Недописанная повесть о бизумии

 Поток сознания. Игра в бисер. Игра со смертью. В шахматы или в поддавки или в дурака. Проигравший прыгает с моста в серную кислоту. Я пишу книгу не о психиатрии, а использую психиатрический материал для художественного развития этой темы.
Как трудно начинать этот путь. И как хочется поскорее его закончить. Был Саша Соколов и Венедикт Ерофеев. Почти — что Корифеев. У них была какая-то эрудиция. При нынешнем развитии Интернета эрудитом можно считать каждого кто может пользоваться википедией. Вот только как он понимает то что там написано?

Какая -то очередная зима. Мы идем, что символично, на помойку. Вспоминаем кто когда курил траву в последний раз. Иной раз лучше прослыть наркоманом, чем душевнобольным.
Я не боюсь этого слова, потому что я сохранный. Лучший стиль это наверно поток сознания. Поток образов из совершенно аскетичной серой жизни там.
Еще есть жизнь здесь. Но в рамках данной работы, я хотел бы оставить ее за скобками. Родился, учился, работал, жил а потом первый психоз и началась новая жизнь.

Но ведь возможно нужна дилогия. Чем я могу оттенить психиатрическую жизнь? Может быть сказками о культуре и искусстве, музыке и политики?
Возможно, но я не искусствовед, совсем не искусствовед, я художник в общем смысле этого слова. Продолжаю учиться в институте жизни. Параллельная вселенная с концентрацией внимания на звук дождя, или падающий снег за окном. То к чему стремятся буддисты, при психиатрической болезни дается оптом и даром. Например пустота.
Гойя вошел в тюрьму и подумал а здесь не так уж и плохо. Посижу в кандалах пережду а потом опять к станку, писать картины. А маркиз Де Сад уже давно там, он уже умер но продолжает там жить. Почему я не умер. Почему я тут сижу в кандалах, когда есть такой уютный стол, бумага и ручка?
Одной из любимых мною историй в детстве была Алиса в стране чудес. Но Алиса повзрослела, и я тоже повзрослел, куда то не в ту сторону.
По ту сторону добра и зла у нас в отделении был только Слава Б.

Русские дервиши и юродивые, вам повезло со страной. Хорошо что Россия не Америка. Главное родится в России и молить Бога о чем нибудь. Поддерживать разговор из последних сил, говорить хоть что-то. Как балаболка и пустомеля.
Ты просто говори Жень, пиши, экспериментируй. Когда есть что сказать надо говорить. Но это скорее вопрос. Кто я такой чтобы говорить? Какую степень универсальности я могу придать этому рассказу? Вопросов тут наверное будет тоже очень много.

Но обо всем по порядку, как пишут в некоторых книгах. На этом можно просто перестать печатать, включить музыку и как- всегда отвлечься. А можно продолжить, и по порядку мне писать очень трудно, но спасибо Джойсу что он придумал поток сознания. Раньше он выходил у меня лучше, а со временем я стал больше думать прежде чем писать или говорить.

А что если иногда просто говорить с собой? Об искусстве, о политике и когда совсем нечего сказать, порадоваться и обсудить погоду. Сейчас начало осени. Период длинных дождей и северных ветров. И я нахожусь в центре своего уютного ада, понимая что нигде меня не ждут и нет такого дела, которое я просто обязан сделать, где-то вовне.

Найти женщину? Заработать миллион? Сняться в кино или что-то еще в этом роде. МЮ меня спросил — вот ты приедешь домой и что будешь делать? Если не выпью пива по дороге то буду заниматься хоббями. Все что не знает куда деться это современный человек. Вернее немного не так — современный человек это то что не знает куда ему деться. Но большинство просто не парятся по этому поводу. Не ищут смысл жизни, не решают вопроса быть или не быть. Да вы батенька философ … возможно, что и так.

Я не знаю куда я выйду благодаря этой простой процедуре щелканья по клавишам. Я давно уже не говорил ни с кем о чем-нибудь интересном. Молчание — золото? Не буду спорить. И почему же тогда большинство не молчит. Электрический пес не занят вопросом как и зачем ему жить.

Или вот БГ — брахман русского рока. Долгожитель и маэстро. Все поет о легкости бытия, о невыносимой легкости бытия. Может быть мне придумывать диалоги? Ввести в ткань какое-нибудь альтер эго, демона или голоса.

Голоса говорили разные вещи. Видимо мой мозг их и создавал. Я умею очень хорошо прогнозировать чужие мысли и мнения. Театр ума, где я являюсь и режиссером и загнанным актером и уставшим зрителем.

Но сейчас у меня скучная ремиссия. Публиковать это сразу я не хочу. Пускай этот текст живет параллельно, пускай опять будет обострение (или не будет). Книги не пишутся за два дня … а эта идея жила со мной уже давно и я все не знал как к ней подступиться.

Давать советы, учить жить просто смешно. Жизнь почему то все висела на волоске, и никогда не было скучно. В каждый период жизни калейдоскоп по разному крутился, представляя все в новом свете. Пусть будет просто поток сознания с лирическими, может быть логическими отступлениями. Я вижу своими предшественниками много людей, я пишу потому-что я что-то уже читал за свою жизнь и мне всегда хотелось писать.

Высшего образования у меня нет, есть только незаконченное техническое. Но разве не каждый человек умеет говорить, хотя говорят часто какую-то чушь, а если берутся за сложные материи то это бывает смешно. Ну и пусть смешно, может быть кому-то будет интересно следить за моей мыслью.

Как пишутся книги, как рассказываются истории? Я не мастер дискурсивного линейного творчество, я привык что в картине я имею доступ ко всем углам холста или картона, а тут надо выдавливать текст постепенно.

Но задачи у меня никакой нет. Тема, если вы все еще помните о чем я, непопулярна. Во мне борется болезнь и ум. И может сложиться впечатление что я ни о чем другом не могу думать. Ну я бы мог рассказывать о неудачной любви или полетах в космос или просто писать фантастику. Но мне это неинтересно, и найдутся другие люди, которые сделают это лучше.

Воспоминания, фантазии, систематизация. Когда просто живешь все это носит автоматический характер, а когда ты застрял на одном месте, в центре уютного ада, приходится обращаться к памяти, потому -что конструировать будущее взяв за основу идею книги я не хочу. Христос сказал что надо жить одним днем, а Цой ничего не планировал дальше одного дня.

Хотя я часто думаю о будущем. Я перепробовал много возможностей, практические мысли здесь не будут не первом плане. Мне нравятся абстракции, отвлечения. Задумайтесь кто вы в этом потоке жизни.
Помедитируйте на тему пространства и времени, оглянитесь на прошлое и может что-то оттуда даст вам ответ на все вопросы, как в Тибете.

Я не могу ответить на все вопросы, даже самые важные, не потому что я считаю себя лузером, а просто потому что все вопросы одинаковы и на сумасшедшие вопросы ответа вообще ни у кого нет.

Интересно ли вам узнать что-то о мне? У меня задача просто набрать текст  , размером с повесть или роман. Размышления вслух, не больше. Тренировка ума, с приоткрытой дверцей на творческую кухню.

Обычно пишут про до и после. Дают советы, жалуются. Но никакой шкалы сумасшествия не существует чтобы определить на каком уровне находится определенный человек, в определенном месте.

До было обычно, а после было интересно, хотя лучше бы этого просто не знать.   
Сегодня 3 сентября 19 года.
Да, возможно эта работа будет чем-то вроде живого дневника, и я не знаю когда я остановлюсь, просто эксперимент на основе какого-то отрезка времени, наверно я пойму когда следуют остановиться.
У Кафки большинство романов недописанные.

К кому я обращаюсь своим словом? В книгах обычно пишут что написано это для специалистов и интересующихся. Всегда бывает несколько монад, несколько, зачастую полярных, позиций для освещения той или иной темы.

Я понял что сильно завишу от мнения других людей, что это мнение буквально конструирует меня, и мой собственный голос и мнение зачастую слабее уверенного внушения. НО мне интересно есть ли у меня такое ядро, которое не покоробишь никаким чужим словом? В этой области я далеко не неофит, мой стаж уже примерно 20 лет, как у хорошей рок-группы.

Но память лучше помнит плохое. Я думаю что можно от этого избавляться когда пишешь об этом, но это может повредить моей репутации. Меня это практически не заботит потому что сейчас я не принадлежу никакой юрисдикции, где мои слова могут быть восприняты в штыки.

Много людей пишут свои мнения, говорят их и совсем ни о чем не опасаются. Возможно что кто-то из моих прошлых или будущих знакомых прочтет эту работу и станет ко мне после этого по другому относиться. Ну да в отделении при попадании в больницу ты опять никто, манкурт, пациент и далеко ни Солженицын или Губерман.
Я все-таки считаю что рассказ должен быть честным. Хотя говорить про других плохое бывает некрасиво или даже не этично. Попробую найти баланс со своей злостью, совестью, памятью и тп.

Я не знаю что получится. Плана у меня нет. Я буду ориентироваться только на количество страниц. Пусть жизнь бросит кости и это будет в своем роде фотография данного момента размазанного на определенное количество страниц. Когда я читаю книги в планшете то 500 страниц текста считаю что многовато, а 200 — 300 оптимально.

Фуко написал толстую книгу, я никак ее не дочитаю. Но у меня масштаб другой, просто мне интересно писать, это все-таки напоминает хоть какое- то дело.

Попробую изменять или переписывать что-то по минимуму. Может быть я просто не умею нормально писать? А вдобавок и думать? Скажу на это -ха   ха. Вот Гаршин был душевнобольным, а писал как нормальный, может быть благодаря этому его рассказы и дошли до наших дней.

А у меня я планирую рваный текст, переход от одной темы к другой. Я планирую все свалить в кучу ориентируясь на такие понятия как поток сознания и игра в бисер.

1.

Итак, опять началось. Сажусь в позу лотоса. Я уже накупил кучу книг по гипнозу, магии и восточному мистицизму. Делаю выдох — все прошло, я выхожу из ворот псих больницы. Делаю вдох, нет я опять на месте. Еще надо контрольную по электронике написать, а дозиметрию я уже сдал на пять. Подошел к преподавателю спросил что такое магнитное поле, а он сказал — а хрен его знает. Я пролежал три дня на кровати стараясь переварить всю страшную информацию которую я понял. Потом поднялся и поехал в техникум. НА спрашивает а что вы читаете? - Ницше. Папа мне подарил двухтомник Ницше. Мне кажется сейчас что у Ницше просто нечего читать.

Зима. Сессия закончилась, осталось несколько хвостов, я даже чертеж нарисовал от руки, а художке я обучался, рисовал учебные рисунки, поэтому чертеж выглядит вполне прилично, но препод сказал что это халтура, и поставил тройку. А по философии мне, великому философу тоже поставили тройку. Странно но множество философских текстов мне кажутся вполне понятными, над ними интересно ломать голову в отличии от физики и математики.

Так вы математик. Да, я езжу много, самое главное при верховой езде это держать чувство равновесия. Ваня объясняет мне что то про дизайн, а я его переспрашиваю ты имеешь в виду дазайн, а он смеется. Третьекурсник философ. Если человек долго варится в чем-то он обязательно будет смеяться. Если художника спросить про Вермера или Сезанна картина будет та-же самое. Снобизм что-ли какой-то. Странно в наш век информации, поговорить о чем-то сложном в остром просто не с кем. Что лучше — загадка — три года читать Критику чистого разума или три года листать самопальные блоги?

Что будешь делать на пенсии? Писать может быть. Он сможет, я уверен … а об этом всем не хочешь написать — отрицательно мотает головой. Жень никто не будет читать чернуху. А как-же Бог? Вы верите в Бога? Я еще для себя этот вопрос не решил, я вообще сам являюсь богом. Полковник говорит а зачем тебе мой телефон. Вот звонят когда обострения. Нострадамусы и не очень. Бандюки держатся особняком. Я сотрудничал с администрацией, помогал как мог, мыл полы. Сейчас с сигаретами трудно, может быть все таки гуманизм хотя бы в этой области потом поменяется. У меня все время были сигареты, потому что я экономил. А были люди к которым вообще никто не приезжал. Такая система. Ты совершенно бемпомощен, закрыт и лишен возможности что то делать со своей жизнью. Если голова крякнутая то это обосновано, нельзя же человеку в таком состоянии что-то объяснить. Его надо сначала вылечить, поставить на ноги.

Я в обострении всегда хотел куда- то уехать, забарикадироваться. Мне интересно что бы со мной было если меня оставить совсем без таблеток.  Диагноз я свой знаю, но вам пока не скажу. А то вы будете это все предвзято читать, хотя я уже вижу что вы предвзято это читаете.   

Оно и понятно, святые и пророки, настоящие святые и пророки работают в других координатах. Но Иоанн Богослов в наши дни тоже скорей всего попал бы в психушку. Почему за 2000 лет не появилось ни одной новой религии? И чем Христос отличался от современных пророков. Сложная тема, и для верующих он Бог. И типа точка. А я был материалистом до первого психоза. А сейчас я думаю просто что какая-то более тонкая материя и невидимые стихии все таки есть. Хотя я не могу причислить себя к верующим. Читал много, в церковь ходил. Простая формула — что-то все-таки есть там. А вообще это философские вопросы и я люблю иногда ломать над ними голову. Неочевидные, непосильные для разума. Что есть бесконечность и тд. Почему то человек приняв ЛСД может это понимать или врет что понимает, но объяснить он это никому не может.


Продолжу я свое писательство на непопулярную, скользкую тему мою. Хочу сказать что лучше никому не говорить что у тебя есть диагноз, или ты болен.
Если есть такая возможность. Моя легкость относительно этого заключается в том что я пограничник. И моя неприятная особенность это то что меня можно загнать в психоз и иногда даже я этого сам хочу.

Обобщение заключается в том что быть психом неудобно, неприлично итд. Но есть люди которые не могут связать и двух слов, а есть которые могут написать новую симфонию. Кстати симфонии сейчас не пишут, остановились на Бетховене и Моцарте.

Да это именно разорванный поток и я даже наверное не буду это перечитывать пока не наберется 300 страниц. Какая тема, такое и изложение. Возможно что хорошо что я пока ничего не опубликовал. Были ведь и неприятные моменты и определенным людям может не понравится то, что о них написали. Но друзья мои, заранее прошу извинения и хочу сказать что я всех люблю, несмотря на какие-то неприятные ситуации. Писатель должен смотреть на все немного отстраненно, непредвзято и как-будто сверху. Писатель пишет для вечности, даже если рукопись или тираж можно смело швырнуть в огонь в отсутствии какой-то бы то не было ценности определенной работы.

Я прочел много чужих книг, но в памяти своей я почему-то всегда возвращаюсь к ФМ Достоевскому. Были какие-то лихие переводы Велша, Паланника, Берроуза, но в памяти остаются экшены Достоевского. При чем он написал много философских размышлений раскиданных в его романах. Но я философию запоминаю плохо, несмотря на то что я ее понимаю, когда читаю.

Стул есть месть, месть есть шар, шар невозможно съесть. Такие директивы, данные с позиции Канта мне тоже сложно понять. Легко объявить что-то чушью, если ты этого не понимаешь. Значит должна быть какая-то референтная база, как у алкоголиков выпивших одинаковое количество спиртного. К сожалению не все понимают, а если еще знают что ты псих, то и не трудятся понять. Бывает обидно. Это как спор идиотов с дебилами. Каждый сидит на своей колокольне и считает полезным и правильным именно то, что ему полезно и правильно. Впрочем я впадаю в скучную рефлексию, которую неинтересно будет читать. Ну и пускай, отбросят текст и ладно. Я тут как психиатрический графоман имеющий цель написать буквы на 300 страниц. А что сюда попадает зависит от моего случайного настроения и от состояния моего ума. Эту книжку в таком стиле можно писать хоть целую жизнь как и Кому на Руси жить хорошо Некрасова. Каких-то сложных истин я не открою. Тут нечего красть, кроме пафоса говорящего человека. Возможно мои ошибки, если такие есть кого-то наоборот могут порадовать — о все таки псих! Странно, но эрудиция вещь такая немного опасная в мире алюминиевых огурцов.

А что у нас на повестке дня в нормальном мире? О, это даже вообразить трудно. Это трудно перечислить и не всегда хочется об этом думать. Если просто пофантазировать — отпуск на море, ведро денег, новая машина, подруга жизни без весла, лодка на пруду с веслами. Мне кажется что самое интересное это жить, прыгнуть в поток, озаботиться реальностью, а не сидеть в четырех стенах сочиняя книги о шизофрении. Ну а мне по кайфу, я много где и с чем обломался, сейчас вот просто тешу свое эго буквами.

Мир огромен, разнообразен, хотя есть мнение что кто-то постоянно расшатывает этот мир, кто-то желает погибели всем и вся. Если описывать то время в котором я сейчас живу, то понадобится отдельная книга. Энцеклопедизмом я не страдаю поэтому такую книгу я писать не хочу. Кара Мурза написал большую книгу о СССР, и это здорово, я бы так не написал и не замахнулся-бы никогда на такую задачу. Мне ни много ни мало лет, живу в России, пару раз был за границей, а сейчас мне интересен черный ящик моего мозга, ну может быть еще тех черепов которые периодически летают рядом. Если это касается родственников то надо обязательно смягчить черепа на лица и головы, руки и тела.

Возможно это просто книга о книге. Вот я буду писать что хорошо бы упомянуть детство, главные стрессы, похвалиться ветряной молодостью, включить идеи Ленга или что то подобное. Не приступая собственно к книге. Что-то подобное я уже писал в бумажных черновиках. Мне кажется что я освобожусь от этой идеи, когда исчерпаю намеченный лимит букв, а потом возможно возьмусь за продолжение и напишу тоже самое прибавив цифру 2 к новому тексту.

Лучше бы шел работать … ты ведь завидуешь (тут я включил другой голос в повествование), ты ведь завидуешь нормальным людям. А что есть норма? Врачи считают что норма это легкая дебильность, а если в характере есть сложности то говорят о шизоидности, например. Переведенная через дорогу бабушка равносильна ценности этой книги. Никому наши книги не откроют глаза, не принесут выгоды … ну может быть развлекут и повеселят немного. Сумасшествие бывает смешным, может выглядеть смешным, а унифицированное большинство, сформированное интернетом не хочет оказаться героем сцен сумасшествия вокруг себя.

На самом деле я считаю каждого человека личностью. И я практически не встречал дураков за всю свою жизнь, может быть потому что я сам дурак и не умею отличить дурака от недурака. А я всегда боялся оперировать в реальности с живыми объектами, мне легче было совершать революции на листе бумаги, изобретая непонятные схемы и образы. А может быть это чертежи будущего, может быть кто-то что-то поймет в них. Я никогда не стремился к красоте в творчестве. В жизни — возможно. Женское тело я считаю самым красивым объектом в реальном мире (хотя смотря какое тело) а самое лучше в жизни это щенки. Улечься на пол среди кучи щенков и пусть они по тебе ползают.

А почему щенки а не дети? Сложная тема, детей я просто не потяну, и передавать неправильные гены не хочу. Грустно? Дамам с болезнью легче найти партнера по жизни, потому что для женщины слабость более простительна, а мужчина должен то, должен се, и несмотря на феминистические лозунги, это должен никуда не девается, даже в современной жизни. Манипуляции друзья мои, несправедливость, гонки крыс, бои петухов, ярмарка тщеславия. Впрочем негатив сливать не хочу, просто пришло на ум. Что вижу о том пою, что думается в голове о том и пишу. Без руля, без ветрил, как Летучий Голландец. Игра в бисер и смазанная фотография настоящего момента.

 2.

Входят два столетних деда, крепкие как дубы. Еще врач и он смеется — порчу то надо снять, у нас все и сделают. Дубы берут меня под руки и выводят. Я кричу — мама ты ведь знаешь правду! Мама плачет. Меня выводят к лифту, я худой как спичка, потом на мороз, без шапки по-моему. Будешь руками махать, наручники оденем, у нас в больнице хорошо кормят. Машина едет, я прощаюсь с районом. О если бы это было так. Сколько раз я радовался тому что выхожу из психоза, и сколько раз из-за трудностей жизни я мечтал о том чтобы никогда не выходить из стен больницы.
Это какой-то липкий страх. В приемке все улыбаются странными улыбочками. Первая госпитализация меня потрясла. Во вторую я тоже долго привыкал. Были еще и санаторки и врачи-гуманисты, которые вели со мной беседы. Набирался опыта. Участковый врач не любила меня класть в больницы, позволяла «насладиться» состоянием психоза.
Кто-то мечтает о духовном опыте, но с ним ничего не происходит. У меня это было бесплатно, и без наркотиков, но этот опыт … не знаю как сказать — бесполезен, не нужен. Пролечили, выпустили, а куда? В мир, которому я не нужен. К родственникам, для которых мои фокусы не нужны, обидны итд.
Где я, Господи? Уже в аду и хожу по мытарствам? Что-же в этом опыте было самое интересное? Я не желаю никому почувствовать это. Хотя если бы знали, то может быть относились немного по другому, как мы друг к другу в нашей сумасшедшей сангхе.

Этот запах, стены, решетки, холодные простыни, непонятные люди. Сейчас я слишком пристрастился к маленьким радостям жизни, чтобы вот так спокойно выделить на психоз два месяца. Почему нет других мест для психов. Были какие-то антипсихиатрические коммуны. Вероятно ничего лучшего не придумали. А есть еще государство, которое должно выделять деньги, пенсии. Зачем у вас испортились мозги, может быть у вас там черви ползают. Нет, я никогда не окажусь в такой ситуации, лучше компромиссы с жизнью чем вот такое вот существование.

Когда же прилетит тарелка? Когда придет Христос? Я же вроде пришел, а меня в психушку … а как-же мохито и две порции омлета? Трясучка от галоперидола, или оглущающе сонное состояние в котором нужно есть горячий борщ! Ну а что-же было бы если бы не существовало психиатрии и больниц? К шаманам бы пошел? Со всего бывш. СССРа везут людей лечиться в цивилизованные города. И получается унылое здание, несколько людей в белых халатах, таблетки, уколы, никто не интересуется ни содержанием бреда, ничем, отряд обломков в пижамах.

Но среди настоящих лунатиков я не был, и не знаю места, где происходит поедание людей заживо. Вокруг были в основном алкоголики, несколько наркоманов и очень мало настоящих лунатиков. Ваня мне сказал — хош чтобы тебя перевели в место, в котором тебе здешнее существование покажется курортом? Перспектива быть посаженным в холодную клетку меня никогда не манила. Я только думал сколько я еще могу выдержать, как освободиться, куда бежать. Но только реальность, дома, дороги, современный быстрый мир, а ты уже не с ним, ты уже не с людьми, поэтому будь любезен на прием к врачу, очередное запатентованное снадобье, вы ведь хорошо идете на препаратах, пара недель и все по-другому. А как-же стигматизация, как-же быть с теми, кто знает что ты болен.
Мне никогда не хотелось называть это болезнью. Социальная дисфункция может быть. Состояние души. Слово болезнь неочевидно, а именно этот статус отвоевала современная психиатрия у темных времен, когда были и костры и инквизиция, и кандалы и клетки.
Но об этом неинтересно. Полистайте учебники, почитайте Фуко … из сохранных психов не все пишут книги и рады рассказывать всем о своем психиатрическом опыте.

Мне с вами интересно говорить, говорит доктор Рагин пациенту, который играл мастера в экранизации романа Булгакова. Может быть мы все инопланетяне говорит Сергей С. Мне. А мне становится неприятно. Резонерство, упивание собственной исключительностью. А на деле выходят почти-что одинаковые ситуации, слова, деревья, мысли, жизнь.

3.

Я вот думаю назвать эту книгу Психоджаз. Почему психо понятно, а вот джаз если я не путаю это беседа. Сам стиль мне не очень нравится но бывает иногда настроение послушать джаз. Хотя атмосфера джаза очень далека от жизни вокруг меня. Тут в основном блэк метал подходит. Не стоит ли мне определиться с ориентациями относительно основных вопросов жизни? Мне часто присуща амбивалентность, и убеждения часто меняются, я сам и не знаю что находится у меня в ядре, как и не знаю как работает ядро операционной системы Линукс, хотя это наверно легче изучить, чем то как работает мозг или есть ли душа вообще.
Буддисты считают что души не существует а есть некоторый набор частиц, который после смерти человека комбинируется в другом порядке, что и определяет его будущее рождение.
Значит религия? Как вы относитесь к отцу Александру Меню? Хорошо, нормально. А мне ты приснился и приснилось как ты кричал мне что ты сатанист. Ну, вы знаете, если говорить о Боге или Дьяволе, то я не видел ни того, ни другого.  Но мне кажется что Дьявол подошел ко мне ближе чем Бог. Бог зачем-то может отдать человека во власть бесов. Чтобы человек не натворил плохих дел, силушка то грешна, особенно если не знаешь куда ее тратить. И вот молодые человеки травят себя алкоголем или наркотиками и просыпаются зевая, где — нибудь в общественном туалете.
Насчет всего — амбивалентность, и да и нет. Может быть в чем-то я уверен на сто процентов, но умозрительные вопросы всегда вызывали во мне неопределенность их трактовки и понимания.
Мужик решил сыграть в Воланда и сказал мне — запомните Иисус существует и Дьявол тоже. Вероятно вы про себя говорили? Вы и есть Воланд насколько я понимаю? А я кстати был Иисусом, и честно говоря мне это не очень понравилось.
Как будто смотришь в бездну, видишь безгрешные глаза ребенка, которого замучили непонятно за что и его реальность это бессильный синий ангел, который зачем то сидит на дороге со связанными руками, в которые, смеха ради вложили копье. А красный ангел говорит что-то черному. Это страшные сущности которые вижу не только я. Они сидят около стола психиатра, но тот лишь ухмыляется. Спорт, бассейн, трезвый образ жизни, вспомни хотя бы про науку …
Санитары входят. Чего — чудит? Вы знаете куда мы сейчас поедем? Ну видимо благодаря галоперидолу вы не впадали в буйство. А я уеду в Лондон. Весь мир сейчас беспокойный муравейник. Вообще хочу жить на Луне. И я в таком-же положении как человек на Луне. Там много лунного сыра и с голоду я там не умру.
Сумасшедший не знает что это невозможно, и вдруг бесполезная отчаянная борьба начинает приносить плоды. Даже бомжи отшатываются, но ты не знал там откуда она, ты не знал откуда она, чтож считай что тебе повезло.

Да мне катастрофически повезло. И я не буду это оспаривать.

4.

Г. сидел ночью в санаторке на диване и возможно он грезил. Он зафигачил весь мой чай, а я им еще кружку оставил. Да люди помогли. Я сейчас применяю пример писания без кавычек, сливая все голоса воспоминаний в свой единственный голос. Путаница, зато интересно, должно создавать определенный эффект.

Он приехал взволнованный, а у меня тогда и работа и не работа, и все все блага. Может подарить им этюд. Мужчина смеется. А. Идет по залитой солнцем улице с мамой. Кто-то кричит на вершине лестницы. На вершине лестницы музыки великий Людвиг Ван один. Он не заморачивался покупкой корма для кошек и покупкой сигарет. Женя, вы здесь?

А я спрятался в узком коридоре. Как бы так написать чтоб ничего плохого не написать и не выдать каких- то сомнительных деталей. Эта идея книги меня не отпускает, ну и пиши. Вот и пишу.

Получается смесь воспоминаний из зоны скорби пополам с культороведческим бредом. Ну сейчас никого уже искусством не удивишь, возможно потом смерть станет самым острым блюдом. Когда научатся люди жить вечно. А я часто думал что вечно я жить не хочу, когда мне было плохо. Но захочешь, сволочь перед смертью еще пожить, еще, еще, пожить. Как будто я вымаливаю у кого-то это право на жизнь.

Анафранил будоражит. Я каждое утро просыпаюсь до подъема. На улицу с метлой или лопатой. Фи, он работал дворником. А кем только не работали разные известные писатели. Я помню текст одного паренька, он написал что то универсалисткое, дескать куда мне до вас господа Фрейд и Маркс. Но тебе просто не хватило времени еще пожить, еще повариться, еще посмотреть на мир и на себя в этом мире. Бесценный опыт?

А может быть отвлечься от психиатрии и поговорить на какую-нибудь постороннюю тему? Мне никто не писал и не говорил со мной на тему, того что мне действительно было интересно. Кроме отца. А так все время — сотни лет сугробов, лазаретов, питекантропов. Разговоры своих. Я просто понимаю то что под психиатрическим флером писать интересней чтобы текст заметили. Ну мне выпал этот опыт вот я на нем и строю текст.

Не хватает нормальных людей вокруг, а разговоры про пилюли надоели. Но ты же сам сейчас этот разговор и затеял. Что тут особенного? Что тут интересного? Отвлекись, пиши про любовь. Нет про любовь писать не хочется. А какие-то ненавистнические тексты писать тем более не хочется.  Может быть кто-нибудь подхватит этот мяч и продолжит эту историю потом, а я пока о своем.

Из за сигарет в сортире сходят с ума. Я твою породу знаю. Я ему так и не позвонил. Он говорил что общался с Кинчевым, а под конец срока оставил телефон, но смотрел хмуро. Не очень нужны людям эти больничные знакомства. Это как разговор в поезде, а потом каждый сходит на своей остановке. Знакомств было много.

Свет лепит в глаза, кушетка, по утрам скучно, не то что дома. Но с какого-то момента я перестал куда либо спешить. Фатализм бывает полезен. Линолеум на полу, а не получится ли книжка совсем короткой? Если писать все вкратце, не писать всего то что тогда остается? Два месяца за решеткой, обеды, мастерские, работа. Но внутри отделения атмосфера всегда взвинченная, медсестры кричат, кипит какая-то внутренняя жизнь.
Нет, писать надо пожалуй все, а то при трезвом рассмотрении не останется ничего о чем -бы можно написать. А что вам интересно узнать? И как узнать что вам интересно узнать? Я полагаюсь просто на свою интуицию.

Он говорил что был ранен в боях. Доктор Рагин называл меня доктор Борменталь. У нас были интересные медицинские беседы. А когда мы сидели в садике и я сказал что все, что меня интересует это есть ли выход из ада. Рагин помолчал, а Володя сказал — нет. Это классическая шиза. Значит просто то что я, просто долбаный шизофреник. Тут должны вступать грязные панковские гитары. Что там Кизи бредил о Комбинате? В полете идет очернение, а мне хочется осветленного пива и я помню много неприятных моментов, но они благоразумно прячутся от луча разума.

Там все хорошие, и доктора и сестры и стены и кресла. Смогу ли я это показать и доказать в этом тексте?

Здесь полк погиб за вечную точку молчания. Некоторые ребята уже ушли. Но остались в моей памяти. Неидеальные, но многие честные и хорошие. Там приходится любить всех, доверять людям, как бы парадоксально это не звучало о психиатрической больнице.

5.

Я придумал эпиграф к этой книжке, это будет стихотворение Летова с Мышеловки.
Словно после долгой, тяжелой болезни, я вышел на улицу под теплым уютным дождем, прохожие лепят меня как хотят, так же как раньше, я в мятой и потной пижаме, но уже без претензий на белый полет, скоро придет осень. Точка тут обязательно, и поменьше многоточий. Побольше веселья, азарта, драйва, плясок по костям на костылях.

Кстати у меня дома живет кошка Маша.

Она немного грустная и постоянно просит жрать. Это вместо очередных антидепрессантов.

Существуют нейролептики, антидепрессанты, нормотимики, транквилизаторы. Вероятно их придумали ученые угробив кучу мышей. Они помогают, хорошо если подберут небольшую дозировку. Ни один наркоман не станет юзать психиатрические лекарства. Они скучные, технические, производственные. Человечество долго шло к таблеткам счастья, ну вот придумали таблетку от. От ужасающего счастья измененных состояний в связи с психиатрическим опытом, который испытывает отдельный человек. Пафосно? Зато информативно.

?

А вообще зачем вы читаете этот текст? Есть наверно много всяких если. Можно просто с вами говорить воображая тех или иных людей. От психо джаза к психо панку. Я наверно просто подопытная мышь альбинос с красными глазами. Мне надели специальные наушники и я стал понимать что говорят собравшиеся вокруг меня люди. Я долго бредил одиночеством. Если искать причины сумасшествия … а постойте, почему именно сумасшествие? Душевная болезнь — объясните мне что вы подразумеваете под этим названием? По научному — болезнь головного мозга. По церковному одержимость бесами и расплата за грехи. Ну наверно до кучи — за грехи в прошлой жизни.

Наверно есть много научных теорий объясняющих поведения человейника  в целом. Социология, политология, геополитика, просто политика, психология … придется мне наверно описать все ярлыки и стигмы, которыми награждают (для краткости) психов. Ну я читал учебники по психиатрии, к врачам вопросов не имею. Разговоры у меня с ними стали очень короткими. Вы опытный, ну и потерпите если плохо. Вобщем психиатрию трогать не буду (поскольку это к тому-же небезопасно). Интересно какой склад ума надо иметь чтобы держать в голове диагнозы и различные таблетки. Ну а куда еще пойти если рвет башню? Пускай они там пишут историю болезни, анализируют степень дефекта … я даже стал бояться слов одобрения со стороны других людей и врачей в том числе.

Мой папа вообще похоже не верит что я больной. Так притворяюсь, позерствую. Верит только когда я начинаю себя нелепо вести. Но в этом нелепом поведении тоже есть логика. Я все прекрасно помню, и как все начиналось и хождения по улицам в психозе и лечение в больнице.

Ко мне вероятно спускались помимо бесов, еще какие-то светлые ангелы и происходила война, которую невозможно ни выиграть, не проиграть. Я прекрасно понимал когда, я достигаю точку невозврата, но стоп … пару последних обострений я прошел без госпитализации.

Кто-то подумает — какая интересная жизнь! Любая жизнь интересная, а я стал проходить уже пройденные темы заново. Что мешает выйти в люди?
Сейчас уже дошли до того, что творческие способности называют девиантными, а творческая деятельности считается отклонением от нормы. Тоталитарный фашизм все это напоминает. Фашизм поменял свое лицо и проявляется в стандартах современной цивилизации, говорит языком психологии.

А на самом деле всем наплевать есть ли вы или вас нет. Идеализм медленно и мучительно умирает и человечество рискует просто не понять, когда оно превратится в стадо роботов. Ну а может быть все будет иначе. Многие поколения мечтали о лучшей жизни, если не для себя, то хотя бы для потомков. Но вот на дворе 21 век, включите телевизор, полистайте каналы и если вас не стошнит, то вы человек крепкий, уравновешенный, закаленный.

Выходишь на улицу в благополучном месте города — все хорошо. НИ фашистов, ни коммунистов, никаких поджигателей и разжигателей. А потом по новостям вам сообщают что мимо вас прошел смерч. Погибло столько -то, разрушено то и то и вообще вам всем очень повезло если вы спокойно прожили еще один день.

Надеюсь, что вы снисходительно относитесь к людям, которым всего-лишь нужно мировое господство. Жизнь постепенно дряхлеет, дома ветшают, ветераны уходят в лучший мир, только мобильные телефоны совершенствуются с каждым годом. Казалось бы, что технический прогресс это единственное что может радовать и вызывать интерес. Но гулаг интернета убьет все когда-нибудь. Пока есть светлые островки в киберпространстве и вообще с интернетом интереснее жить. Но почитайте алармистскую фантастику, а как будет на самом деле потом рискну предположить, не знает никто.

И зачем все это писать? Для кого эта смешная дидактика? Непонятный пафос философа?

У меня есть идея написать книгу, создать бред шамана, освятить его памятью, заполнить страницы буквами. Я наверно просто графоман. Я потихоньку нащупываю нервы эпохи, при том что живу я сносно. А значит я ограничен в своей сути и даже больше. Я пишу сказку о воображаемом мире в котором психам приходится несладко, и применяю бессильную попытку что-то понять, я пишу для себя, мне интересно играть с буквами. Каждый новый философ в чем-то опровергает старых. А если бы не было нейролептиков, я бы наверно уже и не жил бы, не тревожил ваш сон своими инсинуациями.
6.

Ничего не получается. Мир в котором я живу я не знаю. Дорожки которые топтал и топчу мало кому интересны в глобальном смысле. Я не ученый, чтобы кому-то что-то трезво объяснить. Тогда зачем все это? И кто-же я такой?

Предположу что вы уже мысленно со мной разговариваете, может быть смеетесь, а может быть задумались. Я просто прихожу к выводу что я — Никто, и мне не очень хочется кем- то быть. Быть поставленным в определенные рамки, получить пожизненный титул профессора или понять что кроме рисования, я ничего не хочу и не умею.

Тогда остается память. Воспоминания, данные в мыслях, хранящиеся в каком-то отделе головного мозга, ну еще и у ангела Смерти на пере. Ему-то как раз все это наверно очень интересно. Когда этот фрукт до меня доберется то я объясню ему живо, все его заблуждения. Дневник системных ошибок, лог выпавшего из жизни биологического механизма.

Как то я нашел в инете человека, болеющего раком. И мы обменялись несколькими письмами. Он в интернете описывал часть своих будней. Не знаю жив ли он. Болезни приносят деньги определенным людям, но им хотя бы можно позавидовать в том что они наверно обладают нужным количеством бесчуствия. А у художника должно что-то постоянно болеть, иначе не будет стимула, иначе будет скучно. Я не скажу за всех художников. А например те люди, которые работают над современной компьютерной графикой уже и не могут считаться художниками в таком идеалистическом плане, с которым люди соотносят обычно художников. Да ни у кого ничего не болит. Это неприлично, нужно всегда улыбаться и говорить что у тебя все хорошо.

Я преклоняюсь перед работниками скорой помощи. В какой-то момент, вы в них будете нуждаться, а пока — живи, люби, зарабатывай деньги, летай за границу, пей пиво, соки, воды — но мементо мори, ибо для того что бы не наделать грехов. ( Я поправляю свою иерейскую митру).

Интересно будет прочитать это через год, я думаю что растяну этот текст еще на какое-то время. Эта идея меня не отпускает и пусть она убогая, неприличная, в чем- то предательская и позерская, но мне нужно набить текст примерно на 200 страниц. И пускай здесь будет все. Я не профессиональный философ и не писатель, я визионер, если кто-нибудь не будет против. А всегда кто-то будет против. Всегда будут те которых раздражают подобные тексты, которые привыкли к обесцениванию чужих слов, обладая лексиконом размером с туристический разговорник. Хотя священники против того, что все относительно, я все же хочу вспомнить об этой максиме Эйнштейна.

Всегда найдутся богаче, смелей, подлей и я не хочу с ними соревноваться. Возможно моя непопулярность спасает меня от прижизненного формалина.

Эта книга может трансформироваться в трактат о художественном творчестве или о музыке, что наврядли. Мне уже мало интересны искусствоведческие или иные интенции. Но тогда о чем писать как ни о болезнях, психушках, боли и рвоте?

Повторюсь что многие книги написаны именно исходя из жизненного опыта. Мне достался такой, кому-то другой. Писать о том, что болит? Да не очень -то и болит сейчас, если честно.


Часть 2?

Ну что-же старт дан, я слышал звуки гонки, значит она уже началась, если мои уши меня не обманывают. Возможно мне придется замолчать на какое -то время и ждать, ждать следующего лета. В этом пост модернистком мире все так и происходит. Из обломков сэмплеров пишется музыка, которая потом звучит на час. А одна немецкая рок группа отстрелялась за месяц записав несколько альбомов и фсе.

Можно помедитировать на непостоянство. Впрочем я утешаю себя что я не один такой и кто-то потом возможно сделает больше, дальше, лучше. Это особая категория мертвых поэтов. НЕ тех кто при жизни называет себя так. А тех кого действительно уже нет и остался только памятник, запутавшийся в корабельных снастях.

Впрочем, а что про других? Есть несколько книг на данную тему и не все я их прочитал. Есть реальный тоталитарный рэп выздоравливающих или неофитов который дружно громит все сложное, и на их взгляд больное.

Хотя, Пушкин написал что он о поэтах не судит потому-что сам к ним принадлежит. Но у меня есть у самого соблазн покритиковать и позлобствовать. У меня есть неприятная черта держаться свысока, как нищий гурман. Не знаю что с этим делать. Я одиночка и силен в одиночестве, а общение это конечно золото, но если никого нет, то почему бы не общаться хотя -бы с кошкой или книгой? Тогда в чем твой авторитет? Прошелся по определенным путям и дорогам, забыл что можно еще идти? Башня из слоновой кости? Да, все уже было, все очень банально.

Так о чем -же говорят твои собратья?

Если у всех примерно одно и то-же то можно написать … ребята озабочены девушками, дух времени гонит людей мечтать о том чего у них никогда не будет — о машинах и зарплатах. Те у кого есть в жизни хоть что-то нормальное тоже чувствуют себя выше других. А может быть они просто сочиняют. Нормальные есть и среди больных, и вся эта сангха также поделена в своей иерархии.

Кто я среди них? Кто я среди нас? Я не участвую в инфо и акционном сопротивлении за наши права. Это поветрие пришло с запада и дверца в мир сумасшествия немного приоткрылась. Но жизнь это жизнь, подождем когда мир перевернется еще раз, и что-то опять встанет на свои места или спрыгнет с прежних. Все относительно. Под этим я подразумеваю что кому-то будет лучше, кому то будет хуже … кому-то поступать, а кому-то уже выписываться из дурдома.

1.


У нас много иных, разных, прочих. Мне не хочется живописать текстом, применяется что-то похожее на формальный язык. Это наверно меня корректирует лекарство. Когда я пил атипичный нейролептик тексты появлялись более витиеватые. А я ведь хотел просто писать документалистику. Но постоянно впадаю в философские размышления. Интересно бывает пересматривать  - а я и не знал что напишу то или это.
Не кажется ли вам что он не держит мысль? Моррисон в своих стихах тоже видимо не держал мысль. А Летов так вообще бывал абсурден — кто допустил!? Это было завтра … летаем мы где-то с Егором в абсурдных облаках слов и смыслов.
Как легко, смеясь большинство людей относятся к фундаментальным вопросам философии … эээ это книга о психиатрии или это учебник по философии? Как вам будет угодно. Нищие философы тоже хотят есть — вот и выбирай — или непонимание или прослывешь позитивным, адекватным человеком. Впрочем об этом я уже говорил когда -то. Дети и не вспомнят кого они и как и за что обзывали в школе. Подрастут и станут взрослыми. Я тоже не помню как я жил, когда был ребенком, помню отдельные образы, хорошо было жить в СССРе восьмидесятых годов. Люди были добрее. Вообще вся советская эстетика она часто выглядит грустной — люди понимали что они идут по обреченной дороге сна. Я выбираю дорогу сна вместо дороги добра. Это добро мне дорого стоило и еще напомнит о себе.

Пьем чефир, вечер. Не микрофонь. О а говорить ты умеешь. С тобой прикольно было бы выпить водки. Проскальзываю за кипятком. Чашки, пластиковый бачок. Артем будешь кофе? Были люди, отсидевшие. Они в основном сбивались в свои кучки. В первый день бывает тоскливо засыпать и я тогда смотрел на призрачный свет ночника. Опять. А если еще сигареты кончились и не можешь заснуть, то беда и надо перетерпеть.
Но иногда я ловил себя на мысли что вот можно наконец-то спокойно поспать ибо его величество прибыли по нужному адресу — наплевать, наплевать, надоело воевать.
А что из себя представляла моя война, моя борьба?
Иррационалистическая философия в действии и быту. Выживание, бед трип, экспириенс. Можно было бы в некоторых случаях сразу самому идти, как говорят, сдаваться. Но было интересно. Было мучительно, сложно, но интересно, хотя какие -то детали особенно психологические я забыл, но реальности происходящего я не терял, несмотря на возможную деперсонализацию и дереализацию.

Говорят что в тюрьме люди обнаруживают свою суть. Нет, что-то не то. Был перерыв, опять пишу. Кто пишет? Я пишу, я размножаюсь, я тигр.

У шизофреников часто бывает чувство юмора как у висельников. Смеяться смерти в лицо. Тащиться от боли и страдания. Кто -то скажет что это мазохизм. Мне ПМ говорил что в этой жизни надо быть немного мазохистом. Опять что-то не то. О чем же писать все таки?

Говорят если повторять неприятные слова в голове, то их сила уменьшается. Шизофреник, смерть, душевная болезнь, гроб. И опять что -то не то. О чем ты все-таки хочешь написать? Наверно о любви к людям, о том что люди не оказались дерьмом, о вере в человечество. Но это не смешно. А почему должно быть смешно? Вот бедные обычные люди и им все смешно. Потребители, зрители, покупатели.

Это узкоформатное словоблудство. Не терпещее никакой критики, не дающее правильный взгляд на вещи по ту сторону добра и зла. Тоже хочешь быть по ту сторону. Ну если вариантов не остается, если пресс вовсю работает. И тебе приходится напрягаться только для того чтобы спокойно дышать. Но кому и где нужна моя жизнь? Яж не стою ни черта.

Кого они из себя строят? Страх. Вот именно этот страх индуцирует вся психиатрическая обстановка, санитары и даже сами пациенты. Отец сказал, не забывай о тюремном - не верь, не бойся, не проси. А так довольно скучно. Там все красное. Если впадаешь в отрицание - сиди в углу, лежи на вязках. Хочешь более лучшего положения - помогай (персоналу). А что мы уже на зоне? Нет.

Вязки, страх, гильотина, пожар, усекновение главы, распятие, боль. Сколько стоит боль? Сколько стоит слезинка ребенка. Не завидую тем людям у которых все это случилось в детстве. Я набрал немного кислорода прежде чем нырнуть в эту систему. А те у кого еще позже началось - те вообще боги. Была и работа и зарплата и что-то еще, что ценится в обществе.

Смена кадра, осень - время мечтательных сожалений. Я просыпался до подъема. Пищеблочники уже были на ногах. Они там ценятся. Рабочие лошадки. Им разрешают чефирить. А дворникам раньше давали по пачке примы. Потом это закончилось, наверное в связи с финансированием.

Просыпаешься, можно кому-нибудь на хвост сесть - почифирить. В больнице так мало своего пространства. Если дома проснулся есть пространство подумать. И не надо переть за хлебом, который выдают кричащие бабищи - при всем уважении.

Потом будишь команду У чтобы идти на улицу, убираться. Я люблю утро. Особенно когда еще не стало светать. Смена потихоньку начинает шевелиться. Они немного злые с утра.

Надо добыть кипяток. Я уже научился с ними разговаривать. НЕмного униженно и со смехом. Бывает конечно противно, я всегда считал себя человеком, который не умеет просить. А там получалось. Кто не скачет тот москаль. Приходилось скакать. Испытывать те чувства, которые в обычной жизни не испытаешь.

Ну что Жень вот он Христос. Павел показывает на пожилого мужчину с плаксивым и отчаявшимся лицом. Он как-то попросил у меня туалетную бумагу. Я отказал. Всем давать - сломается кровать. У меня постоянно выпрашивали сигареты. Блатные за это могли послать на три буквы. А меня постоянно разводили разные черти и не очень.  К чертям отношение терпимое. Нельзя же к людям относиться как к дерьму. Хотя какая от нас польза. Ну я например могу что-то делать. А кто-то просто паразитирует и тем интересен. Спасают никчемные жизни. А человек выходит и чаще всего продолжает заниматься тем, же что и до больницы.

Я пишу эту книгу не для всех. Лучше никому ничего не говорить и многие это знают. Ну а ты же - добрый, честный, открытый. Доведет доброта что пойдешь за ворота. Можно писать исключительно притчами и поговорками. Или как Платонов изобретать кукуйский язык. Слетаются как мухи на мед всякие любители жареного. Ищут кого похуже чтобы собственная жизнь не казалось такой убогой. В основном бьют на физиологию и адекватность. То есть намекают, внушают что-то плохое чтобы задавить, унизить человека. Это я не про больницу, это я про нормальный мир. Да будь он проклят этот нормальный мир со всем этим выживанием и иерархией. Но в больнице меня никто не ждал. Врач смотрел на меня - что опять то-же самое? Мальчик приехал по адресу. Дома конечно лучше, никто в больнице не будет тебе как родной. Это их работа вот и все. Есть профессиональная деформация. И они балансирует где-то между вертухайством и Терезой.

Впрочем ничего специально плохого не про кого не хочу говорить. Все люди. Я не представляю как каждый день например работать на Скорой помощи. Тут проснуться бы встрепенуться, выпить кофе. А вот так каждый день возиться с больными, самоубийцами и прочим - раскройте мне секрет, расскажите как вы это делаете?

Я уже забыл что я писал в начале. Пару раз перечитал а сейчас рассказ продолжается. Я себе говорю - ты сильный, ты спокойный. Но часто хочется запереться в больнице от нормального мира. Я пару раз просто так пролежал, без надобности. Но врач меня раскусил, но не прогнал. Им интересны психотические проявления, а как жить они не объяснят.

Какие там у меня были цифры глав? Аха, посмотрел.

2

Какого черта мы делаем в этой пустыне?
Про сигареты написал. Никто никому не спешит ни в чем помогать. Но это как в общежитие, все держится на честном слове. Украсть могут все. Из тумбочки. Я никогда не спрашивал врача когда меня выпишут. Вы хорошо идете на препаратах. Из препаратов - азалептин, галоперидол, анафранил. Новые лекарства менее действенны при психозе. Снимают психоз обычно старыми средствами. Но я не люблю говорить о болезни и лекарствах. И ты гложешь лекарства как твердый коньяк и врачи как один говорят тебе что это голяк.

Все таки я находил там собеседников. Прицеплялся к кому-нибудь с непорушенной психикой и мы вели беседы. С Костей про науку. С философом Ваней про философию.  В первый раз когда я попал один мужик набросился с кулаками на другого без всяких разговоров. Почему я так и не понял. Драки иногда бывают.

Нельзя сказать что я привык к этим состояниям. Они иногда возвращаются и повторяются. Зависит наверно от стрессов. Москва это город полный стрессов. Если для колясочников иногда делают инфраструктуру, то какая может быть инфраструктура для психически больных? Все равно надо ходить, разговаривать и хорошо бы при этом думать. Но я прекрасно представляю себе правила общежития в городе. Выгляжу я как нормальный взрослый мужчина.

А в мыслях бывало все очень разное. Но я продолжал ориентироваться в пространстве даже когда это было тяжело и носило бредоориентированный характер.

Ведь это так просто - двигаться, жить. А Павел меня спросил - разве просто жить? Ну можно конечно сказать что жить не всегда просто. Надо всетаки как то привыкнуть. Полежать, успокоиться, взбодриться кофе и музыкой. Как будто никчемное, ненужное состояние. А вот воровство сейчас в почете. Не альтруизм, не гуманизм, а просто материальное зарабатывание денег и тп.

Если умеет доставать деньги, значит не дурак, неважно как эти деньги появляются. И я наверно понимаю таких людей. Они продолжают уметь улыбаться и шутить, прекрасные люди.

Впрочем я опять ухожу куда-то не туда. Есть болезнь, хотя это просто иное состояние души. Тогда почему это приносит страдания? Наказание это что-ли и за что? Я не очень люблю себя пересиливать, смеяться когда не смешно. Я предоставлен сам себе. У меня бывают долгие ремиссии. Но я знаю очень тяжелые состояния.

Я часто поручаю случаю или другим людям решить что-то за меня. Это конечно плохо. Но я не считаю свою амбивалентность чем-то ненормальным. Женщинам это вообще часто сходит с рук. Женщина это узаконенный, легитимный шизофреник, со своей логикой. А если дама действительно больна, то лучше с ней не связываться вообще. Их строй выглядит даже более уныло, чем когда идет мужское отделение.

Вы не особо вдумывайтесь в мои слова. Я могу ошибаться, просто пишу себе и все. Я давно считаю себя философом и умею глубоко копать, а если кто-то меня не понимает то это его проблемы. Хотя при контакте с кем-нибудь моя философия превращается в общую проблему. Я всегда могу спускаться или подниматься до уровня собеседника.

3

В мире насчитывается один процент душевнобольных относительно всех жителей земного шара. Я себе немного противоречу. Не буду вдаваться в психологические теории - я не знаю часто как действует мозг и откуда берутся все эти проблемы. Но вот на лурке написали что сами больные больше знают о своей болезни изнутри. Но можно не задумываться. Да я все еще ищу смысл жизни, если вам угодно. Хотя тут я почти что вру. Я сохранный персонаж, даже когда накрывает моя навигация всегда выводит меня мимо всякого неадеквата. Хотя иногда наступает точка сборки, негативная в данном случае и ты просто уже плывешь в каком -то потоке, зная что опять придется возвращаться через больницу. Иногда мозг хочет психоза, чтобы прорвало, покошмарило, чтобы вся эта муть сгорела в адреналине, эндорфинах и нейромедиаторах. А можт у шизы есть не только научное, но и мистическая или религиозная причина. Я защитился от мистики и магии изучением классического христианства.

Хочется редуцировать все до простых схем и выводов, найти тот ответ который устроит мозг и окружающих. Параноидальный круг очень неприятен, но я сам виноват в том что раструбил о своем опыте на весь интернет, а сейчас добавляю то-же самое уже в виде книги.

Что нужно каждому человеку? Немного понимания, любви, разговора. Иногда погружаешься в одиночество, и оно может тебя успокоить или задушить.

Нет, я оговорюсь, что мое писательство оно не профессиональное, я пишу как могу, стараюсь написать что-то, ориентируясь на опыт и свои мысли. Даже в данный момент, наверно что-то специфическое присутствует в моем мышлении, хотя я чувствую себя трезвым и логическим.

Продолжаем разговор. Сейчас или уже немного раньше было время мультикультурализма, либерализма и всяческих инклюзивных инициатив. Изо всех СМИ звучала поддержка гомосексуализма, толерантности, вовлечения инвалидов в обычную жизнь. Но это только озлобило русский народ. Сейчас идет эпоха быдла. Но в этой работе я пишу не про быдло. Им наверно даже обидно что ... хотя для них и культура постаралась. Культура для маргиналов. Наркотики итд.

А я постараюсь что-нибудь вспомнить потому-что мои философствания наверно бесят вот это вот это. Все вот это вот это. Вся вековечная игра в человеков постоянно продолжается. И это уже далеко не игра. Игра со смертью. А я играю со смертью в поддавки, может быть поэтому я еще жив. Непонятно? Ну что-же я и не претендую на стопроцентную понятность. Кому надо, тот прочтет все между строк, хотя мой язык это конкретика, обобщения и всяческая еще посильная логика. Нельзя же документировать вой, ругательства и мычание? Наверно нельзя, вот и приходится мысли облекать в слова.

Влад был бандосом. Андрей тоже. ПРимкнувший к ним СА был просто алкоголиком, но в авторитете. Еще было пару нарков и быдланов, о которых я слышал что они уже ушли в лучший мир. Психиатрическая больница терпит и принимает всех. Хотя В. Н. сказал мне что здесь говна не держат. Нужно иметь хотя бы малейшую волю к жизни. Там даже неочухавшиеся крутаны постепенно поднимаются наверх. Из первой палаты до пятой. Те кто пришел в себя неприязненно относятся к новоприбывшим. Там можно встретить кого угодно. Даже директора магазина.

А вообще есть какие-то позорные моменты. Ты отрублен от жизни. Если нет родственников то как жить без всего? Вот и стреляют и вымагают гостинцы. А некоторые сами делятся если что-нибудь привезут. Ты там как-бы вне мира. Сам не выйдешь, никто чужой не придет. Идеальное место для отдыха. Иногда включают телевизор. С утра помню передачу Утро России,а вечером ментовские сериалы со зловещей музыкой. Когда-то давно вообще крутили Муз -ТВ круглосуточно. Был один парень - Леша, у него помимо психики была физическая патология. Он был скручен, не знаю как этот диагноз называется. Может быть ДЦП. Но он был веселым, его любили блатные. А он мог только мычать. Но он был не глупым, и глаза у него светились. Глаза были бойцовские. Не сдавался чувак. Он как-то угостил меня пряниками. А блатные вечером приносили ему кружку чая, или медсестры давали ему чай.

4.

Что касается психиатрического камин аута, то тут у меня большой опыт.
Я учавствовал в одной социальной организации, по реабилитации душевнобольных, но про нее я писать не буду. Там мы вели себя открыто и деятельность была соответствующая.
Я знаю ребят которые панически боятся что кто-то узнает об их реальности. В моем случае это знает весь район и весь интернет и все это было создано моими стараниями.

Человек старается уничтожить то чего он боится. ОДнажды у меня был конфликт с одним здоровенным больным. Он потом стал смотреть на меня с уважением, дошло тогда до драки.

И все эти праздные грызуны никогда ничего не поймут если в их жизни не случится подобное.

ПОка моя голова на месте я защищен от применения ко мне психиатрических мер. А это означает что тебя выдергивают из уютной квартирки, лишают теплого кофе, лампового интернета и возможности спокойно покурить.

Лишают всего а взамен дают забитый больными стационар где каждый выживает как может.

Я освоился привык, у меня не было приступов раздражения как на воле. Но там такая атмосфера, которая выталкивает тебя вовне. Там не место для житья, и медсестры и вся обстановка к этому выводу подводят.

Сначала, когда я только попадал мне делали оглушительный укол и я начинал ходить по стенкам. Потом постепенно выходил в более легкое состояние.

При позднейших госпитализациях мне таких уколов уже не делали и я помню как я вечер промаялся без сигарет. И это была пытка потому-что я курю много и бесконтрольно.

Сейчас в больницах запретили курение, а для таких больных это ад.

Ну что Шурик? Болеешь? Мы сидим в кабинете для измерения температуры. Уже вечер. Работает телевизор. В отделении особый запах. Особенно в туалете, он какой- то страшный, бесчеловечный. 60 мужиков переодически курят и дым стоит столбом. Медсестры командуют. Не каждой женщине я бы позволил собой командавать. Тем более (пасхалка) какой-то американской поэтессе.

С утра все просыпаются. Завтрак в 10. Все как обычно голодные и выживающие. Блатные уже на ногах. Дворники собираются на улицу. Пищеблок или уже ушел или отдыхает. Они работают не каждый день.

Иногда особенно в тихий час в отделении все замирает. Хотя птичек нет, но и они бы наверно сохранили молчание.

Пашка сидит в кресле. Я его достал а он хочет побыть в одиночестве, возможно помолиться.

Я многих доставал, просто приходил и начинал беседу. В туалете мужики разговаривают, разные личности выпрашивают сигарету или оставить. Туалет - идеальное место для общения.

Ты говорят статьи для интернета пишешь, что можешь сказать про смерть? Смерть это самое страшное зло в этом мире. А тебе говорили жить хочешь, а мне хочешь умереть. Я покачал головой - разница есть.

Что чудит?

Там даже дверей в остром нет. Серег, а окна там есть? Что в остряк захотел? У меня тут пациент умер. Я соболезную. Как то в санаторку пришел дед. Сидел в туалете курил, смотрел вокруг вяло и пренебрежительно, а через несколько дней умер.

Помыли полы потом.

Были актеры, националист, художник, переводчик. Один парень подарил мне книжку Больше чем смерть. Говорят он уже давно умер. Я привез оттуда много книг. Даже трактат Розонова о Великом инквизиторе привез. Еще один женский легкий роман.

Достать кипяток это искусство. Я работал мусорщиком и дворником и как-то подошел к медсестрам, говорю - можно кипяточек. Наталья меня спросила - а за какие такие заслуги. Я вскипел но как будто понарошку, хотел сказать - а кто за вас мусор выносит. Наталья улыбнулась, у нас не было симпатии никогда и .разрешила. Ура! С тех пор я был кипяточником. А один раз ребята как дебилы решили чефир за столом в столовой выпить. Чуть не досталось медсестре которая им кипяток дала.  Это наверно Витя постарался - молодой парень, почти еще не подросток, он там жил, но ума у него было мало, мне его очень жаль, его судьба страшная. А может быть и нет, может быть он там счастлив.

Чефир убрали, воду вылили. Медсестра получила пару неприятных слов от коллеги.

Они что неубиваемые? Люди в белых халатах -да.

5.

Что происходит в мозге во время обострени? Сложный вопрос. Странные мысли и прозрения. Но коль скоро я позитивист, но нет я не исключая религиозно - мистические причины. Просто я давно абстрагировался от магии.

Ты как-будто не принадлежишь себе. Появляется прессинг, когда, ты понимаешь что, что-то не так. Но я перешел много психозов на ногах, что то делал в это время, рисовал, ел, гулял.

Но все равно понимаешь что рано или поздно это закончится.

САмое плохое это когда портятся отношения с близкими. Но это случается и без психозов.

Я с кем-то воевал в голове, смотрел ТВ и слушал радио и мне казалось что они меня знают и что-то подсказывают. У меня даже появлялись помогающие голоса.

Да голос это признак шизы. Причем мысли бывают у каждого человека. Мои голоса умели уходить, когда я отвлекался на разумное дело. Они приходят только в обострении сейчас.

ВЫходишь на балкон покурить. А там люди, разные, разнообразные. Иногда я сутки не спал.

Но все это происходит, когда перестаешь пить таблетки.

Я со многими сдружился в остряке, да и в санаторке. Одному актеру занял рублей 40. Он был рад.

6.

Нет, я не хочу писать ничего очернительского. Могло бы быть хуже, могло бы быть лучше. Один интеллигент гордился тем, что он попал как-будто на зону. Есть такие псевдо романтики, он наверно написал про это что-то юмористическое, хотя зассал когда к нему докопался бывший молодой десантник.

Плохо писать плохо. Плохо писать плохое. НО тогда кто это будет читать? Я даже не представляю себе своего будущего читателя.

Надо как-то переориентировать мышление. Увлечься чем-то не психиатрическим. Хотя советы я давать не хочу, потому-что универсальных советов нет, а болезнь к сожаление предопределяет неуверенность и амбиваленитность, пытается уничтожить силу воли и саму эту волю.

Выходит какая-то баллада Редингтонгской тюрьмы. Шутка. Я ни в чем не раскаивался когда находился в больнице. Я понимал что просто по другому было нельзя. Как сбросить с рельсов горящий поезд и куда?

Я еще раз задаюсь вопросом зачем нужна эта книга. Вышло уже много психиатрических монографий да и рассказы пациентов тоже есть. Что в моей работе такого уникального? Правда и так известна инсайдерам, шоу тут никакого нет. ПИшу как пишется.

В санаторке меня сторонились. Тоталитарный реп. Чем хуже себя человек чувсвтвовал тем более консервативен и тоталитарен становился. И соответсвтвенно менее демократичным. Повидавшие виды паханы вечернего телевизора и походов в магазин за хлебом. Ну что-же молодцы, выжили, привыкли, теперь и других учат, а то всякие художники безумные мешаются. В касте больных есть подкасты. Здоровые больные, просто больные, совсем больные.

Иногда смотря на какого-нибудь человека там (в основном в остром) я задумывался - а что он тут делает?

7.

Тебе что тут медом намазано? А ну кышь отсюда. У него есть свои сегареты, только он все равно стреляет. Господь вам этого не забудет. Вы мне полет сорвали.

Полковник был прикольным человеком, только потом у него что-то случилось с ногами, перестал мочь ходить, его возили на коляске. Отлично играл в шахматы.

А я вас не помню. Обрадовался когда я угостил его сигаретой в раздевалке Дневного.

Вань, ты что-ли? Я, усмехается. Я от разговоров с дураками дурею.

Я благодарен своему врачу в остряке, не знаю почему. Человеческого между нами ничего не было, все было строго, технически, только по делу. Некоторые залетные врачи были хуже.

...


У сестры хозяйки Нади были злые глаза. А ходившие по территории обычные люди сторонились больных, как заразных.  Даже персонал ходил по территории осторожно.

Я как-то отдирал от снега и из решетки выброшенной на помойку мертвую кошку. В перчатках. Со Стасом. Я пожелал этой кошке мира и счастья где-нибудь там и мы переправили ее в гроб- мусорки.

Я основном лежал в больнице в начале осени. Бывало что до января.

Психоз вызывает помимо сумасшествия еще катарсис психики. Все становится безразличным. А таблетки держат и иногда эта поливинчатость очень мучает. Месяц после все хорошо и дома и везде а потом опять скандалы, параноя. Это замкнутый круг ада. Охранник говорит что не до свидания а уж лучше - прощайте.

Да я начал с Нади. Не знаю бывают ли романы медсестер с больными, но мне кажется что у них есть какой-то кодекс поведения. Если они смеются то не обидно, и они умеют круглосуточно разговаривать.

Лежишь, а на посту две сестры чего -то постоянно перетирают. Они почему-то необидные, хотя часто ржут над всем что происходит.

А я почему-то везде притягивую недовольство. Кстати кроме острого, особенно в последние разы. Что вам не нравится черти? Слишком умный? Слишком молодой? Или вам не нравится гордость и презрение? Знаю что я бываю не прав, но почему? Почему везде начинает вариться какая-то злобная каша?

Да у сестер есть какое-то умение работать там, не наступать на мозоли, понимать пациентов и за это я им благодарен.

А у Нади были злые глаза. Вообще надо сказать что отношение не самое лучшее и с нежными нервами там плохо. Еще много минусов котороые могут потрясти обычного обывателя. НЕт кофе по утрам, уютного интернета и всепроникающего мобильника. Возможно больница изуродовала мою психику наравне с болезнью.

Туманная машина работает в туалете. Народ курит. Народ постоянно хочет курить. НЕ курящих всегда было один два на отделение.

8.

Возможно кто-то хочет понять причину расстройств? Плохая наследственость, патогенная обстановка вокруг, сексуальные перверсии. Кто -то предпочитает мучиться на вязках а не заниматься перверсивной любовью. Хотя кто-то сочетает.

В психиатрии всегда мало новостей. НЕт ни одного вылечевшегося человека. Но эта система бывает последним пристанищем и надеждой для многих людей.

Просто врачи как-то сказали - это все называется болезнь психики, а не беснование и пр.

ПРиходится писать банальные вещи, но про это как-раз многие часто забывают. Им представляюься маньяки с топором, хитрые мошенники, социальные психопаты, в которые они хотят записать всех, кто плохо к ним относиться и просто несимпатичен им.

Обычно человек если его обвиняют в сумашествии ничтоже сумняшеся, просто бьет в морду. А у того у кого есть клеймо такое делать какбы и нельзя. Тут проходит тонкая грань.

Раскольников не смог жить с убийством, а бандиты просто смеются над такими чувствами, и продолжают убивать, бить, калечить, и никакая мораль для них не имеет значения.

НЕт, все не то, словами очень трудно объснить эти материи. Да и нужно ли, друг? Тебе зачем это знать. Об этом надо знать только тем кто находится в этой системе и врачам. Хотя кто-то же должен бороться со стигмой?

Я зарекомендовал себя не с лучшей стороны. У меня просто скверный характер и большое эго, хотя мне сказали, что я не эгоист.

НЕ делай добра, не получишь зла. Но если ты строищь свой дом на камнях - бойся, проси, и верь.

Великая тайна мозга, психики, последний рубеж где человек может спрятататься, или отвоевать себя. А к нему уже лезут с томографами, эндоскопами и пр. Мы поймем, чтобы облегчить страдания. А если вы это против человечества используете? Вот и остается надеятся на Бога, если кто-то захочет запереть твое сознание в компьютере и прокручивать тебе круглосуточно фильмы ужасов.

Уже есть и биопанки и биохакинг. Аналитики предвещают всякие чудеса с мозгом, с сознанием и кучу опасностей которое это принесет. НЕ будет никакого счастливого будущего. Рухнут страны, рухнут империи ... но до всех этих чудес так далеко, все возможно будет - все будет хорошо, но для нас ли? На наших костях опять будут что-то строить, в мозгах будут ковыряться биохимики а нам остается надеяться только на Апокалипсис и Страшный Суд. ПРавды нет. И поэтому все эти нгадежды очень призрачны.

Конечно можно притвориться нормальным, насилу вписать себя в социум и без удовольствия через силу жить как все, периодически воя в одиночестве. Толпа не переносит себя, не переносит одиночества, а мне с собой хорошо, я люблю
оставаться один.

Останется только оставить тело, и будет продолжение. Не писал эту книгу уже год.

Опять начну рефлексию книгу и о книге, о сне во сне. Ничего хорошего я уже от будущего не жду. Меня не отпускает. Но психиатрический опыт единственный необычный опыт, котоорый был у меня в жизни. Я буду писать правду, и дело даже не в том что будь честен до самой смерти, просто так я считаю более правильным. А выдумки, гиперболы фантазии (вот я ужк и противоречу себе) я добавля по вкусу.

Ваня говорил оставь надежду всяк сюда входящий. Плохо то, что я могу написать плохое о людях от которых завишу, эти заведения зачастую остаются последним прибежищем.

О чем то писать просто лень. Про тоталитарный рэп болванов, которые сохранили минимум приспособленности и с фашисткой издевкой относятся к людям, которые используют безумие и фантазию в других, интересных сферах. Такая сверхнормальность в кавычках. Вот у меня да - сверхнормальность, потому что я знаю как работает поломанный ум и прочувствуовал все переходы из одного состояния в другое.

Зачастую стойкая болезнь защищает человека, а когда ты неожиданно приходишь в себя это не нравится окружающим. Они любят слабых и психов.

Мне нужен МакМЕрфи. Считаю эту книгу лучшей о психиатрии.
Ну вот как-бы и писать опять не о чем. Может быть что-то придумать? Пускай ложь нельзя будет отличить от правды.

Страшные страницы психиатрии? А может быть в голове тоже страшно, так что как то все равно где находиться и что думать.

Вот сижу на кресле. Смотрю вниз, а внизу туда сюда, ходят десятки ног. Нина Васильевна пришла на смену и улыбается видя что я уже выполз из первой палаты. Она меня спросила в самом начале - что с тобой? Мне было очень тяжело, но я ей сказал - шизофрения, есть такая болезнь. А шизофренией можно назвать что угодна, это помойка диагнгозов. Шизофрения есть у всех людей в той или иной степени.