Глава 11 экспансия, дух Руси и код власти США

Глава 11 "Религиозная экспансия, незгибаемый дух Руси и тайный код американской власти"

Свидетельство тому – пестрое многообразие католической символики, видимое во внутреннем убранстве Ватиканских церквей и богослужебных облачениях духовенства. На первый взгляд, здесь нет ничего, что роднило бы ее с сатанизмом. Но любой знак, любой символ – двулик, и может таить в себе величину многозначности. Взгляните на герб Ватикана, символ власти Папы над священными ключами. Альтернативная трактовка этого государственного знака имеет иное понимание: католицизм никогда не прочь отворить не только врата рая, но и адскую бездну, где томится Сатана. Только в Ватикане с течением веков постулаты католичества тесно переплелись в одном причудливом узоре не только с перелицованными неавраамическими религиями, но и с амбициями политической власти европейских держав, в особенности Англии, грезящей о великой экспансии от заокеанских берегов Америки до дальних рубежей Руси. Задолго до того, как паруса Колумба коснулись земли Нового Света, и задолго до того, как христианство окончательно утвердилось в Европе, в ее королевских покоях завязывались замысловатые политические интриги. Там, под сенью заговоров, жила колониальная мечта – предчувствие грядущего передела мира. Еще до того, как Рим наложил печать католического правления, будущие архитекторы оккупации русских земель, потенциальные носители диадем, шептали молитвы темным богам, держа в сердцах древнюю, выношенную ненависть к исконному наследию протославян. Но Русь, в отличие от беззащитных племен Америки, была крепка духом. Ее свободолюбивые народы, чья воля закалялась в веках, не склонялись перед чужим ярмом. Стоя на страже родины, они были несокрушимым щитом, способным отразить любую вражескую силу. И Запад, затаив дыхание, всегда это прекрасно видел.

103

Ненависть к славянскому родству как к чуждому осуществила леденящую кровь санкцию – призрачную власть во имя Христа, из которой выросла страшная бесовщина религиозной войны против иноверцев. Так первые военные кампании с контрастом религиозного фанатизма, обязанные обратить народы в "истинную веру", назвали крестовыми походами. Но провозглашенные Римско-католической церковью военные акции не оправдали смелых ожиданий в неудачных пробах насильственного присоединения русского общества к их конфессии. Многочисленные затеи сломить исконный дух русичей изуверской силой и ассимилировать их в инородную форму религиозного мировоззрения привели к установлению неофициального контакта Европы с Русским княжеством, измученным внутренними распрями, недовольством и восстаниями язычников, отчаянно отстаивающих свои общинные святилища. Лишь когда русские князья, отвернувшись от исконной славянской веры и ее сокровенной культуры, распахнули двери для католических догм, извращенных подобиями тех, кто некогда предал смерти Учителя руками империи, Русь начала свой скорбный путь. Шаг за шагом, в союзе с посланцами Рима выковалась иерархия Русской Православной Церкви, ставшая рычагом управления – сперва княжеского, затем царского, а в грядущем и президентского управления.

104

Много позже, видя исполинское рождение православия на Руси, католичество, объятое тревогой, стало отчаянно конспирировать умысел, чтобы повысить его рост и привести к унификации с папским престолом появившийся религиозный суверенитет русской Церкви. И когда попытки подмять русские души новообретенной православной автономией раз за разом терпели крах, в чертогах Ватикана был основан орден Иезуитов, официально призванный защищать папскую власть. Впрочем, мало кто знает, что помимо этой декларируемой цели, на иезуитов возлагалась и иная тайная сверхзадача: не только ограждение от внутренних раздоров и внешних врагов, но и целенаправленная дезорганизация Русского государства, в первую очередь посредством профанации и переписывания русской истории. И вот, члены общества Иисуса, оказавшиеся в центре науки и образования того времени, согласно утверждению Папы, начали с упоением фальсифицировать все мифы, попадавшие им в руки относительно древних славян. Их первостепенной задачей стало не просто изучение истории Руси, но и налаживание связей с предполагаемыми сторонниками среди русских князей. Именно таким образом реальные исторические факты были подменены, а подлинная история Руси архивирована в хранилище Ватикана. Ведь мифология славян, утверждающая их право на социальное и цивилизованное развитие, сопоставима с их правом на духовное и культурное процветание. Их враги прекрасно осознавали, что любое государство, отказываясь от своей истинной истории, теряет свое коллективное величие и общественную сплоченность. Так народы, не знающие своей истории, становятся легкой добычей для манипуляторов, позволяя тем влиять на события, складывающиеся в их будущем.

105

Через века и ученые из других европейских государств взялись за передел русской истории, встраивая в ее страницы нашествие татаро-монгольской орды. Следует учесть, что задолго до этого они предполагали: все их заявления будут ложными и намеренно подделанными. Заполняя истину своими личными архивами, которые, как редактированные Иезуитами мифы, становились собственностью Ватиканской библиотеки, они, как никто другой, обладали точными знаниями о исторической подлинности на Руси. Тем не менее, продолжали считать исконных обитателей Руси татарами, идентично тому, как римляне называли варварами всех представителей диких племен. Более того, в своей искаженной интерпретации исторических периодов на Руси они осознали, что свидетелей тех ранних событий не осталось. Где истинная история развивалась наряду с княжеской враждой, в борьбе за власть и влияние. В ту самую пору, когда междоусобица переродилась в кровавую сечу, где княжеская распря закрутилась в непримиримой борьбе между хранителями древней веры и теми, кто помышлял о унификации обрядов с византийским великолепием. На рассвете трагического раскола русской Церкви, первый Патриарх всея Руси Никон, прислонившись к крепости царского престола, созвал соборы, с целью изменить богослужебные книги. И тогда на приверженцев старых обрядов налетела коршуном неприязнь новой власти, словно на еретиков. Чтобы сломить неукротимый дух старообрядчества, церковные реформаторы, с одобрения царя, как и иудейские первосвященники, требовали судов и смертных казней для всех, кто яростно сопротивлялся Никоновской реформе.

106

Продолжая свою мысль, я уповаю на то, что мой читатель глубоко постиг роль любой Церкви как религиозной системы. И сегодня, как и встарь, формирование этой системы – не случайность, а закономерность. Люди, ослепленные неукротимым фанатизмом и убежденные в божественной благословенности своей веры, возомнили себя призванными обводить изгородью паству от мира преступности и бунта против закона, воздействуя на прихожан посредством символической атрибутики. Пусть истоки христианской символики и кроются в периодах гонений на последователей Христа, но в православной, как, впрочем, и в католической традициях, религиозные изображения несут в себе скрытые прообразы древнеславянского язычества и идолопоклонства. Отсюда я с уверенностью заключаю: силы искусности двух великих Церквей, католической и православной, поразительно созвучны в их целеустремленности и духовном ядре. Прикоснувшись к основам католицизма и православия, разгадав язык их символов, я увидел их колоссальную роль не только в религиозной сфере, но и на арене политической власти. И в этом нет ничего удивительного. Ослепшие фанатизмом и безусловной верой, они упраздняют полемику разума, предпочитая быть послушными исполнителями огранов управления. И именно подавляющее большинство слепых фанатиков, уповая на святое посредничество Церкви, доверяют ей спасение своих душ, следуя за голосом ее псевдотолкований. Именно эти верующие, сами того не подозревая, позволили перекладывание языческого символизма на форму христианского догматизма.

107

Внося ясность в тонкости о символическом сегменте язычества и проводя параллели с христианством во всех его проявлениях и раскрывая книголюбам суть религии как таковой, я намеренно упрощал и сжимал историческую канву принятия христианства на Руси. Касался я и протославянской миграции в Европу, и той степени участия римско-католической Церкви во фальсификации подлинной истории русскоязычного мира. Пусть же эта краткость станет ключом, гарантирующим читателю умозрительно всмотреться в мельчайшие детали, произошедшие в драматических эпизодах минувших столетий. Искренне надеюсь, что мой читатель узрел в церковных символах знаки языческого подчинения, где таинства — лишь завуалированные магические обряды. Если же завеса не спала с его глаз, то достаточно лишь взглянуть на распятого и мертвого Иисуса, ставшего краеугольным камнем в управлении людскими массами. Ассоциируя крест, древнеримское орудие пыток, со спасительной жертвой Сына Божьего, священнослужители привили пастве поклонение его распятому образу и ношение нательной символики. Так исподволь формировалась фанатическая преданность, благодаря которой Церковь и по сей день остается востребованной, не теряя своей власти над умами.

108

Символы, словно мерцающие звезды на небосклоне человеческой культуры, охватывают всякое наше поприще. Они выходят за границы религиозных догм и проникают в политическое ристалище, особенно ярко проявляясь в национальном символизме, запечатленном на государственных гербах. Чтобы постичь их истинную суть, необходимо отбросить предвзятость и с пристальным вниманием вглядеться в их глубинный смысл. Уникальность этих символов заключается в том, что они не просто знаки, но и воплощение идеалов и ценностей, во имя которых они возносятся государством. Попробуем же проникнуть в сокровенные смыслы, таящиеся в национальной символике герба Соединенных Штатов Америки. Но сначала давайте учтем, что классическая экзегеза символики герба США — это лишь еще одно подтверждение его сакральной ориентации на утверждение государственного превосхождения. Возьмем, к примеру, оливковую ветвь в когтях белоголового орлана. Общепринято считать, что она символизирует стремление к миру. А в действительности она скорее заявляет о безальтернативной геополитической гегемонии, навязываемой множеству стран под лицемерной маской мирного и экономического сотрудничества. И в противовес ей – тринадцать стрел в левой лапе, якобы означающие неустанную готовность к войне. Само же присутствие рокового числа 13 на гербе отнюдь не случайно: те, кто одержим этим числом, наивно полагают, что оно в состоянии уберечь их от кармической расплаты за злодеяния.

109


По настоящему же, окутанное зловещей аурой, число 13 искони несет на себе штамп инфернальности. Чувствуется, как его нутряная сущность сходственна политическим амбициям, тайной возни государства, как блуждающее привидение власти. Внимательное изучение этого числа позволяет разглядеть в нем мистический эпицентр, ведь оно чуждо христианскому мировосприятию, где благодать и святость ему заказаны. Недаром Иисус собрал вокруг себя лишь двенадцать апостолов – тринадцатым мог быть лишь сам искуситель. И пусть нумерология пытается представить это число в нейтральном, даже позитивном свете, но не покидает ощущение, что ее адепты, стремясь обелить все числа, намеренно закрывают глаза на темные стороны бытия. В своих нумерологических изысканиях исследователи, вероятно, упустили из виду пугающую закономерность: роковые числа, словно злые предзнаменования, неизменно сопровождали кровавые страницы истории, отмеченные убийствами и войнами. В качестве примера приведу лишь один леденящий душу эпизод. Тринадцатого числа, в злополучном 1307 году, по коварному приказу французского короля Филиппа IV, были схвачены все члены ордена тамплиеров. Алчный монарх, затменный меркантильностью, захотел завладеть их несметными богатствами, накопленными якобы путем пожертвований. И дата ареста была выбрана королем отнюдь не случайно. Вскоре тамплиеры стали жертвами чудовищных пыток, допросов и страшной казни – их сжигали на кострах, превращая в пепел на глазах у изумленной Франции. Однако, памятуя об этом, следует отчетливо понимать: сами по себе числа или символы не обладают магической силой, фатально воздействующей на человеческое сознание.

110

Будто облученные тайной оккультизма, посвященные наделяют определенные числа и символы магическим ореолом, наделяя их эзотерической властью и ассоциируя с разнообразными ремеслами и деяниями. Все же, оставив в стороне эти общие положения, я хочу сосредоточить ваше внимание на конкретном артефакте – американской денежной купюре – чтобы пристально изучить имеющие на ее обороте символы. Начну, пожалуй, с наиболее значимого элемента: тринадцатиступенчатой пирамиды, увенчанной всевидящим оком. Но прежде, давайте вглядимся в латинские надписи, обрамляющие пирамиду: "Annuit Coeptis" – как небесное благословение "Он благословляет наши начинания", и "Novus Ordo Seclorum" – торжественное провозглашение "Нового мирового порядка". Официальная версия, искусно вплетенная в сознание масс, представляет пирамиду как символ незыблемости государства и единства народа. Око же, якобы, олицетворяет Всевидящего Бога. Но эта интерпретация, на мой взгляд, ненадежна и подозрительна, особенно если учесть двуличную сущность внутренней и внешней политики США. С помощью лживой подмены истинных значений символов на долларовой купюре, чьи корни уходят в оккультные практики Ордена Иллюминатов, собранного из рядов тамплиеров и, отчасти, инквизиторов, власть этой страны грубо попирает божественные и человеческие законы, подменяя их дьявольскими установлениями. Ибо эти знаки, чуждые христианскому символизму, содержат в себе копию зла. И то, что лицемерно называют Всевидящим Оком, есть не что иное, как каббалистический взор самого Сатаны.

111

Как ни странно, но о Соединенных Штатах Америки – федеративном государстве, где и зародился таинственный оккультный клан масонов, – с устрашающей загадочностью повествуется в апокалиптических пророчествах Библии. Сопоставляя современную Америку с образом Вавилонской блудницы, запечатленным в Откровении Иоанна Богослова, я невольно склоняюсь к мысли, что не иначе как ее черты скрываются за этой апокалиптической аллегорией. Внемлите лишь малой толике Иоанновского откровения: "И пришел один из семи Ангелов, имеющих семь чаш, и, говоря со мною, сказал мне: подойди, я покажу тебе суд над великою блудницею, сидящею на водах многих; с нею блудодействовали цари земные, и вином ее блудодеяния упивались живущие на земле. И повел меня в духе в пустыню; и я увидел жену, сидящую на звере багряном, преисполненном именами богохульными, с семью головами и десятью рогами". Чтобы не упустить ни единой, сколь угодно малозначительной детали в апокалиптическом облике Зверя и выявить возможные связи с символикой долларовой банкноты, я отважусь применить ортодоксальный подход к созданию целостной картины, где отдельные образы и факты сольются с предметом моего исследования. Осмысливая "Откровение" рационально, приходишь к выводу: Иоанну в его метафизическом трансе государственная или мировая система, ныне кажущаяся упорядоченной, явилась в очертании неведомого и наводящего ужас субъекта. Более того, из его пророческого повествования явственно проступает мысль, что определенные круги масонов в США, чье влияние пагубно сказалось на геополитической ситуации в мире, предстали перед ним в виде семиглавого монстра.

112

Если достаточно долго рассматривать оборотную сторону американского доллара, можно ощутить холодеющее дыхание оккультной власти. Кажется, будто сам князь тьмы, тайно возглавил высшую инстанцию в сердце американского федеративного государства. Где злобный архитектор тоталитаризма, Сатана, преследует цель навечно закрепить человечество в материалистической темнице, лишив его памяти о духовных корнях. И вот, современная эпоха, опьяненная блеском золотого тельца, почти полностью влилась в его глобальную структуру управления, где доллар стал не просто валютой, а инструментом порабощения, кующим цепи всеобщей зависимости.