Часть четвертая. На конкурс с пометкой конкурса Di

 О любви!...

Часть четвертая. «Dirty talk». Продолжение.



 А я стою на краешке Земли. Не очень точная строчка из песни: Опять плывут куда - то корабли…

Слова Кашежева И. Композитор Колкер А.

Вместо эпиграфа…



 Нахожу мужа в самом углу палаты. Лежит там, на больничной, на койке, мужчина, небольшой и съежившийся.



 Замечала я, так бывает.Болезнь уносит так много ресурсов жизненных и сил, что организм, следуя вслед за невозможными для себя жизненными тратами, сжимается или, как будто бы, скукоживается. Так много он жизни лишается сейчас, так много ее организм отдает.



 Но, Слава Богу, меня мой муж узнает. И он, хотя - бы, в сознании, громко и сильно не бредит.



 И замечала еще, несколько раз, что когда жизненные силы почти все отданы, то человек превращается, становится это, даже окружающим заметно, какой - то частью собственного, внутреннего зрения, сто человек уже не совсем живой, а стал он какой - то грудой, аморфной и рыхлой, неспособной, даже передвигаться, даже немного поухаживать за собой…



 Меня муж узнает. Смотрю на него, наблюдаю за ним. Какой - то внутренней частью своего организма, прозваниваю его, как бета – тестером. Пытаюсь уточнить или установить: Выживет он - не выживет,сумеет ли справиться с болячкой и ее, эту свою болезнь, превозмочь?...



 И пока не понимаю, пока не нахожу ответа.



 Поражения от инсульта настолько остаются велики, что не знаю, сумеет ли муж их преодолеть, собраться и выжить…



  - Тебе что - нибудь нужно принести? - Разрываю неловкое молчание я. Муж отвечает непривычным, осипшим голосом:



 - Тепленькой водички.



 Мимо буйного и больного капитана, что продолжает свой бесконечный заклинательный обряд и старается, используя все оставленные ему возможности и команды Голосом, а также Громким и Очень Громким Голосом, стронуть свой Жизненный Корабль с неуютной и ненужной ему мели и болезни. И вывести его, свой покосившийся корабль, в открытое море обычной жизни, где люди не болеют так сильно, а умеют говорить связно и даже самостоятельно ходить.



 Капитан не сдается. Он взмок от пота. Он продолжает. Он громким голосом командует:

  - Машинное отделение. - И продолжает, проговаривает слова специальной команды, которые я забываю сразу же, как только команды эти появляются из капитанского рта.



Я даже пожалеть его не успеваю. Свои у меня заботы.

А человек пока еще жив, пока еще сражается. И даже в бреду своем за жизнь свою борется.



Бреду тоже, вдоль по коридору. Через несколько шагов сворачиваю в другой коридорчик. Там стоит титан с кипятком, который постоянно подогревается.



Спрашиваю у работницы кухни чистый стакан. Смешиваю два вида воды: Горячую воду и кипяченую холодную.



  И понимаю тогда, насколько же зависимы лежачие постинсультные больные, от действий других посторонних людей. Воды принести лежачие пациенты больницы сами себе не смогут.



 И должны они только ждать, чтобы им воды принесли, чтобы их напоили.

 Или как - нибудь еще за ними, хоть немножечко, поухаживали…



 Великое завоевание обычной человеческой жизни - хоть немного, хоть как - нибудь, только лишь бы, самостоятельно уметь ходить и обслуживать себя.



 И, кажется, я бы стала бояться такой страшной болезни, как инсульт…

 Если бы у меня оставалось хоть капельку свободного времени, чтобы успеть испугаться…

Или продолжать бояться…

А не ухаживать за лежачим больным, о нем не заботиться...