Школьные сочинения продолжение эксперимента

Школьные сочинения: эксперимент (продолжение)


Буквально через несколько дней после опубликования статей «Литературу в школе убили» и «Школьные сочинения: эксперимент» автор обнаружила в интернете объемное собрание сочинений старшеклассников 1990-х гг., собранное под заголовком «лучшие сочинения». Решено было продолжить эксперимент и сравнить опусы, написанные мной самой в формате школьных сочинений старого образца, с реальными сочинениями учащихся 1990-х гг.

Аналог моему «сочинению» «Конфликт Чацкого с фамусовским обществом» нашелся быстро. У анонимного автора-старшеклассника оно называется «Чацкий против фамусовского общества».

Вот введение к данному сочинению: «Комедия "Горе от ума" дает общую картину всей русской жизни 10-20-х годов XIX века, воспроизводит извечную борьбу старого и нового, которая с большой силой развернулась в это время по всей России, а не только в Москве, между двумя лагерями: передовыми, декабристски настроенными людьми и крепостниками, оплотом старины.

Фамусовскому обществу в комедии, твердо хранившему традиции "века минувшего", противопоставлен Александр Андреевич Чацкий. Это передовой человек "века нынешнего", точнее, того времени, когда после Отечественной войны 1812 года, обострившей самосознание всех слоев общества России того времени, стали возникать и развиваться тайные революционные кружки, политические общества. Чацкий в литературе 20-х годов XIX века - это типичный образ "нового" человека, положительного героя, декабриста по взглядам, общественному поведению, нравственным убеждениям, по всему складу ума и души».

Цитирую введение к своему экспериментальному «сочинению»: «Победа в Отечественной войне 1812 года привела к невиданному прежде взлету русского национального самосознания. Русские офицеры, побывавшие в заграничных походах, где они успели познакомиться с европейскими порядками, вернулись в Россию поборниками свободолюбивых идеалов и убежденными противниками самодержавия, а, прежде всего, крепостного права. Также с 1818 года в стране уже существовали декабристские общества.

В такой общественной-политической атмосфере Грибоедов пишет в 1824 году комедию «Горе от ума». Комедия при жизни драматурга не была допущена цензурой ни на сцену, ни к печати, но при этом широко расходилась в списках, и с ней были знакомы практически все образованные современники Грибоедова.

Главный герой Александр Андреич Чацкий – молодой дворянин, лишь недавно возвратившийся на родину из заграницы. Чацкий становится рупором идей самого Грибоедова, выразителем его самых заветных чаяний».   

Выходит, не сговариваясь, мы с анонимным автором писали об одних и тех же вещах. Совпадение – вплоть до деталей: мы оба упоминаем при освещении общественно-политического контекста и Отечественную войну 1812 года, и декабристов.

Далее – основная часть.

Приведу фрагмент из сочинения старшеклассника 1990-х гг.: «Столкновение Чацкого - человека с волевым характером, цельного в своих чувствах, борца за идею - с фамусовским обществом было неизбежно. Это столкновение принимает постепенно все более ожесточенный характер, оно осложняется личной драмой Чацкого - крушением его надежд на личное счастье. Его взгляды против существующих устоев общества становятся все более резкими.

Если Фамусов - защитник старого века, времени расцвета крепостничества, то Чацкий с негодованием революционера-декабриста говорит о крепостниках и крепостном праве. В монологе "А судьи кто?" он гневно выступает против тех людей, которые являются столпами дворянского общества. Он резко высказывается против милых сердцу Фамусова порядков золотого екатерининского века, "века покорности и страха - века лести и спеси".

Идеал Чацкого не Максим Петрович, надменный вельможа и "охотник поподличать", а независимая, свободная личность, чуждая рабской приниженности.

Если Фамусов, Молчалин, Скалозуб рассматривают службу как источник личных выгод, службу лицам, а не делу, то Чацкий разрывает связи с министрами, уходит со службы именно потому, что он желал бы служить делу, а не лакействовать перед начальством. "Служить бы рад, прислуживаться тошно", - говорит он. Он защищает право служить просвещению, науке, литературе, что трудно в этих условиях самодержавно-крепостнического строя…»

И так далее.

А теперь из собственного сочинения: «Обратимся к другим героям комедии, постепенно собирающимся на бал в доме Фамусова. Все они – люди самых консервативных воззрений и узких интересов, некоторые из них – откровенно ничтожны. Так, Скалозуб являет собой тип тупого ограниченного солдафона. Загорецкий – лгун, мошенник и плут, к которому, однако, лояльно относится фамусовское общество, так как он умеет порой услужить важным персонам. В самых резких тонах подана старуха Хлестова, которая «от скуки… взяла с собой арапку-девку да собачку». Мы видим, как для представителей фамусовской Москвы человек, стоящий несоизмеримо ниже по социальному положению, превращается в их глазах в вещь. Особняком стоит Репетилов, который упоминает в своей речи и «Бейрона» (имеется в виду английский поэт Д. Г. Байрон, ставший кумиром вольномыслящей молодёжи России того времени), и «матерья важные», и даже «тайные собранья». Своими критическими рассуждениями он способен напомнить самого Чацкого. В действительности же Репетилов является пародией на главного героя, на что также намекает говорящая фамилия героя, - все, что Чацкий выстрадал, Репетилов подхватил у моды <…>

Рядом со всеми этими людьми главный герой не только предстает человеком уже нового, XIX века - образованным, независимым, но также выступает принципиальным противником строя, основанного на крепостном праве. В своих монологах Чацкий прямо обличает пороки современного ему света -  кумовство в среде высшей аристократии и другие злоупотребления, а упоминание знатного вельможи, который «выменял борзые три собаки» на своих верных слуг, следует считать жесткой сатирой на крепостнические нравы. Представители же фамусовской Москвы – люди, полностью лояльные существующему порядку, и они безошибочно чувствуют в Чацком человека им чуждого (его начинают называть «вольтерьянцем», «карбонари»), угрозу собственному привычному существованию».

Мой подход начинает казаться мне невыигрышным. Старшеклассник 1990-х гг. явно превзошел меня в силе обобщения.

Мы, разумеется, понимаем, что опус написан в 1990-е гг. В наши дни в сочинении о «Горе от ума» уже не было бы смысла свыше десятка раза повторять что-то о «крепостничестве», «крепостном строе» - все-таки крепостное право было отменено уже в 1861 году. На сегодняшний день важнее понятие свободы, человеческого достоинства, сам мотив столкновения человека прогрессивных убеждений с «темным царством» - то, что не стареет.

В то же время, нельзя впадать и в противоположную крайность – вообще обходить молчанием антикрепостническую тенденцию пьесы. В таком случае разговор о «Горе от ума» становится неестественным, да и попросту невозможным.

Остается отметить, что и я, и автор сочинений 1990-х гг. оба пишем также и о любовном конфликте пьесы как катализаторе конфликта социального.

Следующее сочинение «Татьяна – милый идеал А. С. Пушкина» - имело одинаковое название у меня и у выпускника 1990-х гг.

Вот фрагмент введения сочинения анонимного автора: «Пушкин работал над романом "Евгений Онегин" много лет, это было самое любимое его произведение. Белинский в своей статье "Евгений Онегин" назвал произведение "энциклопедией русской жизни". Роман был для поэта, по его словам, "плодом ума холодных наблюдений и сердца горестных замет". Среди множества действующих лиц, в романе самым крупным планом показана Татьяна Ларина, которую автор называет своим "милым идеалом". В русской литературе женщины воспеты особенно впечатляюще. Красота женщины делает светлым мир, наполняя его особой духовностью».

И – мое введение: «Роман в стихах «Евгений Онегин» писался А. Пушкиным на протяжении восьми лет – с 1823 по 1831 годы – и явился одним из главных произведений в творчестве поэта. В. Белинский называл роман «энциклопедией русской жизни», так как в нем нарисованы картины жизни и петербургского высшего света, и деревни, и Москвы, явлен портрет типичного молодого столичного дворянина 1820-х гг. – самого Евгений Онегина. Также автор представил в романе и свой «милый идеал» женщины - в Татьяне Лариной. Отношения главного героя с ней и составляют основу романного сюжета».

И снова мы с автором 1990-х гг. исходим во введении из одного и того же: там, где освещение общественно-политической ситуации не слишком подходит к теме, на которую мы намерены писать, «выручает» историко-литературный контекст – сведения об авторе и истории создания произведения.

Начало основной части у меня и у автора-старшеклассника также сходно.

У автора: «Пушкин выделяет Татьяну из многих представительниц дворянского общества только лишь потому, что она по своему развитию выше окружающей среды. Красота окружающей природы, постоянное уединение, привычка мыслить самостоятельно, природный ум сформировали внутренний мир Татьяны, до которого, при всем своем уме, не дорос Онегин. В своей семье она была одинока. Пушкин пишет: "Дика, печальна, молчалива, как лань лесная, боязлива, она в семье своей родной казалась девочкой чужой".

У меня: «Когда Татьяна впервые появляется перед читателем, образ ее подан в романтических тонах: «Дика, печальна, молчалива,/Как лань лесная, боязлива,/Она в семье своей родной/Казалась девочкой чужой».

Автору важно показать необычность героини, которая погружена в свой особый поэтический мир. Качества, выделявшие Татьяну на фоне среды, вскоре начинает видеть Евгений. Он замечает в разговоре с Ленским: «Когда б я был, как ты, поэт, / То выбрал б старшую – Татьяну». Резкий контраст Татьяне представляет ее родная сестра, Ольга – миловидная, но ограниченная девушка: «…любой роман / Возьмите и найдёте верно / Её портрет». Однако именно Ольга становится избранницей поэта Ленского».

И я, и автор посчитали, что слова «дика, печальна, молчалива» и т. д. являются ключевыми для характеристики героини в начале романа, и их нельзя обойти молчанием в сочинении о ней. И я, и автор пишем о том, что Татьяна – «выше среды». Клише? Да. Но и клише хороши, когда употреблены уместно.

А вот как автор, о котором идет речь, пишет об отношениях Онегина и Татьяны: «Встретив Онегина, в котором она почувствовала необычного человека, Татьяна полюбила его. Письмо Лариной поражает силой чувства, тонкостью ума, полно скромности и красоты. Онегин не разглядел главного в Татьяне: Татьяна - это одна из тех цельных натур, которая может любить только один раз. Онегина тронуло письмо, но не более того. Он говорит Татьяне: "И сколько б ни любил я вас, привыкнув, разлюблю тотчас".

А у меня не получилось так же проникновенно писать о любви.

Жаль, однако, признавать, что продолжение этого сочинения старшеклассника глубоко меня разочаровало: автор начинает повторять то, что уже было сказано прежде, нить рассуждения теряется, структура размывается.

Более-менее близкого аналога своему сочинению «Тема судьбы в романе Лермонтова «Герой нашего времени» мне найти не удалось. Видимо, сама эта тема еще не была тогда в употреблении.

Из того, что довелось изучить в сборнике сочинений 1990-х гг. за короткий срок, можно сделать следующие предварительные выводы. В сочинениях того времени очень большую роль играл контекст – социально-исторический, историко-литературный. И этот контекст подчас заслонял собой непосредственное восприятие текста произведения. В более позднее время больше внимания стали уделять тексту, собственным размышлениям читающего над описанным, более широко применять для понимания художественного произведения психологический подход.

Эту тенденцию следует считать положительной, но только до тех пор, пока мы не начинаем «задвигать» контекст. Банально, но между непосредственным восприятием текста и знанием контекста, а также умением его уместно применять, необходимо найти баланс. Пренебрежение одним в пользу другого ведет либо к печально знаменитой «идеологизации», либо к «кухонным» суждениям о литературе, также не имеющим ценности.   

Написание сочинений представляет собой сложную, но интересную проблему, которую профессиональным филологам, методистам, учителям и ученикам следует решать сообща и непременно на практике. По крайней мере, нет оправданий тому, чтобы воспитывать из новых поколений молодежи обезьянок, способных лишь выхватить цитату из текста и прокомментировать ее одним-двумя собственными предложениями (требования ЕГЭ, ОГЭ и др.).