Тарелочник

С крыльца ресторана Сеня едва не свалился: подвели кеды и тонкий слой льда — напоминание, что наступил первый день зимы. Сеня удержался только благодаря Яне. Схватился за её плечо, укутанное тремя слоями колючего шарфа в полоску. А она — как опора моста! — выстояла, не дрогнула, даром, что полтора метра ростом.
— Доброго вам дня! А у нас свидание, — возвестил Сеня с порога курносую девчушку-хостес. — Хотим как следует покутить за счёт государства.
— Здравствуйте! Рады, что вы выбрали наш ресторан. Для свидания по госпрограмме нужно авторизоваться через «Госуслуги». — устало затараторила хостес заученные фразы.
— Да, конечно! — Сеня уже бойко тыкал пальцем в смартфон, экран которого надвое рассекала ветвь трещин.
— А хорошо государство придумало с этим первым свиданием, правда? — одновременно болтал он. — Это ведь логично: хочешь повысить рождаемость, поддержи молодёжь. Помоги, создай условия для романтики. Тогда и дело пойдёт, правильно?
— У нас с романтикой всё на уровне, — растянула губы в улыбке девчушка-хостес. — У нас и свадьбы проводят. Имейте в виду, если у вас всё сложится, праздновать тоже приходите к нам.
— Вот, пожалуйста, — Сеня сунул хостес под нос свой QR-код, не слишком прислушиваясь к её словам. — Яна, а где твой? Ещё не нашла? А что стоишь-то?
Яна только теперь вздрогнула и полезла в рюкзачок за смартфоном, залючённым в розовый чехол с россыпью стразов.
— Вижу, вы уже ходили в наш ресторан на первое свидание за счёт государства, — голос хостес неодобрительно опустился на тон ниже.
— Да, — легкомысленно тряхнул головой Сеня, отчего его огромные уши, покрасневшие на морозе, заколыхались. — Но с той девушкой не сложилось. Что делать? Бывает. Не теряю надежду найти ту самую.
— Поняла вас, — снова растянула губы в улыбке хостес. — Что ж, Арсений Халявин и Яна Прилипалова, предлагаю вам пройти со мной, на втором этаже вас ждёт подходящий столик. Он приносит удачу в любви.
— Удачу в любви? Это как? — на ходу поинтересовался Сеня. Яна с трудом за ним поспевала.
— Я работаю тут полгода. И — вы не поверите! — на моей памяти у каждой пары, которая проводила здесь первое свидание, дело потом шло к свадьбе. Правда-правда! Вот буквально завтра вечером к нам придут отмечать помолвку очередные жених с невестой.
— Постараемся не портить вам статистику! — Сеня обернулся на Яну и подмигнул ей. Улыбка с трудом помещалась на его лице.
Яна в ответ покраснела, запнулась о край ковра, попыталась спрятать смущение в водопаде льняных волос.
— Уютненько тут у вас! А цветы настоящие? А на фотографиях виды Грузии? А ковры с подушками часто приходится чистить? Я тоже подумываю когда-нибудь открыть свой ресторан, — Сеня вертел головой и болтал без умолку. Скупые ответы, казалось, пролетали мимо его наэлектризованного сознания.
Вскоре девчушка-хостес исчезла, оставляя Яну наедине с болтовней Сени. К счастью, отвечать на его реплики обычно не требовалось.
— Я закажу хинкали, ассорти пхали — кстати, очень рекомендую, они тут выше всяких похвал, я в прошлый раз брал. Так, что ещё? Шампиньоны с сыром или, может быть, овощи на гриле? А ты что будешь есть, уже выбрала?
Яна пожала плечами и только теперь потянулась к чёрному глянцевому меню.
Когда ребята наконец сообщили официанту,что хотят употребить, Яна наклонилась через столик вперёд и полушёпотом спросила:
— Нам надо делать вид, что мы пара? Нас могут выгнать, если поймут, что мы обманщики?
— Да разве же мы обманщики? — не потрудившись понизить голос, спросил Сеня. Яна вздрогнула и заозиралась, не слушает ли кто.
— Вкусная еда — это страшная штука. Слышала, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок? Вот как следует отобедаем, глядишь, между нами и проскочит искра…
Сеня не выдержал и прыснул. Яна его не поддержала.
— Я серьёзно! Вдруг они поймут? Может нам, я не знаю, взяться за руки?
— Да всё в порядке будет! — закатил глаза Сеня. — Ты же знаешь, я тысячу раз так делал. Я уже со всеми девчонками из нашей группы по разу сходил на свидания, и из параллельной. И с юридического факультета тоже. И с работы с одной — а она уже в возрасте, ей двадцать семь, но нам всё равно все поверили! И без всяких рук. Так что расслабься.
— А государство не может привлечь тебя к ответственности? В их базах данных, наверное, видно, что у тебя по несколько раз на неделю «первые свидания».
— Бывало даже дважды за день! — похвастался Сеня. — Но я в этом ничего такого не вижу. Может, я ищу ту самую? И, пусть пока мне не везёт, я не планирую сдаваться.
Яна промолчала, пользуясь тем, что им принесли заказ. Сделал вид, что поглощена стебями спаржи, блестящими от масла.
Сеня умудрялся есть и говорить одновременно. О своих бизнесовых планах, приёмах тайм-менеджмента, преподавателях, оценках, Илоне Маске, космических полётах, увиденном недавно фантастическом фильме,грузинской кухне и снова о планах.
***
Хлопья снега кружились в свете фонарей, лезли в лицо,оседали под ногами. Порадовавшись крепости своих ботинок, Яна поспешила, хлюпая, к светофору. Красный как раз должен был с секунды на секунду переключиться, уступить место зелёному, пропуская толпу горожан через перекрёсток. Пары закончились, впереди ждал дом, мамины котлеты, уютное бормотание телевизора на кухне, кот, трущийся о ноги.
— Яна! У тебя нет подруги? Для первого свидания? Сегодня вечером…
Вопрос Сени догнал Яну в самой кромки перехода.
— Не-а, — пискнула Яна, балансируя на острие бордюра.
— Вот блин! Ну ладно, может, у Ирки кто-нибудь есть на примете?
Сеня мгновенно потерял к Яне интерес, отвернулся от неё. Но она не спешила перебегать дорогу. Вместо этого повысила голос, силясь перекричать шум проезжающих машин.
— Зачем тебе это? — пр кричала она вслед Сене.
— Что? — не понял тот. Обернулся на Яну через плечо, но даже не замедлился. Продолжил свой стремительный путь к крыльцу, рядом с которым курила Ирка.
— Зачем тебе обязательно сегодня вечером идти на свидание? Ну, не нашёл подходящую девушку сегодня, так завтра найдёшь. Или послезавтра. А сегодня можно и дома поесть. Или даже сходить в ресторан, но за свой счёт. Устроить второе свидание — неужели ни с кем из своих девушек тебе не хотелось бы посидеть ещё разок?
Яна не была уверена, услышал ли Сеня сказанное и понял ли. Как раз в тот момент, когда отзвенел последний вопрос, заданный ею, Сеня достиг Ирки.
— У тебя нет подруги, с которой я бы мог сходить на первое свидание сегодня вечером?
— Что? Ну у тебя и аппетиты! Я тебе трёх подруг за месяц подогнала, а тебе всё мало. Мои запасы подруг иссякли, — Ирка развела руками, посмеиваясь.
— Ну что за невезуха! — пробормотал Сеня и наконец обратил внимание на Яну.
— Да просто есть очень хочется. А в общаге только макароны и пара яиц, пятый день уже на таком рационе, надоело. И денег считай нет…
— Как это нет? Ты же сам говорил в понедельник, что получил зарплату? — удивилась Яна.
— Получил, — кивнул Сеня. — Но я деньги сразу домой отправил, маме. Ну, то есть, больше Лёльке, моей младшей сестре. Ей зубы надо делать. Знаешь же, если с зубами беда, даже красотка с ногами от ушей и кубиками пресса — уже и не красотка вовсе…
Сеня был так увлечен своей речью, что не заметил, как Яна покраснела и прикрыла на мгновение рот ладошкой.
— Для девчонок это важно. Так что я без денег и голодный. И ищу девушку…
— Ты ведь знаешь, что государство платит не только за первое свидание? На халяву можно ещё и помолвку отметить. Можно прямо сейчас подать заявление через «Госуслуги» и пойти отмечать в ресторан. А потом просто не явиться в ЗАГС, и всё.
— Ничего не выйдет.
— Почему? — удивилась Яна. На экране её смартфона уже мерцало то самое приложение в цветах государственного флага.
— Тут понимаешь какое дело… Понимаешь… В общем, мне ещё не исполнилось восемнадцать лет.
— Это как? Ты же учишься на втором курсе, работаешь… — оторопела Яна.
— А я  — вундеркинд! Закончил школу в шестнадцать, поступил. А сейчас мне семнадцать, восемнадцать будет первого апреля. А работаю я вчерную.
— Ясно, — Яна взяла себя в руки. — Ты, наверное, не знаешь. С третьего числа вступили в силу поправки к закону по стимулированию рождаемости. Теперь можно регистрировать брак с шестнадцати.
— Правда? — загорелся Сеня. — Давай тогда подадим заявление. Ты ведь не против? А, знаешь, такая поправка напрашивалась. Согласись, что раньше не по уму было: на свидания за счёт государства я ходить мог, а жениться — нет. Ну глупость же, правда?
Яна едва его слушала, заполняя заявление. Только иногда перебивала вопросами. «Какое у тебя отчество? Адрес регистрации? Ага, а проживания?»
— Я ведь свою маму, получается, уже переплюнул. Она-то не только замужем, но и помолвлена никогда не была. А я — вот! — подаю заявление, — продолжал болтать Сеня.
— Тебе на почту должно прийти письмо. Подтверди, что ты согласен на мне жениться, — перебила Яна.
— Ага, да. Всё, теперь можем двигать в ресторан, отмечать помолвку. Опять в грузинский или на этот раз попробуем японскую? Спасибо тебе, Яна, отличная идея, вот сообразила же!
***
Загрохотала дверь в столовую, захохотал эхом ряд столиков у стены. Короткий залп хихиканья раздался справа, раскат гы-гы-гыканья прокатился ему навстречу, чтобы рассыпаться на множество коротких хмыков и угаснуть.
— Р-р-разрешите, пропустите! — продирался через закрученный хвост очереди Сеня. Раздвинул приятелей — раз! Разлепил влюблённых — два! На миг пропал из виду, чтобы — три! — нарисоваться прямо перед Яной.
— Ты ведь знала! Ты точно знала про штраф за расторжение помолвки. Ты всегда следишь за всеми законами и поправками. Зачем ты это сделала? Пятьдесят тысяч! Тебе ведь тоже придётся столько же выложить. И ты уже заплатила пошлину за подачу заявления — я теперь знаю, это тоже не бесплатно. Зачем тебе всё это?
Студенты, привлечённые громкой пулемётной речью Сени, принялись сползаться. Очередь отвернулась от подносов с макаронами и гречкой, люди тянули шеи и перешёптывались.
Яна покраснела, сгорбилась, вцепилась в стакан с чаем так, что пальцы побелели.
— Ты настолько меня ненавидишь? Сама готова отдать пятидесятку с гаком, лишь бы мне насолить? Но за что, что я тебе сделал?
— Можно ведь не платить! — пропищала Яна, откашлялась и повторила. — Можно не платить.
— Как? — растерялся Сеня. Затем заметил, как много внимания привлёк, и шуганул любопытствующих:
— Хватит тут уши греть. Кыш! Занимайтесь своими делами.
Некоторые смутились, отвернулись, другие продолжили следить за происходящим украдкой. Или даже вполне открыто, нагло, с удовольствием.
Сеня плюхнулся напротив Яны, пластиковый стул со скрипом прогнулся под ним.
— Как не платить? — повторил он свой вопрос.
— Очень просто. Женись на мне.
— Жениться?
— Я люблю тебя с первого курса.
— Но я-то тебя не люблю!
— Я знаю, но… Я смогу измениться, чтобы нравиться тебе больше. Я уже записалась к врачу, чтобы поправить зубы, мне отец дал денег, он бизнесмен. И каблуки буду носить по пятнадцать сантиметров, и пресс накачаю, и… Скажи, что ещё нужно сделать?
— Да разве же дело в каблуках! Любят не за это, — возмутился Сеня.
— А за что? — пискнула Яна, готовая разрыдаться. Но Сеня не ответил, вместо этого он задал вопрос:
— А что за бизнес у твоего папы?
— Медтехника. У него своё производство.
— Медтехника? Это шприцы, капельницы, каталки?
— Не знаю, производит ли папа шприцы. Может быть. Он рассказывал про тренажеры для реабилитации, кажется, после инсульта или ещё какой-то болезни — с элементами виртуальной реальности или типа того. Штука в том, что таких больше нигде в мире нет. Ещё папа говорил про боксы для недоношенных младенцев. В них можно всё-всё контролировать: влажность, температуру, состав воздуха.
Каждую подробность Яна извлекала из памяти с трудом, но постепенно её слова складывались вместе и образовывали картину, которая Сене явно нравилась.
— Получается, твой папа с помощью технологий спасает жизни? Это же… Я никак не мог решить, чего хочу больше: помогать людями или развивать технологии? А ответ — вот он. Медтехника! Интересно, твоему папе нужны сотрудники? Я бы мог стать его помощником. Уверен, для зятя он найдёт местечко.
Яна закивала и даже несмело улыбнулась.
— Так, стоп!
Сеня оказался перебит. Над столиком нависла Ирка.
— Я, Ирина Здравомыслова, запрещаю вам жениться. Яна! Как ты можешь настолько себя не уважать? Сеня ведь не любит тебя, и даже вид не делает. Сеня, ты что, и правда готов жениться по расчёту, продаться за место в бизнесе, о котором ты только что впервые услышал? Очнитесь! Ваш брак — глупость, с какой стороны не посмотри. А на штраф за разрыв помолвки мы вместе насобираем. Да, ребята? Все скинемся, и вы сможете заплатить и забыть все эти глупости…
Ирка обернулась к публике в поисках поддержки. Кто-то и впрямь пробормотал в ответ: «Да, скинемся» и «Мы готовы!»
Но большинство промолчало, многие отвернулись, продолжили оборванные до того диалоги. Толпа поредела вдвое раньше, чем Ирка успела повторить свой призыв:
— Ребята?
И тут Сеня встал, навис над Иркой всеми своими двумя метрами:
— Куда ты лезешь? Это не твоё дело, жениться ли нам с Яной. Мы как-нибудь сами разберёмся…
— Да! — подтвердила Яна.
— Ты не имеешь права нам что-либо запрещать. Препятствовать заключению брака — противозаконно. Правильно, Яна?
— Да. Это административное правонарушение, штраф для частного лица до десяти тысяч рублей, при повторном правонарушении — до тридцати, — оттарабанила Яна.
— Вот именно! Не препятствуй созданию семьи.
Ирка попыталась было спорить, вразумлять, но уже без огонька. И вскоре ушла, что-то недовольно бормоча себе под нос.
А Яна и Сеня поженились и жили вместе долго — почти семь месяцев. Потом развелись — пошлину за расторжение брака оплатил отец Яны.
Результатом всего этого казуса стало большое счастье — рождение ребёнка. Он, правда, рос без отца, да и мать не могла в должной мере уделять сыну внимание… Но он всё равно вырос хорошим человеком.
Однако это уже совсем другая история.