***

Бескрайность неба. Первая звезда. Фрегата сотая регата застряла между льдин. Лишь капитан один стоит на мостике и верит в чудо. Полярный паладин, не может отвернуться, не осветив им путь и айсберги, не разогнав по северному морю.

Аврора спит. Февраль стоит на каменном мосту, почти не плача. Он вытряхает сны с заплечного мешка. Кто-кто, а он наверняка и точно знает, как изменить судьбу затерянных во тьме зимы первопроходцев. Собака лает.
Февраль почти как бог. И научился жить как люди. Укрывшись в сонной тишине прелюдий, перед метелями судьбы. Подняв повыше воротник, шагает за Иона.

Он что-то шепчет, древний, как санскрит, пророчит нам исходы и возвраты, и сказка с былью, потеряв свой стыд, заводят хоровод у циферблата. Аврора спит и стынет подоконник, ветров художественный свист – как скиф, как уличный разбойник её любимому, застрявшему во льдах, прошепчет: «Куда спешишь, печальный фаталист? Куда стремишься сквозь шальную ель? Ты думаешь — до дома, к чашке чая? А вдруг твой путь — всего лишь карусель, сансара, что скрипит, не прекращая?»

Февраль летит по крышам, снежною депешей, грызёт сосульку – мятное драже, он вечен здесь, и конный он, и пеший, хозяин на высоком этаже. И весел тем, что время – есть не он, а мы с тобой в метели этой лютой – всего лишь пыль, и просо, и зерно, что станет хлебом, сном или валютой. Зерно, что сыплет в пригоршни ветров, чтоб прорасти, быть может, в тёплом мае, где солнце льётся золотом с ковров, подобно Будде в рощах Гималаев.

Аврора спит и видит, как во сне расходятся равнины льдов и воды дышат паром. И небо порвалось в клочки и чайки – юные волхвы, кричат у бездн. Стираются черты у горизонта, смеясь над хрупкой сутью бытия…
Фрегат, извергнутый из тьмы огромной пасти кашалота, уж парус развернул, спеша в ворота вслед за звездой далёкого кристалла, не смеющего пасть в ладони капитана.

Шёл по мосту февраль. И шла собака, неся звезду в раскрытой пасти. И разбегались все напасти пред светом космического веретена. И только двое знали – чья любовь спасла сквозь сны фрегат и капитана… раздвинув антарктические льды…

Навеяно картиной: «Ледяные горы в Антарктиде» Ивана Айвазовского