Исповедь

Она вошла в квартиру, когда сумерки уже сгущались за окном, зелёное пальто соскользнуло с плеч, обнажив кожу, ещё теплую от лесного воздуха и взглядов. Муж сидел в кресле у лампы, книга на коленях, но глаза его вспыхнули, едва завидев её — растрёпанную, с румянцем на щеках и лёгкой дрожью в походке. Под пальто ничего не было: соски проступали твёрдыми бугорками сквозь ткань, бёдра тёрлись друг о друга, промежность саднила от возбуждения, что нарастало весь обратный путь.

— Как съёмка? — спросил он, голос низкий, с той хрипотцой, что выдавала интерес.

Она сбросила пальто на пол, стоя перед ним голая, тело золотилось в свете лампы: полные груди с напряжёнными сосками, мягкий живот, золотистый треугольник волос над лобком, где губы уже набухли, блестя влагой. Медленно опустилась на корточки у его ног, ладони легли на колени, взгляд вверх — полный смеси стыда и жара.

— Он... заставлял меня, — прошептала она, голос дрожал, пальцы сами потянулись к его ширинке, расстёгивая брюки. — В лесу, босиком... Пальто распахнулось, ветер ласкал всё: соски торчали, как спелые ягоды, бёдра раздвигались сами, лобок горел, волоски мокли от сока. Он щёлкал камерой, а я шла, чувствуя, как капли стекают по ногам...

Муж выдохнул, член напрягся в её руке, горячий, тяжёлый. Она обхватила его пальцами, медленно провела языком по головке, смакуя солоноватый вкус, и продолжила, голос хриплый от желания:

— У дуба он велел остановиться. Распахнуть пошире. Я стояла, ветер обнимал ягодицы, раздвигал губы, клитор пульсировал на виду. Он снимал крупно — мои соски, лобок с этими влажными волосками, ложбинку между бёдрами... Я тужилась внутри, хотела раздвинуть себя руками, но он только смотрел, щёлкал. "Ещё шаг, обнажённей", — шептал. Я шла, тело пело, влага текла ручьём, смешиваясь с росой...

Его рука легла на её затылок, прижимая глубже — член вошёл в рот, заполняя, она посасывала жадно, слюна стекала по подбородку на груди, соски тёрлись о его колени. Она отстранилась на миг, дыша тяжело:

— В душе потом... Намылил меня сам. Пальцы кружили по соскам, мяли их, пену растирал по животу, вниз — к лобку. Раздвинул губы, ласкал клитор под струями, средний палец скользнул внутрь, массировал стенки, пока я не задрожала. Камера щёлкала: мои припухшие губы, блестящие от пены и соков, анус под пальцами... Я текла, муж, кончала почти, но он не дал — только снимал.

Муж застонал, рванул её вверх, на себя — она оседлала его, лобок лёг на член, губы раскрылись, поглощая длину. Бёдра задвигались ритмично, соски тёрлись о его рубашку, она шептала в ухо:

— Он бы трахнул, если б попросила... Но снимал. А я теперь твоя, мокрая от его взгляда...
Кульминация накрыла их разом: её влагалище сжало его пульсирующий ствол, соки хлынули, смешавшись с его семенем, тело выгнулось, соски болели от удовольствия. Она обмякла на нём, лобок прижат, волоски слиплись, дыша: "Завтра ещё пойду..."

Продолжение и много чего ещё - на https://boosty.to/borgia