Чем глубже вникаешь в тему, тем больше возникает вопросов. АДД во второй половине 42-го активно использовалась Верховной ставкой: АДД срывала ж.-д. поставки на фронт боевой техники, боеприпасов, ГСМ, живой силы гитлеровцев и их союзников; разрушала водные переправы, используемые противником; наносила бомбовые удары по политическим и промышленным центрам Германии и её сателлитов; работала по переднему краю противника; совершала налеты на вражеские аэродромы, уничтожая матчасть и инфраструктуру; участвовала в обеспечении прохождения конвоя PQ-18 в Заполярье; работала в интересах партизанского движения в тылу врага; высаживала диверсионные группы и разведку в глубокий тыл врага. И все это являлось прямой и косвенной составляющей в событиях 42-го в смертельной схватке страны Советов с нацистской Германией на собственной территории от Баренцева до Черного морей, а не где-то в африканской пустыне или на тихоокеанских просторах вдали от «дома» союзников.
Исследуя причинно-следственные связи этих событий, определивших в конечном счете исход Второй мировой войны, не обойтись без исследования роли союзников в этом процессе, особенно политической подоплеке Великобритании.
Обратившись к 4-му тому «Вторая мировая война» У. Черчилля, в главе «Возвращение в Каир» автор-составитель заострил свое внимание на следующих двух фактах: британский политик писал: «17-го я получил известие о высадке в Дьеппе, планы которой начали разрабатываться в апреле после блестящего и дерзкого рейда на Сен-Назер…»
Уточняю уже в 5-ом томе «История Второй мировой войны 1939-1945», изданной Воениздатом в 1975 году в 12 томах, об этих событиях:
«Прорыв немецкой эскадры из Бреста в феврале 1942 г. ослабил напряжение английских морских и воздушных сил и позволил переключить значительную их часть на активные действия вблизи побережья Западной Европы и защиту прибрежного судоходства .
28 марта 1942 г. небольшие силы английского флота совершили рейд на Сен-Назер — базу немецких подводных лодок в Бискайском заливе, но его результаты были незначительными .
Военно-политическое руководство США и Великобритании, отказываясь от своего обещания открыть второй фронт в Западной Европе в 1942 г., ссылалось главным образом на нехватку сил и средств. Однако, понимая, что для общественного мнения эти доводы недостаточно убедительны, оно искало новые аргументы, чтобы оправдать свою линию поведения. Так, у английской стороны возникла идея рейда на Дьепп, имевшая явно политическую окраску. Даже некоторые буржуазные исследователи признают, что цель рейда состояла в том, чтобы показать невозможность открытия второго фронта в 1942 г. Усиление активности союзников в прибрежных водах Западной Европы, в том числе и высадка десанта в Дьепп, являлись также мерами оперативной маскировки подготовки десанта в Северную Африку.
Разработкой общего плана разведывательно-диверсионной операции, получившей название «Джубили», занималось управление морских десантных операций Великобритании. 27 июля английский комитет начальников штабов издал директиву, согласно которой проведение рейда намечалось на август. По замыслу операции морской десант должен был высадиться в районе Дьеппа, уничтожить некоторые береговые батареи и радиопеленгаторы, захватить пленных и, произведя разведку обороны противника, возвратиться в Великобританию.
В состав десанта были включены две бригады канадских войск и танковый полк (всего около 5000 человек и 55 танков), части английской морской пехоты (более 1000 человек), подразделение американских разведчиков-диверсантов «Рейнджер» (50 человек). Командиром десанта был назначен канадский генерал Дж. Робертс. Морские силы в десантной операции состояли из 8 эскадренных миноносцев, 9 пехотно-десантных кораблей, 39 кораблей и катеров прибрежного действия, 2 вспомогательных судов, а также 179 единиц десантно-высадочных средств. Командиром соединения кораблей был назначен английский капитан 1 ранга Дж. Хьюджес-Холлет. Авиационное обеспечение десанта возлагалось на 11-ю авиагруппу истребительного командования ВВС Великобритании.
Рейд, как и планировалось, начался и закончился 19 августа. Еще до подхода к пунктам высадки один из десантных отрядов встретился с конвоем противника и в завязавшемся бою с силами охранения транспортов потерял часть своих десантно-высадочных средств. Это столкновение вблизи берега позволило противнику привести в боеготовность свою оборону и в значительной степени затруднить высадку и действия десанта на берегу. Тем не менее свои ограниченные задачи разведывательно-диверсионного характера он выполнил, хотя и понес большие потери в технике и личном составе — в основном пленными. В ходе операции были потеряны 4350 человек, один эскадренный миноносец, 33 единицы десантно-высадочных средств, 33 танка и 106 самолетов. Потери противника составили до 600 человек и 48 самолетов.
На Западе немало пишут об «огромных» жертвах в ходе проведения Дьеппской операции, о нерешенных ею задачах и о том, что десанту не удалось закрепиться на берегу. В действительности провал потерпела не сама операция, а политические цели ее организаторов, намеревавшихся показать с ее помощью невозможность открытия второго фронта в 1942 г. Старательно замалчивая истинные цели рейда на Дьепп, западные историки неправомерно приравнивают его к крупной морской десантной операции. Однако этот рейд не опроверг, а, наоборот, подтвердил возможность создания второго фронта в Западной Европе в 1942 г. Даже при потере десантом внезапности немецко-фашистские войска не смогли воспрепятствовать его высадке, хотя по численности он был относительно небольшим. Для отражения крупного десанта немецко-фашистское командование в то время не располагало на Западе нужным количеством сухопутных, воздушных и тем более морских сил ».
В «Красной звезде» по ходу событий о рейде британцев на Сен-Назер 28 марта 1942 г. вообще ни слова, а вот рейд на Дьепп 19 августа 1942 г. отмечен аж в пяти номерах этого ныне исторического фолианта. Что там было поведано для советского читателя того времени, мы расскажем чуть позже.
А вот к рейду на Сен-Назер приступим незамедлительно. Поиск источника информации по времени, приближенного к тем событиям, не увенчался успехом, но русскоговорящих блогеров, желающих рассказать нам о рейде на Сен-Назер, хоть отбавляй. И большинство их сходится в одном: в результате наскока на французский порт Сен-Назер Британия лишила Кригсмарине единственного дока для «залатывания дыр» у линкора «Тирпиц», если тот невзначай попадет под горячую руку союзников по подобию его близнеца линкора «Бисмарк», что случилось в мае 1941-го, или хотя бы частично этому. И как следствие вырисовывается незавидное будущее этому морскому монстру под названием «Тирпиц» – уготована ему участь прозябать до поры до времени в студеных северных водах, прячась в фьордах Норвегии, а союзникам остается лишь одно – не пускать «Тирпица» в Атлантику.
И тут проявляется недоразумение: если «Тирпица» слегка «продырявить» в водах Атлантики, то ему просто неизбежен путь в док «Нормандия», находящегося в Сен-Назере, и искать его по многочисленным норвежским фьордам, «зализывающего раны», отпадает всякая надобность. Остается нанести массированный авиационный удар либо по самому «Тирпицу» на маршруте к доку, либо по самому доку с «Тирпицем», который привязан на долгие времена к неизменным координатам, и «Тирпиц» будет отправлен на встречу к своему близнецу «Бисмарку». И напрашивается очевидный ответ: «Тирпиц» нужен для того, чтобы свести на минимум поставки русским по ленд-лизу по Северному пути, что к выгоде не только немцам, но и господину Черчиллю, который наверняка избавится от «головной боли» – будет повод саботировать отправку очередных конвоев в Северную Россию, опять-таки, из-за «Тирпица»! А то, что полагалось русскому союзнику по ленд-лизу, пойдет на осуществление меркантильной политики премьер-министра, и при этом, как всегда, будут даны обещания все возместить, но со временем через Иран или Аляску. Да и трансиранский канал поставок по ленд-лизу также можно потихоньку саботировать, ведь половина Ирана и порты в Персидском заливе под контролем Британии, сославшись на необходимость в этом при подготовке операций типа «Факел».
И так, какими мы располагаем фактами для подтверждения политиканства с британской стороны с использованием линкора «Тирпиц»?
1/ Британцы особо не препятствовали прорыву через Ла-Манш немецких кораблей, покидавших Брест, основная часть которых направились к берегам Норвегии;
2/ Предложения Черчилля Сталину провести ряд совместных операций в Норвегии так и остались его намерениями, но дало повод Гитлеру принять меры против возможных посягательств со стороны противников на скандинавские завоевания, и для этого и были направлены немецкие корабли к берегам Норвегии;
3/ Проведя операцию «Колесница», Британия привязала к берегам Норвегии «Тирпиц» и другие значимые корабли, без которых «Тирпиц» оказался бы особо уязвимым;
4/ Гитлер приказал использовать все эти корабли против прохождения конвоев союзников с грузами по ленд-лизу для Советского Союза по Северному пути;
5/ Наделив «Тирпица» репутацией морского монстра, Британия создала условия, приведшие к трагическим последствиям для конвоя PQ-17, заявив, что пока монстр властвует в северных широтах Северный путь стал особо опасным и дальнейшие поставки по ленд-лизу желательно прекратить. А усмирить монстра, якобы, невозможно, учитывая опыт расправы над «Бисмарком», когда Британия при этом понесла большие потери, которые на этот момент не допустимы из-за угроз противника в Северной Атлантики.
Но вот вопрос, а стоит ли за это все осуждать британского премьер-министра, ведь это суть проявления его натуры? Как гласит русская пословица – «горбатого могила исправит», и эта пословица ущербна по сути – это у британских политиков на генетическом уровне «загребать жар чужими руками» через интриганство и умение сталкивать народы лбами для собственной выгоды.
Автор-составитель предпочел отечественным блогерам английского. Это некто Питер Антилл — исследователь и писатель («Stalingrad 1942» (2007 г.); «Crete 1941: Germany's Lightning Airborne Assault» (2005); «Berlin 1945: End of the Thousand Year Reich» (2005)), автор статьи «Сен-Назер, рейд (операция «Колесница»), часть первая и вторая» из www.historyofwar.org, вольный перевод которой мы и предлагаем. К тому же автор-составитель преследует еще одну цель: показать, что «рядовые» исполнители воли политиков, не жалевшие себя в этом рвении, имели место и у нас, и у союзников, и у врагов наших, только каждый из них расплачивался своей плотью и душами, по большому счету, за права оставаться, если повезет, самими собой, и желательно там, где уродился и где пригодился. И всякого рода увещевания для нынешних поколений, что удачный исход операции «Колесница» — это косвенная победа над «Тирпицем», лишившая его прибежища, — для сокрытия неочевидного ширмой очевидного.
Следует заметить, что подобные эпизоды на Восточном фронте стали чуть ли не обыденными как у наших, так и у врагов, а вот у союзников имелся в этом определенный дефицит. Поэтому их эпизоды союзниками подавались не иначе как сражение, от которого зависела судьба Британской империи в тот момент, а у нас подобное лишь эпизод, о котором ныне предоставляется возможность поведать себе подобным, и то, если об этом что-то осталось в памяти, или по случаю нашелся какой-либо след в старых домашних бумагах, или осенило потомка, держащего в руках медаль или орден деда, который давно приказал долго жить, чтобы получить ответ на вопрос, а по какому случаю дед был удостоен этой награды?
И так, мартовская «Колесница» 42-го покатилась, и нам остается лишь смотреть по сторонам:
"В 1941 и 1942 годах произошли два значимых события, оказавших влияние на подготовку к операции.
В 1941 году военно-морские силы Великобритании предприняли операцию по перехвату немецкого линкора «Бисмарк» (Bismarck) и тяжелого крейсера «Принц Ойген» (Prinz Eugen). 24 мая 1941 года состоялось сражение между британскими линкорами «Худ» (HMS Hood) и «Принц Уэльский» (Prince of Wales) и немецкими кораблями. В результате этого столкновения линкор «Худ» был потоплен в течение десяти минут, а линкор «Принц Уэльский» был вынужден отступить. Немецкий линкор «Бисмарк», получив повреждения, направился в порт Сен-Назер, где впоследствии был перехвачен и потоплен.
В 1942 году крейсеры «Шарнхорст» (Scharnhorst) и «Гнейзенау» (Gneisenau), находившиеся в Бресте, совершили прорыв через Ла-Манш с целью достижения Балтийского моря. Несмотря на массированные бомбардировки со стороны британских военно-воздушных сил, немецким кораблям удалось продолжить свое движение.
После потопления линкора «Бисмарк» в мае 1941 года угроза со стороны немецкого флота не была полностью устранена, поскольку однотипный корабль «Тирпиц» (Tirpitz) продолжал строительство и находился на завершающей стадии. В условиях, когда Великобритания в 1941 году вела войну в одиночку, действия немецких подводных лодок представляли значительную проблему для страны, так как она зависела от морских поставок для поддержания боевых действий против Оси.
Хотя подводные лодки могли быть нейтрализованы силами эсминцев и фрегатов, линкоры и крейсеры Кригсмарине продолжали представлять серьезную угрозу. В январе 1942 года линкор «Тирпиц» был спущен на воду, покинув Балтику, укрылся в норвежских фьордах, что вызвало обеспокоенность у премьер-министра Великобритании Уинстона Черчилля относительно потенциальной угрозы для британских морских коммуникаций снабжения.
В ответ на эту угрозу шесть линкоров, включая четыре британских и два американских, были приведены в готовность для действий в случае попытки «Тирпица» прорваться в Северную Атлантику. Королевский флот и Королевские ВВС Великобритании активно искали методы нейтрализации этого мощного корабля, рассматривая возможности как для его уничтожения в порту, так и для противодействия ему в открытом море.
В случае размещения линкора «Тирпиц» в акватории Атлантического океана, его единственным возможным местом укрытия стал бы порт Сен-Назер. Это особенно актуально в случае получения кораблем повреждений, аналогичных тем, что были нанесены линкору «Бисмарк». Порт Сен-Назер является единственным крупным портом на атлантическом побережье Франции, который мог бы принять военный корабль таких габаритов.
Док «Нормандия», крупнейший в мире, завершенный в апреле 1932 года для обслуживания одноименного лайнера, являлся центром судостроительных мощностей в регионе до начала Второй мировой войны. Отсутствие доступа Кригсмарине к этому доку могло бы существенно ограничить использование «Тирпица» в Северной Атлантике. В такой ситуации линкор, вероятно, был бы задействован в операциях против арктических конвоев.
К началу 1942 года док «Нормандия» в порту Сен-Назер стал ключевой стратегической целью, но его защита была очень серьезной. Вблизи находилось много гражданских объектов, поэтому Королевские ВВС неохотно проводили массированные бомбардировки для разрушения дока. В то время еще не существовало методов точечной бомбардировки, которые были бы применены позже.
Наземная операция также была бы затруднена, поскольку порт был хорошо защищен. Это подтвердилось позже, когда произошел рейд на Дьепп. Тогда стало ясно, что десантный корабль, который подошел бы достаточно близко для высадки, почти наверняка был бы уничтожен береговыми артиллерийскими батареями. Порт находился примерно в пяти милях вверх по реке Луаре, и путь к нему был сложным из-за особенностей местности.
Управление специальных операций (SOE) рассматривало возможность высадки агентов для саботажа ворот сухого дока. Однако они пришли к выводу, что у них недостаточно ресурсов для выполнения такой задачи.
В январе 1942 года премьер-министр Великобритании Уинстон Черчилль дал поручение к военным вновь рассмотреть вопрос о линкоре «Тирпиц». На должность начальника Объединенных операций был назначен лорд Луис Маунтбеттен, который ранее руководил операцией по затоплению кораблей в порту Зебрюгге в ходе Первой мировой войны. Перед Маунтбеттеном была поставлена задача разработать план операции против дока «Нормандия».
Для реализации этой задачи был предложен новый стратегический подход. Было учтено, что в марте 1942 года ожидался особенно высокий весенний прилив, который позволил бы мелкосидящему судну беспрепятственно подойти к порту Сен-Назер, миновав опасные песчаные отмели в устье Луары. Этот маршрут, в отличие от глубоководного и защищенного судоходного канала, был менее защищен. Существующие десантные корабли, переоборудованные из паромов, не соответствовали требованиям данной операции, поэтому необходимо было использовать судно, которое было бы достаточно легким для прохождения через эстуарий, но при этом достаточно прочным для перевозки значительного количества взрывчатых веществ.
В рамках подготовки к возможной операции против дока «Нормандия» к 31 января был разработан предварительный план. В основу плана легла концепция, предполагающая использование двух устаревших эсминцев, подвергшихся специальной модификации для выполнения поставленной задачи.
Первый эсминец, заполненный взрывчатыми веществами, предназначался для доставки группы коммандос-подрывников и последующего тарана внешних ворот сухого дока. После успешного выполнения этой операции группа коммандос должна была высадиться на территории дока и уничтожить как можно больше объектов в непосредственной близости. Затем планировалось произвести взрыв эсминца с использованием замедленных детонаторов.
Второй эсминец выполнял функцию эскорта и эвакуации оставшихся в живых членов группы коммандос. Королевские ВВС должны были осуществлять авиаудары по прилегающей территории с целью отвлечения внимания противника.
Рассмотрев предложенный план Адмиралтейство выразило решительное несогласие, опасаясь потери как минимум одного эсминца и предполагая риск утраты второго, несмотря на стратегическую значимость дока «Нормандия». В результате было принято компромиссное решение использовать старый корабль Свободной Франции «Ураган» в качестве таранного средства. Для обеспечения доставки дополнительных сил коммандос и эвакуации, выживших после операции, была задействована флотилия моторных и торпедных катеров. Данное решение, несмотря на его недостатки, позволило представить план на рассмотрение Объединенного комитета начальников штабов.
Энтузиазм в участии предстоящей операции Королевских военно-воздушных сил также начал снижаться из-за несогласия с предложенными им целями. Количество выделенных для операции бомбардировщиков оказалось значительно меньше необходимого, что также вызывало сомнения. Уинстон Черчилль, несмотря на свои колебания, 3 марта одобрил проведение операции, присвоив ей кодовое название «Операция Колесница». Однако Объединенный комитет начальников штабов выступил против использования французского корабля, опасаясь привлечения французских войск к операции и необходимости взаимодействия с лидером Свободной Франции генералом Шарлем де Голлем. Такой сценарий неизбежно увеличивал количество осведомленных лиц и повышал риск утечки конфиденциальной информации. В связи с этим было решено искать подходящий корабль в составе Королевского флота, чтобы минимизировать риски для безопасности.
Операция «Колесница» была частью стратегического плана Объединенного командования, межвидового органа, созданного для изматывания держав Оси. Несмотря на то, что масштабное контрнаступление не соответствовало доступным ресурсам, Великобритания стремилась избежать перехода Вооруженных сил на оборонительные позиции. Наступательный дух необходимо было поддерживать как для укрепления морального состояния внутри страны, так и для целей международной пропаганды. Кроме того, было важно предотвратить полный контроль Германии над оккупированной Европой.
Для достижения этих целей Объединенное командование проводило серию рейдов вдоль побережья, контролируемого противником, с целью вынудить немецкие войска к развертыванию для защиты ключевых объектов. Это позволяло отвлекать немецкие силы, которые могли бы быть использованы в других, более значимых операциях. Однако, несмотря на эти усилия, Объединенное командование не обладало полной самостоятельностью и зависело от тесного сотрудничества с Армией, Флотом и ВВС для обеспечения поддержки рейдов. Это часто приводило к изменениям или отмене операций из-за нехватки ресурсов.
Тем не менее, у Объединенного командования имелся специализированный отряд армейских коммандос, предназначенный для ведения наступательных операций. Коммандос были сформированы вскоре после падения Франции и состояли из тщательно отобранных бойцов, прошедших специальную подготовку. К 1942 году они были организованы в бригаду специальной службы, включающую двенадцать отдельных отрядов под командованием бригадира Чарльза Хейдона. Каждый отряд насчитывал около 500 человек, что соответствовало размеру небольшого батальона, и включал бойцов из различных корпусов и полков Британской армии.
В данной операции командование подразделением коммандос было поручено подполковнику Чарльзу Ньюману. Ньюман, ранее занимавшийся строительной деятельностью, до начала военных действий служил в Территориальной армии, где входил в состав Эссекского полка. Несмотря на свой возраст — 38 лет, который воспринимался многими его подчиненными как преклонный, его лидерские способности и умение эффективно взаимодействовать с личным составом обеспечили ему высокий уровень уважения и популярности среди бойцов.
Поскольку Ньюман возглавлял операцию, основной костяк подразделения составляли представители 2-го коммандос. Тем не менее, для повышения боевого опыта и расширения тактических возможностей, в состав были включены офицеры и рядовые из других подразделений.
Перед выполнением боевой задачи коммандос прошли специализированное обучение техникам ведения ночного уличного боя, которое проводилось под руководством заместителя командира 2-го коммандос майора Билла Копленда. Основная задача подразделения заключалась в обеспечении прикрытия для групп подрывников, захвате и удержании ключевых позиций, необходимых для успешного проведения рейда, а также в сдерживании противника на достаточный срок, чтобы подрывные группы могли выполнить свою миссию.
Все военнослужащие, планировавшие участие в диверсионной операции, обладали значительным опытом в проведении диверсий. Однако для успешного решения задачи в Сен-Назере необходимо было освоить специфические навыки подрывного дела. Объединенное командование привлекло к сотрудничеству высококвалифицированного специалиста — капитана У. Х. Притчарда, служащего в Королевских инженерных войсках. Притчард имел опыт участия в боевых действиях во Франции, включая операции по подрыву мостов в ходе отступления Британской экспедиционной армии. Его отец занимался деятельностью, связанной с портовым хозяйством в Кардиффе, а сам Притчард до начала войны получил инженерное образование на верфях Великой Западной железной дороги. Знания и опыт Притчарда оказались крайне ценными, поскольку ему предстояло изучить особенности портов и разработать методы, которые могли бы сделать их непригодными для использования противником. В частности, объектом его внимания стал порт Сен-Назер.
Притчард пришел к выводу, что воздушная бомбардировка не способна уничтожить необходимое оборудование для выведения порта из строя. Для достижения этой цели требовалось точное размещение зарядов, методы которого были детально описаны в подготовленном отчете. Значительный вклад в разработку отчета также внес другой опытный сапер — капитан Боб Монтгомери. Впоследствии оба офицера были назначены для оказания помощи майору Джону Ньюману в реализации разработанного плана.
В рамках специальной подготовки по уничтожению портовых объектов группы подрывников из 1-го, 3-го, 4-го, 5-го, 6-го, 9-го и 12-го отрядов коммандос были направлены в Бернтисленд на побережье залива Ферт-оф-Форт. В процессе обучения они осваивали методы обращения с взрывчатыми веществами и технику закладки зарядов для максимизации разрушительного эффекта.
После завершения специализированной подготовки группы были передислоцированы на верфь Росайт, где проводились практические занятия по изучению конструкции и уязвимых элементов портовых сооружений. Затем они были разделены на две группы, каждая из которых была направлена в Кардифф и Саутгемптон для дальнейшего совершенствования навыков в условиях крупных коммерческих портов.
Подготовка осуществлялась в условиях жестких временных рамок, часто в ночное время и при отсутствии ключевых членов команд, которые симулировали получение травм. В Саутгемптоне тренировки проводились на сухом доке имени короля Георга V, являющемся аналогом дока «Нормандия». Лейтенант Стюарт Чант и его подчиненные отрабатывали навыки спуска по темным металлическим лестницам насосной станции для установки воображаемых взрывных устройств на лопастные насосы. Лейтенанты Бретт и Бертеншоу тренировались в полых кессонах для закладки зарядных устройств. Лейтенанты Пардон и Смоллей занимались установкой зарядов для подрыва лебедочного дома, управляющего воротами.
По истечении недели группы были перераспределены между Кардиффом и Саутгемптоном для обеспечения участников подготовки разнообразным опытом, необходимым для эффективного выполнения задач в нестандартных ситуациях.
Командование Королевским военно-морским контингентом осуществлял коммандер Роберт Райдер, который, несмотря на свой возраст в 34 года, имел богатый опыт морской службы. Три года он служил на подводных лодках, затем три года командовал шхуной, на которой совершил арктическую экспедицию. Шесть месяцев он руководил фрегатом HMS Fleetwood и пережил торпедирование своего Q-корабля, проведя четыре дня, цепляясь за деревянную подпорку. После этого он был назначен на штабную должность в загородном имении на юге Англии, потеряв до этого свой последний корабль в результате столкновения в густом тумане.
Его миссия заключалась в организации и последующей реализации плана по высадке 200 коммандос в Сен-Назере. Он должен был доставить старый эсминец в порт, где тот должен был протаранить южный кессон сухого дока, а затем эвакуировать выживших в Британию.
К концу марта, когда завершалась подготовка к операции, Адмиралтейство не смогло подобрать подходящий эсминец для выполнения задачи. В качестве альтернативы было предложено использовать крупную подводную лодку, однако командующие Ньюман и Райдер отклонили эту идею, опасаясь критичных условий для войск после трех дней пребывания в ограниченном пространстве.
Затем рассматривалась возможность использования моторных катеров для транспортировки десанта и взрывчатых веществ на верфь, а также для установки зарядов в кессон. Однако этот план также был признан неосуществимым. В ситуации, когда казалось, что проведение рейда под угрозой, Адмиралтейство согласилось предоставить старый эсминец «Кэмпбелтаун» (HMS Campbeltown) для использования в качестве тарана.
Этот корабль был построен в США как эсминец и носил название USS Buchanan (DD131) в годы Первой мировой войны. Спущен на воду в 1919 году, он большую часть времени находился в резерве. Позднее, в рамках программы ленд-лиза, он был передан Королевскому флоту вместе с примерно пятьюдесятью другими устаревшими эсминцами. В обмен на эти корабли Великобритания предоставила США возможность аренды ряда военно-морских баз по всему миру.
Эскадренный миноносец USS Buchanan (DD-131), переданный Королевскому флоту Великобритании, был включен в состав эскортной группы 7, базировавшейся в Ливерпуле и относящейся к классу "Таун". В результате столкновения с другим судном корабль был отправлен на ремонтные работы, которые продолжались до марта 1941 года. На непродолжительный период времени USS Buchanan был передан Королевскому флоту Нидерландов, после чего вернулся к выполнению задач по сопровождению конвоев в сентябре того же года.
В течение последующих пяти месяцев эсминец осуществлял патрулирование Северной Атлантики и сообщил об уничтожении двух целей: подводной лодки U-401 и вражеского самолета. В марте 1942 года корабль прибыл в Девонпорт для проведения последнего и наиболее масштабного ремонта, после которого он должен был принять участие в операции "Колесница", что в конечном итоге привело к его гибели.
Для создания иллюзии и замедления реакции немцев корабль «Кэмпбелтаун» был модифицирован, чтобы внешне соответствовать немецкому эсминцу класса «Меве». В ходе переоборудования две из четырех дымовых труб были демонтированы, а оставшиеся две подверглись изменениям: передняя труба была увеличена почти вдвое и срезана под углом, в то время как задняя труба была незначительно укорочена.
Для повышения уровня защиты экипажа на корпус судна были приварены стальные листы и противоосколочные маты. Вдоль палубы были установлены два ряда броневых плит, что позволяло скрыть коммандос, находящихся на открытой палубе, во время заключительного этапа операции по приближению к порту.
Вооружение корабля также было модернизировано: 4-дюймовое орудие было заменено на скорострельное 12-фунтовое, а на возвышенных платформах были размещены восемь 20-мм пушек «Эрликон» Mark I. В целях снижения веса судна все лишние устройства и запасы были демонтированы. На момент выхода "Кэмпбелтауна" в Сен-Назер на борту находилось только необходимое количество топлива и воды для выполнения задачи.
Осадка судна составляла одиннадцать футов, однако в его носовых отсеках был размещен критически важный компонент операции — массивный заряд взрывчатки весом около четырех с половиной тонн. Этот заряд был разработан лейтенантом Найджелом Тиббитсом и включал в себя двадцать четыре глубинные бомбы Mk. VII, каждая из которых весила 400 фунтов. Бомбы были помещены в стальной резервуар, залиты бетоном и оснащены длинными замедлительными взрывателями, соединенными кордтексом и настроенными на детонацию через восемь часов после начала операции.
Военно-морские силы включали в себя катера трех типов. Наиболее многочисленными были моторные катера Fairmile «B», оснащенные различным вооружением, в том числе торпедами. Производство этих катеров осуществлялось в Великобритании на более чем семидесяти верфях и составило около 560 единиц. Катера имели деревянную конструкцию, длину 112 футов и ширину 19,5 футов, оснащались двумя бензиновыми двигателями Hall-Scott мощностью 600 лошадиных сил, что обеспечивало максимальную скорость до 20 узлов.
Восемь катеров этого типа прибыли из 28-й флотилии под командованием лейтенант-коммандера Ф. Н. Вуда и четыре — из 20-й флотилии под командованием лейтенант-коммандера У. Л. Стивена. Вооружение катеров было модернизировано для повышения огневой мощи: одно 3-фунтовое орудие Hotchkiss было заменено на две 20-мм пушки Oerlikon, размещенные в носовой и кормовой частях, а также на два пулемета Lewis калибра 0,303 дюйма, установленных на мостике.
Еще четыре катера, прибывшие из 7-й флотилии, были вооружены двумя торпедными аппаратами калибра 18 дюймов, расположенными по обе стороны трубы, и пулеметами Lewis. Однако установка пулеметов Oerlikon не была завершена, и катера сохранили 3-фунтовые орудия Hotchkiss.
Второй тип — катера класса Fairmile C (MGB 314), принадлежавшие 14-й флотилии. Их было построено около 24 единиц. Катера этого класса были несколько меньше катеров класса «B», но оснащались тремя двигателями Hall-Scott мощностью 850 лошадиных сил, что обеспечивало максимальную скорость до 26 узлов, но сокращало дальность плавания. Для экономии топлива на обратный путь MGB 314 буксировали на позицию, близкую к цели.
Катера класса «C» были хорошо вооружены: два 2-фунтовых орудия размещались в носовой и кормовой частях, а два спаренных пулемета калибра 0,50 дюйма с электроприводом — в средней части. Кроме того, MGB 314 были оснащены радаром и эхолотом и использовались в качестве командных кораблей во время операции по переходу через эстуарий Луары в Сен-Назер.
Третьим типом катеров был MTB 74 под командованием суб-лейтенанта Р. Винна. Это был модифицированный 70-футовый моторный торпедный катер Vospers. Торпедные аппараты были установлены в носовой части для запуска модифицированных торпед, которые должны были опускаться на дно и детонировать под кораблем, несмотря на противоторпедные сети, окружавшие «Шарнхорст» в Брестской гавани. Хотя «Шарнхорст» и «Гнейзенау» успели покинуть Брест до начала операции, MTB 74 участвовал в операции «Колесница» благодаря своей высокой скорости (почти 40 узлов) и мощности: три двигатели с наддувом Packard мощностью 1250 лошадиных сил и два двигателя Ford V8.
Немецкий гарнизон.
После оккупации Франции в 1940 году Германия захватила ряд французских портов, включая Сен-Назер, для использования в военных целях. В этот список также входили порты Брест, Лорьян, Ла-Рошель и Бордо. Сен-Назер имел стратегическое значение для Германии, так как использовался для создания укрытий для подводных лодок, которые были практически неуязвимы для авиационных ударов. Это обеспечивало подводному флоту возможность ведения боевых действий против союзников в Атлантическом океане.
Оборонительная инфраструктура Сен-Назера, особенно в районе устья реки Луары, была усилена стационарными артиллерийскими установками различного калибра. Командование оборонительными силами осуществлял капитан zur See (1-го ранга) Цукшвердт, который был назначен морским комендантом Луары. В его обязанности входила организация морской обороны эстуария и защита порта от воздушных налетов. Штаб Цукшвердта располагался в Ла-Боль — небольшом курортном городе, находящемся в восьми милях к западу от Сен-Назера.
Под командованием Цукшвердта находилась 280-я дивизия морской артиллерии, которой командовал капитан zur See Эдо Дикманн. Штаб дивизии располагался на мысе Шемолен. Дивизия включала в себя около двадцати восьми артиллерийских орудий, начиная от 75-мм и заканчивая мощными 240-мм железнодорожными пушками, установленными в Ла-Боль.
Кроме того, 22-я бригада морской зенитной артиллерии под командованием капитана zur See Карла-Конрада Мекке обеспечивала противовоздушную оборону, защиту вод у устья и порта. Штаб бригады находился в Сен-Марке, а в ее состав входили три батальона под командованием Korvettenkapit;nе (капитан-лейтенантов) Тиссена (703-й батальон), Коха (705-й батальон) и Бурренне (809-й батальон). Батальоны располагали сорока тремя орудиями, включая 20-мм и 40-мм автоматические пушки, а также несколько 37-мм орудий. Прожекторы, освещавшие реку и небо для целеуказания, находились под командованием Мекке. В арсенале имелись четыре больших 150-мм прожектора и множество меньших 60-мм прожекторов, которые служили резервом для скорострельной артиллерии.
Наконец, Korvettenkapit;n Келльман, командуя Командным управлением порта, отвечал за ближнюю оборону верфи, патрулирование реки и ее устья. В его распоряжении находились охранные роты с стрелковым оружием и легкими пулеметами, а также катера, осуществлявшие патрулирование водных объектов.
В порту Сен-Назера, помимо непосредственно военных структур, таких как штаб корпуса генерала Риттера фон Прагера и его 333-я пехотная дивизия, находились различные вспомогательные подразделения, включая морских техников, промышленных рабочих, команды обслуживания подводных лодок, а также личный состав из организации Тодта, которые имели право на ношение оружия и могли участвовать в обороне объекта.
333-я пехотная дивизия была сформирована в январе 1941 года и включала в себя преимущественно военнослужащих польского происхождения. Согласно первоначальным планам, в начале 1943 года ее планировалось перебросить на Восточный фронт, где ее ждали невосполнимые потери, что привело бы к ее расформированию. Однако в начале 1942 года дивизия была передислоцирована из Бретани для прикрытия побережья в районе от Сен-Назера до Лорьяна. 679-го пехотного полка этой дивизии имел штаб-квартиру к западу от Ла-Боль. В связи с тем, что полк не был сразу готов к боевым действиям, потребовалось время для его мобилизации для реагирования к возможным атакам.
Хотя док «Нормандия» являлся важным стратегическим объектом, немецкие военные придавали первостепенное значение укрытиям для подводных лодок, которые представляли собой массивные бетонные сооружения, предназначенные для обеспечения надежной защиты подводных лодок 7-й флотилии, а также части 6-й флотилии, постепенно переводимой в Сен-Назер. Оборонительная стратегия порта была ориентирована на отражение атак, направленных преимущественно на укрытия подводных лодок, а не на док «Нормандия». Считалось, что имеющихся военных ресурсов было достаточно для успешного отражения любых возможных атак.
За день до проведения рейда адмирал Дениц, занимавший должность командующего подводным флотом, провел инспекцию в Сен-Назере. В ходе встречи с капитан-лейтенантом Гербертом Золером, командовавшим 7-й подводной флотилией, Дениц поинтересовался, как будет действовать Золер в случае высадки британских сил в порту. Золер выразил уверенность в том, что британским войскам будет «немыслимо войти в гавань». Однако он не был осведомлен о том, что британские силы в это время находились в Бискайском заливе и фактически направлялись к Сен-Назеру для проведения операции.
Финальный план операции
После выбора судов для транспортировки десантной группы и завершения подготовки коммандос, все участники операции начали собираться в порту Фалмут в середине марта. С целью дезинформации местного населения и военных, расквартированных в этом регионе, была разработана легенда о создании 10-й ударной противолодочной группы, которая должна была патрулировать Бискайский залив с целью обнаружения и уничтожения подводных лодок противника. Это мероприятие было направлено на предотвращение распространения слухов и подозрений относительно истинной цели операции.
Коммандос прибыли в Фалмут на переоборудованном бельгийском пароме «Принцесса Жозефина Шарлотта». В ходе длительного круиза вокруг островов Силли они адаптировались к условиям морской качки, что сопровождалось значительным количеством случаев морской болезни. Обучение и подготовка коммандос продолжались в течение двух недель и завершились проведением тренировочной высадки на верфи в Плимуте. Операция, однако, завершилась неудачей из-за обнаружения высадившихся коммандос местными защитниками. Одной из ключевых проблем, с которыми столкнулись участники тренировки, было ослепление экипажей кораблей мощными прожекторами береговых оборонительных сооружений.
23 марта в Фалмут прибыли два эсминца класса «Хант» — «Атерстоун» (HMS Atherstone) и «Тиндейл» (HMS Tynedale). Эти корабли должны были сопровождать силы, планировавшие высадку в устье реки Луары. Вечером 25 марта в порт вошел эсминец «Кэмпбелтаун», который вызвал повышенный интерес среди ветеранов, особенно из-за его измененного силуэта, напоминающего немецкие корабли, на фоне заходящего солнца. Новым командиром корабля был назначен лейтенант-коммандер Стивен Битти, сменивший предыдущего капитана, которого посчитали слишком старым для участия в предстоящей операции. Это обстоятельство было выгодно для командующего операцией, так как Битти и Райдер были знакомы еще со времен учебы на борту HMS Thunderer.
После прибытия всех участников операции был проведен официальный брифинг, на котором каждому участнику подробно разъяснили цели операции и его роль в ее выполнении. Было ясно, что шансы на успешное возвращение многих участников рейда были крайне низкими. Тем, кто выразил бы желание отказаться от участия, была предоставлена возможность сделать это без каких-либо негативных последствий для их репутации. Однако никто из участников не воспользовался этим правом.
Основные цели рейда включали:
1. Уничтожение двух кессонов дока Нормандия.
2. Разрушение объектов верфи, расположенных в непосредственной близости от дока.
3. Уничтожение всех шлюзовых ворот, что привело бы к превращению бассейна в приливный водоем.
4. Атака на любые суда, представлявшие интерес для выполнения задач операции.
План атаки предусматривал следующие действия:
>> Основной заряд для подрыва южного кессона дока должен был быть доставлен на место непосредственно эсминцем «Кэмпбелтаун». После тарана кессона коммандос высаживались на берег и приступали к ликвидации местной обороны, а также к уничтожению объектов верфи, включая насосную станцию и два намоточных сарая. Аналогичные действия должны были быть предприняты и в отношении северного кессона.
>> Остальные коммандос высаживались в районе Старого Мола и Старого Входа. Их задачей было уничтожение местной обороны, мостов, шлюзов и другого оборудования. Кроме того, они должны были оцепить территорию вокруг Старого Мола для обеспечения упорядоченной эвакуации.
>> MTB 74 должна была выполнить торпедирование внешнего шлюза у северного входа в Подводный Бассейн. Это действие ускорило бы процесс превращения бассейна в приливный водоем.
Для выполнения операции по захвату Сен-Назера предусматривалось сопровождение отряда двумя эсминцами — «Тиндейл» и «Атерстоун» — в составе противолодочного конвоя. Это обеспечивало поддержание легенды при подходе к родной базе и вводило в заблуждение вражеские разведывательные самолеты в Бискайском заливе.
На входе в устье реки Луары эсминцы должны были отделиться от основной группы, после чего отряд перешел бы в боевой порядок. В авангарде находился торпедный катер MGB 314, оснащенный радаром и эхолотом, который обеспечивал навигацию через мелководье и отмели. По флангам от него двигались моторные торпедные катера ML 160 и ML 270, готовые к торпедированию любых судов, препятствующих продвижению отряда. За ними следовал «Кэмпбелтаун» с двумя колоннами моторных катеров: левая колонна направлялась к Старому Молу для высадки коммандос, а правая — к Старому Входу. Два дополнительных моторных торпедных катера (ML 446 и ML 298) обеспечивали прикрытие с тыла, а MTB 74, известный своей непредсказуемостью в движении, стремился держаться в строю, ожидая возможности атаковать шлюз в Старом Входе.
После высадки войск, суда должны были оставаться в реке до завершения подрывных работ, а затем коммандос поднимались на борт у Старого Мола. Экипаж «Кэмпбелтауна» планировалось собрать из района Старого Входа после эвакуации с корабля. Четыре торпедных катера (160, 170, 298 и 446) предоставляли дополнительную вместимость для посадки коммандос после их высадки на берег.
Операция была запланирована на ночь с 28 на 29 марта, когда в Луаре наблюдались самые высокие приливы. Однако капитан Райдер, учитывая готовность отряда и благоприятные погодные условия, принял решение о выходе на день раньше. Таким образом, небольшой отряд отплыл днем 26 марта.
Маршрут движения конвоя к Сен-Назеру включал пересечение Ла-Манша, прохождение мимо Бретонского полуострова и вход в Бискайский залив. В связи с высоким риском обнаружения немецкими подводными лодками, авиацией и надводными кораблями, было принято решение организовать противолодочное охранение. Первоначально маршрут был проложен на значительном удалении от французского побережья, что позволяло немцам ошибочно идентифицировать конвой как направляющийся к Гибралтару. При приближении к Сен-Назеру предусматривался маневр с юга, с предварительным проходом мимо Ла-Рошели, для сохранения конфиденциальности операции до последнего момента.
Флотилия двигалась со скоростью 10 узлов в юго-западном направлении. В составе конвоя находились эсминец «Атерстоун» (ведущий корабль), эсминец «Тиндейл» с буксируемым малым торпедным катером MGB 314, а также эсминец «Кэмпбелтаун» с буксируемым MTB 74. По обеим сторонам носовой части кораблей располагались две линии моторных катеров. Сопровождение осуществляли истребители «Харрикейн». Однако из-за необходимости обхода минных полей у острова Уэссан, конвой изменил курс на юг.
Переход проходил без инцидентов до 27 марта, когда погодные условия улучшились, что вызвало беспокойство у командования. К 07:00 следующего дня флотилия находилась в 160 милях к юго-западу от Сен-Назера и готовилась к маневру для изменения направления движения. В этот момент «Тиндейл» обнаружил на поверхности воды объект, идентифицированный как немецкая подводная лодка U-593, под командованием капитан-лейтенанта Герда Кельблинга. Лодка возвращалась в Сен-Назер после первого боевого патрулирования. Эсминец отцепил MGB 314 и ускорился для атаки. В результате нескольких попыток торпедирования U-593 была вынуждена погрузиться. «Тиндейл» сбросил серию глубинных бомб, заставив лодку всплыть. Однако U-593 снова погрузилась, избежав повторной атаки. «Атерстоун» также присоединился к поиску, который продолжался около двух часов без успеха. Командование решило продолжить движение к Сен-Назеру, полагая, что U-593 была уничтожена. Однако в 14:20 U-593 всплыла и передала радиосообщение о встрече с тремя эсминцами и десятью торпедными катерами, движущимися на запад.
Состав группы и маршрут ее движения привели немецкое командование к предположению, что отряд занимается установкой минных заграждений или следует в направлении Гибралтара.
После взаимодействия с подводной лодкой U-593, группа столкнулась с французскими рыболовными траулерами. Согласно разведданным, немцы часто размещали наблюдателей с радиостанциями на подобных судах для мониторинга передвижений британских сил. Командир отряда, Райдер, принял решение уничтожать все такие суда. Однако количество траулеров не позволило потопить их все, поэтому было решено уничтожить только два, предварительно эвакуировав их экипажи. Французские рыболовы заверили, что на судах отсутствуют немецкие наблюдатели.
Погодные условия ухудшились: небо стало серым и пасмурным. После полудня поступило сообщение о пяти немецких эсминцах, покидающих Сен-Назер, которые могли встретиться отряду на пути к порту. К счастью, эсминцы вышли в море до прибытия отряда и патрулировали прибрежные воды в ответ на сообщение U-593 о возможной минной операции.
В 18:30 на катере ML 341 под командованием лейтенанта Д. Брио вышла из строя левая двигательная установка. Было решено, что его заберет катер ML 446 под командованием лейтенанта Фальконара. Эта операция заняла некоторое время, и ML 446 догнал основную часть отряда, когда они достигли устья Луары. ML 341 вернулся в Британию самостоятельно.
Отряд продолжил движение к французскому побережью и после двух изменений курса вышел на линию с Сен-Назером. Далее отряд должен был направиться к порту. Сразу после 20:00 два эскортных эсминца покинули отряд для постоянного патрулирования. Катер MGB 314 отделился от корабля «Тайндейл» и продолжил движение самостоятельно. Командир отряда, коммандер Райдер, и подполковник Ньюман поднялись на борт катера, который стал их штабом. Отряд принял боевой порядок и увеличил скорость до 12 узлов для входа в порт.
Перед Сен-Назером отряд столкнулся с еще одной задачей. Подводная лодка HMS Sturgeon под командованием лейтенанта-коммандера Мервина Уингфилда находилась в точке Z, готовясь служить навигационным ориентиром, так как вход в Сен-Назер требовал точного курса через илистые отмели и песчаные банки.
Незадолго до полуночи Королевские ВВС начали операцию по бомбардировке порта в рамках отвлекающего маневра, направленного на поддержку операции «Колесница». Однако, учитывая потенциальный риск для гражданского населения, атака была прекращена, и самолеты перешли к патрулированию над портом с целью отвлечения внимания обороняющихся. Лейтенант Тиббетс успешно установил и активировал карандашные взрыватели на борту «Кэмпбелтаун», которые были настроены на детонацию через восемь часов, в интервале между 05:00 и 09:00. Эти устройства, характеризующиеся низкой точностью, должны были сработать в указанный период времени.
Тем временем штурмовые силы британцев без инцидентов преодолели радиолокационную станцию в Ле-Круазике и вошли в устье реки Луары. В 00:30 они миновали затонувший лайнер «Ланкастрия», который в 1940 году стал местом одной из крупнейших морских катастроф в истории Великобритании, унесшей жизни около 4500 человек. Через 15 минут британцы, оставаясь незамеченными немецкими батареями, прошли мимо 75-мм орудий на Пуэнт-де-Жильда.
Капитан zur See Меке начал подозревать неладное из-за отсутствия массированной воздушной атаки на порт и наблюдения за одиночными налетами. Он приказал всем подразделениям сохранять повышенную бдительность и быть готовыми к отражению потенциального десанта или атаки с моря. Также было приказано прекратить огонь зенитных орудий и отключить прожекторы.
Штурмовые силы британцев продолжали движение через илистые отмели и песчаные банки, которые дважды приводили к незначительному контакту с дном, не влияя на ход операции. В 01:20 британцы прошли мимо башни Ле-Море, когда на мгновение включившийся прожектор осветил их, но быстро был погашен. Немцы находились менее чем в двух милях от штурмующих сил британцев, которые, как казалось, оставались незамеченными. Британцам пока невероятно везло, но это не могло продолжаться вечно.
Однако наблюдатель в Сен-Марке заметил приближение около семнадцати судов по каналу примерно за несколько минут до этого. Это сообщение было проигнорировано, поскольку никаких судов не ожидалось. Впоследствии эта информация была передана в штаб Меке, который также оставил ее без внимания. В 01:20 Меке приказал всем подразделениям в районе Сен-Назера быть готовыми к возможной высадке.
Немецкие силы отреагировали немедленно, мобилизовав войска, экипажи кораблей, береговые укрепления и резервы для отражения потенциальной атаки. По мере приближения британских штурмовиков, прожекторы на обоих берегах реки активизировались, ведя поиск в темноте. Они быстро обнаружили серый эсминец, который напоминал немецкий эсминец класса «Меве» с поднятым немецким флагом, что вызвало некоторую путаницу среди немецких артиллеристов.
Несколько артиллерийских расчетов произвели предупредительные выстрелы по британским судам, которые были опознаны сигнальными станциями на обоих берегах. Старший сигнальщик Пайк быстро передал сигнал «Ждите» и позывной торпедного катера, после чего последовал сигнал «Срочно» и сообщение: «Два судна повреждены в результате вражеских действий, просим разрешения немедленно войти в порт». Немцы, сбитые с толку, прекратили огонь, но через некоторое время возобновили стрельбу, сначала нерешительно, а затем к ним присоединились тяжелые орудия на севере и батареи Дикмана на мысах Шемолен и Пуант-де-л'Эв.
Пайк возобновил радиопередачу, сообщив: «Вы стреляете по своим собственным кораблям». В ответ на это противник прекратил огонь, поскольку британские корабли не отвечали на выстрелы. К тому моменту «Кэмпбелтаун» уже достиг устья реки Луары, оставив позади более мощные артиллерийские установки. К этому времени немцы уже были убеждены в враждебных намерениях приближающихся судов.
Меке и Дикманн получили приказ открыть огонь из всех доступных орудий. Британские штурмовые силы смогли продвинуться так далеко благодаря умелому блефу, однако теперь ситуация изменилась. Райдер приказал всем судам открыть ответный огонь. Река мгновенно наполнилась трассирующими пулями и артиллерийскими выстрелами. «Кэмпбелтаун» опустил немецкий флаг и поднял белый, в знак капитуляции, за ним последовали остальные корабли. Береговые орудия начали наносить урон штурмовым силам, однако времени для отступления практически не оставалось, и корабли продолжили движение на максимальной скорости.
MGB 316 достиг внешнего рейда и немецкого сторожевого корабля «Шперрбрехер», который вел интенсивный огонь по приближающимся британским судам. MGB 314 открыл огонь по «Шперрбрехеру», обстреляв его от носа до кормы, что привело к прекращению огня со стороны немецкого корабля. Другие британские корабли также произвели выстрелы, проходя мимо. Немцы сосредоточили основное внимание на «Кэмпбелтауне», учитывая его значительные размеры. Несмотря на то что более мощные орудия остались в тылу, «Кэмпбелтаун» продолжал подвергаться обстрелу снарядами меньшего калибра. Надстройка и палубы корабля получали повреждения, а некоторые снаряды проникли внутрь, вызвав небольшие пожары.
Коммандос ожидали момента, когда «Кэмпбелтаун» врежется в кессон, планируя высадиться на док и организовать сопротивление. Коммандер Битти приказал всем, находившимся на открытом мостике, переместиться в закрытую рулевую рубку из-за угрожающей обстановки. Стены рубки были бронированы для защиты от огня мелкокалиберных орудий, однако передняя часть рубки оставалась уязвимой. Битти намеревался развить максимальную скорость и врезаться в кессон со скоростью 20 узлов, но прожектор, направленный прямо по курсу, затруднял видимость.
Рулевой и квартирмейстер, находившиеся рядом с Битти, погибли. Тиббетс, эксперт по взрывным работам, взял на себя управление кораблем, в то время как Битти продолжал контролировать ситуацию. Главное орудие «Кэмпбелтауна» было повреждено крупнокалиберным снарядом, что привело к гибели экипажа и коммандос в его районе. Битти на мгновение ослеп, но после восстановления зрения заметил изогнутые пирсы южного входа. «Кэмпбелтаун» миновал Старый Мол, и до шлюзовых ворот оставалось несколько сотен ярдов. Затем MGB 314 повернул вправо, и Битти объявил: «Приготовиться к тарану».
Все члены экипажа рулевой рубки заняли свои позиции. Прямо перед ними находилась низкая черная стальная полоса, которая представляла собой вход в док Нормандия. «Кэмпбелтаун» врезался в противоторпедную сеть, однако его прочная конструкция позволила прорвать ее и с глухим звуком удариться о массивный стальной кессон, остановившись. Время было 01:34, и «Кэмпбелтаун» достиг своей цели всего на четыре минуты позже запланированного времени.
Начало штурма
Эсминец «Кэмпбелтаун», двигаясь со скоростью около 20 узлов, совершил таран кессона. В результате передние отсеки корабля были деформированы, а четыре тонны взрывчатого вещества оказались в непосредственной близости от атакуемой конструкции. Размещение взрывчатки в подобной конфигурации свидетельствует о высоком уровне профессионализма экипажа. К моменту обнаружения противника, «Кэмпбелтаун» и первые моторные катера продвинулись по реке Луаре, минуя основные огневые позиции немецкой обороны. Остальные катера подверглись интенсивному обстрелу, но успешно достигли своих целей для высадки десанта коммандос.
Проникновение через Старый вход
Катер ML 192 под командованием лейтенант-коммандера Стивенса, двигаясь в правом ряду, первым подошел к Старому входу. Перед столкновением с кессоном он был поражен крупнокалиберным снарядом, что привело к повреждению машинного отделения и потере управления. Катер ударился о стену рядом с Восточным пирсом и начал дрейфовать. Командир приказал экипажу покинуть судно. Раненые были эвакуированы на плотах из-за невозможности высадки из-за высоких стен. Капитан Майкл Берн, возглавлявший штурмовую группу, смог выбраться на берег и двинулся к зенитным установкам, которые оказались не задействованы.
Катер ML 262 под командованием лейтенанта Берта перевозил группу подрывников под руководством лейтенанта Вудкока, задачей которых было уничтожение моста через Старый вход и двух прилегающих шлюзов. Однако ослепление прожекторами вынудило катер изменить курс после того, как ML 192 промахнулся мимо цели.
Катер ML 268 под командованием лейтенанта Тилли, наблюдая за неудачами предыдущих катеров, выбрал верный курс для высадки. Однако он был поражен точным огнем с близкого расстояния, что привело к возгоранию и последующему взрыву. Лейтенант Тилли и половина его экипажа смогли спастись, но погибли шестнадцать коммандос, кроме двоих.
Катер ML 156 под командованием лейтенанта Фентона неоднократно подвергался обстрелу, прежде чем приблизиться к Старому входу. Попадание в мостик ранило Фентона и капитана Хупера из группы коммандос. Несмотря на ранения, Фентон сохранил управление судном. При подходе к цели он передал командование суб-лейтенанту Мачину, который также был ранен. Катер, с одним исправным двигателем и поврежденным рулем, отошел вниз по течению.
Последний катер в линии, ML 177 под командованием лейтенанта Родье, успешно высадил группу коммандос, возглавляемую сержантом-майором Хейнсом, на южной стороне Старого входа. Они двинулись к капитану Хуперу и его команде для уничтожения орудий между Старым входом и Старой Мол, не зная о неудаче высадки. В это время командный катер MGB 314 под командованием подполковника Ньюмана высадил штаб у северных ступеней Старого входа. Райдер приказал лейтенанту Родье переместиться к корме «Кэмпбелтаун» для эвакуации экипажа и раненых.
Два катера, проскочившие мимо, вернулись для повторной попытки высадки. Катер ML 262 под командованием лейтенанта Берта успешно вошел в Старый вход и высадил своих пассажиров на северной набережной. Примерно в это же время произошел взрыв южного поворотного навеса, организованный лейтенантом Смалли и его группой.
Берт, отходя, принял на борт лейтенанта Моргана с группой прикрытия и группу лейтенанта Смалли, которые вернулись после завершения операции. Однако катер получил несколько попаданий, что привело к гибели нескольких членов экипажа, включая лейтенанта Смалли, и повреждениям, но остался на плаву.
Катер ML 267 под командованием лейтенанта Бирта попытался высадить коммандос, но безуспешно из-за интенсивного огня. Нескольким бойцам удалось высадиться, но их быстро отозвали. Корабль загорелся, и экипаж покинул его, когда он дрейфовал к середине реки. Многие из команды погибли в воде либо от пулеметного огня, либо от горящего масла, либо утонули.
Торпедный катер № 74 под командованием лейтенанта Уинна прибыл последним и успешно вошел в Старый вход. Он подошел к командованию на моторном катере, но торпеды больше не требовались для поражения дока Нормандии. Тем не менее, они оставались на случай, если «Кэмпбелтаун» не сможет затонуть должным образом.
Оперативные действия отряда коммандос в рамках специальной операции
После столкновения эсминца «Кэмпбелтаун» с кессоном и последующей остановки, капитан Битти инициировал процесс эвакуации экипажа и затопления судна для обеспечения его устойчивости на дне реки Луары. Это действие превратило корабль в стратегическое препятствие, способное затруднить продвижение противника, независимо от эффективности взрывных устройств. В результате «Кэмпбелтаун» стал статичной целью для артиллерийских обстрелов. Коммандос незамедлительно покинули судно для выполнения поставленных задач.
В составе одной из групп находился лейтенант Родерик и его подчиненные, которые осуществили высадку с правого борта и атаковали укрепленную огневую точку противника. Заняв стратегически выгодные позиции, они успешно нейтрализовали вражеский отряд. Следующей целью стал бетонный бункер, оснащенный 37-мм артиллерийским орудием. Используя ручные гранаты, группа разрушила бункер, а находящиеся в нем немцы был уничтожены при их отступлении. Третья цель подверглась огневому воздействию со стороны корабельных орудий, после чего Родерик с командой переместились к подземным топливным резервуарам. Резервуары не были воспламенены, и Родерик организовал оборону для обеспечения фланговой защиты, ожидая дальнейших указаний.
Группа под командованием капитана Д.У. Роя высадилась с левого борта эсминца и направилась к насосной станции с целью нейтрализации двух артиллерийских орудий противника. Однако, заметив приближение коммандос, расчеты орудий предпочли отступить. На орудия были установлены взрывные устройства, после чего группа переместилась к мосту у Старого Входа, который должен был удерживать капитан Рой для обеспечения безопасности подрывных команд. В процессе эвакуации моста произошел инцидент, в результате которого капитан Вудкок и значительная часть его команды погибли на ML 262. Когда группа Роя достигла моста, они обнаружили его свободным от противника и заняли оборонительные позиции, ожидая дальнейших инструкций.
Лейтенант Чант и команда из четырех сержантов-подрывников были направлены на уничтожение насосной станции и сопутствующего оборудования — импеллерных насосов. Эта задача имела критическое значение для превращения дока «Нормандия» в приливной причал. И даже если кессон бы остался цел, то уничтожение насосов лишало Кригсмарине в целом, и «Тирпиц» в частности, возможности использовать док.
К сожалению, лейтенант Чант и один из его сержантов, Чемберлен, получили ранения в ноги, когда продвигались вверх по Луаре. Однако это не остановило их. Они покинули «Кэмпбелтаун», нашли дверь насосной станции и взорвали её, чтобы проникнуть внутрь. Расположение оборудования оказалось именно таким, как они ожидали благодаря многочисленным тренировкам и часам подготовки. Чемберлен начал испытывать боль, поэтому Чант оставил его охранять вход, а сам с остальными приступил к выполнению задачи.
Они спустились по лестнице на дно помещения и начали устанавливать взрывчатку специальной формы и в водонепроницаемом материале в тех местах, где, по мнению Притчарда, они могли нанести наибольший ущерб. Каждый из них соединил свои заряды вместе, а затем подключил их к «кольцевой магистрали» из кордекса. Дублированные детонаторы были соединены с кордексом через короткие отрезки медленно горящего бикфордова шнура, который должен был воспламениться от ручных воспламенителей. Когда всё было готово, Чант вызвал сержантов. После завершения работы он отправил двух своих людей забрать Чемберлена и отойти на безопасное расстояние от насосной станции.
Чант оставил с собой одного помощника, Докерилла, так как сам тоже чувствовал слабость и понимал, что подъём по лестнице будет трудным. Как только остальные отошли, он поджёг фитили и, при помощи сержанта, поднялся наверх и укрылся в безопасном месте поблизости.
Насосная станция взорвалась с оглушительным ревом, который был слышен по всей верфи. Когда Чант и его люди вернулись, чтобы оценить разрушения, они увидели, что большая часть пола обрушилась, два электродвигателя упали в насосную камеру, а два других были сорваны со своих оснований. Оставалось только поджечь масло, которое вытекало на остатки сооружения.
Капитан Рой доложил капитану Монтгомери, ответственному за подрывные работы вокруг сухого дока, что их миссия выполнена. После этого они могли свободно пройти по мосту, который удерживал капитан Рой, к Старой Моле и ждать эвакуации.
Незадолго до уничтожения насосной станции, ночной воздух также наполнился грохотом и обломками от разрушения перемоточного цеха, который находился всего в пятидесяти ярдах от «Кэмпбелтауна». Лейтенант Смалли и его люди, следуя за Чантом, пробрались по заполненному водой каналу от кессона до перемоточного цеха. Цех оказался лёгкой мишенью, и Смалли с людьми быстро установили заряды, отошли и взорвали цех до небес. Они получили разрешение на отход, но вместо того чтобы отправиться к Старой Моле, как планировалось, они решили воспользоваться возможностью и сели на ML 262 лейтенанта Берта, который стоял у северных ступеней Старого Входа. К сожалению, лейтенант Смалли и несколько его людей погибли, когда катер попал под вражеский огонь.
После выполнения задач Чантом и Смалли, прибыли группы коммандос для атаки более удалённых целей в сторону дальнего конца Нормандского дока. Лейтенанту Эчесу было поручено штурмовать северный кессон и его намоточный механизм. Штурм кессона должен был провести лейтенант Бретт с восемью унтер-офицерами, а механизм — лейтенант Пардон с четырьмя капралами. Для их защиты были назначены лейтенант Денисон и четверо хорошо вооружённых бойцов. К ним также присоединился лейтенант Бертеншоу со своей группой, так как его задача — подрыв южного кессона в случае неудачи операции «Кэмпбелтаун» — оказалась ненужной благодаря мастерству капитана Битти.
Лейтенант Этчес был тяжело ранен в ноги во время переправы через реку и едва мог передвигаться. Двое других бойцов Денисона также получили повреждения, поэтому их оставили на месте для эвакуации. В то же время Пардон, Брэтт и Бертеншоу быстро покинули «Кэмпбелтаун» и двинулись к доку. Денисон шел впереди, но наткнулся на ожесточенное сопротивление из окопа рядом с доком. Он умело отвлек огонь на себя, пока Брэтт и Пардон бросали гранаты в огневую точку. После этого Денисон переместился к северному кессону и намоточному сараю, чтобы наблюдать за северным разводным мостом. Лейтенант Пардон последовал за ним к сараю, а Брэтт и Бертеншоу направились к дороге над шлюзовыми воротами. Пардон и его люди установили взрывчатку, но ждали, пока Брэтт и Бертеншоу взорвут кессон. Он отправил сержанта Чанга предупредить их о готовности, но тот попал под шквальный огонь и был ранен.
Тем временем Брэтт и Бертеншоу столкнулись с еще более сложной задачей: несколько замаскированных групп противника вели по ним огонь. Ситуация усложнялась тем, что северный кессон отличался от кессона в Саутгемптоне. Им предстояло установить два типа взрывных устройств: первые двенадцать восемнадцатифунтовых зарядов должны были быть размещены у стенок кессона со стороны бассейна Пенуэт, а другие — кольцеобразные заряды, которые нужно было уложить внутри кессона.
Хотя коммандос установили первую партию зарядов, открытие люка на дороге оказалось почти невыполнимой задачей из-за завала из досок и асфальта. Бертеншоу попытался взорвать его, но безуспешно. К этому времени Брэтт и несколько других бойцов получили ранения, и завязался ожесточенный бой между британскими катерами и наступающими вражескими силами. Поскольку потери продолжали расти, включая Бертеншоу, сержант Карр решил, что установка зарядов в кессон невозможна. Когда все отошли на безопасное расстояние, Карр подорвал взрывчатку у стены кессона. Услышав громкий хлопок и увидев столб воды, Карр отметил, что слышит звук льющейся воды. Возможно, кессон не был полностью разрушен, но он получил серьезные повреждения, на ремонт которых потребуется много времени и усилий.
Отступая, лейтенант Пардон получил разрешение взорвать сарай подъемного механизма, что он и сделал с мощным грохотом, подняв боевой дух уставших коммандос. Затем группа направилась обратно к Старой дамбе через мост Роя.
Подполковник Ньюман высадился на берег со своим штабом, разместив его в немецкой штаб-квартире верфи. Сержант Хейнс и его группа осуществили зачистку артиллерийских позиций и вернулись для получения новых инструкций.
Высадка Группы 1
Колонна катеров, возглавляемая ML 447 под командованием лейтенанта Платта, на борту которого находились капитан Бирни и четырнадцать бойцов коммандос. Их задачей было захватить Старый Мол и уничтожить вражеские укрепления, в том числе два дота вдоль мола. ML 447, как и ML 192, попал под интенсивный огонь противника. Многие члены экипажа и коммандос получили ранения, но Платту удалось приблизиться к берегу для высадки. Однако попытка высадки была неудачной: катер подвергся обстрелу, а попадание крупнокалиберного снаряда в машинное отделение вызвало пожар. Платт приказал экипажу покинуть судно. Некоторым коммандос удалось добраться до берега, других подобрал лейтенант Бойд на ML 160.
ML 457 под командованием лейтенанта Кольера достиг Старой дамбы и успешно высадил три группы коммандос: контрольную под командованием лейтенанта Притчарда, группу подрывников во главе с лейтенантом Уолтоном и группу прикрытия под руководством лейтенанта Уотсона. В процессе высадки офицеры заметили группу немецких солдат со скованными руками, идущих вдоль каменной стены. Предполагая, что это пленные из бункеров, они высадились для выполнения своих задач.
ML 307 под командованием лейтенанта Уоллиса попытался причалить к дамбе, но из-за ошибки в навигационных расчетах катер оказался слишком близко к цели и сел на мель. Усиление вражеского огня привело к увеличению потерь среди коммандос. Капитан Брэдли оценил ситуацию и принял решение о невозможности выполнения задачи по подрыву центрального шлюза в южном входе. После обсуждения с лейтенантом Уоллисом было принято решение отступить и вступить в бой с немецкими укреплениями для отвлечения внимания от основного рейда.
Катера ML 443 под командованием лейтенанта Хорлока, ML 306 под командованием лейтенанта Хендерсона и ML 446 под руководством лейтенанта Фалконара также столкнулись с трудностями при высадке из-за интенсивного огня и хаоса на реке. Оценив риск, они приняли решение отступить. Замыкающим в колонне шел ML 298 под командованием лейтенанта Боба Нока, торпедный катер без коммандос, предназначенный для ведения боя с врагом до момента эвакуации.
Успешной высадка оказалась только у ML 457, под командованием лейтенанта Кольера. Он высадил двадцать бойцов, которые немедленно направились вглубь территории для выполнения диверсионных задач. Группа капитана Бирни была выведена из строя, а захват Старого Мола с имеющимися силами оказался невозможным. Возможности для эвакуации коммандос сокращались, и Ньюман с его людьми оказались в критическом положении.
В доках
Группы, высадившиеся на Старом Моле, ошибочно полагали, что капитан Бирни и его бойцы уже захватили объект. Они двинулись навстречу сильному немецкому огню. Группа лейтенанта Уолтона, задачей которой было уничтожение подъемного моста для изоляции Старого города от остальной части Сен-Назера, и группа лейтенанта Уотсона, обеспечивающая их прикрытие, разделились и оказались в уязвимом районе площади Старого города. Вскоре они подверглись обстрелу. Капитан Хард избрал альтернативный маршрут, избегая площади, и достиг подъемного моста, где обнаружил его практически пустым, за исключением вражеского ДОТа, непрерывно ведущего огонь.
Лейтенант Притчард, сопровождаемый Маклаганом, отправился проверить ход операции других групп. Однако следов капитана Брэдли, лейтенантов Уилсона и Суэйна не были обнаружены. Пробираясь по улицам, лейтенант имел несчастье столкнуться с одиноким немцем, и был ранен в живот, предположительно штыком. Маклаган расстрелял немца, но Притчард, умирая, приказал ему вернуться к остальным. Маклаган неохотно оставил своего командира, но все же решил попытаться найти помощь, направившись к мосту, где обнаружил тело лейтенанта Уолтона. Затем он направился к штабу полковника Ньюмана. Лейтенант Уотсон и его команда, вновь попытавшись добраться до моста, встретили сильное сопротивление и решили отступить к штабу для доклада о сложной ситуации у Старого Мола.
Уинн получает свой шанс
В условиях завершения операции по уничтожению британского судна «Кэмпбелтаун», лейтенант Райдер с чувством удовлетворения наблюдал за подрывом судна и его постепенным погружением в воды реки. После успешной высадки на берег командир Битти и его команда приступили к разработке плана возвращения на родину. В связи с тем, что «Кэмпбелтаун» оказался заблокированным у шлюзовых ворот, катер MTB 74 под командованием лейтенанта Уинна получил возможность атаковать внешние ворота шлюза с использованием торпедного вооружения.
После успешного запуска торпед, которые с оглушительным звуком врезались в ворота шлюза, катер направился к корме «Кэмпбелтауна» для эвакуации раненых членов команды коммандос и военно-морских сил. По завершении операции, катер MTB 74 направился вниз по реке к открытым водам. Однако в процессе движения катер подвергся обстрелу из батареи Дикмана, получив два попадания. В результате катер загорелся, вынудив экипаж покинуть судно.
Параллельно с действиями MTB 74, катера ML 160, 270 и 298 вели интенсивный огонь по целям противника, находясь в середине реки. Катер ML 270 получил повреждения рулевого управления в результате попадания немецкого снаряда. Лейтенант Ирвин принял решение вернуться вверх по реке для проведения ремонтных работ, так как высадка коммандос была невозможна. Лейтенант Бойд, управляя катером ML 160, направился на помощь горящему катеру ML 447 Платта, эвакуировав выживших. В процессе движения к месту назначения, катер ML 160 также подвергся обстрелу, получив повреждения. Экипажу удалось восстановить работу двигателя, и катер продолжил движение, хотя и с меньшей скоростью.
Катер ML 298 под командованием лейтенанта Нока также подвергся значительным повреждениям. Лейтенант Нок принял решение вернуться, проведя осмотр Старого Мола и Старого Входа, где не обнаружил присутствия коммандос. В процессе движения катер случайно загорелся из-за утечки топлива. Огонь усиливался, привлекая внимание вражеских орудий, которые открыли огонь по катеру, особенно используя крупнокалиберные снаряды. В результате катер был уничтожен, а выжившие оказались в воде.
Катер ML 262 под командованием лейтенанта Берта высадил команду лейтенанта Смалли и обнаружил горящий катер ML 457 Колье вблизи Старого Мола. Колье только что завершил высадку последних коммандос, но его катер уже был охвачен пламенем. Берт попытался оказать помощь, однако оба катера подверглись интенсивному обстрелу и были уничтожены. Лейтенант Родье на катере ML 177, перевозившем около пятидесяти коммандос и эвакуированных с «Кэмпбелтауна», находился вблизи шлюза, когда был поражен 75-мм снарядом из орудия «Ле Пуанто». Катер затонул, а лейтенанты Родье и Тиббитс погибли. Командир Битти выжил и оказался в воде, где был выловлен немецкими войсками.
Четыре оставшихся командира – Уоллис на катере ML 307, Хорлок на ML 443, Хендерсон на ML 306 и Фалконар на ML 446 – осознали невозможность высадки на Старый Мол из-за видимости горящих катеров. Они приняли решение вернуться вверх по реке.
Лейтенант Райдер на катере MGB 314 наблюдал за уничтожением «Кэмпбелтауна» и атакой ворот шлюза катером Уинна. Однако при подходе к Старому Молу он был потрясен масштабными разрушениями. В условиях невозможности эвакуации по плану, Райдер неохотно принял решение покинуть район и направиться в открытое море. Старший матрос Уильям Сэвидж, управлявший пулеметом на MGB 314, посмертно был удостоен Креста Виктории за проявленную храбрость и ведение огня по вражескому бункеру.
Прорыв
В штабе подполковника Ньюмана сложилась критическая ситуация, особенно после того, как стало очевидно, что эвакуация через реку невозможна. Ньюман и Копленд провели оперативное совещание и пришли к решению о необходимости либо сдаться, либо предпринять попытку силового прорыва. Ньюман спросил Копленда, стоит ли принять решение о капитуляции. Копленд категорически отверг эту идею, настаивая на необходимости прорыва. Этот боевой настрой был поддержан всеми присутствующими.
Ньюман немедленно разделил коммандос на группы по 20 человек и направил их к краю дока для получения дальнейших указаний. Каждая группа получила задачу самостоятельно попытаться покинуть Сен-Назер, прорвавшись через город и направившись на юг с целью достичь Испании и Гибралтара.
Наиболее прямой маршрут пролегал через площадь Старого города и мост D, однако в этом районе продолжались интенсивные немецкие обстрелы. При движении к мосту группы были замечены немецкими позициями, что привело к редким, но точным огневым контактам и потерям среди коммандос, которые не могли быть эвакуированы.
К моменту достижения южной части базы доки и подъемный мост находились всего в 60 ярдах, но были под контролем значительного числа вражеских солдат и укрепленного пулеметного ДОТа. Коммандос, собравшись с духом, бросились на мост под прикрытием сержанта Хейнса, оперировавшего пулеметом Bren. Несмотря на потери, вызванные внезапностью нападения, немцы отступили. Коммандос пересекли мост, заставив и немецкие силы на другой стороне отступить под воздействием близкого огневого контакта.
Прорвав кордон, коммандос скрылись в городе, где начали терять связь друг с другом и были вынуждены пробиваться самостоятельно. С наступлением ночи число пленных и убитых среди британцев увеличивалось. Немецкие регулярные силы 679-го пехотного полка 333-й дивизии взяли город под контроль и начали систематическое прочесывание, окружая Сен-Назер плотным кольцом.
Подполковник Ньюман и 15 человек укрылись в подвале, ожидая нового шанса на прорыв. Однако вскоре их обнаружили. К рассвету рейд был окончен.
Наступил рассвет.
В ходе операции коммандос по нанесению удара по порту произошли значительные разрушения, что привело к дестабилизации обстановки и вызвало крайнее напряжение среди немецких военнослужащих. Вооруженные коммандос, перемещавшиеся по территории порта, и взаимодействие с местным французским населением усугубили ситуацию.
Некоторые представители французского населения, ошибочно полагая, что началась операция по освобождению, начали атаковать немецкие войска, находившиеся в доках. Тела погибших уносило течение реки Луары, а немногие выжившие, пытавшиеся спастись на спасательных шлюпках, были подобраны немецкими судами. Оставшиеся моторные катера успешно покинули зону боевых действий и направились к месту рандеву с эсминцами «Тайнедейл» и «Атерстон».
В 04:30 утра на месте встречи были обнаружены эсминцы, а также катера ML 156 (Фентон) и ML 446 (Фалконар). Однако, заметив приближение немецких торпедных катеров, коммандос решили не задерживаться и продолжить путь к Великобритании.
В ходе столкновения с немецкими торпедными катерами завязался ожесточенный бой, в результате которого часть экипажа моторных катеров получила ранения и нуждалась в срочной медицинской помощи. В связи с этим все выжившие были эвакуированы на эсминцы, после чего моторные катера были оставлены.
Бойд, Уоллис и Хорлок смогли сбежать и самостоятельно вернуться в Великобританию. Хендерсон тоже сумел бежать, но ему не повезло: на пути домой он столкнулся с немецким эсминцем «Ягуар» и несколькими моторными торпедными катерами. Начался короткий, но интенсивный бой, в котором немцы, благодаря своему численному превосходству и огневой мощи, быстро взяли верх. В этот момент сержант Томас Дюрант, находившийся у спаренных пулеметов «Льюис», остался на своем посту и храбро отбивал атаки противника. Капитан-лейтенант Пауль дважды призывал к сдаче, но оба раза получал в ответ длинные очереди из пулемета Дюранта. Немецкий корабль отошел на некоторое расстояние и обстрелял моторную лодку из своего скорострельного оружия. Дюрант погиб от множественных ранений. Лейтенант Суэйн, оценив бессмысленность дальнейшего сопротивления, предпочел сдаться. Из двадцати восьми человек на борту двадцать были убиты или ранены. Когда британцев подняли на борт немецкого корабля, капитан-лейтенант Пауль выразил благодарность Суэйну и его экипажу за проявленную доблесть и боевой дух, особенно отметив храбрость сержанта Дюранта. Через неделю в лагере для военнопленных недалеко от Ренна Суэйн встретил полковника Ньюмана и рассказал ему о морском бое. Он предложил представить Дюранта к высшей награде. В итоге армейский сержант был удостоен Креста Виктории за проявленную доблесть в морском сражении благодаря ходатайству немецкого военно-морского офицера. Это исключительное событие в истории британской армии.
Большинство тех, кто не смог бежать, попали в плен. Капралы Дуглас, Ховарт, Уилер и Симс, а также рядовой Хардинг смогли вырваться из окружения в Сен-Назере и, с помощью местных жителей, добрались до Испании, откуда впоследствии вернулись в Великобританию. Их спасение стало возможным благодаря поддержке многочисленных французских граждан, которые рисковали собственной жизнью.
Дуглас и Хардинг переходили от одной семьи к другой, пока их не посадили на поезд до Марселя, где они были переданы под опеку организации по спасению. Ховарту в итоге помог школьный учитель, который довёз его до Бордо, но там его задержала полиция Виши. Проведя восемь месяцев в тюрьме, он сумел бежать через границу с Испанией.
Уилер и Симс большую часть пути шли пешком, переходя от семьи к семье. У моста в Лёньи через реку Крёз две красивые молодые женщины отвлекли внимание немецкого охранника, пока двое коммандос переплывали реку на территорию Вишистской Франции. Все пятеро вернулись в свои подразделения и участвовали в дальнейших боевых действиях позже в войне.
Немецкие военно-морские специалисты, осмотревшие поврежденный эсминец «Кэмпбелтаун», пришли к выводу о его непригодности для дальнейшего использования. Их позабавило решение англичан использовать эсминец для тарана ворот дока, что не привело к значительным повреждениям из-за недостаточного веса судна.
В 10:35 на борту «Кэмпбелтауна» сработали карандашные взрыватели, установленные лейтенантом Тиббитсом. В результате взрыва четыре тонны взрывчатки разорвали корабль пополам, уничтожив кессон и вызвав значительные разрушения в городе. Взрыв стал источником радости для британских выживших, поскольку операция «Колесница» достигла своей цели.
Два дня спустя произошло еще одно событие: сработало замедленное действие торпед, выпущенных Уинном, что привело к взрыву внешних ворот шлюза подводной лодки и усилило панику среди немецких военнослужащих.
Выводы
Операция обошлась дорого. Из 611 человек, участвовавших в ней, 169 погибли, большинство — в речном бою. Из них 105 были моряками и 64 — коммандос. Рейд принес множество наград за храбрость. Помимо Крестов Виктории, врученных Сэвиджу и Дюрранту, их также получили Райдер, Битти и Ньюман. Были вручены четыре ордена «За выдающиеся заслуги», семнадцать крестов «За выдающиеся заслуги», одиннадцать Военных крестов, четыре медали «За выдающуюся храбрость», пять медалей «За доблестное поведение», двадцать четыре медали «За выдающиеся заслуги» и пятнадцать Военных медалей, а также 51 человек был упомянут в донесениях. Сам рейд, однако, был успешен — «Тирпиц» так и не вышел в Атлантику и был потоплен Королевскими ВВС в норвежском фьорде. Несомненно, одним из факторов, способствовавших этому, было то, что док «Нормандия» и портовые сооружения были выведены из строя для немцев до конца войны. Действительно, они были окончательно отремонтированы только в 1947 году.
Какие уроки можно извлечь из операции «Колесница»? Вкратце, это:
Успех рейда подтвердил эффективность подобных операций. Он был успешным не только на тактическом уровне, где уничтожение внешнего кессона сделало док Нормандия непригодным, но и на оперативном уровне (Тирпиц теперь не могла выйти в море, зная, что у нее есть безопасное убежище, куда можно отступить в случае необходимости), а также на стратегическом уровне (Великобритания продемонстрировала свою готовность проводить наступательные операции в Европе, что подняло моральный дух гражданского населения и военных).
Неотъемлемая креативность плана стала одним из факторов его успеха. Необычный характер атаки и использованный план обмана, а также тщательный анализ цели — все это способствовало достижению цели.
Высококачественные разведывательные данные, включая отличную гидрографическую информацию, а также данные воздушной и агентурной разведки, позволили выбрать маршрут в порт, который избегал основного фарватера, пересекал отмели и мелководье, и достигнуть цели с нетронутыми силами.
Важность внезапности невозможно переоценить — это часто единственный фактор, позволяющий небольшим силам выполнить свои задачи против значительно превосходящего противника. Операция «Колесница» опиралась на сочетание строгой оперативной безопасности (которая не была нарушена, поскольку немцы ничего не знали об атаке), обширного плана обмана (который был достаточно обширным, чтобы не насторожить немцев по пути, несмотря на обнаружение подводной лодкой, что заставило их задержаться на несколько жизненно важных минут на последнем участке пути вверх по Луаре) и отвлекающей операции (которая, из-за ограничений, наложенных на пилотов по политическим соображениям минимизации сопутствующего ущерба, лишь привела немцев в состояние боевой готовности, поскольку бомбардировка не прошла, как ожидалось). Неудача отвлекающей операции заключалась в том, что большое количество вражеских войск все еще находилось на своих обычных оборонительных позициях, что затрудняло высадку коммандос.
Неприспособленность моторных катеров к ближнему бою стала одной из главных причин трудностей, с которыми столкнулись десантные силы при высадке коммандос. Если бы отвлекающий маневр сработал, это, несомненно, помогло бы высадить больше войск, но в долгосрочной перспективе лишь выиграло бы время. Деревянные моторные катера все равно оставались бы уязвимыми, как только столкнулись бы с серьезным сопротивлением. Если бы Адмиралтейство предоставило второй эсминец (как было предусмотрено в первоначальном проекте плана Объединенных операций), то дополнительные коммандос могли бы высадиться с него (с гораздо меньшими потерями), а моторные катера затем могли бы оказывать огневую поддержку и свободно маневрировать, что увеличило бы их шансы на выживание.
Увеличение числа второстепенных целей серьезно подорвало бесперебойное проведение операции и привело к росту потерь. Во-первых, это значительно увеличило количество необходимых для участия войск, что создало дополнительную нагрузку не только на систему командования, управления и связи, но и на транспортную систему. Именно поэтому не удалось разработать никакого разумного плана эвакуации, кроме рискованного с «Старого Мола».
Возможно, последнее слово следует оставить за (тогдашним) коммодором лордом Луисом Маунтбеттеном:
«Я не знаю другого случая в военно-морских или военных летописях, когда такой эффективный ущерб был нанесен так быстро и с такой экономией сил... Эта блестящая атака была проведена ночью, под яростным огнем противника, горсткой людей, которые с уверенностью и точностью достигли того, что могли бы не сделать самые тяжелые бомбардировки или морские обстрелы»».
Обращает внимание некоторая выборочность бомбардировок британскими ВВС городов в Германии и во Франции.
Напомним, как действовали британские бомбардировщики в операции «Колесница»:
«…Незадолго до полуночи Королевские ВВС начали операцию по бомбардировке порта в рамках отвлекающего маневра, направленного на поддержку операции «Колесница». Однако, учитывая потенциальный риск для гражданского населения, атака была прекращена, и самолеты перешли к патрулированию над портом с целью отвлечения внимания обороняющихся…
Капитан zur See Меке начал подозревать неладное из-за отсутствия массированной воздушной атаки на порт и наблюдения за одиночными налетами…»
Значит прежде массированные налеты имели место, не взирая на гражданскую инфраструктуру?
И вот как подобные налеты преподносятся «Красной звездой»:
«Красная звезда» № 65 от 19 марта 1942 г.: «ЛОНДОН, 18 марта. (ТАСС). Как сообщает английское министерство информации, английский полковник Бриттон обратился по радио к французам, работающим на заводах, имеющих жизненное значение для германской армии, с призывом покинуть эти заводы, так как в скором времени они будут подвергнуты бомбардировке. Налеты на эти заводы, сказал Бриттон, необходимы, так как Англия не может допустить, чтобы из Франции поступал в гитлеровскую Германию поток оружия и боеприпасов».
«Красная звезда» № 72 от 27 марта 1942 г.: «В ночь на 26 марта подверглись также бомбардировке доки в Сен-Назере. В неприятельские воды были сброшены мины.
ЛОНДОН, 26 марта. (ТАСС). Как передает агентство Рейтер, имеются сведения о том, что в крупном налете на Рур в ночь на 26 марта приняло участие 100 английских бомбардировщиков».
«Красная звезда» № 67 от 21 марта 1942 г.: «НЬЮ-ЙОРК, 20 марта. (ТАСС). Как передает анкарский корреспондент агентства Юнайтед Пресс, в кругах, имеющих связи с державами оси, сообщает, что произведенная англичанами на прошлой неделе бомбардировка Эссена была одной из самых сильных, какой подвергался какой-либо германский город. Немцы считают, что в этом налете участвовало свыше 500 английских самолетов. Английские самолеты сбрасывали чрезвычайно крупные бомбы, некоторые весом свыше тонны. Эти бомбы разрушили целые кварталы».
Между 28 марта и 19 августа 1942 года произошли ряд важных событий, о которых автор-составитель, собрав имеющийся и по ходу изысканий обнаруженный в Сети материал, уже успел рассказать — это история морского конвоя PQ-16, в прохождении которого принимала участие оперативная группа 36 ад ДД, обозначенная как «Север-1» в историческом формуляре этого соединения; миссия наркома иностранных дел Молотова в Лондон и Вашингтон, так и не добившегося от союзников открытия Второго фронта в 1942-м; упомянута договоренность между англосаксонскими союзниками вместо открытия Второго фронта о проведении операции «Факел» с высадкой американцев в Северной Африке; миссия Черчилля в Москву для личного знакомства со Сталиным; налеты АДД на политические и промышленные центры Германии и ее сателлитов; воспоминания «рядовых» исполнителей, прямо и косвенно связанных с этими событиями.
А теперь поведаем, что было рассказано в «Красной звезде» об «авантюре», проведенной военными Туманного Альбиона 19 августа 1942 г. на пляжах французского Дьеппа:
РЕЙД СОЮЗНИКОВ НА ДЬЕПП (Красная звезда. № 195 от 20 августа 1942 г.)
ЛОНДОН, 19 августа. (ТАСС). Как передает агентство Рейтер, штаб комбинированных операций опубликовал коммюнике, в котором говорится, что рано утром 19 августа был произведен рейд на район Дьеппа в оккупированной зоне Франции.
Войска, пронимавшие участие в рейде, высадились во всех намеченных пунктах.
В рейде принимали участие преимущественно канадские и английские войска, а также один мотомеханизированный американский батальон и небольшая группа войск сражающейся Франции. Эти войска были доставлены и эскортировались кораблями английского военно-морского флота при мощной поддержке и под охраной бомбардировщиков и истребителей английской авиации. Высадка основных сил, участвовавших в рейде, началась через 6 минут после установленного времени и закончилась через 9 часов после высадки первых отрядов, как и было намечено планом.
По предварительным сведениям, войска, участвовавшие в рейде, уничтожили одну батарею из 6 орудий, склад боеприпасов; пост службы воздушного наблюдения и одну зенитную батарею противника. Активное участие в рейде принимали соединения всех видов английской авиации. По полученным до сих пор данным, было уничтожено 82 самолета противника, помимо некоторого числа самолетов, сбитых артиллерией английских военных кораблей.
Кроме того, вероятно уничтожено или повреждено еще свыше 100 самолетов противника. Пропали без вести 95 английских самолетов всех типов, но 21 летчик был спасен и есть основания полагать, что будет спасен ряд других летчиков. Во время действий на побережье десантные войска потеряли некоторое количество танков.
Штаб комбинированных операций сообщает, что полные сведения о рейде не будут опубликованы до тех пор, пока войска не вернутся в Англию.
В самом начале рейда английское радио обратилось к населению Франции с предупреждением, что эту операцию не следует рассматривать, как вторжение на континент.
ЛОНДОН, 19 августа. (ТАСС). В коммюнике английского министерства авиации и командования воздушными силами США говорится, что в то время как в районе Дьеппа проводились комбинированные операции, все эскадрильи американских бомбардировщиков «Летающая крепость» в сопровождении английских и канадских истребителей совершили налет на авиационную базу противника в Абвиле. Налет был совершен с большой высоты при хорошей видимости. Отмечено много взрывов среди зданий на аэродроме, на стартовых дорожках и площадках для стоянки самолетов. Начались пожары. Все бомбардировщики благополучно возвратились на свои базы.
К РЕЙДУ НА ДЬЕПП (Красная звезда. № 196 от 21 августа 1942 г.)
ЛОНДОН, 20 августа. (ТАСС). Авиационный обозреватель агентства Рейтер передает, что в течение всего дня 19 августа в связи с рейдом на Дьепп над Ла-Маншем и Западной Европой происходили воздушные бои таких масштабов, каких не наблюдалось со времени налетов на Англию в 1940 г. Основная задача английских истребителей и бомбардировщиков заключалась в том, чтобы обеспечить наземные войска авиационной поддержкой. По последним данным, потери авиации союзников составляют 98 самолетов, державы оси потеряли 91 самолет и свыше 100 машин, вероятно, уничтожено или повреждено. Потери английской авиации, по мнению обозревателя, были незначительными, если учесть, что с небольшой высоты производились атаки на наземные цели в районах, где ожидали английских налетов и где противовоздушная оборона была сильна.
ЛОНДОН, 20 августа (ТАСС). Как сообщает вашингтонский корреспондент агентства Рейтер, представитель военного министерства США заявил вчера, что, возможно, рейд на Дьепп был предпринят с двоякой целью: заставить немцев еще больше нервничать и предоставить ударным группам и американским участникам этих групп подлинную практику в выгрузке танков и орудий, даже если они, возможно, будут брошены на французской территории.
ЛОНДОН, 20 августа. (ТАСС). Военный обозреватель агентства Рейтер, касаясь рейда на Дьепп, пишет, что «операция подобного масштаба, по-видимому, имеет целью прощупать слабые места германской обороны и проверить подготовку Англии к массовым десантам». Американские войска, указывает обозреватель, получили боевое крещение на европейском театре военных действий, а участие отрядов сражающейся Франции, несомненно, воодушевит их соотечественников. Канадские войска, как сообщают, составляли приблизительно одну треть общего числа участников рейда. Немцы хвастались тем, что их оборона на Западе значительно усилена, однако нынешние операции показывают, что оборонительной мощи немцев противопоставлен сильный противник в лице мощных комбинированных сил.
Комментируя сообщение о рейде на Дьепп, газета «Таймс» в передовой статье пишет, что путем этой операции было проведено испытание комбинированных операций. Можно предположить, указывает газета, что в районе Дьеппа имелись некоторые сооружения, которые нужно было разрушить. Дело шло также о получении информации относительно германских методов. «Можно надеяться, пишет «Таймс», что оборонительные сооружения этого района были разрушены и были определены методы прорыва обороны в более широких масштабах в будущем. Рейд на Дьепп - это символ и опыт».
ВОЗВРАЩЕНИЕ В АНГЛИЮ УЧАСТНИКОВ РЕЙДА НА ДЬЕПП
ЛОНДОН, 20 августа. (ТАСС). Как передает английское министерство информации, последние отряды, принимавшие участие в рейде на район Дьеппа, высадились утром 20 августа с моторных барж и других судов на южном побережье Англии. Вместе с ними доставлены пленные немцы.
ЖУЛЬНИЧЕСКИЕ ТРЮКИ ГИТЛЕРОВСКОЙ ПРОПАГАНДЫ В СВЯЗИ С РЕЙДОМ НА ДЬЕПП
ЖЕНЕВА, 20 августа. (ТАСС). Германская пропаганда подняла большую шумиху вокруг рейда союзников на район Дьеппа, стремясь всячески изобразить в ложном свете характер этой операции. Так, например, германское информационное бюро заявляет, что в Дьеппе «союзники пытались открыть второй фронт» и что «дело шло о подлинной попытке вторжения».
Судя по поступающим в Женеву сообщениям, германская пропаганда всячески пытается раздуть масштабы дьеппской операции, расписывая также «мощь германских укреплений» и «огромные потери союзников».
Швейцарские газеты противопоставляют этим лживым берлинским версиям опубликованное агентством Рейтер коммюнике штаба комбинированных сил, в котором указывается, что, несмотря на ясные заявления первого лондонского коммюнике относительно рейда на Дьепп и на предупреждение, обращенное к французскому населению, что этот рейд не означает вторжения, «германская пропаганда, будучи бессильной извлечь что-либо для себя из хода операций, распространяет утверждения, что этот рейд являлся попыткой вторжения, которая была отражена».
В коммюнике указывается, что рейд союзников был проведен в соответствии с заранее разработанным расчетом времени.
Германское информационное бюро дошло даже до того, что сравнивает укрепления немцев на побережье Ла-Манша с укреплениями линии Зигфрида. Стремясь всеми способами доказать «неприступность побережья Ла-Манша» и «безнадежность всякой попытки вторжения», геббельсовская пропаганда пускается на явные искажения указаний английской и американской печати на трудности, обычно связанные с десантными операциями. Одновременно в рассуждении германской печати о дьеппской операции сквозит неподдельный страх гитлеровцев перед перспективой открытия второго фронта в нынешних условиях ослабления германской обороны в Западной Европе из-за значительных перебросок войск на советско-германский фронт.
ПОДРОБНОСТИ РЕЙДА НА ДЬЕПП (Красная звезда. № 197 от 22 августа 1942 г.)
ЛОНДОН, 21 августа. (ТАСС). Штаб комбинированных сил опубликовал коммюнике об итогах рейда на Дьепп, в котором указывается, что цель рейда заключалась в том, чтобы прощупать оборону прибрежного района, уничтожить германские батареи и радиопеленгаторную станцию, истребить живую силу противника и его вооружение и взять пленных. «Рейд, как указывается в коммюнике, был крупной разведывательной операцией и составляет важный элемент принятой нами наступательной политики».
Несмотря на энергичное сопротивление противника, войска и некоторое количество танков были выражены в 6 пунктах побережья в районе Дьеппа. Им удалось уничтожить две батареи и радиопеленгаторную станцию, нанести тяжелые потери противнику, потопить два небольших судна и захватить некоторое число пленных.
Десантные войска, преимущественно канадцы, оставались на побережье в течение почти 9 часов, а затем были взяты на борт военных кораблей. Танки, которым удалось прорваться в город, были в соответствии с приказом уничтожены перед возвращением войск. Мощную поддержку кораблям и высадившимся войскам обеспечила английская и американская авиация, самолеты союзников, а также эскадрилья Сражающейся Франции. Во время рейда развернулся один из крупнейших за время войны воздушных боев, в ходе которого немцы были вынуждены вызвать авиационные подкрепления из всех районов оккупированной Франции, Голландии и Бельгии.
Потери английских военно-морских сил ограничились довольно значительным количеством десантных барж и эсминцем «Беркли», который был настолько серьезно поврежден, что пришлось его потопить. Большая часть экипажа корабля спасена.
Перед тем, как началась высадка десанта, был потоплен германский вооруженный тральщик, на другом был вызван пожар.
Военные корабли отошли от французского побережья только тогда, когда стало известно, что на борт взяты все войска, какие было возможно вывезти.
Газета «Дейли телеграф энд Морнинг пост» пишет, что «основные задачи этого миниатюрного вторжения были достигнуты» и что «неуязвимость немецкой береговой обороны разоблачена как ложь, точно так же, как разоблачено гитлеровское хвастовство о воздушном господстве».
Агентство АФИ подчеркивает, что дьеппская операция прежде всего показала возможность форсирования Ла-Манша, высадки войск и выгрузки тяжелых материалов, в частности танков.
По мнению агентства, выводы из дьеппской операции тем более примечательны, что избранный участок является одним из наиболее защищенных на северном побережье Франции.
НЬЮ-ЙОРК, 21 августа. (ТАСС). Корреспондент газеты «Нью-Йорк таймс» передает из Вашингтона, что американские военные круги рассматривают рейд союзников на район Дьеппа, как новое свидетельство осуществимости второго фронта в Европе. Корреспондент далее отмечает, что американская печать в целом приветствует рейд союзников, как показатель растущего наступательного духа Соединенных Штатов и Англии.
СТОКГОЛЬМ, 21 августа. (ТАСС). В передовой статье газета «Социал-демократен» пишет: «Рейд на Дьепп показал, что осуществление операции по высадке десанта является делом возможным, хотя немецкая пропаганда в последнее время утверждала противоположное. Эта операция является ценным опытом, который должен заставить немцев призадуматься».
Это то, что было дозволено знать в то время советскому «обывателю», а как это могло оказаться в реальности узнаем из следующей главы.
Перед PQ-18. Ребусы из прошлого. Ч. 1
© Copyright: Владимир Мутин 2, 2026
Свидетельство о публикации №226021700993
Свидетельство о публикации №226021700993
Рецензии