Новые приключения. Древний Египет

После встречи с Борисом Николаевичем Алексей Павлович долго не мог прийти в себя. Девяностые годы, Красная площадь, усталый президент с кошкой на коленях в тесном вагончике — всё это казалось сном. Но Белка, довольно мурлычащая на диване, напоминала: всё было наяву.

Прошёл месяц. Наступило лето. Алексей Павлович взял отпуск и собирался было поехать на дачу, но Белка смотрела на него такими глазами, что он понял: дача подождёт.

— Ну что, Белка, — спросил он однажды утром, допивая кофе. — Куда на этот раз? Может, в будущее заглянем? Или в Средневековье?

Белка загадочно посмотрела на него, спрыгнула с подоконника и направилась в спальню. Алексей Павлович пошёл за ней. Кошка запрыгнула на книжную полку и лапкой сдвинула с места тяжёлый том «Всеобщая история искусств». За ним оказалась небольшая деревянная статуэтка — фигурка кошки, очень старая, с позеленевшими от времени глазами.

— Откуда это у нас? — удивился Алексей Павлович. — Я и не знал, что у нас есть египетская кошка.

Статуэтка была покрыта тонкими иероглифами, а вокруг её шеи обвивалась знакомая золотая нитка.

— Египет? — догадался Алексей Павлович. — Ты хочешь в Древний Египет, Белка?

Кошка мурлыкнула довольно и взяла нитку в зубы.

— Ну что ж, — вздохнул Алексей Павлович. — Где наша не пропадала. Только обещай, что мы не попадём к какому-нибудь фараону, который захочет нас мумифицировать.

Белка дёрнула нитку, статуэтка вспыхнула золотым светом, и комната завертелась в знакомом вихре.

Когда движение остановилось, Алексей Павлович понял, что стоит по колено в... песке. Горячем, жёлтом, бескрайнем. Солнце палило немилосердно, воздух дрожал от зноя, а вдалеке, на горизонте, виднелись три огромные пирамиды.

— Это ж надо, — прошептал Алексей Павлович. — Настоящие пирамиды. Новенькие, только что построенные. Даже обветриться не успели.

Белка сидела у его ног и смотрела на пирамиды с таким видом, словно всю жизнь только и делала, что гуляла по Египту. Её чёрная шерсть на ярком солнце отливала синевой, а зелёные глаза сияли, как два изумруда.

Вдруг откуда-то сбоку послышались голоса, топот множества ног, звон металла. Алексей Павлович обернулся и обмер: прямо на них двигалась процессия. Впереди шли воины с копьями и в золотых нагрудниках, за ними — жрецы в длинных белых одеждах, а в центре, на богато украшенных носилках, которые несли рослые рабы, восседал человек в короне — высокой, белой, с красными вставками.

— Фараон, — выдохнул Алексей Павлович. — Белка, это фараон! Бежим!

Но Белка и не думала бежать. Она гордо подняла хвост трубой и шагнула навстречу процессии.

— Белка, назад! — закричал Алексей Павлович, но было поздно.

Воины окружили их, наставив копья. Жрецы зашептались, указывая на Белку пальцами. А фараон — молодой человек с умными, живыми глазами — приказал остановить носилки и спуститься.

— Кто Вы такие? — спросил он на древнем языке, который Алексей Павлович, к своему удивлению, вдруг начал понимать. — Откуда у Вас эта священная кошка?

— Священная? — переспросил Алексей Павлович.

— Ты что, не знаешь? — фараон подошёл ближе, разглядывая Белку. — Чёрная кошка с зелёными глазами — посланница богини Бастет. Сама богиня плодородия, радости и домашнего очага. Таких кошек почитают во всём Египте. А эта... — он всмотрелся в Белку внимательнее. — Эта особенная. В её глазах я вижу свет многих времён.

Белка моргнула, и фараон, ничуть не смущаясь своего высокого положения, опустился перед ней на колено.

— О, великая, — сказал он. — Ты пришла к нам. Это великая честь.

Алексей Павлович стоял, открыв рот. Его Белка, которая дома воровала сосиски со стола и спала на подушке, — посланница богини?

Жрецы засуетились, принесли золотой поднос, расшитое покрывало, драгоценное ожерелье. Белка позволила водрузить себя на поднос, надеть ожерелье и с достоинством, словно так и надо, возлечь на покрывало.

— Тебя тоже приглашаю, — сказал фараон Алексею Павловичу. — Ты, видно, хранитель священной кошки. Пойдём во дворец.

И они пошли. Через песок, мимо пирамид, к великому городу, который раскинулся на берегу Нила. Алексей Павлович шёл, окружённый воинами, и чувствовал себя полным дураком в своих лёгких летних брюках и футболке. Но все вокруг смотрели только на Белку, которая важно возлежала на золотом подносе и щурилась от удовольствия.

Во дворце было прохладно и пахло благовониями. Белку уложили на подушки в центре тронного зала, а фараон усадил Алексея Павловича рядом с собой и велел принести угощение.

— Рассказывай, хранитель, — сказал фараон, жуя инжир. — Откуда Вы пришли? Из какого времени?

— Из очень далёкого, — осторожно ответил Алексей Павлович. — Через много-много тысяч лет после тебя.

— Тысяч лет? — фараон присвистнул. — А пирамиды мои стоят?

— Стоят, — улыбнулся Алексей Павлович. — И ещё тысячелетия простоят. Люди со всего мира приезжают на них смотреть.

Фараон довольно улыбнулся и откинулся на спинку трона.

— Хорошо. Значит, не зря старались. А что там, в будущем? Кошек тоже почитают?

Алексей Павлович задумался. Как объяснить древнему фараону, что в будущем кошек любят, но не как богинь, а как домашних любимцев? Что их гладят, кормят, снимают про них видео и выкладывают в интернет?

— По-разному, — сказал он наконец. — Но любят. Очень любят. Особенно чёрных.

В это время в зал вошла высокая женщина в роскошных одеждах. Это была царица, жена фараона. Увидев Белку, она всплеснула руками и подбежала к ней:

— Ах, какая красота! Какая шёрстка! Какие глазки! Можно её погладить?

— Осторожно, — предупредил фараон. — Это же посланница богини.

Но царица уже гладила Белку, и та мурлыкала так громко, что в зале задрожали золотые чаши на столах.

— Она мурлычет! — удивилась царица. — Как обычная кошка!

— Богиня является в разных обличиях, — важно сказал верховный жрец, который стоял рядом. — Иногда она принимает облик обычной кошки, чтобы быть ближе к людям.

Белка взглянула на жреца с явным одобрением: мол, правильно говоришь, так и надо.

Царица тут же приказала принести самые лучшие рыбные блюда, самые мягкие подушки и самую красивую музыку для священной кошки. Белка возлежала на подушках, ела рыбу, которую ей подавали на золотых тарелочках, и слушала игру на арфах. Алексей Павлович сидел рядом и тоже не жаловался — его угощали лепёшками, фруктами и сладким вином.

Вечером, когда солнце село за пирамиды и на небе зажглись первые звёзды, фараон отвёл Алексея Павловича в сторону.

— Спасибо тебе, хранитель, — сказал он серьёзно. — Ты принёс нам великую радость. Сама Бастет посетила наш дом. Это добрый знак. Будет хороший урожай, будет мир в стране.

— Рад, что так вышло, — искренне ответил Алексей Павлович.

— Возьми это на память, — фараон протянул ему небольшой золотой амулет в виде кошки. — Пусть он хранит тебя в твоём времени. И береги Её.

Алексей Павлович спрятал амулет в карман.

Белка, почувствовав, что пора, спрыгнула с подушек, подошла к Алексею Павловичу и взяла в зубы золотую нитку, которая всё это время была незаметно спрятана у неё в ожерелье.

— Прощайте, великий фараон, — поклонился Алексей Павлович. — Прощай, царица. Спасибо за всё.

— Приходите ещё, — улыбнулась царица. — Мы всегда рады священной кошке.

Нитка сверкнула, дворец поплыл, и через мгновение они снова были дома. В своей уютной квартире, где за окном шумел привычный город, на столе остывал утренний кофе, а на полу валялась книга по истории искусств.

Алексей Павлович опустился в кресло. Белка запрыгнула к нему на колени, свернулась клубочком и замурлыкала.

— Белка, — прошептал Алексей Павлович, разглядывая золотой амулет в своей руке. — Ты была богиней. Настоящей египетской богиней. Тебе рыбу на золоте подавали, арфы для тебя играли, сам фараон перед тобой на колени встал.

Белка приоткрыла один глаз, довольно мурлыкнула и снова закрыла. Для неё, великой путешественницы во времени, это был просто очередной удачный вечер. Хотя рыба и правда была вкусная.

А на книжной полке, рядом со статуэткой древнеегипетской кошки, тихонько светилась золотая нитка. Она ждала нового приключения — в любую эпоху, в любую страну, куда позовёт кошачье сердце и куда захочет отправиться Алексей Павлович вместе со своей удивительной кошкой.