Сказка о двух солнцах и змее небесном

Лист 1. Вечер у костра

В глуши лесного царства, где сосны шепчут древние тайны, а ручьи поют песни забытых времён, сидели у костра Тюхтя и Шишига. Тюхтя — озорной дух в рубахе из крапивы, с глазами;искорками; Шишига — деловитая, в юбке из мха, с корзинкой волшебных трав.

Пламя танцевало, отбрасывая причудливые тени на стволы вековых деревьев. Шишига помешивала в котелке душистый чай из лесных ягод, а Тюхтя, глядя на звёзды, вдруг сказал:

— Знаешь, Шишига, есть одна старая;старая легенда… Про два солнца.
— Два солнца? — удивилась Шишига, ставя котелок на камни. — Но ведь сейчас одно…
— А было два, — кивнул Тюхтя. — В незапамятные времена, когда мир был ещё юным, а боги ходили по земле.

Лист 2. Два светила

Тюхтя устроился поудобнее, подбросил в огонь сухих веток, и начал свой рассказ:

— Давным;давно, в начале времён, над миром сияли два солнца. Одно — яркое, золотое, дарило тепло и жизнь. Его звали Ярило. Другое — чуть бледнее, но тоже тёплое, ласковое. Оно называлось Месяцо.

Оба светила восходили каждое утро, обходили небосклон и скрывались за горизонтом. Всё живое радовалось их свету: травы росли гуще, звери плодились, люди строили дома и пели песни.

Но однажды…

Тюхтя сделал паузу, глядя, как искры взлетают в ночное небо.
— Однажды Месяцо возгордилось. Оно посмотрело на Ярило и сказало:
— Я не хуже тебя! Почему люди славят лишь тебя? Почему мне не поют хвалебных песен?

И стало Месяцо светить ярче, пытаясь затмить Ярило.

Лист 3. Гнев Бога

Шишига придвинулась ближе, глаза её блестели в отсветах пламени.
— И что же случилось?

— Бог, что правит небесами, увидел эту гордыню, — продолжил Тюхтя. — Он разгневался. Не за то, что Месяцо хотело быть равным, а за то, что оно позабыло: свет — это дар, а не повод для хвастовства.

Бог призвал небесного змея — огромного, с чешуёй, как звёздная пыль, с глазами, горящими холодным огнём.
— Иди, — сказал Бог. — И покарай то солнце, что возгордилось.

Змей взвился в небо, расправил крылья, подобные тучам, и устремился к Месяцу.

Лист 4. Битва в небесах

— Представляешь, Шишига, — глаза Тюхти вспыхнули, — как задрожало небо, когда змей настиг Месяцо! Он обвился вокруг него, сжал кольцами, и начал… пить его свет.

Месяцо кричало, умоляло, пыталось вырваться, но змей был сильнее. Он высасывал его сияние, его тепло, его силу.

А Ярило, видя это, заплакало. Его лучи стали влажными, и с них падали капли — первые дожди на земле. Но вмешаться оно не могло: таков был суд Бога.

Постепенно Месяцо теряло свой блеск. Его золото превращалось в серебро, тепло — в прохладу, а сияние — в тусклый свет.

Когда змей наконец отступил, от Месяца осталось лишь бледное, холодное свечение.

Лист 5. Новое имя

— И тогда Бог сказал:
— Ты больше не солнце. Ты — Месяц. И будешь светить лишь ночью, напоминая всем, что гордыня гасит свет.

С тех пор всё изменилось. Ярило продолжало дарить день, согревать землю, растить урожай. А Месяц… Месяц стал выходить лишь с наступлением темноты. Его свет был тихим, задумчивым, иногда печальным.

Люди сначала боялись его. Говорили: «Это проклятое солнце!» Но со временем привыкли. Увидели, что и в лунном свете есть своя красота:

серебристые росы на траве;

таинственные тени в лесу;

мерцание рек под звёздным небом.

И начали слагать песни про Месяц — не хвалебные, как про Ярило, а задумчивые, нежные.

Лист 6. Уроки легенды

Шишига вздохнула:
— Печальная история… Но мудрая.

— Да, — кивнул Тюхтя. — Она учит нас трём вещам:

Гордыня ослепляет. Месяцо забыло, что свет — это не власть, а служение.

Всё имеет цену. Даже свет может стать холодным, если им злоупотреблять.

И в падении есть красота. Месяц, хоть и лишился прежнего величия, нашёл своё место в мире.

Шишига задумчиво посмотрела на луну, что уже взошла над деревьями.
— А ты думаешь, Месяц когда;нибудь простили?

Тюхтя улыбнулся:
— Бог не простил, но и не забыл. Он оставил Месяц в небе — как напоминание и как шанс. Ведь даже бледный свет лучше, чем тьма.

Лист 7. Ночь под луной

Они сидели молча, глядя на лунные блики на поверхности лесного озера. Ветер шелестел листвой, а где;то вдали ухала сова — будто вторила древней легенде.

Наконец Шишига сказала:
— Спасибо за рассказ, Тюхтя. Теперь, когда я смотрю на луну, я вижу не просто свет, а историю.

— И это хорошо, — ответил Тюхтя. — Ведь мир полон историй. Одни — на земле, другие — в небе. А мы — те, кто их слышит и передаёт.

Он подбросил в костёр последнюю ветку. Пламя вспыхнуло ярче, отразившись в глазах духов.

— Пойдём спать? — предложила Шишига.
— Пойдём, — согласился Тюхтя. — А завтра я расскажу тебе ещё что;нибудь. Про звёзды, может быть. Или про ветер.

Они укрылись в своей лесной избушке, а над ними, в бескрайнем небе, тихо светил Месяц — бледное напоминание о древней гордыне и вечном уроке.

Вот и сказке конец, а луне — вечный свет!