Дюма не Пушкин. ДНК 36

Глава 36. Тбилисские бани. Жан Сбогар. Баррантида. Французский язык.

«Когда Земля была центром мироздания; когда, согласно Фалесу, она плавала на воде, как гигантский корабль; когда, согласно Пиндару, ее поддерживали алмазные колонны; когда, согласно Моисею, Солнце вращалось вокруг нее; когда, согласно Аристотелю, над нами было целых восемь небес: небо Луны, Меркурия, Венеры, Солнца, Марса, Юпитера, Сатурна и, наконец, твердый прочный небесный свод, в который вправлены звезды – Бог с его ангелами, серафимами, святыми мог обитать на этом языческом небе как завоеватель в королевстве, которое он покорил. Теперь, когда известно, что Земля – самая маленькая из планет, что меньше ее только Луна, теперь, когда известно, что Земля вращается, а солнце неподвижно, теперь, когда восемь небес исчезли и уступили место бесконечности, где в бесконечности поместим твоих ангелов, Господи?»
А, Дюма «Дочь маркиза», глава 14.

В зале их ожидал граф Алексей Орлов.
— Господа, — обратился он к ним, — ваш главный проступок, как я вам уже говорил, состоит в том, что за процветание Франции вы пили русский квас. Сегодня вечером вы должны искупить свою вину, выпив за процветание России французское шампанское.
Что и было охотно исполнено нашими французами, несмотря на весь их патриотизм.
А. Дюма «Путевые впечатления в России»


Тбилисские бани

Описание Пушкина в 1829 году:

« При входе в бани сидел содержатель, старый персиянин. Он отворил мне дверь, я вошел в обширную комнату и что же увидел?
Более пятидесяти женщин, молодых и старых, полуодетых и вовсе неодетых, сидя и стоя раздевались, одевались на лавках, расставленных около стен. Я остановился.
"Пойдем, пойдем, - сказал мне хозяин, - сегодня вторник: женский день. Ничего, не беда". - "Конечно не беда, - отвечал я ему, - напротив". Появление мужчин не произвело никакого впечатления. Они продолжали смеяться и разговаривать между собою.
Ни одна не поторопилась покрыться своею чадрою; ни одна не перестала раздеваться. Казалось, я вошел невидимкой. Многие из них были в самом деле прекрасны и оправдывали воображение Т. Мура:

            a lovely Georgian maid,
With all the bloom, the freshen'd glow
Of her own country maiden's looks,
When warm they rise from Teflis' brooks.
                Lalla Rookh. (англ.)
(Перевод: прелестная грузинская дева с ярким румянцем и свежим пыланьем, какое бывает на лицах дев ее страны, когда они выходят разгоряченные из Тифлисских ключей. Лалла Рук.)

Зато не знаю ничего отвратительнее грузинских старух: это ведьмы.
Персиянин ввел меня в бани: горячий, железо-серный источник лился в глубокую ванну, иссеченную в скале. Отроду не встречал я ни в России, ни в Турции ничего роскошнее тифлисских бань. Опишу их подробно.

Хозяин оставил меня на попечение татарину-банщику. Я должен признаться, что он был без носу; это не мешало ему быть мастером своего дела.
Гассан (так назывался безносый татарин) начал с того, что разложил меня на теплом каменном полу; после чего начал он ломать мне члены, вытягивать составы, бить меня сильно кулаком; я не чувствовал ни малейшей боли, но удивительное облегчение.
(Азиатские банщики приходят иногда в восторг, вспрыгивают вам на плечи, скользят ногами по бедрам и пляшут по спине вприсядку, е sempre bеnе). После сего долго тер он меня шерстяною рукавицей и, сильно оплескав теплой водою, стал умывать намыленным полотняным пузырем. Ощущение неизъяснимое: горячее мыло обливает вас как воздух!
NB: шерстяная рукавица и полотняный пузырь непременно должны быть приняты в русской бане: знатоки будут благодарны за таковое нововведение.
После пузыря Гассан отпустил меня в ванну; тем и кончилась церемония».
е sempre bеnе - и отлично (итал.)

Описание Дюма в 1858 году:

 «Два палача уложили меня на одной из деревянных лавок, позаботившись подложить под голову намоченную подушку, и заставили протянуть обе ноги и руки во всю длину тела. Тогда они взяли меня за руки и начали ломать мне суставы. Эта операция началась с последнего сустава пальцев. Потом от рук они перешли к ногам, затем очередь дошла до затылка, позвоночника, поясницы. Это упражнение, которое, по-видимому, должно было совершенно вывихнуть члены, совершалось очень естественно, не только без боли, но даже с некоторым чувством удовольствия.

Мои суставы, с которыми никогда не случалось ничего подобного, выдерживали так, будто до того постоянно подвергались ломанию. Окончивши первую часть разглаживания членов, банные служители повернули меня, и в то время как один вытягивал мне изо всей силы руки, другой плясал на моей спине, иногда скользя по ней ногами, и странно, что этот человек, который мог весить 120 фунтов, на мне казался легким как бабочка.

Он снова влезал ко мне на спину, сходил с нее, потом опять влезал;-;и все это составляло ряд ощущений, производивших невероятное блаженство. Я дышал как никогда, мои мускулы нисколько не были утомлены, а, напротив, приобрели невероятную гибкость: я готов был держать пари, что могу поднять распростертыми руками весь Кавказ. Наконец, к моему великому сожалению, ломание членов кончилось, и приступили к последнему этапу, который можно назвать мыльным.

Человек с перчаткой, находя, что обычной воды недостаточно, взял какой-то мешочек. Я вскоре увидал, что он надулся и испустил мыльную пену, которой я совершенно покрылся. За исключением глаз, которые мне немного жгло, я никогда не испытывал более приятного чувства, как то, которое было произведено этой пеной, текущей по всему телу.
Почему Париж, этот город чувственных наслаждений, не имеет персидских бань? Почему никакой спекулянт не выпишет двух банщиков из Тифлиса?»

Мы видим отличие двух описаний: у Пушкина – фразы на английском (стих) и итальянском языке; массаж делает один банщик; у Дюма – массаж делают два банщика. В остальном, все – похоже, даже полотняный пузырь с мылом и сожаление, что в их стране нет такого.

Улика-ген: Тбилисские бани.

Жан Сбогар

Андрэ Моруа «Три Дюма»:

«Раз в неделю он ужинал у Левенов, ходил в театр, один или с Адольфом. Запомнился один из первых походов (в мае) - был плохо одет, высмеяли (как д’Артаньяна); давали пьесу «Вампир», с ее автором случайно оказался рядом, поболтали, потом из газет узнал, с кем говорил: Шарль Нодье (1780–1844), эрудит, библиофил; его считают первым французским писателем-фантастом.
Александр купил роман Нодье «Жан Сбогар» - герой байронический, сюжет примерно как в «Дубровском»; очень (как пушкинской Татьяне) понравилось, решил, что будет писать именно так. Что он писал в тот период - неясно; за 1823 и 1824 годы было опубликовано лишь стихотворение «Белая роза и красная роза» в «Альманахе для девиц», рукописи не сохранились».

Сбогар у Пушкина

В повести Пушкина "Барышня-крестьянка" собака Алексея Берестова имела кличку Сбогар.

«Жан Сбогар» Нодье у  Пушкина:

Британской музы небылицы
Тревожат сон отроковицы,
И стал теперь ее кумир
Или задумчивый Вампир,
Или Мельмот, бродяга мрачный,
Иль Вечный Жид, или Корсар,
Или таинственный Сбогар. *)
«Евгений Онегин»

*) Примечание Пушкина: Вампир, повесть, неправильно приписанная Байрону. Мельмот, гениальное произведение Матюрина. Jean Sbogar, известный роман Карла Нодье (1818 г.).

«Дубровский» был написан Пушкиным позже, чем  «Жан Сбогар» Нодье. Разумеется, пушкинисты устанавливают прямую связь между сюжетами. Жан Сбогар – княжеского происхождения, но несправедливо обиженный людьми, отнявшими у него достояние.  Татьяна видит сон, в котором Онегин предстает как атаман, повелевающий адскими чудовищами, что является достаточно близким воспроизведением мотивов сна полубезумной Антонии.

На самом деле, Пушкин в поездке на Урал остановился у радушного помещика, который рассказал ему эту историю. Пушкин почти не изменил названия и имена. Об этом есть в главе 4 «Золотые рудники»: письмо Пушкина князю Вяземскому от 19 марта 1832 года: «Остановился пока в усадьбе графа Двоекурова… дворянин этот представлял собой тип нашего национального Ринальдини, то есть, столь же благородного и даже романтического разбойника».

Ринальдо Ринальдини - заглавный герой разбойничьего романа немецкого писателя Христиана Вульпиуса (1762–1827). К пушкинскому времени имя Ринальдо стало нарицательным, обозначающим благородного разбойника
Пушкин упоминает Ринальдо Ринальдини в разных произведениях, например, в романе «Евгений Онегин» и в романе «Дубровский».
Скорее всего, Нодье тоже пользовался уже созданным ранее образом разбойника.

Мы установили, что Пушкин изучил романы обоих указанных авторов, прежде чем создать образ благородного разбойника Дубровского. «Таинственный Сбогар» звучит в романе «Евгений Онегин». Этим именем названа собака пушкинского героя.

Дюма не только читал «Жана Сбогара», но дружил с его автором, что мы узнаем из биографии (Андрэ Моруа «Три Дюма»).

Таким образом, имеем основание поставить улику-ген: Сбогар.

Баррантиды

В главе 18 «Волшебный сон» мы рассказывали о путешествии Дюма по Ладоге. Там он описывал шторм между островами Коневец и Валаам. Оценивая, я сравнил это с драмой Шекспира «Буря», с похожим поведением действующих лиц. Сам шторм описан в одном предложении:
«Туман все сгущался; гром гремел с ужасающим грохотом; молнии, в которых было нечто жуткое, угасали в этом густом тумане; озеро продолжало штормить, но проявлялось это не в буйстве волн, а в клокотании, исходящем из глубины вод.
Я видел за свою жизнь пять или шесть бурь, но ни одна из них не была похожа на эту. Возможно, это старый Вяйнямёйнен перебрался с океана на Ладогу».
Фраза: «не в буйстве волн, а в клокотании» оказалась абсолютно точной. Спустя месяц я прочел сетевую статью «Тайны дна Ладожского озера»: «баррантидами местные жители, а за ними и ученые, называют звуки неизвестного происхождения, которые возникают между островами Валаам и Коневец. Баррантиды похожи на гул, идущий из-под воды.  Некоторые сравнивают его с пушечными выстрелами или с ударами колокола или даже со звуком молота, бьющего по наковальне. При этом вода в озере бурлит и вздымается.

Длится это по разному. иногда доносится лишь один удар, иногда баррантида может продолжаться часа два. Сегодня существуют две версии причин этого жутковатого явления. Первая связана с тем, что Ладожское озеро «дышит».  То есть, уровень воды в разные годы бывает разным. Средний уровень озерной глади составляет 4,76 метра над уровнем моря.  В 1924 году это значение было на два метра выше, а в 1942 году – на полтора ниже».

Общий вывод автор делает, что Ладожское озеро – место древнего вулкана. Внешне округлая Ладога похожа на кальдеру вулкана.
Что касается Дюма, его обычно обвиняли в преувеличениях, хотя позже появились исследователи, доказывавшие, что в подавляющем большинстве случаев он был прав. А здесь мы видим факт, что он описал природное явление: «баррантида». За что – спасибо ему!

А мы продолжим поиск улик.

Французский язык

Свое мнение о высокой степени знания Пушкиным французского языка В.В. Вейдле подтверждает словами из письма Мериме, писавшего С.А. Соболевскому о «Пиковой даме»: «Я нахожу, что фраза Пушкина совершенно французская фраза, т. е. французская фраза XVIII века, потому что нынче разучились писать просто».
Эти слова Мериме и выводы Набокова перекликаются в указании на зависимость Пушкина от французской культуры XVIII века, которая отразилась в его манере письма на русском языке, но оценка этого явления разная: Набоков видит его отрицательное значение, тогда как французский писатель Мериме отмечает мастерство Пушкина во владении простым и ясным языком, который утратила современная ему французская литература.


В своих прогулках по Интернету я забрел на форум с темой : «Античные мотивы в "мушкетёрской" трилогии А. Дюма».
Под ником «Кассандра» скрывается, видимо, аспирант или преподаватель. Полностью диалог выдам в завершающей – 37-й -  главе, где расскажу про метод поиска улик-генов. Форум даст нам понимание разницы между специалистами-филологами и любителями.
Несколько лет назад я прочел мнение французского литератора или критика, что язык Дюма в романах грубоват и простоват. Не придавая этому значения, не стал записывать. А сейчас не могу найти, потому что ИИ понимает запросы иначе. Зато нашел ответ гораздо ближе. Кассандра рассказала о беседе с преподавателем французского языка на тему Дюма (из чего и следует заключение, что она - аспирант).

Кассандра:

«Вот ещё одно соображение. Я сама французский не знаю, но преподаватель французского у нас на факультете рассказал мне, что, когда читал ТМ в подлиннике, удивился, насколько язык оригинала грубее и проще по сравнению с привычным русскому читателю языком и стилем перевода. В сравнении, например, с оригиналом Бальзака, где язык и стиль более литературны. По его словам видно было, что язык романа Дюма рассчитан на восприятие массового читателя, а в произведениях Бальзака этого нет. Ну, сказал всё тот же преподаватель, тут ему и стало понятно, почему Дюма хорошо зарабатывал, а Бальзак жил в бедности.

Мне кажется удивительным, что огрубляя стиль своего романа в расчёте на читателей-обывателей, Дюма, тем не менее, наполнил текст античными образами. Интересно: допустим, он считал, что читатели газет не готовы воспринимать литературный французский, и его надо упростить, а античные мотивы тому же читателю будут понятны?
А может быть, роман и правда был рассчитан на две аудитории с разным уровнем эрудиции? И как вам кажется, зачем автор пропитал роман древней мифологией и историей? Какое значение имеют эти многочисленные отсылки?».

Кассандра, как специалист, тонко подметила: язык грубый, но текст наполнен античными выражениями, говорящих о высокой образованности автора. Эту загадку мы с вами, надеюсь, сегодня разгадаем.
Наше расследование подходит к финалу, поэтому, без лишних слов, загадки Дюма мы будем разгадывать в биографии Пушкина. Этот метод сложился постепенно, пока окончательно не окреп к середине расследования.

В момент рождения Пушкина, в московском доме было два «француза» - родители. Поэтому дети воспринимали с рожденья этот язык. До шести лет у Пушкина была кормилица и няня по имени  Ульяна Яковлева. Очень многие биографы Пушкина, даже самые известные, как Лотман и Тынянов, детство Пушкина искажали, а более современные переписывали их огрехи. Няня – одна из их ошибок.
Обращусь к достоверному источнику.

Детство Пушкина. Мифы и реальность (в сокращении)
(Автор - Елена Николаевна Егорова)

Доклад на XV Пушкинской конференции "Пушкин в Подмосковье и Москве"
    1 октября 2011 г. в Государственном историко-литературном музее-заповеднике А.С. Пушкина. Большие Вязёмы.
   

Так как этот доклад каждый сможет найти в Сети, то я буду делать краткие выдержки. Наша задача: понять, как учился Пушкин в раннем возрасте французскому языку, и акцентировать некоторые моменты его детства.

«Средства семьи были всегда ограничены, тем не менее, платные учителя к детям нанимались по рекомендациям родных и знакомых - едва ли не лучшие. Таковыми были Монфор, Руссло, священник А.И. Беликов, впоследствии автор и переводчик ряда книг. Перед поступлением в Лицей занимался с Александром также дядя Василий Львович.
На вступительных испытаниях он показал  такие результаты: «В грамматическом познании языков: российского - «очень хорошо», французского - «хорошо», немецкого - «не учился». В арифметике - «знает до тройного правила», в познании общих свойств тел (физика) - «хорошо», в начальных основаниях географии - «имеет сведения».
Учился в детстве Пушкин также рисованию, танцам (у знаменитого Иогеля) и верховой езде.

Со слов Ольги записано, что мать до рождения Лёвушки оказывала предпочтение ей, а потом младшему брату. Отчасти это объяснялось тем, что Пушкин в раннем детстве был полным и неуклюжим, необщительным. По воспоминания сестры Ольги, «до шестилетнего возраста Александр Сергеевич не обнаруживал ничего особенного; напротив, своею неповоротливостью, происходившею от тучности тела, и всегдашнею молчаливостью приводил иногда мать в отчаяние.
Она почти насильно водила его гулять и заставляла бегать, отчего он охотнее оставался с бабушкою Марьею Алексеевною, залезал в её корзину и смотрел, как она занималась рукодельем». Будущий великий поэт рос очень нестандартным ребёнком (порой неряшливым и ленивым), родителям его непросто было понять.

Слова П.А. Вяземского из очерка «Допотопная или допожарная Москва» (1866): «Пушкин был родовой москвич. Нет сомнения, что первым зародышем дарования своего, кроме благодати свыше, обязан он был окружающей его атмосфере, благоприятно проникнутой тогдашней московской жизнию. Отец его Сергей Львович был в приятельских сношениях с Карамзиным и Дмитриевым и сам, по тогдашнему обычаю, получил если не ученое, то, по крайней мере, литературное образование. Дядя Александра, Василий Львович, сам был поэт».

Большая роль бабушки в воспитании внуков подтверждается и воспоминанием приятельницы М.А. Ганнибал - московской барыни Елизаветы Петровны Яньковой: «Пушкины жили весело и открыто, и всем домом заведовала больше старуха Ганнибал, очень умная, дельная и рассудительная женщина; она умела дом вести как следует, и она также больше занималась и детьми: принимала к ним мамзелей и учителей и сама учила.
Старший внук её Саша был большой увалень и дикарь, кудрявый мальчик лет девяти или десяти, со смуглым личиком, не скажу, чтобы слишком приглядным, но с очень живыми глазами, из которых искры так и сыпались».

Именно М.А. Ганнибал купила подмосковное сельцо Захарово, где с 1805 по 1810 год летом, а иногда и зимой, жила вся семья Пушкиных и детям было так хорошо, вольготно и интересно. Личная жизнь Марии Алексеевны, как известно, была неудачной, но не по её вине, а вследствие измены Осипа Абрамовича Ганнибала.
Обратимся к записи воспоминаний Ольги Павлищевой: «Няня сестры Арина Родионовна, воспетая поэтом, сделалась нянею для брата, хотя за ним ходила другая, по имени Улиана... В 1805 году родился Лев Сергеевич, и Арине Родионовне поручено было ходить за ним: так она сделалась общею няней. Была она настоящею представительницею русских нянь; мастерски говорила сказки, знала народные поверья и сыпала пословицами, поговорками».

Именно с Ульяной связан эпизод встречи годовалого Пушкина с Павлом I в Юсуповском саду в Петербурге, когда император выговорил няне за то, что она не сняла с малыша картуз. Было это в 1800 г., маленькому Саше был всего 1 год. Ульяна гуляла с трёхлетним Александром в Юсуповом саду во время землетрясения в октябре 1802 года, которое ребёнок запомнил.

Примечание: не стыкуется, что Пушкин родился в Москве, но гуляли в Петербурге, причем дважды; нам это не важно, но истина важнее. Пушкинистам надо работать, уточнять. Возможно, приезжали в гости. Юсуповский сад действительно находится на Фонтанке в Петербурге, основан в 1730 году. Так огрехи передаются по поколениям пушкинистов. В одной статье об этом два предложения: в одном - Петербург, во втором - московский сад. Простому читателю нужна ясность: здесь то-то, там - то-то, или: это неизвестно. Но биографы всегда говорят уверенно.

После няни Ульяны за Александром смотрел дядька Никита Тимофеевич Козлов, грамотный дворовый мужик, который был сказителем, как и Арина Родионовна. Одна из его тетрадей с балладой, сочиненной на основе сказок о Соловье-разбойнике, богатыре Еруслане Лазаревиче и царевне Миликтрисе, хранилась в семье Ольги Сергеевны Павлищевой и была утеряна в 1851 году при её  переезде в Варшаву.
Среди учителей отрока Пушкина было два образованных священника, выпускника Московской духовной академии: Алексей Иванович Богданов и Александр Иванович Беликов. Они преподавали юному поэту и его сестре не только Закон Божий, но еще русский язык и арифметику».

Все окружение играло роль в воспитании маленького Пушкина, поэтому сказать, что первым был французский язык нельзя. Ульяна, 30-летняя крепостная женщина, знала только простой русский язык. Версия о первичности французского языка отпадает.

Теперь о гувернерах-учителях отдельно. Данные из статьи «Сожженная поэма. или Три гувернера Пушкина», автор: Сергей Лебедев (Учительская газета, №20 от 18 мая 2010).

«Когда Александру Пушкину исполнилось девять лет, к нему пригласили гувернером графа Монфора, француза-эмигранта.
Александру в обществе графа жилось довольно вольготно до одного происшествия. Случилось, что мальчик залез в библиотеку к отцу и начал читать Вольтера, с томиком которого его застал гувернер. Вечером за ужином, когда Александр был уже в постели, граф поведал о его поступке родителям. Сергей Львович лишь пожал плечами. Тогда француз напомнил русскому аристократу, что этот сочинитель подготовил революцию во Франции – и вообще - не следовало бы мальчику брать книги из библиотеки без спроса. Хотя Сергей Львович не был поклонником Вольтера, однако отчего-то вдруг пустился его защищать.
– Вы якобинец, мсье, – сказал граф по-французски.
– А вы шут! – отрезал, вскакивая из-за стола, побледневший Сергей Львович.
Участь графа Монфора была решена». Уволили.

Вывод: Пушкину было 9-10 лет, когда он читал Вольтера в подлиннике. Следовательно, он уже знал французский язык.
Следующий гувернер.

«Новый наставник, иезуит мсье Русло, тщательно следил за каждым шагом Александра и надоедал воспитаннику длинными нравоучениями. Мсье Русло любил писать стихи: длинные, поучительного содержания. Написал толстую тетрадь стихов – глубокую поэму «О воспитании» и вручил ее барину. Сергей Львович поэму продержал три месяца, но мнения своего так и не высказал.
Иезуит проведал, что его воспитанник занимается стихотворством. Пушкин писал первую поэму, названную по имени главного героя «Толиадой». Действие происходило при дворе французского короля Дагобера из династии Меровингов: карлик короля Толи пылко влюблен в прекрасную карлицу Нитуш. У него соперник, тоже карлик, коварный Матюрен, который постоянно клевещет на него, стараясь очернить того в глазах возлюбленной. Толи вызывает клеветника на единоборство. Смотреть на поединок карликов собирается весь двор…
Мальчик, улыбаясь, дописывал на уроке арифметики как раз шестую песнь поэмы, где противники выезжают на арену на ослах.

Отец Беликов, преподававший арифметику, стучал мелом по доске, приступая к делению дробей. Сестра Оленька, как всегда, прилежно записывала его выкладки. А гувернантка мисс Бэли, сидевшая у окна, давно наблюдала за Александром и, подойдя к мальчику, вырвала у него тетрадь.
В эту же минуту в дверях показался иезуит, которому та вручила тетрадь. Русло, перелистывая страницы тетради, кривил рот, придирался к каждому выражению.
Наконец иезуит с презрением сунул ему тетрадь:
– Читайте сами, только громко, ваше произведение!
Александр с размаху бросил тетрадь в раскрытую печь, прямо в огонь. Закрыв лицо, весь в слезах, мальчик убежал в коридор.

Автор сожженной «Толиады» горько плакал на сундуке в коридоре. Меж тем мсье Русло рассказал о дерзком поведении родителям.
Сергей Львович был горд сыном, интересовался содержанием поэмы и выражал сожаление, что она сожжена. После истории с «Толиадой» иезуит прекратил свои нотации. Вскоре и он исчез».

Из этого отрывка понятно, что речь шла в поэме о Франции, но на каком языке было написано, не ясно. Теперь - третий гувернер.

«Третий гувернер, мсье Шедель, оказался проходимцем и пробыл в доме короткое время, поскольку был вскоре разоблачен барином. Француз был вежлив, добродушен, с мальчиком обращался удивительно мягко и предоставлял ему достаточно свободы. Имел прекрасные рекомендации, но Александр заметил, что француз не особенно тверд в науках: латынью не занимался, а французскую грамматику задавал по книжке. Мсье Шеделя уволили».

Мы познакомились с тремя гувернерами. Третий был просто француз. Второй, иезуит, был самолюбивым поэтом. Первый, граф,  был чересчур образованным человеком, стал учить хозяина. Но к его появлению Пушкин читал самостоятельно Вольтера – в 9 лет. Благодаря ему мы это узнали. Кто обучал Пушкина до девяти лет, неизвестно. Были гувернантки, они могли знать французский язык. Думаю, родители, которые изъяснялись на простом французском языке, тоже, не задумываясь, в обычном общении, давали ребенку понимание языка. Разговорному он обучался в общении родителей и гувернанток, письменность освоил самостоятельно, наверняка, с помощью окружающих, Он усваивал одновременно два языка, память полиглота у него была в генах. Понятно, что дядя его, поэт, литератор, Василий Львович, тоже помогал в этом.

Почему я сделал такой вывод. Для дам язык был нужен, в основном, для прочтения романов, которые поступали из Франции, на русском их фактически не было. Мужчины обучались в общении между собой и с французами-гувернерами. Дворяне знали простой французский язык, необходимый для общения, так как были обучены простыми французами.
До Отечественной войны было много французов-эмигрантов, бежавших от революции. Бежали разные сословия, потому что революционный террор затрагивал всех. Отец Пушкина не дал возможности графу-эмигранту довести до сознания ученика, что революция – плохо. Поэтому изысканный французский язык прошел мимо ушей Пушкина.

Мы делаем вывод. Гувернеры не могли дать Пушкину правильный, литературный, французский язык. Все они были выходцами из 18-го века, когда в детстве обучались языку, все они не были педагогами, не были дворянами (кроме графа-эмигранта).
Родители Пушкина знали простой французский язык, сами этого не подозревая. Гениальная память Пушкина усваивала французский язык из окружающей среды, как родной, со всеми его недостатками простоты. (Как пример: у нас грамотный человек спросит: «Чего сказал?» или «Что сказал?», а полуграмотный, простой: «Чаво сказал?»).
Язык состоит из таких мелочей; из грубых слов, близких к мату, употребляемых в низших слоях общества; гувернеры-солдаты вполне могли их употреблять.

Обучение французскому языку в Лицее было качественное, но, как мы знаем, оценка Пушкина не была лучшей. Я предполагал раньше, что это было связано с поведением на уроках: мол, Пушкин и так его хорошо знал, не зря же получил прозвище Француз. Учить языку, который усвоил уже в детстве, означает переучивать. А этого Пушкин не мог допустить, настолько много книг уже прочел в подлинниках, сам писал пьесы и стихи на этом языке.
Два языка у него заменяли правую и левую руку. Они были равноценны. Если русский он мог развивать на лицейских занятиях, так как ощущал его вторичным, а себя русским - им двигало «русскость» и раннее желание быть великим творцом - то французский – именно в лицее – отступил перед ним на второй план.

Вот выпускные оценки:
«Во французском языке. Стал прилежнее и успехи постоянные. 2-й ученик.
В немецком языке. При всей остроте и памяти нимало не успевает.
По немецкой и французской словесности. Худые успехи, без способностей, без прилежания и охоты, испорченного воспитания».
Возможно, в оценке по словесности  сказалась простота французского языка у Пушкина, усвоенная в детстве.

Таким образом, на основании данных, имеющихся на сегодня, о раннем детстве Пушкина, мы делаем логический вывод, что Пушкин усвоил до Лицея простой – разговорный -  французский язык, как родной, который Лицей не смог исправить.
Напомню мнение Мериме (начало раздела): «Я нахожу, что фраза Пушкина совершенно французская фраза, т. е. французская фраза XVIII века, потому что нынче разучились писать просто».
Преподаватель французского   на филологическом факультете «удивился, насколько язык оригинала Дюма (на примере романа «Три мушкетера») грубее и проще по сравнению с привычным русскому читателю языком и стилем перевода. В сравнении, например, с оригиналом Бальзака, где язык и стиль более литературны».
Эта фраза непредвзята, взята из обычного общения, опубликована на форуме студентов-филологов в процессе обучения, где не может быть ложных фактов.
Поэтому мы учитываем схожесть французского языка в письменных источниках Пушкина и произведениях Дюма.

На основании этого ставим улику-ген: Французский язык.

Вспомним доклад «Детство Пушкина»: «Пушкин в раннем детстве был полным и неуклюжим… своею неповоротливостью, происходившею от тучности тела…». В разных источниках упоминается тучность маленького Пушкина; некоторые с этим связывают суровость его матери, которая его гоняла, чтобы бегал. Это правильно: закладывала привычку к движению.

Внешность Дюма описывают в разных источниках: огромного или гигантского роста, чуть ли не в два метра; кто первый сказал, неизвестно, с годами начинаются повторы – каждый умеющий писать хочет, видимо, приобщиться к великому. Однако на фото мы видим человека среднего роста или даже ниже среднего роста, но крупного в объеме, не ожиревшего, но имеющего массу мышц, то есть, подвижного, но не поджарого, какими бывают спортсмены-бегуны. Не зря в одном фельетоне о нем было сказано, как о  фельдфебеле. Помните, я разбирал в разделе «Рост фельдфебеля» в пятой главе?
Если мы сравним конституцию Дюма в 50-60-е годы 19-го века и тучность маленького Пушкина до 7-8 лет, когда он стал носиться по тропинкам имения бабушки в Захарово, то мы можем выстроить аналогию. Видимо, в генах Пушкина было заложено это качество организма: склонность к полноте. Физическими движениями Пушкин убрал этот «недостаток».
Аналогию выстроили, но улик-генов ставить не будем.

Так же есть еще особенность: Пушкин в первый год жизни был светловолос, белобрысый; Дюма в «Мемуарах» упоминает, что родился белобрысым, а потом волосы потемнели.

Поле для поисков похоже на марафонскую дистанцию: беги потихонечку, не торопясь, и на пути подбирай улики, как один марафонец на моих глазах подбирал купюры, вылетавшие из открытых окон машин. Главная задача: понять, почему рост был разным. А он был все-таки разным, но уж не два метра. Также могли горе-биографы сказать: 2,5 метра. Если бы он был двухметровый, то в газетах того времени обязательно это выразилось бы в фельетонах, но шаржи, которые отражают и выпячивают недостатки, показывают Дюма округлым, а не высоким. Имеем факт, что Дюма был крупнее Пушкина и в росте. Почему?


Список улик-генов за 36 глав:

А. «Анжель». Андре Шенье. Апеллес. Анахорет. Атеизм. Аглая-Адель. Альбом. Айвенго. Аи. Аббат.  Альфред де Мюссе. Академик. Аневризма.   13
Б. Боже, царя храни. Бильярд. Бестужев-Марлинский. Бокс. Бородино. Беклемишев. Ботвинья.   7
В. Вольтер. Вергилий. Воспитанность. Великан. Валаам. Витт. Воронцов. Волшебный сон. Вяземский. Вязёмы.      10
Г. Ганнибал. Гримо. Газеты. Гораций. 4
Д. Дева из Тавриды. Дуэль-шутка. Дон-Жуан и Командор. Двойная дуэль. Делавинь. 5
Е. Ермолов.   1
Ж. Жанна  д'Арк. Жан Сбогар.   2
З. Золотые рудники. Занд. Заяц. Зизи.    4
К. Костюшко. Картошка. 0,5 «Каратыгины». Кулинария. Калмычка. Казнить нельзя помиловать. Казаки. Кавказ.   7,5
Л. Лермонтов. Лестница. Лукулл. Лимонад. Латинизмы.  5   
М. Морошка. Магнетизм. Молчание.   3
Н. «Нельская башня». Ножка. Наполеон.  Нарышкин.   4   
П. Полина. Письмо военному министру.  Пороки. Подпись-перстень. Письма Пушкина и Дюма. Пальма. Пленные французы. Помпеи. Поэт.   9   
Р. Русалочка. Руссо.  2
С. Суворов. Сталь. Сан-Доминго. Снежная пустыня. Скопцы.  Сказочник. Стул. Стерлядь и судак.    8
Т. Трость. Тучков. Троица. Тбилисские бани. 4
Ф. Фон-Фок. Фехтование. Французский язык.    3
Х. Ходьба голышом.  1
Ц. Цыганы.  1
Ч. Черный человек.  1
Ш. Шахматы. Шашлык.  Шекспир.   3
Я. Язык цветов.  1

Формула ДНКФ: (13)А(7)Б(10)В(4)Г(5)Д(1)Е(2) Ж(4)З(7,5)К(5)Л + (3)М(4)Н(9)П(2)Р(8)С(4)Т + (3)Ф(1)Х(1)Ц(1)Ч(3)Ш(1)Я = 98,5

(О ДНКФ см. главы 4, 15 и 30)
Оглавление (см. главы 1 и 30)

Анти-улики:
1. «Деятельность Дюма до 1837 года»: ДП1
2. «Рост»: ДП2
3. «Письмо Жуковского»: ДП3
4. «Каратыгины»: ДП4 (0,5).

Вероятность события:  98,5+3,5=102; 98,5 делим на 102, умножаем на 100 = 96,56%.

Для заключения достоверности ДНКФ необходимо иметь 99%, однако мы прекращаем поиски новых ген «днкф» в связи с окончанием зимы.
В следующей главе мы обобщим наше расследование по главам.

Продолжение следует не завтра

Здесь глава 1: http://proza.ru/2025/12/29/1479