Космическое путешествие Ослика ИА. Глава 2

           Часть первая. Глава 2. Ласковый сад

Запись в бортовом журнале : «День 9. Записывает Алексей. Иван сказал, чтобы я тоже учился вести записи. Мы застряли на странной планете. Ничего не растёт. Только серый камень да пыль. От этого так сильно захотелось зелени, что я на минуту закрыл глаза... И вдруг я не здесь. Я босыми ногами стою на траве......»
                **********
Встав босыми ногами на траву, отвыкшими за год городской суеты, Алёша съёжился от щекотки и прохлады. Блаженная улыбка растеклась по его щекам, глазам, ушам, и даже волосы слегка приподнялись от пробежавших мурашек. Бабуля с сердечной простотой и любовью наблюдала за внуком, словно чувствуя то же. Вот он бежит в теплицу, где в прошлом году он собирал огурцы. Но теперь там растут перцы. Ничего, тоже очень вкусно! Вот яблоньки — до урожая ещё пару месяцев. А вот совершенно новенькое деревце! Или нет? Точно, в прошлом же году он посадил сюда малюсенький росточек, который только проклюнулся из косточки вишни, а теперь это солидная веточка с листиками. Лёше всё тут было знакомо и всё ново. Он с удовольствием перебегал от малины к горошку, от клубники к помидорам. Смородина такая кислая, аж сводит скулы, но такая вкусная! От одних воспоминаний слюнки побежали.
Ему всегда нравилось помогать по саду, даже если это было ему тяжело. То принесёт ведёрко ягод, то польёт овощи в теплице, то поможет помыть картошку. И непременно всё попробует, иногда даже без мытья, ведь тут всё своё… Лёша не только ощущал от этого труда важность и ценность, но сама природа вдохновляла его. Жужжание пчёл, журчание родника у самой ограды, таинственный шёпот листвы словно звали его в неведомое. Тут он ощущал настоящую жизнь!
Иван тоже любил деревню, но больше сам дом. Большой и светлый с залом и уютными комнатками под разные нужды, огромным вторым этажом, он мог вместить всю семью за раз. Просторная баня со всеми удобствами бывало собирала гостей, если в доме не хватало места за обеденным столом. Дед Петя построил этот дом своими руками без единого гвоздя, как уже никто не строит. Это придавало дому таинственную сказочность. Дед всю жизнь проработал лесником, всегда с деревом на «ты». Добрых 100 гектаров сосен и елей посадил своими руками. Летом пешком, зимой на лыжах каждый день не меньше 10 километров пробегает по родному лесу. И каждое деревце будто говорит с ним на своём языке, рассказывая к какой неведомой высоте стремятся их души.
Иван с восхищением смотрел на богатырскую бодрость деда. Но с архитектурными решениями дома не всегда мог смириться. Он не раз приносил деду свои идеи на бумаге. И, хотя дед разбирался в чертежах, улыбался юношескому запалу внука. Но когда они решили поставить крытый бассейн с подогревом во дворе, тут уж без идей Ивана не обошлось. Он спроектировал и помог построить ракетную печь, которая была ещё и очень экономичной. А в бассейне было комфортно даже в ненастную погоду.
Алёша не отставал от брата в мужских заботах по дому. Не раз они спорили с Иваном, кто будет красить дверь, работать рубанком или пилить доску. Но дед всегда умело примирял ребят, находя дело каждому.
А пока ребята до изнеможения трудились на свежем воздухе у бабули всегда были наготове пирожки, оладушки, компоты и много другой вкуснотищи.
                **********
А вечерами они бывало собирались с гитарой у костра, разглядывали звёзды в бинокль и мечтали о полётах. Ивану всегда были интересны процессы протекающие в светилах, их названия, расстояние и другие технические вопросы. Лёша же видел на ночном полотне неба то маленькие светящиеся дырочки, то придумывал новые созвездия и сюжеты сказок, а то представлял себя отважным космонавтом, спасающим галактику.
У такого костра отец часто говорил им загадочные вещи, которые ребята не сразу понимали.
Однажды, когда дрова почти прогорели, он слегка ударил палкой по головешкам от чего сноп искр и дым взметнулся вверх: — Видите дым от костра? Как он движется? — Просто летит вверх, — пожал плечами Иван. — Да. Но кто его толкает? Нет ведь ветра. Лёша задумался: — Может быть... он легче воздуха из-за огня? — Чуть точнее, — улыбнулся отец. — это дыхание жизни. Дом дышит теплом хозяев. Деревья дышат шёпотом ветра в листве. Камень дышит устремлением ввысь — просто очень медленно. И звёзды дышат... — Звёзды? — перебил недоверчиво Иван. — Они же газовые шары! — Да, они расширяются и сжимаются, вибрируют и движутся. Всё, что есть во Вселенной — дышит одним дыханием. И мы в том числе.
Ребята молчали, не совсем понимая.
— Пап, а при чём тут мы? — спросил Лёша. Владимир Павлович посмотрел на сына с любовью: — Когда ты вдыхаешь, это является частью того же дыхания, которым дышат звёзды. И когда в тебе говорит твоё сердце — это голос самого дыхания Вселенной, говорящий через тебя.
— А помнишь, Алёша, как ты её посадил свою вишню? — Угу! Я косточку закопал. А она теперь вон какая! — А ты её заставлял расти? Лёша задумался: — Нет... Она сама. — Точно. Ты дал ей землю, воду и солнце. Но ту силу, которая превратила маленькую косточку в дерево — откуда она? — От земли? От солнца? — От того же дыхания, которое движет всем. Мы можем найти его в искрах ночного костра, в аромате цветка, в пении птиц, во вращении планет и светил, смене дня и ночи, жизни и смерти. Вишня знает, как расти. Без учебников, без чертежей. Она просто слушает.
Иван подсел ближе, слушая внимательно.
— Пап, а мы можем слышать это дыхание? Владимир Павлович поднял глаза к небу: — Когда ты рисуешь чертёж и чувствуешь, что он правильный — это голос дыхания. Когда Лёша видит ход в шахматах, и этот ход — лучший из всех возможных — это тоже голос. Даже когда ты просто слушаешь своё сердце и знаешь, что дорога верна, — это дыхание говорит с тобой.
— А если я ошибусь? — тихо спросил Лёша. Отец обнял его за плечи: — И вишня не всегда растёт прямо. Видишь, ствол чуть наклонился к свету? Но она живая, и на ней вырастут именно вишни. И вкусные будут. Главное — не мешать ей расти. Не ломать её, не заставлять расти не так, как она хочет. Слушать, а не командовать.
Иван нахмурился: — То есть вообще ничего не делать? Просто ждать? — Делать! Но слушая дыхание, а не чужие голоса. Не голос страха, не голос гордости, не голос того, что думают другие. Устремлённость ума гарантирует успех — если это твоя собственная устремлённость, рождённая из дыхания, а не навязанная.
Ребята молчали, стараясь понять, но не совсем получалось.
— Когда я слушаю дыхание Вселенной, — продолжал отец, — я чувствую, что наэлектризован. Как будто всей спиной касаюсь чего-то огромного и доброго. И даже если мои решения не всегда выглядят правильными, они правильные для меня. Потому что я не один. Я — часть чего-то большого.
Иван вспомнил это ощущение — когда чертёж сам ложился на бумагу, как будто его руки двигали невидимые нити. Алёша вспомнил, как иногда шахматы играются сами собой, когда он не думает, а просто чувствует.
Ребята притихли, глядя на звёзды новыми глазами. Будто прислушиваясь к тому Дыханию, к которому только что прикоснулись.
                **********
На следующий день за завтраком мама заметила живой блеск в глазах Ивана. Она знала этот блеск в глазах отца, когда тот задумывал что-то серьёзное. Она работала над своим научным кооперативом, но никогда не упускала таких моментов.
— О чём задумался? — спросила она, словно невзначай, наливая молоко в кашу сына.
— Мам, я хочу поступить в «Школу юных космонавтов», — сказал Иван прямо.
Отец поднял глаза от планшета, где он обновлял программное обеспечение космической станции матери. Мать медленно поставила кувшин с молоком на стол, опустила глаза и села. В её лице читалась радость, тревога, гордость и волнение. Чувства сменяли друг друга, но за несколько секунд она взяла себя в руки.
— Это нужно обсудить на семейном совете — произнесла она тихо, — Володя, — обратилась она к мужу, — не рано ли начинать карьеру космонавта в 15 лет?
— Если удастся поступить в школу, то подготовка продлится целый год. Потом экзамены. Если всё получится, то на борт корабля Иван поднимется только следующим летом. У тебя будет ещё время нанянчиться с ним. Да и Лёше только 10 исполнилось. Лет 6 он всё ещё будет твоим «малышом» — смягчил шуткой отец, видя, как матери тяжела мысль о расставании с первенцем. Потом серьёзно посмотрел на Ивана:
— Если ты слышишь зов, — сказал он тихо, — значит, пришло время ему следовать.
Алексей всё это время сидел как остолбеневший, забыв о каше во рту. Ему уже давно не нравилось, когда его называют «малышом». Какой он малыш, если всюду поспевает за старшим братом. Ну и что, что возраст и рост меньше. Зато он уже довольно известный шахматный гроссмейстер даже за пределами солнечной системы. Не раз он успешно участвовал в межгалактических турнирах, где обставлял даже именитых игроков. Правда, до чемпионского титула пока не добрался. Но сейчас его волновало вовсе не это. Как же это, брат полетит в космос, а он останется дома?! Это немыслимо! Но разговор вывел его из оцепенения.
— Я тоже полечу! — твёрдо заявил он, вжимаясь в спинку стула.
Мама ласково потрепала его по волосам. Отец улыбнулся. Иван добродушно хмыкнул:
— Подрастёшь — полетишь.
Все в ответ только заулыбались. Завтрак подошёл к концу.
Но для Алёши ничего не кончилось. В эти секунды в нём что-то щёлкнуло. Не злость, нет. А тихая, холодная уверенность, твёрже гранита. Он смотрел, как Ваня убирает тарелку, уже мысленно паря где-то в стратосфере, и повторял про себя: «Нет. Я полечу с тобой. Я докажу. Я найду способ». И в его глазах, которые все сочли просто упрямыми, горел уже не просто огонь решимости. Горел огонь обещания, которое он дал самому себе.