узости и защиты. Он наотрез отказывался выходить под дождь. Пришлось Артуру и Сильвии выталкивать его силой, упираясь в бронированный зад гнома.

Они вывалились на крыльцо.
— Ну что, — сказал Артур, раскрывая над головой карту местности вместо зонта. — Направо — лес с разбойниками. Прямо — болото с пиявками. Налево — обрыв. Куда идем, о великий маг?

Мальзазар посмотрел на свой компас.
— Мы пойдем… туда! — он ткнул посохом в сторону леса. — Ибо лес — это дом для эльфа!

— Лес — это место несанкционированного геноцида деревьев, — мрачно поправила Сильвия, поправляя лямку сумки.

— И там темно и тесно, — заскулил Брог из-под ведра.

— Идеально, — подытожил Артур. — Вперед, самоубийцы. Если повезет, нас съедят волки еще до заката, и мне не придется платить Брогу три золотых, а желуди я посажу на ваших могилах.

Отряд двинулся в путь. Позади, в дверях таверны, стояла официантка. Она посмотрела им вслед, сплюнула и перевернула табличку на двери: «Закрыто на санитарный день (после визита идиотов)».