Сочинение

               
Костя Трёшин сидел в аудитории, где абитуриенты сдавали экзамен по литературе. Из трёх предложенных тем он выбрал: "Почему я решил поступать именно в этот институт". В прошлый раз он писал на тему:"Конфликт отцов и детей в романе Тургенева", но провалил экзамен. Преподаватель русского, похожая внешне на музыкального критика Соседова, как сестра близнец, с выражением обиды на лице, часто поправляла укладку из жидких, мышиного цвета волос, брезгливо кривила рот и говорила:" Предупреждаю всех, кто попытается списать, я живо выведу вас на чистую воду, лучше не делайте этого". Трёшин хорошо учился в школе, сочинения ему давались как никому другому. Они выходили развёрнутыми, демонстрировали хорошее знание текста, изобиловали цитататами. Память он имел превосходную, учёба давалась легко. Каково же было его удивление, когда в списке напротив своей фамилии он увидел отрицательную оценку. Когда пошёл забирать документы, то мать настояла на встрече с преподавателем, ей не терпелось узнать ту невероятную причину, по которой её сыну поставили двойку.
- Я предупреждала, - недовольным, чуть гнусавым голосом, начала объяснять преподаватель.
- Ваш сын списал, я в этом уверена, меня не проведёшь, такие вещи я вычисляю сразу.
- Но почему, почему вы так решили? Костя очень хорошо закончил школу, он много читает, у него хорошая память, на основе чего такие выводы? - не сдавалась мать.
- Повторяю ещё раз, - вскипела нервная дама, не желая продолжать диалог.
- Сочинение слишком заумное, глубоко литературное, десятикласснику такое не под силу!
Костя решил не рисковать и на этот раз остановился на общей теме, не имеющей отсылки к литературным произведениям.
- Почему я выбрал этот институт? - начал своё сочинение молодой человек.
- Потому, что мой дедушка преподавал историю двадцать лет, он закончил педагогический техникум, а потом Высшую партийную школу. Много лет занимал должность второго секретаря коммунистической партии города Шилки, и, даже когда началась перестройка, он не сдал свой партийный билет. Дед много читал, у него была большая библиотека,  любовь к чтению он пытался привить своему сыну, моему отцу, но безуспешно, отец не стремился к знаниям, ограничиваясь чтением газет и популярных журналов, кое-как, выборочно, пролистывал книги, входящие в необходимый минимум школьной библиотеки. Он выбрал профессию машиниста электропоезда, половину жизни проводя в дороге, глядя из кабины локомотива. Работа, конечно, ответственная, хорошо оплачиваемая, всех это устраивало. Случались и неприятности, разумеется, однажды какой-то пьяный бомж чуть не попал под колёса, благо, что было светло, отец издалека заметил нечто упавшее на рельсы, удалось затормозить, каких-то метра два оставалось до распростёртого на рельсах человека. Однажды, в сумерках, под поезд попала переходящая рельсы корова, из-за её огромной туши поезд чуть не сошёл с рельсов. Отец говорил, что ему везло, словно Ангел хранитель уберегал от самых ужасных последствий.
 Дед много свободного времени проводил со мной. Когда я был совсем маленьким он читал мне книжки, первую книжку, из тех, что читал мне дед, я запомнил очень крепко: "Сказка о Мальчише-Кибальчише", Аркадия Гайдара, она мне очень нравилась и трогала до слёз. Я живо представлял высокий холм, где похоронили Мальчиша, как в небе пролётал самолёт и покачивал крылом, проплывали корабли и проходили пионеры, отдавая салют. Сердце моё ныло, а на глаза наворачивались слёзы. Когда я подрос, то по совету деда прочитал "Два капитана" Вениамина Каверина, очень полюбил "Тома Сойера", рассказы Джека Лондона, романы Фенимора Купера, Марка Твена, Жюля Верна и многих других известных русских и зарубежных классиков. Нам было интересно общаться с дедушкой, он во мне души не чаял, а я в нём, -  Костя пригладил непокорные, чёрные, ёжиком, волосы, почесал затылок и вздохнул. Невольно обратил внимание на девушку, сидящую напротив, та, украдкой, списывала с подсунутого ей парнем, сидящим за ней, листка и усмехнулся, отметив про себя:"ну да, конечно, кто-то грозился, что всех выведет на чистую воду."
- Мама работала секретарём, в администрации, каждую пятницу нам звонили в дверь и на пороге появлялась женщина, просто, но опрятно одетая, волосы её были убраны под косынку, повязанную на манер, что носили комсомолки, с советских агитационных плакатов. Такие остались ещё на мозаичных панно, в кинотеатрах нашего маленького, провинциального городка. Мама обращалась к женщине по имени отчеству, не иначе как Алевтина Николаевна. Алевтина Николаевна вела себя подчёркнуто вежливо, мне даже казалось, что она слегка кланялась матери, передавая сумку с продуктами. В сумке всегда были банки с молоком, сливками, непременно творог и колбаса домашняя, её чесночный аппетитный аромат быстро распространялся на всю прихожую, и, всякий раз, когда я становился свидетелем этой сцены, то невольно сглатывал слюну. Наш городок  настолько мал, что его можно пешком обойти весь, вдоль и поперёк, и это не займёт много времени. Старые улочки, по обеим сторонам которых насажены тополя, тополя уже старые, с искривлёнными стволами и ветвями. От сильного ветра они покачивались и скрипели, почти задевая  линии электропередач. Управдом, такой же старый, как и деревья, охал и нервно пощипывал усы, глядя на раскачивающихся великанов и каждый раз говорил одно и то же:"Надо непременно доложить, да, да, непременно", - но каждый раз уходил, и ничего не менялось.
В десятом классе я стал задумываться о своём будущем. Мама хотела, чтобы я поступал в медицинский, химия и биология мне давались легко, как впрочем, и другие предметы. Отец, то ли в шутку, то ли в всерьёз, советовал пойти на машиниста электровоза, соблазняя хорошей зарплатой, мама на него шикала и зло сверкала глазами. Дедушка смотрел мудрым, ласковым взглядом и говорил:" Сам разберётся, не глупый, выберет, то, к чему больше душа лежит."  Я выбрал то, что выбрал. История как предмет, как факт существования интересовала меня давно и чрезвычайно, благодаря дедушке, его нравственному руководству, его не назойливому и мудрому  вниманию. Стать доктором, как хотела мама - весьма достойная цель, но, я не совсем готов был подвязаться на такое серьёзное поприще, здесь очень важно иметь к этому призвание, быть готовым отдавать себя всего, без остатка людям нуждающимся в помощи. Быть настоящим доктором это - подвиг, я так считаю, а моё, пока не в полную меру созревшее сознание не даёт мне такой уверенности и силы, чтобы укрепиться в осознанности решения встать на путь подвига.
 
Костя помнил наставление матушки:"Не умничай, пиши попроще, чтобы эта Мегера снова не решила, что ты списываешь". Костя очень старался оформлять свои мысли "попроще", но, похоже, ему это с трудом удавалось. Он ещё привёл несколько примеров из своего, в общем-то, счастливого детства, чтобы" убедить" того, кто будет строго оценивать его экзаменационное сочинение - в не случайности выбранного решения. Вспомнил, как дедушка даже несколько раз приводил внука на открытый урок, где мальчик мог выступить с небольшим докладом. Присутствовавшая на уроке директриса с умилением смотрела на Костика, когда он эмоционально, вдохновенно рассказывал про легендарного Василия Ивановича Чапаева, увлёкшись до такой степени, что невольным жестом поправлял воображаемые усы. Слушатели были в полном восторге, в конце урока награждали юного лектора искренними аплодисментами, выражая надежду, что встретятся с ним ещё. Дед гордился внуком по праву, он уже знал, что мальчик продолжит его дело, и, как говорится:"не опозорит фамилию".