Большая книга о любви гл. 24 Тихие места

   24.1 ЗЕЛЕНОВИК 1

— Улетела?
— Улетела.
— Теперь уже не найти её?
— На голубой краске уже нет, я думаю.
— Голубая планета всё?
— Но мы то тут и голубая краска осталась.
— Кумушка, белиберда. Я знаю, что делать! Надо исправлять тексты, лечить!
— А как?
— Зелёнкой конечно, как ещё!
— А где мы её возьмём? Зелёнку то эту??
— А сама догадаться?
— В аптеку пошли.
— Пошли в аптеку, там есть не только зелёнка, а даже зелёнка-фломастер. Писать будет удобно!

          .ЗЕЛЕНОВИК ПЕРВЫЙ.

.МЫШИ.

В тихом омуте всегда тихо и всегда тишина. Тихая претихая. В тихом омуте всегда тишина и приглушённость, глухая и приглушённая. В тихом омуте до такой степени тишина и глухота, что не слышно ничего и никого, ни в одно ухо, ни в два, ни в четверть, практически. Это очень трудно себе представить, на самом деле, так как там совсем никогда и никого не слышно, и никто не кричит, и даже никогда и никто не ругается, а все разговоры, которые можно услышать и интерпретировать барабанными перепонками человека, происходят только шёпотом. Или писком. Особенно бывает, что и мышиным. Таким шуршащим и тихо - тихим. Кстати, мысли в тишине и глухоте плывут медленно и задумчиво, особенно если подумать о том, что нужно уже наконец-то отдохнуть, взяв тайм-аут в жизни, и расслабиться. Но, позвольте заметить, совсем не обязательно, что там совсем нет никакого другого звука, кроме писка мышей, и шёпота, и их пи-пи пикания, звук есть, конечно, просто очень тихий и расслабляющий, такой же, как к примеру шуршание фантика при развёртывании конфеты, или как стук колёс ночью в плацкартном вагоне.

— Всем спать, не видите транвай едет!
Иван открыл глаза и понял, что сидит в вагоне поезда, а перед ним стоит мышка в костюме проводника РЖД.
— Это же не транвай, а поезд, а вы мышь, а не кондуктор. — Сказал Иван.
— Нет тут никаких мышей! Ни мышей, ни мух, ни тараканов! И слонов тоже нету!
Мышка, одетая в костюм проводника, тут же сделала лапки в бока и посмотрела укоризненно на говорящего с ней пассажира. Но Иван отвернулся.
Он, почему-то уже ничему не удивляясь, судя по тому, что произошло накануне, посмотрел в окно, чтобы разобраться куда едет, и увидел двух жирных мух, сидящих на окне, которые потирали лапки и как будто бы даже посмеивались над тем, что происходит.
— А позвольте в таком случае вопрос, куда мы едем? — Иван снова обратился к проводнице, которая и не собиралась уходить.
— Тише разговариваем! Тише! Тут же тихие места полной тишины и глухоты! И все спят! — Добавила мышка уже шёпотом.
— Но сейчас же день и светит солнце, и я не вижу рядом спящих пассажиров! И мне совсем не хочется спать.
— Разговорчики! Вы что, сами сели и не знаете куда едете? Объедятся тут всякой белены, а мне всё это расхлёбывать! Уволюсь, надоело! Ложитесь и спите! Неблагодарные!
Мышка достала из кармана белый платочек, который вдруг показался Ивану носком, и высморкалась в него.  — Что смотрите, вот возьму и уйду, и никаких транваев вам тогда!
После этих слов мышка пошла дальше по вагону, и издалека был хорошо слышен её писклявый голос, который очень важно и ответственно, а иногда громким шёпотом, докладывал пассажирам о важности тишины и глухоты в вагоне, и о том, что необходимо спать и расслабляться после трудных дней.
— Я не помешаю?
Иван посмотрел в сторону, из которой была произнесена фраза, но никого не обнаружил.
— Вы кто? И вы где?
— Я слон. Но Вы меня не видите, а я присутствую. Я просто сплю! А вы в моем сне!
— Так. Может, наоборот, это я сплю, а вы мне снитесь? Но я бы вас тогда хотя бы видел!
— Говорю же, это мой сон, а не ваш… В этих тихих местах мы в снах тех, кто спит!
Вдруг вагон зашатало.
— Вы шатаетесь! Вам надо срочно прикоснуться к носу!
Продолжил голос. — Но мне нельзя было говорить, потому, что я сейчас исчезну, а вы упадёте! Прикоснитесь хотя бы к своему носу что ли, может поможет!
Вагон снова зашатало, и уже сильнее. Мухи зажужжали на окне, солнце зашло за тучи и за окном появился сильный ветер, который, похоже, принёс ураган. По дороге следования поезда стали падать деревья и отрываться провода высоковольтных линий. Сверкнула молния, хлынул дождь.
Вагон зашатало ещё сильнее, с верхних полок начали падать вещи, открываться чемоданы, и какие-то бумажки вдруг закрутил вихрь по всему вагону. Мух прибавилось, а также появились пчёлы и странные жуки, целый рой.
— Да прикоснись ты уже! — Крикнул голос.
— Хорошо! — Крикнул Иван и ухватился за собственный нос, который оказался мягким и пушистым, словно это не нос, а та самая мышка-проводник.

……………, В маленькой зелёной комнате, сделав последний глоток зелёного кофе без кофеина, Иван проснулся, сидя за письменным столом, обнимая проводную мышку от компьютера.  Шея затекла, руки казались деревянными, словно провели в этом положении не один час.
Горела зелёная лампа, и свет от неё распространился на всю небольшую комнату, сформировав тени на стене.
— Ваня!
— Кто тут? Как я тут очутился, я же только что был в поезде?
— Посмотри на тень, Муррррр, видишь меня?
— Мурзик? Я что попал в свою комнату в тот момент, когда мы начали это странное путешествие во времени? Или это просто сон? Но ты не был раньше тенью? Мурзик! Живо признавайся, что происходит! Ты же не сон??
— Ваня, успокойся, не торопись, раскинь мозгами, подумай! Что тут произошло, что нас выкинуло? Вспомни все события до мелочей! Ты же программировал тогда тут сидел. Помнишь? Ты напечатал текст, применил программный код, отправил его и сохранил. Значит в тексте были ошибки, просто так ничего не бывает.
— Я тогда поставил точку после слова язык, я это помню?
— Это я тоже помню, мы ещё тогда послание получили, что это ошибка, но точка необходима в тексте, чтобы завершить предложение!
— Так.
Иван встал и начал ходить по комнате, закрыв глаза, зарывшись руками в волосы, словно пытаясь тем самым снять нервное напряжение и помочь себе быстрее думать. Вдруг он взглянул на свои руки.
— Опять чернею! Посмотри!
Руки, которые обычно светились зелёными искрами, стали снова покрываться чернотой и исчезать в пространстве, словно растворяясь.
— Время! Время! У тебя, оказывается, очень мало времени! Исправляй точку! Просто нажми DELETE на ней и нажми сохранить!
Но после этой фразы своего кота Иван уже не успел ничего сделать, так как его тело начало распадаться на мелкие чёрные кубики.

И вдруг:
— Белиберда, прекрати писать! Давай сюда жёлтый скотч и приматывай ему руки! И кубики чёрные собери! Исправляй текст в 3.1 главе под названием «Изумруда Изумрудовна»! Точку надо помочь парню стереть после слова «язык»! Лей зелёнку из фломастера!
— Она не льётся!
— Мажь!

И вдруг:
ПИ, ПИ, ПИ, КЛАДИТЕ ЕМУ МЕНЯ В РУКИ, НО ТОЧКУ НЕ ТРОГАЙТЕ! ЭТО НЕ ИСПРАВИТЬ! ОБЕЗЬЯНОВА ИСПРАВЬТЕ НА ОБЕЗЬЯНИНОВА!

***
Когда услышишь стук колёс во время путешествий,
Прошу, мой друг, возьми тайм-аут в жизни и взгляни
На лес и горы за окном, где был когда-то вместе
Совсем ребёнком ты воспитан с гордостью страны.

Родимый край, где рос, учился, бегал пацанёнком,
Теперь огромен, долог и могуч в плечах давно
Не силушкой проспектов, улиц и домов бетонных,
А соснами, берёзками, летящими в окно.

Почувствуй запах спелых ягод и травы в подлеске,
И вспомни, в этом мире, полном трудностей, есть путь
Под стук колёс и запах чая и колбас в нарезке
К родным местам, где можно просто к сосенке прильнуть.

Где можно просто выйти прогуляться на дорожку
В поля багульника, пшеницы и простых цветов.
Из васильков и мятликов там одеяло тоже,
Что покрывает землю предков и отчизны кров.

Прошу, возьми тайм-аут в жизни и в своих проблемах,
Забей на трудности работы - непочатый край,
Послушай песни соловьёв лесных в родимых землях
И сразу в память на подкорку ноты заливай.

Прошу, возьми на память из дорог лесного края
Немного счастья, света и волшебный клей,
Который в трудную минуту из осколков станет
Бегущим поездом до дома и родителей.
***

              24.2 ЗЕЛЕНОВИК 2

— «О-безь-я-не-нов» пишу, рисую новые буквы каллиграфически и выдаю новый текст.
— Дурёха! Не «не», а «ни»! Ты сейчас всё опять перепутала!
— Так я же Белиберда, вот и путаю! Это у меня в крови!
— Это у тебя в дурной башке! Погоди зелёнкой слоги на бумаге растирать, ничего не меняется.
— А что должно поменяться, Смешнота?
— Я всё смотрю на вёдра, они как были, так и есть. С голубой и чёрной краской! И фломастеры с зелёнкой те же самые. Зелёные и плохо пишут…
— Как же это так и есть, как и было, а ведро с чёрными кубиками? Это же новое ведро.
— Так кубики же в нём, а не жидкость, они твёрдые, они же не причём.
— Это да. Кубики не при чём. Кубиков раньше не было. Что с ними тогда делать будем?
— По идее кубики - это Иван.
— Это очень странно.
— «Странно» это же хорошо, это же то, что нужно, это как раз в ту сторону, куда нам надо, куда вечно коты ходят.
— Это хорошо, что странно, но мне не нравится, что мы лечим текст высыхающей на ветру зелёнкой, а котами сказано, что в будущем лечат лайками, это такие красные сердечки. Ветер то не примотали ещё. Красным же слишком жирно приматывать.
— Давай подумаем про лайки. Зелёный+красный=коричневый, кора, коралловый АЙФОН.
— Хм. АНДРОИД нам надо, коралловый АЙФОН опять унесёт в 14 июля, опасно.
— А как пойти тогда в коралловый АНДРОИД? Мы в АНДРОИДЫ ещё не ходили.   
— Это Иван, он в том АНДРОИДЕ и одновременно он у нас в кубиках. Я придумала. Надо кинуть вверх кубики.
— Кидай вверх кубики!
— Да? Прямо из ведра? Кидаю вверх! Смотри, появились точки в тексте! Многоточие! Красиво! Ой! Смотри, запятая в тексте образовалась от того, что краска чёрная осыпалась…………..,
— Ааааааааа………, Белиберда! Вверх то мы зря кинули! На меня сыпется всё с твоего потолка! Чёрная жижа! Я теперь ничего не вижу!
— Да у нас просто точки потеряли букву "Т" и чёрные очки появились, подружка.

………..,
— Пап.
— Да, доченька.
— Вау! Смотри, в игре «Лето» счёт изменился и стал 1:5. Это нашей семейной фотографии наконец-то поставили первый лайк! Первая победа! Куда дальше идём?
— Отель «Мечта», конечно. Мечты накопила? Мы на верном пути. Песочные часы перевернулись и выравниваются.
— Какой этаж следующий?
— Мы пока не нарисовали схему того, что находится на всех этажах, но я точно знаю, что в отеле 23 этажа, так, как в книге «Незабудки» 23 главы.
— Смотри, появились новые треки «Незабудок» на радио РУСАЛКА.ФМ, там как раз про время.
— Включай следующий трек. А потом анализируй происходящее! Печатай зелёными на клавиатуре, теми, которые подсвечиваются. Буквы лови! Буква "Т" пролетела, я успел поймать, а дальше ты сама. Выше поднимаемся, это хорошо, плывём против течения, но с попутным ветром.
— Есть, шеф.

***
(Незабудки, стих 15, Время)

Так где ж то самое то время,
Где вечно шастают всё время,
Забыв всё, на каких то сутках
Та Чё-нибудь и Чё-нибудка.

Тот Время тоже так подумал,
Зачем он стал из ниоткуда,
Ведь говорят все те и эти,
Что постоянно время нету.

Но Время создал эти сутки,
Когда цветут те незабудки,
И их как будто бы и нету,
И как бы есть тогда тем летом.

Но если бы не было суток,
И не росло в нём незабудок,
То не смогла бы к Чё-нибудке
Попасть в подоле незабудка.
***

             .ЗЕЛЕНОВИК ВТОРОЙ.

……………, Игра «Лето», 15 июня 7015 года.

— Так-так, тик-так, тук-тук! Тихо! Идёт съёмка! Всем молчать! Поднимаем песок, опускаем её на самое дно!  Камера, мотор!
— ВКЛЮЧАЕМ .REC.
— ВКЛЮЧАЕМ ПРОЕКТОР.
— ВКЛЮЧАЕМ ПРОЖЕКТОР.
— НАСТРАИВАЕМ ТЕНИ.
— ОДЕВАЕМ ЕЙ ЧЁРНЫЕ ТАПКИ.
— Ох, ох, ух, ух.

Настя проснулась, сидя за своим письменным столом в отцовской Пермской квартире на 7 этаже. Горела настольная лампа, освещающая экран открытого ноутбука. Горящая лампа также освещала несколько будильников и вазочку с маленькими голубыми цветками, похожими на незабудки. Рука девушки затекла по причине того, что сжимала длительное время компьютерную мышь, наверное, несколько часов подряд. Голова, казалось, была чугунная, либо набита свинцом, а из открытой форточки ощущалось уже похолодевшее, но совсем недавно палящее в течении длительного времени солнце, которое сдав позиции, наконец, ушло за горизонт, принеся вместо себя уставшему от летней жары городу сумерки и прохладу.
— Доченька, ложись и поспи, что ты всё время сидишь за столом? 
— Папа?
Настя удивлённо посмотрела на вошедшего в комнату отца, но не увидела никого, кроме совы в розовых тапках, укоризненно качавшую головой и моргавшую двумя огромными, словно блюдца, глазами. Шея совы была укрыта в несколько оборотов длинным вязаным шарфом розового цвета. — Папа! Ты где? Ты что, сова??
— Какая же я сова доченька, хотя сова, конечно же, или, скорее всего, даже жаворонок. Я же встаю всегда раньше тебя, бужу пить таблетки и готовлю для всех завтрак. Я встаю всегда в 6:00 и я встаю порой даже раньше солнца, в то время, когда у нас зима, и, думаю, в этом случае я точно становлюсь совой, солнца то нет, чтобы быть жаворонком, моя дорогая доченька. Ох, ох..
И сова подпрыгнула до потолка, заохав и захлопав крыльями, ударилась об потолок головой, и из её лапок на пол полетели странные засушенные цветочки голубого цвета, похожие на незабудки.
— Незабудки полетели! — Настя, вдруг увидев голубой цвет, вдруг вспомнила, что сидит за письменным столом, а на кухне всё это время свистит невыключенный когда-то давно чайник. Чайник действительно свистел, требуя немедленной реакции.
— Папа, тебя уже покрасили в парикмахерской? — Вдруг ни с того ни с сего произнесла девушка, встав с насиженного места, для того, чтобы пойти наконец на кухню.
— Доченька, стиральная машинка закончила стирку, и надо развесить бельё. Носки мои достань, плохо мне без носков то, пожалуйста. У меня руки не достают.
— Пап, не удивительно, что не достают, у тебя же не руки, а крылья!
И вдруг Настя заплакала, а слёзы градом покатились на лист бумаги формата А4, на котором был написан новый странный текст:
«Крутил деньгу пенсионограф,
Огромный как купейный шкаф….»
— Доченька, ты чего расплакалась? Уж не из-за пенсии ли нашей маленькой? Совсем зажралось правительство, нет, чтоб пенсионную реформу организовали, нам всё время не хватает, так, чего же нам не хватает? Ну подскажи, чего разревелась то?
— Дочери мне не хватает, выросла и уехала она в другой город и теперь я одна, совсем одна! Как же мне жить то теперь? Как? Папа!
— Как! Как! Чайник! Выключи для начала! И посуду помой, уже три дня стоит не мытая, с самого посудного посуда! Ох, ох, понаехали тут, понимаешь! Денег им всем надо, а где взять то этот денёк! Ночь кругом!! Ух ух! Балкон даже не закрыть, не на что починить, черти, да, черти летят, понаехали, понимаешь…То мухи, то черти, никто и не знает про коридоры времени, рассказывай тут им всем… Что тут сложного, они думают, что коридоры врЕменные, а они временнЫе. Пойди на стройку, да перемешайся, ух, ух. Обнаглели совсем… Бал хотят, а на балкон нельзя, конец там! Конец бала!
Вдруг сова затихла и закрыла глаза.
— Папа…
Но никто больше не ответил, словно никакой совы и не было, и никакого папы. — Я сплю? — Настя ущипнула себя за нос, и, убедившись, что нос на месте, пошла на кухню выключать чайник.
Вдруг в дверь позвонили.
— Кто там?
— Это Дед Мороз. Мы с Бабой Ягой сбежали из психушки! Роза! Дверь можешь не открывать! Чайник только не выключай!
И вдруг со всей силы захлопнулась балконная дверь, разбилось стекло, и в комнату откуда-то с неба залетели розовые розы, маленькие, но очень много, которые в одну секунду заполонили всю квартиру.
И вдруг снова в дверь постучали.
— Настя, молчи! И открой дверь быстрее, тебе доставка из Озон. Задача на данной секунде: нужно поменять жидкий отбеливатель «Ваниш» на твёрдый голубой стиральный порошок «Ушастый нянь» в жёлтой упаковке! Жидкий застрял между этажами! — проскрипел кто-то из под ковра.

***
Крутил деньгу пенсионограф
Огромный, как купейный шкаф,
Крутился сам и людям молвил
О важности платёжных карт.

Крутил огромным барабаном,
Звенел мохиной и скрипел,
Но подшивать дыру в кармане
Пенсионограф не хотел.

Крутил деньгу пенсионограф
Огромный, как купейный шкаф,
И кануть он собрался в море,
А не выходит всё никак.

Топился, плакал, умывался
Ручьём, чтоб к морю побыстрей
Приблизиться, но не на палец
Не тонет он в мечте своей.

Скрутились ноги и устали,
Забился наш хвалёный друг
В огромной скорби и печали,
Считая дни великих мук.

Уже не радуют бабульки,
Уже не трогает деньга,
Нет кайфа бегать на танцульки
И лошадиные бега.

Махая жизнью в одиночку,
Не спит, не ест, лишь чуда ждёт,
Ах, море, море, по шажочку
Уходит счастье синих вод.

Вы думаете слишком сыро?
Тот парень знает, что по чём!
Всё дело в сильно ржавых дырах,
Был создан красным кирпичом.

Летели дни, года, недели,
Пенсионограф наш живёт.
Поют дожди, свистят метели,
Скрипят полозья у ворот.
***

24.3 ЗЕЛЕНОВИК 3

— Кумушка! Белиберда!
— Да, я тут, Смешнота моя драгоценная.
— Три вопроса теперь, подружка!
— Вопроса?
— Вопроса.
— Три?
— Три.
— Давай.
— Даю. Резюмирую предыдущую главу:
1. Почему дата текста изменилась? Была 13 июля, а стала 15 июня?
2. Куда делся Иван, состоящий из чёрных кубиков?
3. Кто теперь пишет ЗЕЛЕНОВИК??
Я в этих чёрных очках ничего не вижу! И у тебя зелёный фломастер высох ещё вчера!
— Я пишу. Меня зовут Иван, приятно познакомиться, дамы. Но у меня один вопрос: как мне попасть в одну волшебную дверь, туда, куда мой кот Мурзик усвистал в прошлой главе, вернее не в самой предыдущей, а пораньше? Со всем остальным я уже разобрался. Очень хочу попасть в тот Чудесный Лес и фоточек новых сделать для нового профиля в ВК.
— Это как это?
— Мы тут не одни?
— Он может писать????
— Он может писать зелёным?
— Могу. Что тут такого? Тут много разных ручек на столе, любой можно писать. Удобнее оказывается даже, чем печатать.
— А написать сам о себе в таком случае для решения своего вопроса ты не пробовал????
— Понял.
— Только продолжай писать зелёным, пожалуйста.
— Лечим текст!

.ЗЕЛЕНОВИК ТРЕТИЙ.

Иван сидел за письменным столом в маленькой каморке с зелёными стенами с шариковой ручкой с зелёными чернилами в руке. Каморка была без окон и дверей, и казалась как будто бы даже просто зелёной коробкой из-под обуви или ещё какой-нибудь коробкой, из которой возможен выход каким угодно способом, кроме как через дверь. Эта каморка была настолько мала, что в ней только и помещался, что письменный компьютерный стол, офисный крутящийся со спинкой стул, и настольная лампа, раздающая зеленоватый свет, прикрученная с столу штативом. Молодой человек, внимательно изучал текст какой-то книги и старался исправить некоторые буквы, но зелёные чернила не перекрывали чёрный текст, а только загрязняли листы бумаги, чем вызывали мелкое раздражение и невротическое настроение.
— Хозяин….
— Мурзик? Это ты? Как хорошо, что я не один. Ты как тут оказался? По лампе пришёл? — Иван, не отрывая глаз от текста, протянул руку вперед на голос, но никого не обнаружил.
— Какой такой лампе, хозяин? Ты что, совсем? Лежал я в твоих ногах! Долго-долго! Вместо пуфика лежал, грел тебя, твои ножки грел и окутывал их теплотой и пушистостью, мурчал и подмигивал даже! Правда, одним глазом, но это не имеет значения. Хозяин! Ваня! Мурррррр….
Кот Мурзик прыгнул на колени своему хозяину и уткнулся ему в грудь своей пушистой мордочкой. К слову сказать, Мурзик был очень умным домашним любимцем, продвинутым во всех сферах, а также очень мягким и пушистым. Рыжий окрас шерсти в полоску создавал причудливые узоры на спинке, лапках и хвосте, формируя красивые тигровые завитки, которые постоянно хотелось потрогать и причесать рукой.
— Слушай помощничек, раз уж ты тут со мной, выручай. Хочу текст поправить, в котором хочу попасть в ту дверь, куда ты бегал однажды, помнишь? За нотами, птичками своими. Тогда уж очень заманчиво горела лунная дорожка и как будто бы даже что-то мне очень сильно напоминала, словно зовёт меня туда кто-то. Как только об этом подумаю, так сердце стучать начинает.
— Ох, хозяин, гиблое это дело, сердечное. Мяу! Там была избушка. На курьих ножках! Мур! В избушку эту тогда этой бабки надо, той самой Бабки Яги, которую все с детства боятся, но она не пускает без бабок, то есть без денег, а у нас осталось 3 рубля, ноль-ноль копеек, и то рубли только 2078 года выпуска, а деньги до 2078 года тогда при хранении превращались в пыль и собирались в пакетики из-под пылесоса. После чего они по весу распределялись в банковских терминалах, и вместо них тогда выдавалась пластиковая карточка, но пластик потом утилизировался, и вместо него приходил код, который был записан на носитель того самого корпуса пылесоса. Очень сложная была схема! Мур-мур-мур! А после 2078 года люди снова перешли на железные носители, называемые монетами, но монеты примагничиваются постоянно к пуговицам. Чтоб их!
После этих слов кот встал на задние лапки, и откуда то снизу, из-под крутящегося офисного стула, достал строгий пиджак с алюминиевыми пуговицами, на которых были примагничены еле заметные три медные монетки, с номиналом 1 рубль.
— Ты слишком много болтаешь ерунды, Мурзик. Короче, я понял. У нас же есть мышка-проводник. Через неё мы можем перемещаться туда, куда нам нужно, но только через сон другого человека в тихих местах. Эта схема определённо лучше. Давай попробуем? А? Попадём в эту бабкину избушку, на курьих ножках, а оттуда в ту самую дверь шмыгнем, и мы в Лесу! Или лучше через лампу? А? Мурзик! Да не спи ты!
Кот теперь уже был в лежачем состоянии на коленях своего хозяина, держа в задних лапках пиджак, и так сильно накренил мордочку и закатил глаза, словно уже мертвецки спал, но на автомате коготками передних лапок тихонько работал, массируя Ивану брюки, посапывая и мурча, чем доказывал, что он в порядке и всё пучком.
— Слушаю тебя, конечно, не заснул я! Ты что, я же только что с тобой говорил или ты не слушал?? Про бабку и бабки!
— Погоди. Дай подумать. Я вообще зачем тут сижу? В каморке?!? Ты не в курсе? Почему я решил, что нужно сначала исправить, а потом ехать? Дай-ка пересмотрю текст.
Иван открыл снова книгу, и открыл в том месте, где зелёные чернила старательно исправляли написанные кем-то буквы:
«шарк шарк, шарк шарк, шарк шарк»
— Интересно написано. И это 1 глава под названием «Кто кого носит», самое начало! Букву «к» я пытался зачем-то закрасить. Любопытно. А какой сейчас год, в котором мы находимся? Тут есть календарь?
Молодой человек посмотрел вокруг и попытался встать и поискать что-нибудь, где можно было узнать дату и время, но ноги перестали слушаться, словно приклеились невидимым клеем к стулу.
— Ваня! Не шевелись! Надо в первую дверь сначала попасть! Звёздный Кот это. Найди его музыку!
— Радио? Патефон?
— Сейчас пораскину мозгами хозяин, а ты пока покорми меня что ли. И вообще, зачем тебе этот Чудесный Лес и его дверь, давай забьём и лучше поспим. Мммммууууурррорр……пр, пр, фр, фр….
И кот так широко зевнул, что его зевок заразил Ивана, после чего Иван зевнул, тоже широко, и этим заразил своего кота, и Мурзик снова зевнул от зевка своего хозяина. И вдруг оба зевающих уснули.

— Осторожно! Всем тихо! Транвай едет!

Голос мышки-проводника сквозь сон словно обдал кипятком, но постоянное постукивание колёс поезда заставили опять погрузиться в сон, всё сильнее и сильнее, всё глубже и глубже, но тем не менее, повторяющийся писклявый голос пробуждал вновь, не давая уйти в абсолютное забытье, будоража сознание своей вибрацией, то переходящей в крик высоких нот, то опускающейся в низкий шёпот.

И вдруг:

— Квааааааа, Иван, корону мою возьми, пригодится, но надо скотчем примотать. Падает. И уходи в ГОЛУБЕВИК, тут больше делать нечего. Голубей ищи, конфеты в голубом фантике, шар, шар, шар, шар….кружись, вертись, а потом в лифт и на Луну, она там, твоя невеста.

И вдруг вагон поезда тряхнуло, качнуло из стороны в сторону, и Иван упал с верхней полки прямо на лежащего снизу слона с голубой шерстью.

…………
В комнате виртуальной реальности дочка будила отца, прикорнувшего на диване с планшетом в руке.
— Пап, пап, проснись! Время! Вышло! Ты сказал нельзя больше 5 минут блуждать в астрале, а уже 7 минута пошла! Папа! Папа! Я боюсь остаться одна! Боюсь!
Мужчина не просыпался.
После чего девочка подошла к экрану монитора компьютера, нажала мышкой на «завершить», после чего нажала на «перезагрузить», и снова щелкнула два раза мышкой на ярлык игры с изображением зелёного листа.
Мужчина проснулся, сел на диван и произнес:
— Теперь ОН это я, мы в одном ДНК. Движемся в Чудесный Лес по лунной дороге. За мамой, она теперь русалка. Анюта, поставь чайник.
— А незабудки на фоновое звучание поставим?
— Давай поставим. Поднимемся выше, найдём Звёздного Кота. Ты уже нарисовала наш отель со всеми этажами?
— Пап, Звёздный Кот любит ветер, а ветер они ещё не примотали, наверное нужно кота искать на крыше.
— Ветер примотан в «Тихом омуте», 4 глава. Нарисуем отель и сразу поймем, как туда попасть, и найдём ветер для кота.
— Пап, я сейчас займусь, но через незабудки не получается разобраться с этажами, они заблокированы. Что делать?
— Бабки надо.

***
В четвёртой бане городской
У бабки бабки отмывали:

Их поливали ключевой,
А после веникочесали,
Их поджигали по краям,
Снимая плёночную кожу,
Потом и в пиво, и в коньяк,
И в водку окунали тоже.
Бумажки жгли в парной печи,
Их протыкали каблуками,
Покрыв капустою ким-чи
Из них мостили оригами,
А после шили номинал,
Меняя нолики на плюсы,
Но не сходились по краям
Листы у бабкиной капусты.
Тогда решили запостить
Все злоключенья бабки Нюры
И очищенье запустить
Её состаренной фигуры.
Но не очистить без лица
И без клубнички сочной, свежей,
И снова парили с конца
Всё то, что отмывалось тем же.
И пригласили в баню всех,
Кто побогаче, и старее,
И победнее тоже тех,
Что загрязнили бабкам шею.
В четвёртой бане городской
Клубничку бабкам раздавали,
За них ручаясь головой,
Мораль читая, причитая,
Что ягоды не в сорок пять,
А в двадцать будут только свежи,
И бабушкам пора понять,
Что не почаще, а пореже, 
И не бывает ягодиц
Без ягод сладких, сочных, нежных,
И даже бабочек ресниц
Пучками - годы не отрежешь.

А бабка Нюра собрала
Все бабки в мыле и без кожи,
И обменяла номинал
На веник банщика Серёжи.
***

             24.4 Счёт игры 2:5
***
(Незабудки, финал)

Зимой души забыли мы свой рай,
Но выросла Русалкина лужайка,
Убрал там летом всю Земли печаль,
Собрав цветки забвенья, милый Зайка.

Он сделал много радостных конфет,
Чтоб ад на свете люди позабыли,
Не помнили злой горечи завет,
Что в жизни, не умея, полюбили.

А добрый Кот из рая листья брал
Варил компот и доброе варенье,
Чтоб каждый во всем мире вспоминал
Своих любимых сердце в то мгновенье.

А Дедушка Мороз на них работал,
Вареньем начинял он те конфеты,
И рай из рая нёс автопилотом,
Штампуя фантики магическим «приветом».
***

— Ура!! Папа!! Папа!! Незабудки разблокированы!
И до самого последнего 23 этажа!
Девочка лет пяти подскочила со стула, на котором, похоже, сидела уже продолжительное время, и запрыгала от вдруг нахлынувшей радости, хлопая в ладоши и демонстрируя пустоту от двух недавно выпавших передних зубов, но ничуть не стесняясь этого. —
Нам ещё один лайк поставили!!!! Смотри первый коммент в игре: «Лаве от бабки» Это сердечко! Лав!!!! Бабуля, любимая бабуля! Ура!!!
И счёт игры 2:5!! Два, понимаешь, два лайка у нас уже!! Ох-ох! Эх-эх! Успеваем! Догоняем!!! Тащи капсульные пирожные меренги, папа! Будем отмечать!
— Анюта, это великолепно!
Мужчина тоже встал со стула, обыкновенно стоящего рядом со стулом дочери, и потянулся, покачав из стороны в сторону затёкшей шеей, и, выпрямив спину, почесал щёку с уже прилично отросшей щетиной. Его светлые вьющиеся волосы давно требовали ухода, заботы и похода в парикмахерскую, падая на лоб чубом, который сильно мешал, периодически заглядывая в глаза, но этого, похоже, мужчина тоже ничуть не стеснялся, привычно смахнув чуб рукой.
— Паааап, мы теперь владеем не только ДНК мамы, а ещё и твоё ДНК объединили с Иваном, и у нас снова тройное ДНК! Семейное! Цепь! И, кстати, это же твоё настоящее имя, Иван. Просто так получилось, что ты нашёл себя в разных реальностях. Ура!!!! — И девочка подпрыгнула снова от радости, снова захлопав в ладоши, и две её маленькие жидкие косички снова подпрыгнули вместе с ладошками.— Мамин ДНК я сохранила в чехле этого старого жёлтого АЙФОНА в виде снежинки, а АЙФОН сохранила в банке с крышкой!
И девочка достала 11 Айфон, который стоял до этого в шкафу, в банке с завинчивающейся крышкой и с этикеткой на корпусе: «Солёные огурцы», на которой была нанесена чёрным маркером надпись: 15 июня 2015 года.
— Пап! Теперь ты пишешь эту Большую Книгу о Любви! Ты пишешь ЗЕЛЕНОВИК, но он уже без номера! Ты главный герой! А мама главная героиня! Напиши маму!!! А я нарисую! Я наш главный художник! Папа! Ура!
А, кстати, скажи, это точно, что от перемены мест слагаемых сумма не меняется?
— Да. Это математика прошлых времён. Так когда-то давно считала наука. Иногда работает, а что?
— Бабки = деньги?
— И деньги = бабки.
— А время = деньги?
— Да. Время = деньги…
— Я нашла! Чтобы найти бабулю, надо найти время! Рукав 3/4. Число пи. Это Мышь!
— Транвай?
— Пап, бесполезно нам пытаться временем управлять, незабудки регулируют время сами, я дочитала их книжку.
— Кисуня, если честно, то, что наша мама в банке, мне не очень нравится. Надо что-то придумать дальше. Хитрый ход. Как-то достать её бы…
И мужчина снова почесал щетину, уставившись на экран своего чёрного АНДРОИДА. — Посмотри, какая она у нас красивая, просто королева. Королева всех королев! Иван показал дочери заставку экрана своего телефона.
— Да! Какая красивая у нас мама! Пап, а ты её любишь?
— Что за вопрос!?! Конечно, люблю! Вот сейчас укушу тебя за такие вопросы!
И мужчина подхватил ребёнка на руки, поцеловав в обе щёчки, и подкинул вверх, словно пушинку, как на огромных рукастых качелях, от чего две её жидкие косички, завязанные небрежно бантиками, снова подпрыгнули вверх.
— Да погоди ты, поставь меня, пааап, нам же надо в дорогу собираться!
— Ты так думаешь?
— Знаю. Я дочитала правила игры.
— Так. Хорошо. Я не против. А мы позавтракали? — Мужчина покрутил по животу рукой и постукал по нему, словно ожидая от живота ответ.
— Поужино-позавтрако-пообедали! Ещё вчера! Ты что, всё забыл? У нас же недельная еда, в новых микрочипах.
— Хорошо. Подзабыл немного, это да. А теперь давай поразмыслим серьезно, дай мне подумать. Что мы имеем по факту?
— Давай размыслим вместе! Я же большая уже, могу тоже раскидывать в голове. Итак, 2:5 - это не ахти какой результат, конечно, но ты теперь пишешь. Это главное! Мы сейчас в каком-то лунном лифте дрейфуем. Но мы в реальном мире, а надо в тот мир, 5д который, как попасть в нереальный? И астральное погружение уже не подходит, это уже не наш уровень.
— Нужно идти в сон, но не засыпая.
— Тихие места.
— Мышка - проводник.
— Транвай.
— Поезд.
— Тот Иван уже был в поезде-транвае, упал на голубого слона.
— Голубевик.
— Конфеты в голубой обёртке.
— Незабудки. Последняя глава. Крыша отеля. Она пела уже на радио.
— В ней сказано сказать: «ПРИВЕТ»!!!

И вдруг и папа, и дочь одновременно произнесли это магическое слово, которое как будто бы поджидало их уже длительное время, даже, возможно не одну тысячу лет, и которое само собой вырвалось случайным образом, словно что-то вдруг поняв.

И комната опустела.

— Осторожно! Транвай едет! Показываем билеты!

Папа и дочка открыли глаза.

— Тихо! Тихо, я сказала!

И вдруг:

— ПАПА! ЭТОТ ПОЕЗД С .ТИХО.!
РИФМУЯСЬ НАДО ГОВОРИТЬ ИЗ ЭТОЙ КНИЖКИ!

А странный слон с пушистой шерстью, держащий чайник, произнёс:

— Анюта, солнушко, забудь седое облачко из слёз,

«ПРОЛИЛСЯ ЗВОНКОЙ ЛЕЕЧКОЙ КОСОЙ СМЕШНОЙ ДОЖЖИШКО»…

***
Пролился звонкой леечкой косой смешной Дожжишко,
И красну-ясну Солнушку устроил он турнир,
А, шлёпая по лужишкам, девчонки и мальчишки
Вприпрыжку побежали снова красить этот мир.

А лучики тепла согрели снег и одуванчики,
Покрасилась зелёнушкой из лужишек трава,
А мальчики, раскрасив голубого неба пальчики,
Покрыли синим воздушком моря и острова.

А кисточки небес они нашли на яркой лесенке,
Где девочки плели цветами косы из добра,
А краски на планете сформировали ритм песенки,
В которой чистый Дожжишек меняет всё с утра.

Не бойся красить небо дивной кисточкой кудесенкой,
Когда Грустишка в гости тёмной ночью постучит,
И все свои проблемы в жизни лесенку за лесенкой
Ты смело проходи, когда та песня зазвучит!

Не бойся петь под звуки фонарей и тучки ласточек,
Возьми в упряжку Солнушко и Дожжишек возьми!
Согрей лучами радости новорождённых бабочек,
В ладошках разноцветных небо в ванну окуни.

И спой хиты в наушниках, поджаренных на пении,
Когда гроза умоет ясну Солнушку лучи,
А ветер перемен мыслишкам даст новостроение
Про то, как дети утром лепят дружбы  кирпичи.

Пролился звонкой леечкой косой смешной Дожжишко,
И красну-ясну Солнушку устроил он турнир,
А, шлёпая по лужишкам, девчонки и мальчишки
Вприпрыжку снова красят снова песней снова мир…