Книга из будущего

Это был один из первых по-настоящему весенних дней, когда кажется, что щедрое солнце вместе с нарастающим теплом начинает вливать в каждую клетку вашего тела энергию жизни. Я успел окончить массу дел с утра. Пришлось набегаться, проехаться в метро, в автобусе, но, повторяю, утро вышло очень удачным. Часам к двенадцати я, нако-нец, избавился от суеты и оказался у небольшого сквера, только тут ощутив усталость. Молодая трава брызнула по газонам свежей зеленью, чернела взрытая земля на клумбах, я приземлился на одной из недавно окрашенных скамеек, высохшая краска которой,  не представляла уже угрозы для моего светлого плаща. Соседние лавочки занимали студенты и пенсионеры, на чистом асфальте детские мелки чертили первые квадраты классиков. Я посмотрел в синеву над головой и ощутил, как легко здесь дышится, выхлопные газы автомобилей не доходили до сквера, оседая вдалеке на густо зазеленевших ветвях.
Моя скамья пустовала, я не видел, чтобы кто-то ушёл с неё при моём появлении. И почему-то находка оказалась полной неожиданностью. Когда я заметил сбоку от себя кни-гу с голубым переплётом, то решил сначала, что кто-то отошёл на время и сейчас вернётся за ней. Но, кроме играющих малышей на асфальте, все в сквере, казалось, находятся на своих постоянных местах и не собираются покидать их. Увлечённые друг другом молодые пары, погружённый в чтение журнала нескладный юноша в очках, седой ветеран с газетой, оживлённо беседующая троица старушек, одна из которых держалась за ручку детской коляски… Нет, похоже, книгу кто-то забыл. Не могла же она просто так взять и появиться рядом из небытия. Я посмотрел на голубую обложку, и мне показалось различимо на ней движение волн морских – вот до чего довело сегодняшнее сумасшествие солнца. Я помотал головой, дотянулся до книги и рассеянно переложил на колени. Никому, казалось, не было до этого никакого дела. Что ж, если внезапно объявится хозяин, я вежливо извинюсь и верну пропажу, только и всего…
Голубая ткань переплёта приятно холодила руку, странно, никакого названия, ни-какой фамилии автора, вообще ничего не оказалось на её лицевой стороне. Хотя обложка выглядела совершенно гладкой, на ощупь я почувствовал невидимые неровности, волни-стую бугристость материала. Расхождение восприятия удивило, пальцы странным обра-зом опровергали видимое глазами.
Я приоткрыл наудачу страницу и тут же зажмурился от новой неожиданности. Словно свет стал ещё ярче, невыносимо резанув глаза. Показалось, что внутри скрыто тонкое зеркало или фольга, отбросившая на меня солнечный зайчик. Я осторожно приот-крыл глаза и посмотрел на изображение в книге – во весь разворот передо мной блистала зеркальная водная гладь с едва различимой лёгкой рябью. Штиль, подумал я, полный штиль, интересно, что это за мастерски выполненная иллюстрация? Стоило мне распах-нуть книгу полностью и, оставив так, на несколько минут повнимательнее вглядеться в морской пейзаж, как я ощутил качку. Да, да, у меня слегка закружилась голова, поверх-ность воды продолжала слепить бликами, а голубовато-белесое небо надвинулось со стра-ницы, вытесняя весеннюю синеву над головой. Меня словно втянуло туда, на борт неве-домого корабля, и вот уже паруса безжизненно повисли на мачте надо мною. Это была какая-то совершенно непонятная оптическая иллюзия.
Я перевернул несколько страниц и ощутил запах яблок, стало слышно, как шелестит вода за бортом корабля, и меня мерно покачивало. Сначала я не мог понять, что изо-бражено на новой иллюстрации, но постепенно моё сознание будто раздвоилось, я про-должал сидеть на лавочке в сквере и в то же время увидел себя в полумраке пустой бочки. Рука моя ощутила на дне единственное яблоко, кто-то бухнулся рядом на палубу, и бочка покачнулась. Я понял, что не могу вылезти сейчас, мне стало страшно и любопытно, до меня доносились голоса снаружи, но я бы мог поклясться, что и звуковая иллюзия исхо-дит из глубины книги. Шум в сквере отодвинулся как бы на задний план, совершенно перестал восприниматься мною.
– … Буду разговаривать с тобой, как с мужчиной, – донёсся до меня, сидящего в бочке, незнакомый глуховатый голос.
Пытаясь избавиться от наваждения, я заглянул через две страницы.
– … Что мы сделаем с ними, когда они попадут к нам в руки?.. –  это говорилось уже совершенно другим персонажем.
– Дик, будь добр, прыгни в бочку и достань мне, пожалуйста, яблоко… – снова за-звучал голос первого. И при этих словах я невольно ощутил ужас, руки и ноги отнялись, ведь, я, Я сидел в бочке!
– И охота тебе сосать эту гниль, Джон! Дай-ка нам лучше рому, – раздался резкий голос третьего незнакомца.
Стало светлее, сверху надо мной засеребрились в лунном свете паруса. Что за чушь, как могло такое привидеться в солнечный день? Может, я заболел? Я пролистал не-сколько страниц в обратную сторону.
– Пиастры! Пиастры! Пиастры! – ясно повторил хриплый дурашливый голосок, и я вспомнил, что именно так кричал попугай одноногого Сильвера из «Острова сокровищ» Стивенсона.
Я распахнул книгу на титульном листе и с удовлетворением обнаружил знакомое название. Внизу же на месте года издания красовалась умопомрачительная цифра: 2187. Но сейчас мне не хотелось ломать голову над малопонятным, обыденность сквера вновь вошла в моё сознание, целиком подчинив себе. Я страстно возжелал повторить только что прочувствованное, окунуться в необыкновенный мир, неведомым образом подаренный мне страницами странной книги. Я опять открыл её наугад и вгляделся в новое изображе-ние, чувствуя, как теряю ощущение реальности.
Продолжая сидеть на скамье, я как бы вновь оказался на палубе парусника. Перегнувшись через борт, я разглядывал пенящуюся воду под носом корабля. Спереди надви-галась линия берега, заросшего низковатым лесом. Меня охватило внезапное беспокойст-во. Сзади донёсся слабый шорох, и краем глаза я заметил мелькнувшую тень, я обернулся и встретился взглядом со зверского вида седым краснолицым мужчиной. Я закричал от ужаса, или мне только показалось, что закричал, но он взревел от ярости и бросился на меня с окровавленным кинжалом в руке. Я отскочил и выпустил деревянный руль или румпель, не знаю, как он там у них назывался, он распрямился и ударил нападавшего в грудь. Пират, ибо это был точно пират, упал. Прежде, чем он поднялся, я выскочил из угла и вынул из кармана длинноствольный пистолет. С перекошенным от ярости лицом бандит пошёл на меня. Я нажал спуск, но выстрела не последовало, всего лишь щелчок – порох оказался подмочен. Я разглядел рану на  бедре нападающего, тяжело дыша, он приблизился ко мне и остановился в трёх-четырёх метрах Я обхватил руками толстое основание мачты и напрягся всем телом, собираясь отскочить при первом его движении.
Дело серьёзное, подумал я, но это же чепуха, иллюзия, этого нет на самом деле, попытался успокоить я себя тут же, и всё-таки, безусловно, он готовился прикончить ме-ня. В это время корабль ткнулся носом в песок, палуба сильно накренилась, мы оба поте-ряли равновесие и покатились к борту, зачерпнувшему воды…
Я едва не упал с лавочки, представляю, как нелепо это выглядело бы со стороны, но, может, просто голова снова закружилась, как в иллюзионе, развлекательном сооруже-нии наших парков отдыха? Во всяком случае, я был уверен, виной тому книга, её необъ-яснимые эффекты воздействия на моё восприятие. Я уже вспомнил по содержанию, что ждёт меня дальше, и не испытывал особого энтузиазма. К счастью, когда меня качнуло, несколько страниц перевернулись сами собой, и, вглядевшись в новую иллюстрацию, я не различил уже ни наклонённой палубы, ни жуткого кровожадного пирата с кинжалом, добивавшегося моей погибели. Мрак леса надвинулся на меня из книги, луна над вершинами деревьев заливала прогалины бледным серебристым светом.
Передо мной возвышался тёмный частокол, я перелез через него, подполз к дере-вянному строению, услышал храп спящих. Сомнений не оставалось: внутри расположились мои друзья. Я вошёл во тьму с вытянутыми руками и тут же споткнулся о чьё-то те-ло, физически ощутил ушиб ноги, но незнакомец не проснулся, только застонал. И вдруг слух полоснул противный уже слышанный крик:
– Пиастры! Пиастры! Пиастры! – казалось, ему не будет конца. Меня схватили крепкие руки, кто-то принёс факел. Я разглядел одноногого Сильвера и его зелёного по-пугая, хлопающего крыльями, красные опухшие физиономии обступивших меня пиратов.
– … Заходи, заходи, я всегда рад старому другу, – насмешливо протянул одноногий усаживаясь на бочку и набивая табаком трубку. Я попал в лапы к разбойникам. Ну, нет, хватит, я вытер испарину со лба и с усилием воли захлопнул книгу. Да, она, пожалуй, и не была рассчитана на чтение или просмотр, не знаю уж, как точнее, в столь беспокойном месте. Я погладил её прохладный бугристый переплёт, по-прежнему казавшийся с виду совершенно гладким. Увиденное и пережитое только что ещё не отпустило меня полностью, но я уже мог трезво поразмыслить над происшедшим.
Разумеется, я ни  на минуту не допускал, что эта книга действительно изготовлена в год, указанный на заглавном листе, из всех пришедших на ум версий, эта казалась наи-более фантастичной. Да, собственно, и других, более приемлемых объяснений нашлось не так уж много. Как я уже говорил, первое и самое вероятное – я просто заболел, мной овла-дел галлюцинаторный бред. Но ведь во всём остальном, что не касалось книги, я чувство-вал себя обыкновенно, сознание и восприятие работали нормально. Что же, я свихнулся только вот на этом «пункте»? На невзрачной внешне книжке в голубом переплёте, кото-рую и видеть-то до этого не видел? Разве, так бывает? К тому же, разве, я не состоянии трезво проанализировать случившееся? Нет, здесь что-то не то, я не мог признать себя внезапно заболевшим, всё во мне восставало против подобного допущения. Хорошо, то-гда, вероятно, мои галлюцинации вызваны каким-то химическим веществом, пропитав-шим страницы, только, почему они моментально прекращаются, стоит закрыть книгу? А, может, это действительно какое-то новое слово в издательской технике? Ведь был же прежде журнал «Кругозор», стоило только поставить звукосниматель, и его страницы оживали музыкой, голосами, звучащими иллюстрациями текста. Я вспомнил, что ещё много лет назад читал о выходе на Западе миллионными тиражами первой в мире «теле-книги» «Чайка Джонатан», сказочной притчи, снабжённой огромным количеством высо-кокачественных фотографий в цвете. А детские книжки-перевёртыши с различным со-держанием. В зависимости от того, с какой стороны её открыть? И это лишь единичные примеры, вчерашний день книгоиздания. Уже сегодня не счесть журналов с прилагаемы-ми компакт-дисками. Почему же не может появиться такая вот необыкновенная книга с использованием новейших достижений голографии, звукозаписи и прочего, неведомого мне? Стоит только тронуть пальцами её страницы, как проявляются какие-то скрытые в ней эффекты. Может быть, это опытный экземпляр?
Я заглянул в конец – тираж триста тысяч, издательство «Фантастика и приключе-ния», и та же не укладывающаяся в голове дата – 2187 год… Что-то не слышал я о таком нашем издательстве… Мистификация? Но такой тираж и такое качество…
Я внимательно пригляделся к бумаге – плотная, белая, как для дорогих журналов, только ещё тоньше. Правильнее всего было бы отнести находку в какую-нибудь типогра-фию, уж там-то мне бы дали исчерпывающий ответ.
Но я уже и сам знал его. Поверил в то, что эта книга, если это действительно книга, а не что-то иное, выпущена в будущем, именно в указанном в ней году. От этого допущения захватывало дух. Значит, некто, путешествующий во времени, был среди нас, сидел недавно на моём месте и забыл или намеренно оставил для меня этот предмет. Не могла же книга сама «пробить» время и точно угодить на скамейку в сквере.
Я огляделся по сторонам, сжимая неровный переплёт, кто из окружающих мог быть им? Пожилой мужчина, отложивший газету с недовольным видом? Или почтенные бабушки, присматривающие за внучатами? Вряд ли, внешне все они принадлежали скорее прошлому, чем настоящему, и тем более, далёкому будущему, да и не станут они читать «Остров сокровищ». Высокий молодой человек в очках, спрятавший журнал в дипломат и поднявшийся со скамейки – слишком высокий и заметный, да, к тому же, станет ли посланец будущего носить очки? Девчонки, играющие в классики, или обитатели двух разноцветных колясок - те вот действительно принадлежали будущему, но для них всё ещё впереди, и открытие Стивенсона в том числе… Нет, всё это чушь, сплошной бред, оборвал я себя, и снова открыл книгу. С первого взгляда всё в ней было, как в обычной, кроме изобилия иллюстраций. Передо мной пестрели строчки знакомого текста на одной странице, а на соседней неясная цветная фотография или рисунок. Но едва я положил её на колени и принялся читать, всё начало чудесно преображаться, картина как бы стала объёмной и поплыла навстречу моим глазам, стала чётче и кра-сочнее, поглотила меня всего.
« … Скоро якорь был поднят и укреплён на носу. С него капала вода. Ветер раздул паруса. Земля отступила, корабли, окружавшие нас, стали удаляться…» Я вновь ощутил запах моря, лёгкую качку и дуновения ветра. Под моими ногами оказалась деревянная па-луба, хлопали паруса над головой, сквер со всеми его обитателями растаял, вытесненный голубой дымкой распахнувшегося горизонта.
Нет, нет, запротестовал я мысленно, я схожу с ума, и в который раз с усилием за-хлопнул книгу. Море исчезло, всё вернулось на свои изначальные места. А, может, я про-сто не готов воспринимать всё это, наверное, такому учат в их далёких школах, как нас чтению и счёту.
 Может быть, имеет смысл немедленно поделиться с кем-нибудь, испробовать действие книги на других? Владелец её так и не объявился, и мало-помалу я начинал ощущать себя хозяином находки. Вон там на скамейке, несколько обособленно от других, примостилась девушка с мороженым. Только что села. Модные сапожки в цвет коричне-вому плащу, светлые волосы до плеч, весенние смешинки в глазах и сосредоточенное вы-ражение лица. Ах, да, она занята столь серьёзным делом! Что ж, не буду прерывать её удовольствие, вот закончит, тогда подойду и покажу свою находку…
– Извините, время абонирования книги истекло!
Я вздрогнул от внезапно прозвучавшего предупреждения. Голос был мягкий, приятный, несомненно принадлежал обаятельной женщине. Но рядом со мной по-прежнему никого не было.
– Время абонирования истекло, извините, – настойчиво повторила невидимка. Что мне следовало ответить?
Я посмотрел на лежащую рядом книгу и зажмурился, не поверив глазам. Снова посмотрел, так и есть: книга быстро становилась прозрачной, словно таяла в воздухе, как сахар в стакане воды, сквозь неё уже просвечивала крашеная скамейка. Вот уже она стала совершенно прозрачной, как кусок льда. Я протянул руку, и пальцы прошли сквозь пусто-ту, от книги не осталось и следа, но то место, где она только что лежала, ещё некоторое время оставалось на ощупь прохладнее, чем рядом.
Я ощутил острое сожаление, ведь, даже не просмотрел её до конца, хотя уже вообразил себя законным владельцем находки. Но краткое обладание столь необычной книгой из будущего не прошло бесследно. Конечно, мне повезло прикоснуться к неведомому ис-кусству грядущего, но самое важное, стало ясно, что и там, в далёком 2187 году продол-жают читать (или как это у них стало называться?) Стивенсона. А это значит, всеуничто-жающей войны  или другой глобальной катастрофы не будет, скорее всего, нынешние проблемы окажутся преодолены, но каких бы непостижимых удивительных высот ни достигнут люди, не иссякнет в них жажда приключений, и «Остров сокровищ» не потеряет привлекательности для потомков. В главном они останутся похожи на нас, но, хотелось бы надеяться, станут несомненно лучше.
Симпатичная девушка напротив доела мороженое, убрала в сумку платочек и поднялась. А может, это она и прибыла из будущего? Теперь я знал, что существует и такая вероятность, и если я не выясню сейчас, то буду ломать голову над этим всю оставшуюся жизнь. Я встал и пошёл за ней сквозь солнечные лучи, обходя детские рисунки на асфальте.

                1986