взаимопомощь

Взаимовыручка
Рассказ
В конце февраля под ударами Красной  Армии немецкие войска отступали и приблизились к городу Пскову.  Фашисты в спешном порядке начали выселения населении, проживающие в городах и деревнях, расположенных  на восточной стороне относительно реки Великой. 
Семью, моего деда, немцы  выселили  в деревню Пестово, расположенную  строго на запад в 16 километрах от реки Великой.   Населенный пункт Пестово раскинулся на возвышенности.  С запада и севера  к деревне примыкали два небольших болотца, частично заросшие кустарниками  и отдельно стоящими деревьями. Единственная проселочная дорога соединяла  Пестово с деревней  Большое Плетнево. В тридцатые годы  Новинюк Андрей  был председателем колхоза, организованного в этих местах, что явилось причиной остановиться в этой деревне. Немецкая администрация не возражала.
Семья деда Григория Алексеевича, его жены Пелагеи Владимировны и дочери Ларисы Григорьевны, а также семья Ильиных, состоящая из трех человек, квартировали в доме Павловых. В семье Новинюк было семь жильцов, их разместили в другом доме  в конце деревни.   Агнесса Новинюк вспоминала, как немцы периодически  приезжали в деревню. Они проводили облавы, искали взрослых мужчин, которых в дальнейшем отправляли  в армию, а молодежь угоняли  в Германию.
Заслышав шаги кованых сапог немцев, она быстро легла на  отца, который зарылся в солому  и натянул на себя простынь. Поздним вечером в дом, где они ночевали, вошли трое немцев.  Агнесса спала на полу, на соломе, рядом с дедом, укрыты они были стеганым одеялом и широким тулупом. В другом углу избы также на полу лежали  мать, бабка и старший брат Ваня. Младшему брату Коле было около года, спал в зыбке, подвешенной к слеге дома. Дочери  исполнилось девять лет, брату Ване – три года.
Худощавый немец на  скверном русском языке спросил: «Где Новинюк, черная борода»?- и откинул тулуп с дела, посмотрел на девчонку.  Все молчали. Низкорослый солдат приподнял одеяло, которым укрывались женщины, заглянул в зыбку.  Матрена вскрикнула: «Что нужно, бесстыдник»?  Третий немец стоял возле дверей  неподвижно,   освещал фонариком внутреннее пространство избы.  Луч света осветил две постели, плетеную люльку, самодельный стол, деревянную лавку, полки, закрепленные на стенах, маленькую печку. Немцы  переговорили и вышли из дома.
Агнесса испугалась, заплакала, но слышала, как фашисты продолжали  осмотр хозяйственных построек. Все вздохнули свободно, когда по деревне  проехали немцы на санях,  и наступила долгожданная тишина.
После этих событий Андрей и другие взрослые мужчины стали  прятаться на болоте в землянках,  приготовленных заранее. Приходили они  в Пестово в разное время, убедившись, что в деревне нет посторонних людей, уезжали в деревню Грибули.
 Облавы фашисты проводили и в дневное время. Действовали они следующим образом.  Вокруг деревни выставляли посты, никого из деревни не выпускали. Затем  врывались в дома и строения. Моей маме в ту пору было восемнадцать лет, и она продолжительное время скрывалась от немцев. Лариса находилась в избе, увидела в окне фашистов, направляющих к их дому. Решение пришло мгновенно, спрятаться в ворохе тряпья, лежащего в углу дома. Бабушка быстро забросала одеждой стройное, худенькое тельце дочери и встала на колени в большем углу напротив икон и молилась. В центре иконостаса находилась большая икона «Божьей Матери с младенцем».
В избе, на момент появления немцев, были  тетя Анна Ильина, её трехлетняя дочь Маша, а также хозяйка дома, которая пряла шерсть. Мать тети Анны готовила обед. Немцы заглянули в подвал, проверили шкаф, сундук, кровать, осмотрели лежанку печки. Другой фашист залез на чердак, обшарил его. В течение всего обыска бабушка продолжала класть земные поклоны, шептала молитву. Она просила  бога  о милости и защите.
Сынишка хозяйки, лет восьми, ушел в тот день к родственникам на другой край деревни. Хозяина дома в июне 1941 года призвали  в ряды Красной Армии, поэтому отсутствовал. Григорий Алексеевич  скрывался на болоте. Маленькая Маша видела, что нянька запряталась в ворохе,  и направилась туда, но мать поймала её  и  взяла  на руки.
Проверив всех жителей деревни, немцы восвояси покинули деревню. Мама и бабушка до конца своей жизни,  были  благодарны  Павловым, которые временно на полгода  приютили их в своем доме. Жили дружно без ссор, помогали друг другу. На три семьи Григорий Алексеевич являлся единственным взрослым мужчиной, и вся тяжелая  работа по хозяйству, уходу за животными, в поле легла на его плечи.
        Ни кто из местных жителей деревни не побежал к немцам, или в полицию, не сообщил им, что в домах скрываются дезертиры немецкого трудового фронта. Население деревни не побоялось прятать, укрывать незнакомых, чужих людей, при этом они очень рисковали своими жизнями, имуществом. В деревне Пестово в центре на щите немцы размещали приказы, распоряжения, объявления и немецкие газеты на русском языке. За помощь, укрывательство врагов рейха – расстрел.  За сдачу  партизан, их помощников, а также уклонистов фашисты  выдавали премии   немецкими марками.
          Вынужденные переселенцы постоянно помогали местным жителям, выполняя  сезонные работы. В марте участвовали в заготовке дров, уходе за скотом, ремонте сельскохозяйственного инвентаря.  Пришла полноценная весна, а с нею посевные работы. Пахали землю мужики  на лошадях украдкой, в основном по ночам, Сеяли зерно в ноле женщины, они же заделывали семена. Очень все берегли лошадок. Впереди деревни  на дороге  играли детишки,   насмотрев немецкие повозки,  предупреждали взрослых.  Таким образом,  дела делали и себя сохраняли.
            В начале лета посевную в Пестове закончили. На востоке все отчетливее были слышны орудийные раскаты. По небу иногда пролетали краснозвездные самолеты.  Перетолковав с родными и близкими, Григорий решил съездить в родную деревню и посадить там картофель. В Бородино решили отправиться  вдвоем: дед Григорий и Тетя Анна. 
             Вечером по болоту, лесу Алексеевич тайком посетил деревню  Плетнево, там встретился со знакомым, который служил в немецкой конторе в деревне Грибули. Знакомый объяснил, что сейчас  небольшие немецкие гарнизоны размещены в следующих деревнях: Грибули, Новая Уситва, Шабаны, Дорожино,  Макарово, Носово. Немецкие госпитали находятся в Новой Уситве, Горончарове и Баловине. Немецкие патрули, полицейские проверяют документ у всех проходящих по дорогам и деревням.  Ранее полученные в местной управе документы, в настоящее время не действительны. Для поездки в другую деревню необходимо оформить специальный пропуск.
      Используя личные связи, дедушка получил    пропуск на незнакомого мужчину и его жену на   поездку в Горончарово, для посещения врача. Врач, знакомый дедушки, должен был осмотреть больную и назначить лечение.
       В полдень пошел дождь, к вечере зарядил мелкий обложной дождик. Рано стало темнеть. Бабушка провожала деда до конца деревни. Она видела, что первой на войлочную подкладку, закрепленную на   лошади Зорька, села Анна, затем запрыгнул муж   бабушки,  и поехали шагом. Бабушка несколько раз перекрестила их, помолилась и пожелала скорейшего возвращения.
     Григорий Алексеевич хорошо знал местность, по которой им предстояло путешествовать. В 1926 году в этом районе проходили военные маневры, где он участвовал. В тридцатые годы его привлекали для месячной  подготовки новобранцев. Сборы заканчивались  полевыми учениями в районе  Новоуситовских озер.
       Многие поля,  обочины дорог были заминированы немцами. Фашисты организовали патрулирование дорог и населенных пунктов, поэтому придвижение  они внимательно смотрели вперед и по сторонам.
       Двигались мелкой рысью по проселочным дорогам, лесным  тропинкам, оврагам. К шоссейной дороге  Палкино – Остров  подъехали в потемках севернее деревни Грибули. Спешились.  Дорога было пуста, и отлично просматривалась в обе стороны. Быстро проскочили её и углубились в ржаное поле. По тропинке  стороной объехали деревню  Усадище. Полями поехали в сторону Шаталовой рощи.  Справа темнели деревни Новая Уситва и Богдаши. От рощи  к деревне Яньки  двигались прямиком,  по полям рысью. Там  слезли с лошади, осмотрелись, и повели её в повод до берега реки Великой.
         На берегу в тростнике остановились, долго всматривались в противоположный берег, прислушивались. Тишину нарушали  всплески рыбы. В деревне Бородино тишина. Дедушка снял сапоги, брюки  и передал вещи Анне, которая сидела на Зорьке и держалась за гриву лошади. Взяв под уздцы лошадку, они благополучно  перешли реку по броду на другой берег.  Рысью, проскочив поле в низине, подъехали к родному дому.

    Приблизительно был час ночи. Лошадь привязали к яблоне, оставили её щипать молодую,  зеленую траву.  В сарае нашли плуг и весеннюю сбрую, отнесли на ниву.  В подвале дома в плетеные корзины и старые ведра набрали картофель. Григорий  запряг лошадь, управляя ей, нарезал борозды. Анна брала картофель из корзинки  и клала его в борозду.  Появились первые признаки рассвета, посветлело на востоке.
        Когда заканчивали посадку картошки  на огороде Анны, на землю спустился густой туман. Затем они посадили несколько борозд картофеля  соседям Ефремовым.
        Обратная дорога прошла благополучно, туман, поднимающийся от воды речки и озер, надежно скрывал, защищал их. Отдохнули в кустах, когда Зорька перенесла их  через дорогу Остров Палкино. Светало. Туман медленно поднимался  и рассеивался.  Они слышали, что по дороге проехала грузовая машина,  через некоторое время следующая. Далее ехали шагом по знакомой тропинке. На болоте, на поляне оставили лошадь, и по одному вернулись в деревню Пестово. Полученная справка не пригодилась, благополучно выполнив работу, пришли  в дом Павловых.
        Прошло более семидесяти пяти лет, но Римма Алексеевна  Ефремова с благодарностью вспоминает  Григория Алексеевича и Ильину Анну, так как зимой 44-45 годов не голодали, картошечка выручала.
          Иванов Григорий Алексеевич погиб  4 февраля 1945 года, захоронен в Польше.
          Муж Анны, Демьянов Павел Ильич  погиб, освобождая  город Краков, там же похоронен.
          Ефремов  Алексей Ефремович  вернулся домой победителем. Прожил долгую жизнь, похоронили  на местном кладбище.
       Новинюк Андрей  Остапович  вернулся домой инвалидом, потерял одну ногу. Прожил 70 лет. Похоронили его на Староуситовском кладбище.

Февраль 2026 год.
                Алексей Иванов - Уситовский-2